Глава 40. Тёмная сторона

Deliver me into my Fate

I never claimed to be a Saint...

My heart is just too dark to care.

I can't destroy what isn't there.

Ooh, my smile was taken long ago,

If I can change I hope I never know.*

Поттер дрожал и громко стонал от резких толчков. Его обнажённая спина блестела от пота, а тонкие руки судорожно цеплялись за изголовье кресла. Худые бёдра подпрыгивали от ударов чьих-то чужих, затянутых в черную брючную ткань. От каждого нового толчка маленькое тело охватывали непроизвольные спазмы. Блестящий член раз за разом погружался в маленькое покрасневшее отверстие, грубо врываясь в тело мальчика. Длинные пальцы сжимали бледные ягодицы, вонзались в мягкую плоть, оставляя на ней хорошо заметные следы. Поттер извивался и скулил, а его горловые вскрики лишь ускоряли темп толчков.

Но тут к оглушающей какофонии криков наслаждения и боли добавился совершенно чужеродный звук.

Смех.

Высокий, холодный, он вторгался в сознание, сметая на своём пути все барьеры. Любое сопротивление ему привело бы только к безумию.

Смех нарастал. Достигнув высшей точки, он звенел так, как будто превратился в миллионы мелких острых иголок, которые пронзали каждый нерв, парализуя тело.

И тогда он начал стихать. Волны боли понемногу отступали, барьеры возвращались на свои места.

Северус Снейп открыл глаза. Крепко сжатые веки да пульсирующая на виске вена — вот единственная видимая реакция на то, что ему довелось испытать.

Лорд Волдеморт стоял перед ним в нескольких шагах и широко усмехался, что в данном случае не означало «радостно». Его улыбка напоминала оскал затаившейся под водой акулы, готовой в любую секунду наброситься на жертву и перекусить её пополам своими страшными челюстями.

— С-с-с-северус... — начал он, неспешно приближаясь в стоящему перед ним Упивающемуся, чья мантия была запятнана кровью магглов, замученных около двух часов назад в ходе очередной кампании. На белой маске, которую тот держал в руке, виднелись красно-чёрные подтёки уже почти засохшей крови. Лицо же глядящего куда-то вдаль Снейпа напоминало точно такую же маску. — Сегодня ты доставил мне огромное удовольствие, так что заслуживаешь награды.

Северус покорно наклонил голову.

— Радость от того, что я снова смог вам это показать, уже сама по себе достаточная награда, мой Лорд.

— Я не бросаю слов на ветер. За это ты пойдёшь с Беллатрикс к Гренуальде Тамб, чтобы вытащить из неё интересующую меня информацию, а также вы поищете то, что должно принадлежать мне. Подробности Белла знает, так что потом присоединишься к ней.

Снейп согласно кивнул.

— Благодарю вас, мой Лорд. Это честь для меня.

— Старый дурак что-нибудь знает?

В глазах Снейпа сверкнуло злорадство. Он отрицательно покачал головой.

— Всё идёт согласно плану. Дамблдор с таким увлечением строит гипотезы и так поглощён сбором сил и подготовкой к войне, что не заметит испорченного яйца в своём гнезде, даже если сунуть его ему под нос. Эти акции прекрасно отвлекают его от самого главного. От мальчишки.

— Превосходно. — Волдеморт снова ощерился, демонстрируя желтоватые зубы, напоминающие ряд клыков. — Однако на всякий случай нужно полностью усыпить его бдительность. Скажешь ему, что мы готовим нападение на резиденцию Международной Федерации Квиддича.

— А мы её готовим? — с вежливым интересом спросил Северус.

— Приготовим. Нужно подсунуть ему какой-нибудь лакомый кусок. Пожертвуем Легерфольтом и Адротом. Всё равно они ни на что не годятся. Это не сравнится с тем, что я получу взамен! — В красных глазах вспыхнуло холодное пламя. — Немногим больше, чем полтора месяца, Северус, и она будет моей. — Заканчивающиеся длинными когтями пальцы Волдеморта сжались в кулак. — Кровь Поттера. Его могущество. Его сила. И тогда весь мир падёт к моим ногам, а Альбус Дамблдор не будет представлять для меня никакой угрозы. Я смету его с лица земли одним лишь взглядом. — Голос его разносился в воздухе, вспыхивая искрами гневной мощи, в то время как Волдеморт всё глубже погружался в свои фантазии.

Снейп ждал терпеливо с кривой, однако лишённой привычной язвительности усмешкой, похожей на улыбку человека, который радуется хорошо сделанной работе.

— Когда мы предпримем это нападение? — спросил он минуту спустя.

— Послезавтра в полночь. Пошлю туда тех, кого не слишком жаль потерять. Пусть войдут через главный вход. Уверен, ты сам придумаешь какое-нибудь объяснение для старого глупца. У него и так в голове каша, так что он, пожалуй, может подумать, что мы собираемся выкрасть партию мётел. Ты убедишь его в этом и поучаствуешь в бою на его стороне. Присмотришь, чтобы Легерфольт и Адрот погибли. Нельзя допустить, чтобы Авроры взяли их в оборот, даже если Веритасерум, который ты для них варишь, эффективен лишь наполовину. Они всегда могут применить к ним Legilimens Evocis, а это для нас нежелательно.

