II: Глава 3

Глава 3

Остаток недели и выходные прошли не менее напряжённо. Хотя троица друзей понимала, что после возвращения Анны в Хогвартс могут возникнуть сложности, это не делало ситуацию легче. Себастьян становился особенно мрачен, когда мог наблюдать, как Анна смеётся или шутит с кем-то, но не с ним. Однако друзья ни на секунду не давали ему погрузиться в свои изнуряющие мысли, подбадривая и отвлекая его болтовнёй, и казалось, у них это неплохо получается.

На выходных Кристофер Вандербум напомнил Гвен, что весной их ожидает матч-реванш со Слизерином, и пригласил её потренироваться вместе. За всеми этими особо волнительными событиями Гвен и забыла, что собиралась возвращаться в спортивную форму, не дожидаясь тренировок, а потому согласилась, несмотря на снегопады. И все выходные, с перерывами на домашнее задание, Гвен потратила на вспоминание манёвров и оттачивание движений.

Себастьян был не в восторге от такого расклада, но у них с Оминисом было одно общее дело, которое обязательно нужно было сделать без присутствия их подруги. А потому они оба, несмотря на раздражение Себастьяна, провели время с пользой.

Наступил понедельник, а с ним и практический урок по Зельеварению. Шарп был суров и непоколебим, как и всегда, он молча занимался своими бумажными делами, пока ученики старались разобраться в приведённом на доске рецепте. Эзоп Шарп был уверен, что к шестому курсу школьники должны уже разобраться в теории приготовления зелий и больше практиковаться, поэтому он невозмутимо оставлял их в свободном плавании, разумеется, с разбором дальнейших ошибок и периодическим поглядыванием за процессом.

Анна расположилась за столом между Оминисом и Гарретом. После долгого перерыва в приготовлении зелий она чувствовала себя крайне неуверенно даже перед этим подробным и точным рецептом. Но заметила ещё большее смятение Оминиса рядом. Шарп по его просьбе дублировал рецепт на пергаменте, который Мракс читал с помощью его нового странного устройства, но не похоже, чтобы от этого на его лице появлялось больше понимания.

Взгляд Анны сам собой задержался на его лице. Весь его холодный и неприступный вид в этот момент куда-то улетучился. Он выглядел растерянно и как-то даже мило. Мягкая улыбка тронула губы Анны, когда она смотрела на это его совершенно детское выражение на повзрослевшем лице. Она сделала шаг к нему и осторожно коснулась его плеча. Он чуть вздрогнул.

- Эй, давай разберёмся вместе? – тихо спросила она, - Я тоже пока плохо понимаю, что нужно делать.

Оминис удивлённо вскинул невидящие глаза в её сторону.

- Я не уверен, что профессор Шарп... - начал он скомкано.

- Ничего, предоставь его мне. Согласен? – спросила она уже с ноткой вдохновения в голосе.

- Да. – вздохнул он с облегчением, - Мне очень не помешала бы помощь.

- Хорошо, давай смотреть.

Анна склонилась над листочком с кривым, но красивым почерком профессора. Насколько удобнее было смотреть на рецепт непосредственно перед глазами, а не где-то там впереди. Шарп поднял свой тяжёлый взгляд. Он смотрел, как они перешёптываются, то и дело глядя в его листочек. Он не терпел совместной работы на своих занятиях, но почему-то в этот раз промолчал. Эта девушка, которая только что вернулась из забытия, и парень, едва ли способный познать мир вокруг. Может быть, они смогут помочь друг другу? И его серьёзное лицо слегка смягчилось, когда он снова обратил взгляд к своим записям.

Тандем двух отстающих учеников давал свои плоды. Зелье становилось всё больше и больше похоже на то, что описано в рецепте. Анна увлечённо работала, то и дело подсказывая Оминису, меняет ли его гуща цвет.

- Анна. – вдруг раздался шёпот рядом с ней, - Эй, Анна.

Она словно вынырнула из какого-то глубокого и очень увлекательного сна. Перед ней появилось лицо Гаррет Уизли. Он улыбался, а его зелёные глаза светились какой-то озорной мыслью.

- Чего тебе, Гаррет? – спросила она, не отрываясь от дела.

- Ты ещё не использовала сок златоглазок? Можешь мне дать их? Мне не хватает для одной моей идеи. – заговорщицким шёпотом говорил он.

- У тебя же тоже должны быть. – ответила она, оглядывая его зону стола.

