Часть 20

Ещё один рабочий день подошёл к концу. В его середине Дилан получил сообщение о полном согласии всех сторон насчет ночёвки. Только поздно понял, что сегодня надо на перевязку и хорошо было бы, чтобы у Лололошки появилась вторая ночная пижама в чужом доме. Но обе неприятные проблемы он проигнорировал. За один день в ноге ничего не сгниет, а у Ричарда есть второй комплект одежды.

Вспомнил про это и Ло, написал пареньку, на что получил краткий ответ, рана юношу не волнует совсем, а ему есть во что одеться. Впоследствии оба успели забыть про кошку. Дилан от того, что не привык к домашнему животному, а второй из-за своей забывчивости. Но маленькое животное обязательно найдёт себе прикормку и отомстит двум рассеянным хозяевам, чуть намусорив в квартире.

Под конец рабочего дня к нему пришла орава, состоящая из трех друзей и Лололошки. Его просто другом назвать нельзя. Последний помог юноше подняться с места, уводя в прихожую, откуда далее понес Дилана на руках. На что у троицы была неоднозначная реакция. Карл хлопал глазами, не ожидал увидеть что-то подобное, его рот даже немного приоткрылся от удивления. Шэрон показательно закатила глаза и промолчала. В мыслях у неё, пожалуй, было то, что эти двое ну уж жутко мило смотрелись друг с другом. Факт позволения такой ситуации со стороны Дилана уже говорил о многом для девушки, даже если это было необходимостью. Ричард часть пути улыбался как вне себя. Один раз даже успел провозгласить лежащего парня принцессой, за что огреб уже в машине.

После того как все оказались в транспорте, и Лололошка успел выехать, предварительно заведя автомобиль, Дилан достал припрятанную пачку сигарет. После работы их хотелось жутко, ведь разборки с произошедшей ситуацией и оплошности подчиненного лежали на плечах юноши. Дым тянулся струйкой за машиной, а Ричард смотрел на него взглядом, полным напущенной ненависти, ведь не любил никотин в любом виде. Парень видел его через переднее зеркало машины, но значения этому не придал.

Значение имело не это, нет, совсем нет. Внимание было приковано к Лололошке, который на каждом светофоре отправлял к нему взгляд. Дольше чем на пару секунд смотреть друг на друга они не могли, оборачивались словно рефлекторно, совсем не контролировали это. Как будто такие томные взгляды были слишком интимными, волнующими, трепетными для их нынешнего окружения. Сердце билось в пару тактов быстрее, ладони начинали потеть, а щеки гореть. Даже для Лололошки такое непривычно, что уж там говорить про Дилана.

А Ричард же на середине дороги начал за этим наблюдать. И, пожалуй, он ощущал себя однозначно странно. Так, будто подсматривает за какой-то парочкой из-за двери. Они словно глазами флиртуют. Шэрон же этот балаган не волновал, а Карл зачитывался электронной книгой.

Пятеро подъехали к уже знакомому каждому дому. Первым вышла троица, в конце Ло с подхваченным на руках Диланом. Тот лишь облокотился на его плечо и прикрыл глаза, уложив руки на живот. Уже успел свыкнуться с ощущением того, что его носят. Но все равно без надобности никто бы не позволил подобного. В этом юноша был уверен на все сто.

Пару минут, и они добираются до квартиры. Ричард от чего-то ругается с доставщиком, а Карл с Шэрон разбирают диван и пижамы, устраивая уютное гнездышко. Двое оставшихся парней находятся в уединении друг дружки. Лололошка даже помогает с обувью, ведь на перевязку не поехали, значит, ногу нагружать нельзя. Главное говорит это с такой обворожительной улыбкой, от чего у Дилана в голове все перекручивается. Юноша даже не в состоянии отказать ему или просто оправдывает этим то, что отказывать не хочется. Ему помогают доковылять на двух ногах до зала. Сейчас никто без позволения не трогает его талию или хуже того живот, второй парень просто держит руку на весу, дабы если что подхватить падающее тело, так что чувствует себя он относительно нормально. И почему-то оба сразу забыли про ногу, которую не стоило бы нагружать.