— Предоставьте это мне, мой Лорд, — ответил Снейп.

— А что с Отсекающим зельем?

— Недостаёт одного ингредиента. Вытяжки из трупояда. Думаю, я легко найду его на Ноктурн-аллее. Отправлюсь туда сразу после нашей встречи.

— Превос-с-сходно, превос-с-сходно. Если это всё, ты можешь идти. И пришли ко мне Малфоя.

— Да, мой Лорд. — Северус поклонился и пятясь вышел из комнаты. Оказавшись за дверью, он выпрямился и широким уверенным шагом пошёл по длинному, погружённому во мрак коридору, растворяясь в густой тьме.

* * *

Снейп аппарировал прямо к нужному магазину. За грязной заснеженной витриной были выставлены всевозможного вида закупоренные склянки и бутылочки с неописуемым содержимым. Потом он окинул изучающим взглядом тёмный переулок, где под стеной скрючился, бормоча себе что-то под нос, какой-то волшебник в лохмотьях — от него несло мочой и прочими экскрементами. Уже стемнело. Для непосвящённого в тайны Ноктурн-аллеи появление здесь в эту пору могло равняться самоубийству. Однако стоящий перед лавкой, которая специализировалась на самых опасных и строго запрещённых ингредиентах, одетый в забрызганную кровью мантию Упивающегося маг выглядел таким сведущим и самоуверенным, словно не сомневался — здесь он не встретит никого опаснее себя самого.

Ещё немного оглядев уже совершенно опустевшую, мрачную и грязную, полную фекальных миазмов аллею, по которой то и дело скользили явно не принадлежащие человеческим существам тени, он вошёл внутрь.

За прилавком стоял маленький человечек с очень длинной, но жидкой седой бородой, который поднял на вошедшего равнодушный взгляд, однако в следующее мгновение его глаза расширились так, как будто он увидел Лорда Волдеморта собственной персоной.

— Ох, мистер Снейп, — заскрежетал он. — Какая честь для нас. Купер! Иди сюда немедленно! — крикнул он, поворачиваясь в сторону подсобки за свой спиной. В следующий же миг в двери появился сгорбленный и совершенно лысый тип, похожий на насторожившуюся ящерицу.

— О! Мистер Снейп! — Он захлопал в огромные, как лопаты, ладоши и поклонился так низко, что едва не коснулся носом пола. — Что мистеру угодно в этот раз?

— Мне нужна вытяжка из трупояда, — бесстрастно ответил маг, скользя взглядом вдоль опутанных паутиной и уходящих под потолок полок, заставленных склянками. Глазные яблоки, пальцы и даже языки были ещё самыми приятными взору объектами, заключенными в них.

— Конечно. Правда, мы заказывали его для другого клиента, но в этом случае... — торговец замолчал под тяжёлым взглядом Снейпа. — Уже несу. — Он развернулся на пятках и пошаркал в подсобку, напоминая паука, которому оторвали несколько ног.

— Угодно ли вам ещё что-нибудь? — спросил маленький человечек, подходя к Снейпу и низко кланяясь. — У нас есть новая коллекция...

— Нет, я пришёл только за вытяжкой, — равнодушно возразил Снейп, глядя на сжавшегося перед ним старичка сверху вниз.

— Конечно, конечно, как мистер пожелает, — прохрипел коротышка, но не поднял ни глаз, ни головы, уставившись на выглядывающие из-под мантии черные ботинки высокого Упивающегося. Снейп взглянул на дверь, ведущую в подсобку, как будто что-то обдумывая, а потом резко наклонился и, схватив человечка за бороду, притянул его к себе, шепча в самое ухо:

— Пришлёшь мне кожу и сердце пиренейского гриндилоу, самого молодого и без изъянов. Доставь туда же, куда и всегда, через два дня в условленное время. Ты знаешь, что тебя ждёт, если подведёшь меня или пикнешь хоть слово.

Старичок покивал, а его глаза были так широко раскрыты, словно вот-вот вывалятся из глазниц и покатятся по полу, чтобы присоединиться к своим заспиртованным в склянках собратьям.

Северус выпустил его бороду и оттолкнул человечка от себя, а потом выпрямился, вновь надев на лицо непроницаемую маску.

— Есть! — Купер вывалился из подсобки, сжимая в руке небольшой черный флакон. — Вот он, прошу. Самого высокого качества, специально...

Северус грубо выхватил флакон, устремив на торговца испепеляющий взгляд, от которого тот прикусил себе язык. Не говоря ни слова, мастер зелий спрятал склянку в один из карманов мантии и ещё раз посмотрел на кланяющихся ему, чуть ли не водящих носами по полу, дрожащих от страха людей. Похоже, его развлекал их ужас и почтение, которое они оказывали ему как одному из самых доверенных сторонников Волдеморта. Казалось, мастер зелий подпитывался их страхом, упивался им. Снейп криво усмехнулся, а потом отвернулся так резко, что от порыва воздуха его мантия хлопнула, и, не добавив ни слова, вышел из лавки.