- Я их уже добавил, мне нужно ещё.

- Но... мне тогда не хватит на моё зелье.

- Да к чёрту это зелье. Ты можешь стать частью реального научного эксперимента! Возможно, он перевернёт весь мир Зельеварения! – с творческой страстью говорил он.

- Гаррет, нам влетит. – улыбнулась она, но в её карих глазах блеснул предательски лукавый огонёк.

- Хочешь сказать, тебя это останавливает?

- Ни в коем случае. Я хочу это видеть.

Анна протянула ему сок златоглазок, и веснушестое лицо Гаррета словно озарилось светом. Он приложил флакон к груди, как бы выражая сердечную благодарность, и добавил их в котёл.

- Анна, ты что? Он сейчас взорвёт что-нибудь. Разве Натти тебе не рассказывала? – шепнул Оминис.

- Рассказывала, именно поэтому я хочу увидеть всё сама. – восторженного проговорила девушка в ответ.

Гаррет помешивал всё больше и больше бурлящее зелье. Большое количество сока златоглазок переливалось лимонно-жёлтым перламутром, то и дело давая отсветы на его увлечённом лице. Анна подошла ближе, наблюдая за тем, как стабильная масса превращается во что-то пугающее, но завораживающее.

И вот послышались всплески, зелье стало выплёскиваться из котла. И в один момент не покрылось одним большим пузырём, который надувался и надувался. Пока не...

Лопнул.

И всё в радиусе полутора метров окропили переливающиеся лимонно-жёлтые блёстки, украсившие собой ещё и дневной светлый воздух кабинета.

- Что там опять? – раздался недовольный голос Шарпа.

Все обернулись на звук громкого хлопка. Погружённые в собственные зелья Себастьян и Гвен оторвались от дела. Анна стояла рядом с Гарретом, её волосы и лицо покрывали сияющие точки. Она смотрела наверх, в воздух перед собой, где эти же блёстки кружились волшебным вихрем, словно самое простое, но такое красивое чудо. Она улыбалась, глаза её будто светились восхищением.

Казалось, что этот блеск и этот свет струятся из неё, откуда-то изнутри. Наконец-то нашедшие выход. Грудь Себастьяна стеснило теплом и тяжестью одновременно. Она была такой... живой. Невероятно живой. В этом волшебном блеске она стала такой, какой он её помнил, даже ярче, чище, громче. Он не глядя легонько подался вправо в поисках кисти Гвен. Земля уходила из-под ног, чувства горечи и отрешённости, смешенные с безграничной радостью не давали ему дышать. Он быстро, скомкано, нащупал руку подруги в складках её школьной мантии и сжал.

Гвен моргнула. Она обернулась налево. Себастьян не смотрел на неё, его взгляд был всё ещё прикован к Анне. Но этот взгляд... сказал ей куда больше, чем он бы смог облечь в слова. Она чувствовала, как крепко держится он за неё, будто если отпустит – упадёт.

И она сжала пальцы в ответ.

Земля словно стала твёрже. Надёжнее, роднее. Он оторвал взгляд от сестры и посмотрел на подругу. Она ничего не говорила, только прямо смотрела на него своими синими глазами. Но это было так... необходимо ему.

- Мистер Уизли, я понимаю, что мои уроки кажутся вам шуткой. Но имейте терпение срывать хотя бы меньше пяти в месяц. – Шарп, хромая, направился к столу Анны, Оминиса и Гаррета.

Анна оторвала взгляд от искорок в воздухе и посмотрела на приближающегося учителя. Улыбка никак не сходила с её губ, особенно при виде поблёскивающего Оминиса рядом.

- Мисс Сэллоу, судя по цвету вашего зелья, именно ваши златоглазки оказались финальным штрихом успеха мистера Уизли. Я прав? – жестко произнёс он, - Я понимаю, что вам понравился этот опыт, судя по вашему лицу. Но я не намерен поощрять такое поведение, спросите вашего брата. – он бросил язвительный взгляд через плечо и продолжил, - И помимо неуда за не выполнение классного задания, благодаря вашей выходке я отнимаю пятьдесят очков у Гриффиндора.

- Пятьдесят?! – воскликнул Леандер из-за своего стола.

- Именно, мистер Пруэтт. – не поворачиваясь, произнёс профессор, - Вижу у Сэллоу это семейное – ставить под сомнения все авторитеты и правила. Придётся пристальней следить ещё и за вами.