В зале они захватывают два комплекта одежды и теперь держат путь в одну из свободных на этот момент комнат. За закрытой дверью оба проходят к диванчику. Это рабочий кабинет Ричарда, но как будто данная информация хоть кого-то волнует. Дилан противится усаживанию на диван, от чего Лололошка стоит, малость не понимая, чего от него хотят.

— Лицо. — Тихо говорит, поднимает руку к чужому лицу, но его опережают.

Парень, понимая, первым подхватывает инициативу и укладывает одну из ладоней на холодную щеку, после чего спешно впивается в чужие губы. Оба прикрывают глаза и сливаются в кратком, но все же желанном поцелуе. Руки Дилана немного трясет, он пальцами неспешно поглаживает чужие скулы и спустя мгновенье отстраняется, отводя взгляд в сторону.

— Я схожу с ума. — Он рукой мнет свои глаза и старается привести мысли в порядок. Сколько сотен раз юноша думает о том, что он уже сумасшедший, ведь настолько желает чего-то подобного.

— Сойдем с ума вместе?

Дилан сразу же резко переводит взгляд на него и бегает им по лицу в полумраке. Как хорошо, что они не додумались включить свет. Второй парень лишь подмигивает ему и улыбается. Юноша лишь кивает, соглашаясь, резко отстраняется, предпринимая попытки успокоить собственное сердцебиение. Опирается рукой об стенку и сваливается на небольшой диванчик, закидывая собственную голову назад. Ладонями прикрывает лицо и томно вздыхает. Как быстро начался столь взволнованный момент, так его быстро и закончили.

Ло, отойдя от произошедшего намного быстрее, лишь протягивает ему одежду, после чего её почти сразу выхватывают из рук. Первый быстро начинает переодеваться, забрав свою кучку вещей. Дилан же тянет с этим, поначалу разобравшись с верхом, а впоследствии и с низом, но времени на это затрачивается в разы больше. И эту продолжительность значительно увеличивает поврежденная нога. Хоть повезло, что кое-кто не мучил своим взглядом и попросту отвернулся.

Но в итоге оба выходят из темной комнатушки и постепенно направляются в сторону кухни, где уже трое остальных вовсю хозяйничают. Ричард расставляет продукты по холодильнику, Шэрон раскатывает одну из трех упаковок теста по поверхности столешницы, Карл занят тем же, но уже со вторым куском. Парни усаживаются на кухонный диван, Дилан поджимает здоровую ногу под себя и ставит на неё подбородок, второй юноша же накидывает на него плед со стороны, на что получает благодарственный взгляд. Хорошо, когда всё понятно без слов.

— Ненавижу разбирать продукты. — Ричард бормочет себе под нос. Для него это гнусное и неприятное занятие, сопровождающиеся скукой, единственное, что он хоть как-то любил в быту это перебирать шкаф, параллельно подвергая разборке вещи и иногда, возможно, пылесосить. Но вот что он точно не любил так это разбирать продукты.

— Начни жить доставками, это удобно. — Юноша пожимает плечами. Он пользовался услугами доставки готовых рационов питаний и единственное, что мог приготовить это чай и, если захочется, то яичницу. Его холодильник постоянно был пуст. На приготовление еды не было ни желания, ни времени.

— Тогда на безделушки денег не останется.

— Поплачь?

— Даже не сочувствует.

Парень хмыкает и опирается на стену, наблюдая за всем происходящим. Шэрон начала что-то сыпать на тесто, в то время как Карл принялся резать своё, Ричард же плюхнулся на стул, стоящий неподалеку от Лололошки. Голова сама собой свалилась на сложенные руки, и он протяжно промычал.

— Скука. Расскажите что-то.