Упивающиеся смертью никогда ни за что не платят.

* * *

— Тёмный Лорд планирует нападение на резиденцию Международной Федерации квиддича, — сообщил Снейп, глядя прямо в выцветшие голубые глаза сидящего по другую сторону стола старого мага. — Ни основная цель, ни повод акции мне неизвестны, но подозреваю, это как-то связано с его предубеждениями.

Дамблдор покивал.

— Тому не нужны никакие поводы, чтобы, в ослеплении, набрасываться на всё, что только ещё осталось у нас. Квиддич, объединяющий весь волшебный мир, — это последний бастион чести и доброй воли общества, которое мы строим. Ударить по нему — всё равно, что нанести удар нам в сердце. Этого нельзя допустить, Северус. Когда планируется нападение?

— Послезавтра в полночь. Предлагаю увеличить число авроров, охраняющих здание и подступы к нему.

— Мы так и сделаем, Северус. Но для маскировки нужно также увеличить их число у других учреждений. Нельзя, чтобы Волдеморт догадался, что нас предупредили.

На лице мастера зелий не дрогнул ни один мускул.

— Если вы считаете это необходимым, директор. Но прежде чем вы ответите, я хочу сказать, что на этот раз я желаю принять участие в схватке. А чтобы никто из Упивающихся не узнал меня, приму Многосущное зелье.

Дамблдор задумчиво посмотрел на него. Морщины на его лице стали глубже.

— Хорошо, — отозвался он спустя минуту. — Но ты должен быть очень осторожным, Северус. Сейчас ты наш главный источник информации. Мы не можем лишиться тебя.

— Не беспокойтесь, директор. Я смогу о себе позаботиться.

— Я знаю, — вздохнул старый волшебник и опустил голову, переплетая пальцы лежащих на столе рук. — Я беспокоюсь о нас.

На долю секунды в черных глазах сверкнул лёд, но директор не мог этого видеть, так как в этот миг рассматривал свои морщинистые кисти, блуждая мыслями где-то далеко-далеко.

— Нотт и Эйвери в данный момент по-прежнему неуловимы. Они пытаются заручиться поддержкой жителей северной Скандинавии, — продолжил Северус, глядя на седую, склонённую голову старого волшебника. — Беллатрикс выполняет ещё одно поручение — собирает для Тёмного Лорда информацию. К сожалению, мне неизвестны имена людей, к которым она собирается отправиться.

Дамблдор покачал головой.

— Климминг, Абигайль, Лонгфорт... кто следующий? — он поднял взгляд и посмотрел в глаза неподвижно сидящему напротив человеку, всё ещё одетого в черную, забрызганную кровью мантию Упивающегося. — Ты должен вытащить из неё эти имена. Мы не можем позволить себе новые потери, Северус. Нас становится всё меньше. И это невзирая на усиленную охрану и всевозможные меры предосторожности. Волдеморт всегда знает, где их искать и как до них добраться. Я должен знать, как ему это удаётся. Если тебе станет известно хоть что-нибудь относительно его источника... Это должен быть кто-то из Хогвартса или из Ордена. Хотелось бы, чтобы этим... подброшенным яйцом оказался член Ордена. Я бы предпочёл, чтобы рядом с Гарри не крутился тот, кто играет на два фронта, если ты понимаешь, о чём я, Северус...

Мастер зелий согласно кивнул с понимающим и совершенно бесстрастным выражением лица.

— Как только что-то узнаю, немедленно проинформирую вас об этом, директор. К сожалению, Тёмный Лорд ещё не доверяет мне настолько, чтобы делиться самыми большими секретами. И, похоже, он доверяет мне даже меньше, чем я полагал, раз утаивает от меня этот «источник»...

Дамблдор кивнул, соглашаясь.

— Ты должен добиться его доверия, Северус. Приблизься к нему любой ценой, даже если для этого потребуются... — его голубые глаза остановились на запятнанной кровью мантии... — известные жертвы с твоей стороны.

Единственной видимой реакцией стали чуть сильнее сжавшиеся губы мастера зелий.

— Я сделаю всё, что в моих силах, директор, — ответил Снейп тихим сумрачным шепотом.

— А что с мальчиком? — внезапно спросил Дамблдор, резко меняя тему. — Волдеморт упоминал о нём или о каких-нибудь связанных с ним планах?

Снейп едва заметно покачал головой, глядя в исследующие его голубые глаза старика.

— Ни единым словом. Он слишком поглощён планированием нападений и стягиванием сил, чтобы в данный момент забивать себе этим голову.

Дамблдор смотрел ему в глаза ещё некоторое время, а потом расслабился и с тяжёлым вздохом отвернулся.