Он отвернулся и направился к столу.

- Я же говорил. Зря ты ввязалась в это. – бросил Оминис тихо, как только преподаватель отошёл подальше от них.

- Но тебе ведь понравилось? – тут же спросил Гаррет.

- Очень! – шепнула она ему сразу же, - И я ни капельки не жалею.

Гаррет довольно улыбнулся ей, удивлённый столь неприкрытой и почти наивной радостью, хотя эксперимент и провалился. Но теперь ему так не казалось.

Защита От Тёмных Искусств погружала в куда более серьёзные мысли. Под размеренную и чёткую речь профессора Гекат ученики записывали новые знание, готовые прийти им на выручку в сложных ситуациях. Неустанно скрипели перья, в сторону преподавателя то и дело поднимались серьёзные заинтересованные юные глаза.

Оминис записывал не так тщательно, как сидящая рядом с ним Гвен, но неустанно держал волшебную палочку над зачарованным пером. Себастьян больше слушал, чем записывал, сидя рядом с погруженной в конспект Поппи. Натти и Анна были серьёзны и всячески старались поспевать за профессором.

Неожиданно в окно кабинета, нарушив мерную речь профессора Гекат, постучалась большая полярная сова.

- Хм? – удивилась профессор, прервав лекцию, - В такое время?

Она подошла к окну и отворила его, впуская птицу в помещение. В клюве был даже не конверт, а свиток, завязанный кожаной верёвочкой. В таком передают приказы и постановления от преподавателей. Гекат помрачнела и развернула пергамент.

Ученики зашептались. Гвен шепнула Оминису, сообщив, что именно происходит. Почему-то у неё засосало под ложечкой в этот момент. Какое-то странное вязкое чутьё проснулось в глубине, намекая, что ничего хорошего Дина Гекат там прочитать не могла.

- Дети, минуту внимания. – вдруг произнесла она.

Сердце Гвен неожиданно сделало пируэт.

- Я вынуждена вам сообщить, что вооружённый отряд гоблинов совершил особо варварский набег на Нижний Хогсфилд. – с самым серьёзным видом проговорила она, - Это совсем близко от территории школы, а потому руководство Хогвартса вынуждено ужесточить меры безопасности. С этого дня покидать школу запрещено в тёмное время суток, а посещение Хогсмида возможно только в дневные часы. Весь путь до деревни и периметр школы будет патрулироваться полицией.

Поднялся гул голосов. Ученики стали возмущённо и обеспокоенно обмениваться мыслями, невзирая на попытки профессора всех утихомирить.

Гвен посмотрела на Оминиса, она видела, как его лицо становилось с каждой секундой всё мрачнее, а на лбу появлялась та самая морщинка, говорившая то о раздражении, то о тревоге. Она схватила его за предплечье, чувствуя, как внутри всё закипает. Гоблины. Опять? Всё ближе и ближе к Хогвартсу. Что-то подсказывало ей, что это не может быть просто грабежом, они подбираются. Не очень осторожно, но явно приближаются. И вряд ли им нужны сокровища из Зала Трофеев.

- Успокойтесь, пожалуйста. Я понимаю, новости тревожные, но полиция с этим разберётся. – наконец перекричала учеников Гекат.

- Ни черта она не разберётся. – бросила Гвен тихо.

Оминис молча кивнул, но для девушки этого было достаточно.

Гвен чуть откинулась назад и посмотрела в сторону Себастьяна. И вздрогнула, обнаружив, что его взгляд уже искоса устремлён на неё. Его голову явно занимали те же думы, что и её собственную. Явная серьёзность сомкнула его брови, нарисовав и на его лбу такую же угрюмую морщинку, как и на лбу Оминиса.

Девушка качнула головой, как бы говоря «надо обсудить». Себастьян просто кивнул в ответ. Но взгляд не отвёл, пока она не сделала это первой.

После Трансфигурации, когда Анна уже начала собирать сумку, чтобы покинуть класс, Оминис, слегка замявшись, обошёл парту и подошёл к ней.

- Анна, слушай, у меня к тебе просьба. – начал он негромко.

- А? – удивилась она, подняв на него глаза, и любопытство не могло не заиграть в них, - Какая? – она улыбнулась.