— Что? — Дилан задает вполне логичный вопрос. Он совсем не знал, как начать обсуждение. Обычно, это самое сложное.

— Ну, вот, к примеру, Какие ассоциации скажем у вас с красным цветом? — Парень сказал то, что первым пришло на ум. Тема совсем простая, но рассуждать можно долго, у всех разное восприятие мира. — У меня влюбленность, ну, типа сердце. Красное такое и большое.

— Любовь. — Девушка отвечает кратко, не давая лишних комментариев. Ассоциации иногда сложно объяснить. Может, такое возникает в голове от влияния общества и того, что в нем сердце всегда красное и всегда признак любви.

— Тоже что-то такое любовное или цветы, розы, ярко-алые розы, с острыми шипами. — Карл же расщедрился на более длительное обсуждение. В голове даже предстала картинка клумбы красивых цветов, ядрено-красного цвета. И, пожалуй, это было восхитительно. Природа лучший художник мира.

— Кровь. — Парень не дает комментариев. Вся эта любовная тема навязана обществом и не несет никакой цели в себе. Концепцию сердечек он не выносил. В его жизни любви практически нет, есть она только в рассказах о лучшем со стороны Шэрон и Ричарда. А вот кровь есть. И крови у него в жизни слишком много.

— Кровь и связанные сердца людей. — Последний парень пожимает плечами. Для него не было чего-то одного. Да и связанные сердца он воспринимал буквально. Два человеческих сердца связаны красной нитью. Может, это было чуть-чуть странно, но от чего-то именно такое представление впечаталось в голову.

— Влюбленность в общем. — Ричард приводит всё к логичному исходу. Если быть честным от Дилана, к примеру, он другого не ожидал. — Что насчет голубого?

— Море? Хотя оно скорее синее. — Юноша отводит взгляд к Лололошке и наблюдает пару секунд. Голубой от чего-то связывался с ним. Может, он даже когда-то упоминал про свой любимый цвет, ибо другого объяснения такой параллели найти сложно. Но в его голове было представление, что это не ядерно-голубой. Нет, совсем не он. Скорее всего, синева этого цвета была более отдаленной, приглушенной белым. Даже в какой-то мере нежной. — И с Ло. — Дилан в раздумьях совсем забыл про то, что в окружении людей он обычно называл его полным именем, никак не сокращая. Парень понимал, что для Лололошки это сокращение какое-то особое, скорее более деликатное, поэтому данная форма имени и не позволялась при всех. Да только сейчас он витал в облаках, и контролировать сказанные слова было сложно.

— Ло? — Ричард, первым переспросив, нахмурил брови,. И как только увидел смятенное и даже частично напуганное лицо юноши, сразу всё понял. Кто-то сказал не то. Почти сразу девушка со вторым парнем обернулись на него, с ехидными улыбками на лицах.

Дилан выдохнул и прикрыл лицо руками. Ощущения, словно кто-то зашел или залез по случайности туда, куда не стоило. Лололошка рукой прикрыл слабую улыбку, знал же, что никто в этой компании без позволения его так называть не будет, так что волноваться было не о чем. Юноша резко на него обернулся, слегка взволнованный, будто бы пытаясь убедиться, что все хорошо. А как только замечает, что у парня улыбка с лица не слезает, на душе сразу же становится будто спокойней.

— Мы видно услышали какую-то особую кличку.

— Даже если это так, вас это не особо касается.

— Ну и нравится же мне за вами наблюдать. — Естественно, парень игнорирует слова, сказанные в его сторону.

— Ричард, ты неадекват.

Он сильнее кутается в плед, наблюдая за готовкой. Диалог был закончен, и вместо него пришла приятная тишина, пока никто не знал, о чем именно можно было ещё поболтать, поэтому все просто сошлись в молчаливой радости дня. Единственное, Лололошка подсел к Дилану и едва мизинцем коснулся его руки, на что тот положил свою ладонь на его и продолжил наблюдать за спинами друзей, готовящих, видимо сосиски в тесте и булки с маком.