— Приятно услышать хоть одну добрую весть. Я знаю, ты в последнее время проводишь с Гарри много времени. Ты хорошо сделал, что взялся контролировать все эти его отработки. Пусть так всё и остаётся. Береги его, Северус. Ты знаешь, как он для нас важен.

Снейп снова кивнул и сжал губы.

— Если это всё, директор, то мне хотелось бы вернуться к себе и отдохнуть.

— Да, это всё. Спокойной ночи, мой мальчик, — ответил старый маг, откидываясь на спинку похожего на трон стула и пытаясь бодро улыбнуться, но улыбка вышла такой же блеклой, как и радужки глаз. В ней было больше усталости, чем оптимизма.

Северус поднялся и кивнул.

— Директор, — сказал он почтительно, а потом отвернулся и вышел.

Он шёл тёмными опустевшими коридорами Хогвартса, и шаги его были уверенными и четкими — их эхо гулко отражалось от стен погружённого в сон замка. Чёрная мантия развевалась за спиной, а тень от его высокой гордой фигуры скользила по камню от одного горящего факела к другому.

Вдруг Снейп остановился. Шаги стихли, и в воздухе разлилась густая тишина, в которой единственным звуком материального мира был треск пылающих факелов.

Северус не спеша полез в карман и достал зелёный камень, который в этот миг засиял золотистым светом. Приблизив его к скрытому в тени лицу, он прочитал яркую надпись:

Спокойной ночи, Северус.

Тишина набрала силу. Казалось, она поглощает все остальные звуки.

На губах Снейпа появилась едва заметная улыбка. В прячущихся во мраке глазах сверкнуло что-то невыразимое. Тревога и облегчение в эту минуту, казалось, соединились, слились до неразличимости. Тени, падающие на суровое лицо, рассказывали свои собственные истории. И только всматривающийся в камень мужчина знал, какая из них правдивая.

* * *

— Crucio! — голос Беллатрикс звучал выше, когда она произносила пыточные заклятия. Нечеловеческий, лишённый даже намёка на чувства. Как будто ею руководила воплощенная жестокость, а Беллатрикс была лишь её марионеткой.

Тело немолодой волшебницы задрожало, распростёртые конечности ударились о пол, выгибаясь под неестественными углами, а из горла вырывался нескончаемый хриплый крик, который ввинчивался в сознание, надолго застревая там.

Северус стоял чуть в стороне, наблюдая за происходящим с невозмутимым выражением лица. Могло показаться, что он видел подобное слишком часто, чтобы оно могло произвести на него хоть какое-то впечатление.

— Не растрать на неё все свои силы, я не стану аппарировать тебя в штаб, как в прошлый раз, — проворчал он тихо, обводя глазами помещение.

Тяжело дыша, Беллатрикс остановилась и повернула к нему раскрасневшееся лицо. В её глазах блестело такое возбуждение, словно она была на грани оргазма.

— О, прекрати причитать, Сев... Могу ведь я развлечься, если мне хочется. Возможно, благодаря этому она ещё что-нибудь нам напоёт.

— Сомневаюсь, — фыркнул Снейп, глядя на извивающуюся фигуру на полу. Из носа женщины текла кровь, а её широко распахнутые глаза смотрели на него так выразительно, как будто она хотела что-то сказать, но была не в состоянии это сделать. Однако, без сомнения, это было бы что-то неприятное. Уцелевшая часть её личности, отражавшаяся в пустых глазах, излучала ненависть и отвращение. К предателю. — Legilimens Evocis вытащило из неё всё, что нам было нужно, а если ты и дальше собираешься играть с ней, как кошка с пойманной мышью, это твоё дело. Я же иду искать то, за чем нас прислал сюда Тёмный Лорд. — С этими словами он повернулся на пятках и направился к выходу из разгромленной гостиной.

— Ну, Сев... С тобой не очень-то развлечёшься, — хихикнула Беллатрикс и, глядя на лежащую у её ног женщину, принялась задумчиво постукивать кончиком палочки по своей ладони, как будто о чём-то размышляя. Спустя минуту её губы растянулись в жутком подобии улыбки. Направив палочку вниз, она уже открыла рот, чтобы произнести одно из самых болезненных пыточных заклинаний, которые медленно убивали жертву, причиняя страшные муки, когда услышала за спиной решительное:

— Avada Kedavra!

И тут же из-за её плеча выстрелил зелёный луч, направленный на старушку, глаза которой на миг распахнулись, а потом погасли навсегда.

Беллатрикс в бешенстве набросилась на стоящего у двери Снейпа:

— Что это значит?! Это я, я хотела её убить!

— Я не собирался выслушивать её нескончаемые вопли в то время, пока буду обыскивать дом, особенно учитывая то, что это может затянуться надолго. У меня болит голова, — спокойно сказал Северус, опуская палочку.

— Но ведь я могла бы заткнуть ей рот!

— Мы оба знаем, что ты не сделала бы этого, Белла. Но, обещаю, у тебя будет другое развлечение.

Беллатрикс прищурилась, а на её губах появилась хищная усмешка.