- Мы с... Себастьяном решили сделать для Гвен кое-что. – он заговорил чуть тише, придвинувшись ближе к девушке, чтобы она его слышала несмотря на шум, - В общем, мы купили ей подарок на Рождество. Пусть и запоздалый. И... я бы хотел, чтобы он был и от тебя тоже.

- Оминис...

- Понимаешь, Гвен столько всего сделала для нас. Для нас всех. И нам так хотелось сделать для неё что-то. Просто я думаю, она будет рада, если ты присоединишься к нам.

Он говорил не громко, не твёрдо, но искреннее желание выразить благодарность и уважение другу пропитали его слова. Анна чувствовала внутреннее смятение. Вокруг было так много впечатлений и эмоций, она ощущала себя слишком дышащей, чтобы не быть уязвимой. Себастьян... Гвен... Эти двое вызывали в ней сильные и самые неопределённые чувства. Но одно она знала точно – будет несправедливо, если она не присоединится. Ради Гвен. Даже если ей чертовски страшно.

Потому что Гвен спасла ей жизнь. Даже если из-за Себастьяна.

- Это... в крипте? – осторожно спросила она.

- Да, там. – кивнул Оминис, стараясь не давить, дать пространство для раздумий.

- Пошли. – тоже кивнула в ответ девушка, и они двинулись к выходу из класса.

Путь до крипты казался Анне одновременно и вечностью, и самым быстрым перемещением по Хогвартсу за последнее время. Несмотря на галдёж школьников в коридоре, она отчётливо слышала собственные шаги, словно они звучали в пустом зале с высокими стенами без окон. Оминис шёл рядом. Он молчал, но не был напряжён. Казалось, он просто знал, что этот момент настанет, а потому принимал его сложность с самого начала.

Они завернули за угол у большой каменной лестницы. И остановились перед имитацей часов. У Анны перехватило дыхание. За этой дверью пряталось то самое место, где они провели так много времени. Где они с Оминисом стали друзьями, где она миллион раз обыграла их обоих в плюй-камни, где они оттачивали заклинания после уроков, где играли в догонялки ещё на первых курсах. Где она была так по-детски и просто счастлива.

- Готова? – спросил Оминис негромко.

- Нет, но... не думаю, что буду. – сказала она, мягко улыбнувшись.

Его губы тронула лёгкая улыбка. И он взмахнул палочкой. Тело часов отворилось, открывая до боли знакомый тёмный и мрачный проход в своём брюхе. Анна сделала осторожный шаг вперёд и ступила вниз на лестницу.

Сердце её колотилось, отсчитывая каждый шаг. Сознание погружалось в какое-то пугающее ожидание, разрывающее связь с реальностью. Эхо шагов отражалась от стен, вторя сердцебиению.

И вот они дошли до решётки, которая послушно поднялась перед ними. Анна сделала шаг на холодный каменный пол, и за спиной Оминиса решётка вновь опустилась.

- Не может быть. – восторженно вздохнула она, - Крипта...

Это место было для неё особенным, как и для остальных, но... она изменилась. Здесь стало теплее, уютнее, домашнее. С каждым шагом продвижения за Оминисом, она замечала всё новые детали. Хлам был убран в одно место и сложен так аккуратно, что она бы решила, что это всё очень нужные вещи. В нише в стене весел триптих без портрета, но с пейзажем, а впереди стаял потёртый, но на вид самый мягкий на свете диван.

Они подошли ближе. Себастьян и Гвен сидели перед импровизированным камином, рядом на столике стоял чайный сервиз, а на полу лежал удивительной красоты ковёр.

- Это... невероятно. – проговорила она, глядя на все эти изменения. Казалось, они были так малы, но столь сильно согревали это холодное пусть и важное подземелье.

- Анна? – удивилась Гвен.

Они с Себастьяном встали. Он посмотрел на сестру, которая, встретившись с ним взглядом, тут же опустила глаза, и сжал кулаки. Дыхание сбилось от того, что он снова видит её здесь. В месте, которое когда-то было наполнено её смехом.

- Так вот, что ты так задержался. – совладал с собой Сэллоу, стараясь сделать свой голос непринуждённым.

- Да. – кивнул Оминис, зная, что Себастьяну тяжело далась эта реплика.

- Что такое вы задумали, раз Оминис даже Анну уговорил прийти? – спросила Гвен с улыбкой, стараясь разбавить, повисшее в воздухе напряжение.

- С чего ты решила, что мы что-то задумали? – спросил Себастьян, стараясь устремить внимание обратно на Гвен, он неловко почесал затылок.