Спустя время эти же булочки уже раскладывали по противням и смазывали сверху смешанным желтком и белком яйца. Пожалуй, никому не было известно, зачем так делать, просто Шэрон знала, что так будет вкусней. И сразу после этого все уселись за стол, ожидая конца таймера. Да только в голову Ричарда пришла одна тема для диалога.

— Короче, рассказываю, у меня мама накопала этой картошки в одиночку, теперь меня хотят замучить ею. Я вообще не знаю, зачем ей примерно десять ведер картошки. Не хотите картошечку к себе забрать? Я не желаю жить на ней всю зиму. — Он с надеждой смотрит на всех четверых, Дилан лишь пытается сдержать смешинку, ибо нытье по поводу засадки огорода он выдерживал достаточно долго, а теперь, видно, в благодарность, вселенная решила послать ему бесплатную картошечку, притом он её почти не ест. Ведь там ещё что-то чистить надо. А ему, естественно, лень.

— У меня такое же с томатами. Как насчет равномерного обмена? — На лице Карла проявляется самая добрая улыбка. Пухлые щечки делают его лицо ещё более округлым, что выглядит достаточно миловидно.

— Я согласен! Эта картошка уже в страшных снах сниться. — Он действительно сначала садил, потом вспахивал, далее копал её. И это все при факте того, что Ричард уже не пятиклашка летом у мамы на даче, бесконечно возящийся с картошкой. Но почему-то его пятый класс и уже взрослый возраст ничем не отличаются в плане маминой рассадки.

— Мне бы ваши встречи с мамой. А то моя уехала как обычно к морям и дочь не навещает. — В интонации Шэрон слышна обида, она совсем резко переводит тему на себя. Подобное в их компании было нормой, и никто особо против не был.

— Напиши ей хоть, а то со своим пареньком пропадаешь всё время после работы. — Юноша первым вклинивается в диалог с девушкой. Дилан ей ближе всех и это видно. Они оба какие-то отстраненные от мира всего, пусть и одна из них работает психологом. — Думаю, она будет рада. Да и я не помню, чтобы твои родители хоть раз противились общению с тобой. Шэрон, они сами друг друга после развода не выносят, но к тебе приезжают вдвоем, чтобы поболтать, давай без обидок на одну из них.

— Напишу. Ну и начал ты тему конечно. — Девушка слегка вздохнула. Ей действительно попросту хотелось чаще видится с родными, да у тех всё дела. Она как психолог понимала, что обижаться на подобное очень глупо и совсем несуразно. Но все равно хотелось увидеть родителей чаще, чем раз в полгода. Да и когда ты сам проживаешь какие-то эмоции бывает, что мозг, заполненный психологическими сведеньями, отказывается работать.

— А я не прав?

— Так уж и быть, признаю тебя правым. — Она усмехается и поглядывает на улыбающегося Дилана.

— Не знал, что твои родители в разводе. — Лололошка встревает в обсуждение и хлопает глазками, сейчас показалось, что перед ним сидят совсем чужые люди, о которых он почти ничего не знает.

— Разве я тебе не рассказывала? Прости, наверное, заработалась слишком сильно. Они разошлись после моего окончания школы. Совсем скоро будет десять лет с их разлуки. Мама нашла себе какого-то мужчину и уехала к морям, а отец вообще заново создал семью и выращивает биологически не родную ему дочь. У меня сестренка сводная есть, да мы не общаемся совсем. Но про меня никто не забыл. — Шэрон лишь пожимает плечами и улыбается, она давно пережила ту ситуацию, после обучения в университете вообще смотрит на неё как на положительное развитие в жизни её родителей. Они счастливы с новыми семьями.