— Правда? Умираю от любопытства, — мурлыкнула она, подходя к Снейпу, который, толкнув сорванную с петель дверь, вышел в разгромленную прихожую. Поднялся по лестнице на второй этаж, старательно обходя дыры в ступеньках. — Попробую угадать... — продолжала она, следуя за ним. Может, ты хочешь поделиться со мною своими успехами в делишках с этим сопляком, — Белатрикс хихикнула. Северус повернул к ней голову, на его губах блуждала язвительная усмешка. — Ха! Я так и знала! — она рассмеялась. — Ну и как там, Сев? Я слышала, этот паршивый полукровка таскается за тобой, как дворняга, и лижет твои ботинки... — Её звенящий смех отразился от стен, и с потолка отвалился кусок штукатурки.

— Ты всегда находила подходящие сравнения, Белла. — Ответил Северус, вступая в находящийся наверху коридор и направляясь к первой комнате слева. — Да, в данном случае «дворняга» — это идеальное определение. Как видно, некоторые фамильные черты неискоренимы.

Смех Беллатрикс зазвучал громче.

— А каково трахать такого кретина? — спросила она, перерывая шкафчики и комоды, пока Северус обследовал с помощью палочки стены. — Как тебе вообще не противно прикасаться к нему?

— Ты же знаешь, мне всегда достаются самые неблагодарные поручения, — фыркнул Снейп, отпихивая оказавшееся на пути кресло. — По крайней мере я испытываю удовлетворение, когда представляю, что бы сделал его плюгавый отец, если бы видел, как я развлекаюсь с его единственным сыном.

— Или его мерзкий крёстный. О, могу представить себе его мину, если бы он узнал, что из его крестника получилась такая шлюшка, — продолжила Беллатрикс со смехом, вываливая на пол содержимое ящиков.

— Жалеешь, что убила его? — едко спросил Северус, нацеливая полочку на пол.

— Никогда! — прыснула Беллатрикс. — Никогда, хотя бы ради того, чтобы увидеть маленького говнюка разбитым и втоптанным в землю. Я ещё помню, как он гнался за мной по всему Министерству, чтобы отомстить за смерть своей дворняжки. Бедненький обиженный мальчик, потерявший обожаемого дядюшку... И что? Его хватило всего лишь на жалкую пародию на Crucio, — фыркнула она, открывая встроенный в стену шкаф и рассматривая его содержимое. Снейп наблюдал на ней с ироничной усмешкой.

— Уже давно известно, что Поттер — имбецил. Я всегда считал, что он совершенно лишён каких-либо талантов, но в последнее время решил пересмотреть своё мнение...

— Правда? — заинтересованно спросила Беллатрикс, поворачиваясь к нему лицом.

— У Поттера непревзойдённая способность отсасывать.

Это замечание вызвало у неё новый взрыв звонкого смеха.

— Ох, Сев, Сев... Порадуй меня ещё какой-нибудь пикантной подробностью. Ты ведь знаешь, как я люблю слушать об унижениях этого паршивого грязнокровки. Расскажи мне... — она прекратила рыться в шкафчике и замерла, устремив на Снейпа взгляд сощуренных глаз. На её красных губах блуждала злорадная улыбка. — Расскажи мне, как громко он стонет и умоляет о большем, извиваясь перед тобой на коленях.

На сей раз рассмеялся уже Северус.

— Так ты уже почти всё знаешь, Белла. Да, Поттер на коленях — это чудесное зрелище. Именно там ему и место — у моих ног, скулящему, как сука в течке. — Глаза Снейпа сверкали, когда он это говорил. Беллатрикс с пониманием усмехнулась.

— Я вижу, наш маленький Золотой Мальчик стал настоящей шлюхой, — хихикнула она, возвращаясь к обыску шкафа и находящихся в нём саквояжей и чемоданов. — Наверняка ты его здорово выдрессировал, Сев. Он пойдёт за тобой не задумываясь?

Снейп ответил ей красноречивым взглядом, в котором читалось: «За кого ты меня принимаешь, женщина?»

— Полагаю, сейчас Поттер способен напасть даже на своих драгоценных друзей, если я его должным образом настрою.

Беллатрикс внимательно на него посмотрела.

— Наверное, это необыкновенное ощущение. Иметь над ним такую власть... Над своим главным врагом. Получается, это не такое уж плохое поручение, Сев. Тебе не на что жаловаться.

— Я никогда на него не жаловался, Белла, — спокойно возразил Снейп, обследуя с помощью палочки потолок. — Единственный его недостаток в том, что оно связано с Поттером.

— Нашла! — вдруг закричала Беллатрикс, вынимая из какого-то саквояжа небольшой свёрток. Заглянув внутрь, она широко усмехнулась. — Задание выполнено. Можно убираться отсюда.

Северус кивнул, спрятал палочку в карман мантии и подошёл к Лестрейндж. Спустя мгновение две фигуры в мантиях Упивающихся смертью с громким хлопком исчезли, оставив после себя в разгромленном доме лишь взметнувшуюся в воздух пыль и лежащее этажом ниже мёртвое тело женщины, смотрящей в потолок широко распахнутыми пустыми глазами.