- Да ладно, ты думаешь, я настолько ничего не замечаю? – скрестила рыжая руки на груди, - Ты буквально волоком меня сюда притащил и раз пятьдесят сказал «подождём Оминиса».

Анна тихо усмехнулась.

- Да тебе показалось. – чуть смущённо бросил он в сторону.

- Ладно уже. – вздохнул Мракс, - Себастьян, принесёшь?

- Да.

Сэллоу кивнул другу и пошёл как раз к той самой куче хлама. И вернулся оттуда с какой-то круглой островерхой коробкой, накрытой сверху фиолетовой тканью. Анна с большим любопытством следила за происходящим, словно подарок предназначался ей.

- Мы... в общем... - начал Оминис сбивчиво.

- Ты столько всего сделала для нас. – вступил за него Себастьян, поставив загадочный предмет на стол перед диваном, - Для всех нас. – он посмотрел на Анну, которая смущённо смотрела под ноги, - И... Нам хотелось что-то сделать для тебя. Это Рождество прошло не совсем в праздничной обстановке, но, всё же, мы решили, что хотим сделать тебе подарок.

- Подарок? – спросила Гвен, - Да не нужно было, зачем вы?

Она растерянно смотрела на парней, прижав ладони к груди. Она чувствовала себя неловко, но то, как эти двое подошли ко всему, как торжественно они собрались, и Оминису даже удалось привести Анну. Всё это согревало её так сильно, что ей было совершенно не важно, что там под тканью.

- Нужно было. – твёрдо сказал Себастьян.

- Тем более это ничего не стоит в сравнении с тем, что сделала ты. – сказал Оминис.

- Я делала это не ради благодарности, Оминис. – сказала она тихо, - Я делала это ради...

- Меня. – так негромко, но так оглушительно сказал Себастьян.

Гвен вздрогнула и посмотрела на него. Себастьян сделал шаг к ней, впервые полностью забыв про присутствие Анны. Он осторожно взял её руки в свои, не сводя глаз с её лица.

- Послушай, Гвен. – сказал он, - Я в таком долгу перед тобой. Я бы хотел иметь хоть малую возможность вернуть тебе его... Но ты ведь упрямая, ничего не примешь.

- Не приму. – чуть улыбнувшись, слегка мотнула головой она.

- Поэтому мы решили, что можем сделать тебе хотя бы небольшой подарок. Пожалуйста, не думай, что это плата за что-то. Хорошо? Просто... очень хотелось что-то сделать для тебя. Просто так. Хотя бы в честь ушедшего Рождества. – говорил он вкрадчиво.

Анна смотрела на брата, и дыхание её замирало. Что-то новое, совершенно ей не знакомое, она видела в нём сейчас. В том, как он говорил с Гвен, как держал её за руки. И это зацепило её сознание, зарождая светлые и немного озорные мысли.

- Себастьян. – тихо произнесла Гвен, - Не нужно было, я... неудобно себя чувствую.

- Ой, заткнись, ладно? – наконец бросил он.

Оминис и Анна усмехнулись. Себастьян опустил руки Гвен и сделал шаг к предмету, накрытому тканью.

- Всё равно это была идея Оминиса. – сказал он.

- Не правда! Я только предложил купить подарок, ну и заплатил за него. – отмахнулся Мракс с улыбкой, - А выбирал всё Себастьян.

Анна толкнула Оминиса локтем в бок.

- Про «заплатил» можно было и не говорить. – шепнула гриффиндорка.

- Ну... в общем... мы... - хотел что-то ещё сказать Оминис, смущённый замечанием подруги.

- О, во имя Мерлина, снимите уже эту ткань! – воскликнула Анна, не то раздражённо, не то смеясь.

Гвен уже едва сдерживала смех, когда Себастьян всё же последовал совету сестры. Он не резко, а осторожно сдёрнул ткань. И глаза обеих девушек округлились.

На столе в железной клетке из утончённых тонких прутьев сидела невероятной красоты сова. Гвен такую никогда не видела, ни в Косом переулке, ни в хогвратской совятне. Она была крошечная, как сыч, но тёмно-серого цвета и в маленькую белую крапинку, будто её обрызгали краской. Чёрные лапы с длинным когтями крепко держались за жёрдочку, пока она изучала интерьер вокруг своими любопытными ярко-оранжевыми глазами.