— А ты знаешь про то, что я остался без отца в свои четырнадцать? — Карл же неуверенно поглядывает на Лололошку. Он помнил, что ничего подобного ему никто не говорил. Всегда болтали на что-то отвлеченное и совсем не упоминали про разочарования жизни.

— У меня сейчас ощущение, будто я ни с кем не был знаком.

— Возможно, это от того, что вы не разговаривали нигде, помимо офиса. А там ребята такие темы не поднимают. — Дилан отчетливо знал, что никто из его друзей в жизни не расскажет другим работникам о чем-то подобном. Они им слишком чуждые. А из близких у каждого их компания да родственники.

— Может быть.

— Что насчет настолки? — Ричард резко перескакивает на другую тему. Не хочется болтать о мертвых и разведенных родителях. Ему с Диланом, к счастью, ещё повезло с ними, и у них нет подобных историй.

— Только давайте без двух правд, одной лжи и алкоголя, брр. — Он вспоминает ту ночевку. Хочется отмыться от своих мыслей и действий в тот момент. Неужто было так сложно взять и поцеловать кое-кого.

— А мне понравилось. — Лололошка же пожимает плечами, парню действительно приглянулась она. Ведь никаких последствий в виде рвоты не было, он не особо творил или говорил бреда. Ну и в тот момент только начал осознавать свои же чувства, что было достаточно приятно.

— Тебе не то понравилось. — Дилан закатывает глаза, но все равно сильнее сжимает руку Лололошки. Это как молчаливое согласие в том, что момент, который он имел в виду, ему тоже приглянулся, пусть и весь остальной вечер был муторным и наполненным алкоголем.

— Все мы знаем, что ему понравилось.

— Ричард, прошу, захлопнись. — Парень сбоку достает коробку с играми. У юноши кухонный стол единственный в квартире. Поэтому все игры лежат неподалеку от него. Пару секунд прорыскав, Дилан находит коробку со старыми и слегка потрепанными картами, именно в них они играли ещё в конце школы. Все игнорировали непрофильные предметы и на них постоянно сидели с картами. Поэтому они такие потрепанные. — В карты будем.

— На раздевание?

— Нет. Я тебе, что сказал сделать минуту назад?

— Ну и душный же ты.

Парень раскладывает перед всеми по шесть карт, в козырях выпадают трефы, и начинается игра. Колода на пять человек уходит быстро, Дилан вылетает первым, за ним Ричард, а после и Лололошка. В дураках остается Карл, не фанат он все же таких игр, ему больше нравится домино. Во второй партии юноше попадаются такие карты, что на такой фееричный выигрыш, как в первый раз, он уже не надеется. И, действительно, парень остается дураком. Он закатывает глаза и фыркает, нужны ему эти игры. В один момент Шэрон замечает, что время запекания давно подошло к концу. Она резко подрывается и хватается за первые попавшиеся три полотенца, одно раскладывает на столе, остальные два сворачивает, открывает духовку и достает оттуда горячие пирожки, после оставляет дверцу приоткрытой и сама усаживается за стол.

— Прошу. — Ричард слушает девушку и первым забирает булочку с маком, но почти сразу же бросает её назад и начинает размахивать руками. Горячая ведь.

— Не думал, что ты настолько глуп.

— Когда я хочу есть, меня не волнует что горячее, а что нет. Я ничерта не ел с обеда.

Он вздыхает и начинает наблюдать за сочными, красивыми, румяными булочками и у парня начинают течь слюнки. В это же время Дилан так и не спустил руки с ладони юноши, до сих пор держал, и никто этого не видел. Свободными пальцами он почесал нос и понял, что тот жутко холодный, впрочем, как и вся рука. Через мгновенье прикоснулся к ноге через носок и осознал, он промерз до костяшек. Изначально это не ощущается совсем. Да до поры до времени.

— Я замерз.

— Отопления ещё не дали, мучайся.

— Нам тоже не дали, я окоченел сегодня. Представь, прыгать утром, закрывать окно с ночного проветривания, а потом ещё скакать до шкафа, чтобы переодеться.