* * *

В комнатах мастера зелий царили полумрак и тишина. Казалось, в холодном сыром помещении никого нет. Однако это была только иллюзия.

За стеной, скрытой одним из книжных шкафов, в наполненной фолиантами, флаконами и парами лаборатории Северус Снейп склонился к котлу с тёмно-зелёной субстанцией, время от времени помешивая её и внимательно изучая лежащую на столе книгу, страницы которой были густо покрыты гравюрами и рунами.

Отложив в сторону черпак, он достал из кармана мантии небольшой свёрток. В нём обнаружился кусок всё ещё окровавленной кожи и что-то похожее на маленькое мясистое сердце, из которого торчали хвостики сосудов. Очистив и то и другое при помощи заклинания, он разложил кожу на доске и принялся резать её на ровные полоски шириной с полсантиметра. Затем, собрав полоски в кучку, ловко стал нарезать их кубиками.

Лицо его было сосредоточенно, как будто каждое движение требовало ювелирной точности и один промах мог всё испортить.

Покончив с нарезкой, он придвинул к себе весы и отмерил ровно две и три четверти унции, а потом с величайшей осторожностью, вглядываясь в зелье как ястреб, высыпал подготовленный ингредиент в зелье. В следующий же миг на поверхности появилось пятно в форме черепа, но очень быстро растаяло, а содержимое котла позеленело ещё больше.

По лицу мастера зелий пробежала лёгкая усмешка, однако его плечи и вся фигура свидетельствовали, что она не развеяла владевшего им напряжения.

Он взял черпак и помешал зелье двадцать раз по часовой стрелке и два раза против. Затем взялся за лежащее на доске сердце. Вначале залил его заранее приготовленной водой и подождал до тех пор, пока от него перестал идти пар. Надел черные перчатки из драконьей кожи, вынул из воды сердце, снова положил его на доску и очистил его от сосудов и других посторонних включений. Потом положил сердце в ступку и стал растирать его, следя, чтобы не потерять ни капли брызжущей крови. Когда оно превратилось в густую кровавую кашицу, он перелил её в маленький котёл и принялся подогревать на слабом огне, пока не довёл до нужной кондиции. Тогда быстро убрал его с огня и приготовился переливать в котёл.

Однако тут ему что-то помешало. Он чуть опустил котелок и свободной рукой полез в карман. В ладони сверкнул зелёный камень. Приблизив его к глазам, он прочитал сообщение:

Можно прийти к тебе сейчас, Северус?

Его глаза внезапно прищурились, и в них вспыхнуло что-то похожее на... гнев. Сжав камень, он быстро ответил:

У меня нет времени, Поттер. Не мешай мне.

Опустив руку, он хотел было убрать камень в карман, но прежде чем успел сделать это, тот снова вспыхнул. Мастер зелий посмотрел на зажатый в пальцах камень и с нечитаемым выражением лица снова поднёс драгоценность к глазам, однако на сей раз не так поспешно, как будто его что-то сдерживало. Словно он хотел любой ценой отодвинуть его от себя, но не мог этого сделать.

Жаль... я просто... так соскучился и подумал... что мне так хочется тебя обнять. Но это не важно. Прости.

Северус нахмурился, а гневное пламя в его глазах разгорелось ещё ярче. Опустив руку с камнем, он посмотрел на котелок и снова начал его наклонять. Черные радужки внимательно следили за густой медленно ползущей по стенке субстанцией. Однако прежде чем первая капля перелилась через край и упала в котёл, Северус отдёрнул руку и зажмурился.

Вена на его виске пульсировала, а пальцы руки, в которой был камень, сжались так сильно, что побелели косточки.

В следующее мгновенье Снейп швырнул камень в самый дальний угол. Во взгляде, который мастер зелий устремил на красную субстанцию, было смятение. И всё же его победила решимость: Северус быстро наклонил котелок и зажмурился в тот миг, когда первая капля упала в тёмно-зелёное зелье. С его губ сорвался тихий вздох, а на напряжённом лице на сей раз не было даже тени насмешки.

Зелье забулькало, и над ним взвился черный дым, который, искрясь и завиваясь в спирали, поднялся к самому потолку. Снейп ещё три раза помешал зелье против часовой стрелки, делая пятисекундные паузы перед каждым кругом, а потом отложил черпак на столик. Затем он уменьшил при помощи магии огонь, прикрыл котёл и, отшатнувшись, прислонился спиной к уставленной склянками и флаконами столешнице. Опустив голову, с минуту он стоял не двигаясь, и только одному ему было известно, где блуждали его мысли.

Через некоторое время он пошевелился и выпрямился, окинув лабораторию непонятным взглядом. На другом конце стола варилось ещё одно зелье, а рядом стоял черный флакон, который Северус получил несколько дней назад на Ноктурн-аллее. Подойдя к этому котлу, он критически оценил его содержимое и, взяв черпак, помешал его два раза.