— А Лололошка где был?

— Спал.

— Я вообще-то проснулся и застал твои попытки натянуть носок. Да и ты мог меня разбудить, я бы и окно закрыл и помог переодеться.

— Будить ещё кого-то, ага, конечно. Сам как миленький под мой будильник встаешь. — Парень убирает руку и зарывается в плед сильней. С вечерами холодает. Так и до снега в начале осени не далеко. Он укутывает всё, помимо одной из ног, ведь та не согнута, а если её сгибать вновь придется сдирать повязкой засохший слой крови, а этого Дилану хочется меньше всего. — Ладно, я скоро снизойду до звонков в управляющую службу, ибо так замерзать я не хочу. Всего один день реальных холодов и я уже готов помирать. Зато как в офисы, больницы и школы с садами отопление проводить так мы первые. А обычным людям ни шиша.

— Мне лично нормально.

— Ну да, у нас же в компании один я мерзляк.

— Зато у тебя телогрейка есть.

— Кто-кто?

— Вон с тобой сидит, зажимается.

Лололошка немножко отодвигается. Они сами не заметили, как пересели друг к другу слишком близко. Вообще, если так прикинуть, то он действительно может согреть Дилана, но конечно парень на это не пойдет. Будет мучиться до последнего, но в объятия не полезет.

— Никакая он не телогрейка. И мы спим по разным сторонам кровати. — Он же, естественно, упустил факт того, что они действительно чуть ли не касаются друг друга не только руками, но и всем телом. И держание за ручки он тоже опустил. Не стоит такого знать их друзьям.

— Да знаю я, как будто тебе очень нравятся объятия перед сном.

— Фу.

— Ну вот и всё.

Ричард утаскивает пирожок, он слегка остыл, но парень все равно жжется, а после кусает, жует и улыбается во все зубы. Такой приятный вкус домашней выпечки. Давно он не ел ничего подобного. Его мать в основном не готовит ничего сыночку, а сам юноша плох в готовке мучного.

— Мама учила так готовить ватрушки. Они вкусные очень уж.

Каждый утаскивает по булочке и теперь все впятером жуют их, смакуя вкус. В них влезло по разному количеству пирожков. Дилан и Шэрон, к примеру, объелись тремя. Ричард уплел штук пять. Карл все шесть, а Лололошка остановился на четырех, ибо обед у него был плотным, и дальше просто не лезло, да и не хотелось с сильно наполненным желудком идти спать. Ещё пару штучек для каждого остались на утро. И, доев, все поплелись к комнате. Сегодня никаких долгих ночевок, ведь всей компании завтра на работу.

— После вкусного обеда полагается поспать. — Парень распластывается на разложенном постельном белье, но во время опоминается и отодвигается к краю.

— Ты ужинал сейчас. — Дилан делает замечание.

— Да не волнует. — Он улыбается.

Карл также приходит на постель, ложась вплотную к Ричарду. Дальше идет девушка, она немного обособляется от всех, залезет на пару секунд в телефон. Последними приползают парни, они выключают свет и Дилан с помощью чужого плеча ковыляет до кровати. Ло растянулся рядом с Шэрон и, ждал момент, когда один одинокий юноша тоже уляжется. Пару минут мучений и он с пледом в руках ложиться к Лололошке. Его укрывают теплым одеялом, повезло, что их две штуки. Он греется рядом с парнем, ведь тому, похоже, плевать на холода. А под одеялом тепловая энергия автоматически передается всем объектам, поэтому и становится малость жарче.

Дилан вновь почти не видит Ло, но как будто его это волнует. Он повторяет уже привычный жест, протягивая одну из своих ладоней между ними, а после холодную руку сжимает уже более теплая и только тогда он прикрывает глаза, успокаиваясь и погружаясь в приятный сон вместе со всеми.

Всё же ночевки это очень приятное завершение дня.