Когда Снейп отвернулся от стола, его взгляд устремился в угол, где поблёскивало что-то зелёное. Неспешно подойдя туда, он поднял почти добела раскалившийся камень.

Сообщение, которое он прочитал в нём, вызвало на его губах чуть заметную улыбку, однако она погасла так же быстро, как появилась. Взгляд черных глаз сам собой устремился к столу, но Северус не позволил себе смотреть туда и, резко развернувшись, поспешно покинул лабораторию.

Миг спустя там остались лишь медленно развеивающиеся клубы чёрного дыма.

* * *

Брошенное Блэквудом поджигающее заклятие угодило прямо в бегущего мужчину и отбросило его на живую изгородь, которая тут же вспыхнула словно факел. Крики боли разнеслись по всем по окрестностям, а смрад горелой кожи был таким сильным, что даже Северус едва заметно поморщился.

— Попал! — рассмеялся высокий статный мужчина с гривой кудрявых, падающих на маску волос. Из какого-то дома послышался визг. В какофонии доносящихся с разных сторон взрывов, криков и заклинаний нельзя было понять, кому он принадлежал — женщине или ребёнку, но Северус мог бы поспорить, что, скорее всего, верно второе предположение. Минуту спустя стоящие на пылающем газоне мужчины услышали экстатический смех Беллатрикс, который раздался из разрушенного дома, далеко здесь не единственного. В стенах нескольких расположенных на противоположной стороне домов зияли огромные бреши, крыши были провалены. Многие их соседи напротив — пылали. Среди них бегали объятые ужасом люди в пижамах и ночных рубашках, которых преследовали высокие фигуры в черных мантиях. Упивающиеся жестоко играли со своими жертвами, которым их неспешный шаг давал иллюзорную надежду на спасение. Через мгновенье воздух прорезал предсмертный страдальческий вопль. Вдали кто-то высокий и тёмный тащил за волосы молодую, пытающуюся вырваться женщину. Какая-то девушка держала за ногу мертвого двух— или трёхлетнего ребёнка: отчаянно причитая, она волокла его за собой по земле.

Упивающиеся редко прибегали к Убивающему заклятью. В отношении к магглам они предпочитали более эффективные способы убийства — такие, которые лишали жертв даже малейшего шанса защититься. Например, заклинания, заставляющие свернуться кровь, отрезающие части тела или сдирающие кожу были самыми популярными, однако некоторые Упивающиеся, которые довели своё искусство до совершенства, использовали новые впечатляющие методы. К ним принадлежала Беллатрикс и, собственно говоря, Блэквуд.

— Помоги-и-и-и-и-и-х-р-р-р!

Северус обернулся как раз в тот миг, когда молодой парень с черной гривой растрёпанных волос упал прямо на него. Бьющая фонтаном кровь обрызгала мантию и белую маску Снейпа. Мастер зелий инстинктивно подхватил его, хотя в ярко-голубых глазах уже не было жизни, а от спины поднимался черный дым. Когда Северус на неё посмотрел, то увидел в ней огромную дыру. Из окровавленных мышц торчали фрагменты сломанного позвоночника.

— Брось эту падаль, — рассмеялся Блэквуд, провожая взглядом Упивающегося, только что убившего парня и уже направляющегося к следующему магглу. — Мне кажется, я уже никогда не избавлюсь от их всепроникающей вони. Плодятся, как тараканы, куда ни плюнь, их полно, — проворчал он, сжимая палочку и пытаясь отыскать взглядом следующую цель.

Северус оттолкнул влажное тело и выпрямился, сильно стиснув свою палочку. Его руки были затянуты в черные, обагрённые кровью перчатки.

Скрытый маской взгляд Снейпа остановился на молодой женщине, которая бежала по краю газона, на котором они стояли. Её длинные волосы горели, а крик уже привлёк внимание высматривающих цель сторонников Тёмного Лорда.

— Твоя очередь, Северус, — вежливо заметил Блэквуд, указывая палочкой на женщину.

Рука Снейпа поднялась без колебаний.

— Sectumsempra!

Заклинание ударило в спину. Женщина упала лицом вниз и начала конвульсивно биться и кататься по траве, отчего комья разлетались во все стороны. Кожа её раскрывалась, словно под невидимым скальпелем, а кровь из ран брызгала даже дальше, чем долетали клочки травы и земля. Несколько капель попало на мантии наблюдающих за ней неподвижных мужчин.

— Должен признать, Северус, это необычайно эффектное заклинание. Может, раскроешь мне его секрет, в конце концов? Давно ты его знаешь?

— Очень давно, — невозмутимо ответил Снейп, опуская палочку и отводя взгляд от всё более слабо вздрагивающей на траве фигурки. Огонь с волос перебросился на лицо и постепенно охватил уже неподвижное тело.

— Скоро уже управимся, — сообщил Блэквуд и потянулся так сильно, что затрещали кости. — Но мне хотелось бы ещё немного позабавиться... — сказал он, бросая взгляд на лежащего рядом подростка с дырой в спине. — Вообще, этот бы подошёл, если бы не один досадный недостаток. — Блэквуд хрипло рассмеялся, как будто рассказывал смешной анекдот, соль которого была понятна лишь ему. — Не будь таким истуканом, Северус. Я ведь знаю, как ты любишь развлекаться с такими, как он. Помнишь нашу многочасовую сессию с детишками в Гринвилидж, пока Тёмный Лорд не отправил меня на четыре месяца в захолустье на Балканах? Черт возьми, как же мне этого не хватает... — продолжал болтать Блэквуд, в то время как Северус, не отрываясь, смотрел на неподвижное лицо мальчика, застывшее в гримасе ужаса. — Я до сих пор вспоминаю их крики и стоны, перед тем как заснуть. Нет ничего лучше их маленьких голых тел и узких задниц. — Поблёскивающие в вырезах маски глаза сверкнули холодным огнём. — Надеюсь, когда Поттер окажется в руках Тёмного Лорда, он позволит и нам немного с ним поиграть...

Забрызганная кровью маска в форме черепа медленно поднялась и повернулась к говорившему. Маска полностью скрывала лицо мастера зелий, видны были только черные радужки глаз, взгляд которых упёрся в замечтавшегося Блэквуда.

— И не говори, что все эти годы, когда он был от тебя на расстоянии вытянутой руки, тебе этого не хотелось, — продолжал Упивающийся. — Ты только себе представь... трахать их «Золотого мальчика», их «маленькое чудо», «надежду волшебного мира», этого паршивого «Избранного»... Прижать его к земле, втоптать в грязь, причинить такую боль, которая ему даже не снилась, а потом трахать до потери сознания, как мы это делали когда-то... Ох, это будет просто замечательно! — Из горла Блэквуда вырвался хриплый смех.

Обсидиановые глаза неподвижно смотрели на него, и с каждым новым словом взгляд их становился холоднее: они превращались в чёрные дыры, поглощающие свет и тепло, в острые как кинжалы осколки льда, способные пронзить насквозь не только тело, но и душу.

Спустя минуту с губ Северуса сорвалось задумчивое:

— Правда?

Однако погружённый в свои мысли Блэквуд проигнорировал его вопрос.

— Только, чур, я первый, в очереди к его девственной попке, — продолжал он размышлять вслух, и его глаза заблестели возбуждённо и мстительно.

Снейп сделал шаг в его сторону.

— Просто не могу дождаться дня, когда я всё это увижу, Блэквуд, — его голос многообещающе зазвенел.

— Хэй, мальчики! — По-девичьи высокий крик Беллатрикс привлёк внимание рыщущих по окрестностям Упивающихся, в том числе и Снейпа с Блэквудом. — Нас вычислили. Уходим!

Послышались громкие хлопки, и одетые в черное фигуры стали одна за другой аппарировать. Среди догорающего пепелища остались лишь головешки и неподвижные мёртвые тела.

После обязательного визита к Дамблдору и объяснений на тему, почему Северус ничего не знал о планировавшейся атаке на «этих бедных ничего не подозревающих магглов из Хэмпстона», после подробного доклада с места событий (сколько человек погибло и кто именно), а также выслушивания монолога старого волшебника о растущем успехе Тёмного Лорда и опасений по поводу того, что перспективы его одолеть тают, мастер зелий наконец смог вернуться к себе.

Как призрак, он преодолел путь от душного кабинета директора до своих холодных подземелий, неся в руке забрызганную кровью маску в форме черепа. Его мантия всё ещё была запятнана кровью убитых сегодня магглов, хотя на чёрной ткани это было не так заметно.

Замок был совершенно пуст. Не только потому, что стояла глубокая ночь, но прежде всего из-за того, что почти все ученики разъехались на каникулы.

Нападение, в котором Северус сегодня участвовал, стало рождественско-новогодним подарком Тёмного Лорда всему волшебному миру. Судя по реакции Дамблдора, а также по тому, что Министерство Магии созвало экстренное заседание, собрав на него всех, занимающих важные должности волшебников, отозвав их из отпуска, удар попал в цель и оказался весьма чувствительным.

Когда Северус в конце концов добрался до своих комнат, тихо произнёс пароль и вошёл в кабинет, он пересёк его в несколько шагов, назвал ещё один пароль и наконец оказался в гостиной.

Пока его не было, домовики разожгли огонь в камине. Поленья трещали, а исходящий от огня жар коснулся его напряженного, погружённого в раздумья лица.

Тихий шелест, раздавшийся за спиной, заставил его отреагировать инстинктивно. Резко развернувшись, он потянулся за палочкой, нацелив её туда, откуда донёсся звук. Он уже открыл рот, чтобы произнести парализующее заклинание, но слова застряли у него в горле, а сам он застыл.

У входа стоял Поттер и неспешно снимал с себя мантию-невидимку, решительно и уверенно глядя Снейпу в глаза.

— Добрый вечер, Северус.

CDN

* "Snuff" by Slipknot