- Боже мой... - вырвалось у рыжей, - Это... Господи.

Гвен опустилась на колени перед клеткой и посмотрела на чудного зверя перед ней. Сова в порыве удивления или любопытства подняла на голове перья, которые сложились в ушки, подобно ушкам филина.

- Какая красота. Она... она замечательная. – лепетала Гвен, - Я не... я не знаю, что сказать...

- Это девочка. Это помесь нашего сыча с южной совой, большая редкость в этих краях, знаешь ли... - начал хвастаться своим выбором Себастьян.

Но Гвен перебила его, быстро поднявшись на ноги и обхватив его шею руками. Да ещё так крепко, что он совсем растерялся, выдохнув слишком много воздуха.

- Спасибо! Спасибо-спасибо-спасибо! – повторяла она восторженно.

Шок сменился разливающимся по телу теплом. И Себастьян крепко обхватил Гвен в ответ, замирая от слишком сильных ударов собственного сердца.

- Теперь тебе придётся писать нам летом. Иначе тебя будет ждать расплата. – сказал Себастьян.

Девушка отпрянула и посмотрела на него с ехидной улыбкой, всё ещё ощущая его крепкие тёплые руки на своей талии.

- Так вот он, твой коварный план.

- Именно так. – усмехнулся он, но взгляд его был слишком мягким для ехидства, - Оминис у меня в пособниках.

Гвен обернулась к Оминису, который умиротворённо улыбался происходящему. Она не стала ничего говорить или спрашивать, а просто целеустремлённо подошла к нему и тоже обняла. Он пошатнулся, слегка сбитый с толку.

- Спасибо. – сказала она, обнимая его.

Он смягчился. И осторожно и робко обнял подругу в ответ, мягко и тепло улыбаясь.

- Не за что, Гвен.

Себастьян ощутил тонкий и меткий укол в груди, но то, как сейчас улыбалась Гвен, как рада она была их подарку и буквально светилась, глушило всё на своём пути, безудержно согревая его грудь.

Анна, глядя на эту сцену, тихонько сделала шаг назад. Осторожно, чтобы никого не отвлечь, в надежде уйти, не разрушая этой невероятно тёплой сцены, частью которой она себя совсем не ощущала.

Но стоило девушке развернуться, как другой девичий голос окликнул её.

- Анна, постой. – сказала Гвен.

Она остановилась и медленно, нехотя повернулась.

- Не уходи. – попросила Гвен, подойдя к ней, - Давай выпьем все вместе чай. Что скажешь? Недолго. Просто составь мне компанию.

Анна замялась, но, глядя в глаза девушки, которая была ей так странно близка и далека одновременно, она отчасти поняла, почему эти двое доверяют ей. И внутри неё что-то успокоилось.

- Ладно, но я хочу, чтобы ты выпустила эту красотку полетать. – улыбнулась ей Анна.

- Ура. – тихо обрадовалась Гвен.

Девушки сели на диван. Анна с краю, Гвен напротив своей совы, а следом Оминис рядом с Гвен. Себастьян по-магловски наливал чай, обрадовавшись, что сервиз на пять персон, и есть куда налить чай Анне. И сам сел на диван рядом с Оминисом с другого края.

Гвен открыла клетку и осторожно протянула руку. Она не рассчитывала на мгновенное доверие птицы, но та, пару секунд посмотрев на пальцы новой хозяйки, всё-таки пересела с жёрдочки на предложенное ей место.

Птица оказалась ласковой, словно кошка. Несмотря на свой величественный и серьёзный вид даже в таком маленьком теле, она уже через десять минут тёрлась пернатой головой о лицо Гвен и наверняка мурчала бы, если б могла.

- Ты придумала, как ты её назовёшь? – спросила Анна.

- Ну, у меня есть одна мысль. – ответила Гвен, продолжая улыбаться и почёсывать свою новую пернатую компаньонку.

- Какая?

- Мне кажется, ей отлично подойдёт имя Мани. – сказала Гвен.

- Мани? Почему? – удивился Оминис.

- Мани – это скандинавский бог луны. – сказал Себастьян, - Имя мужское, но звучит здорово. Очень умно.

- Я смотрю, кто-то сделал домашнее задание по Древним Рунам. – улыбнулась Себастьяну Гвен, слегка наклонившись вперёд.

- А ты во мне сомневалась?

- Было немного, знаешь ли.

- А вы все ходите на Древние Руны? – спросила Анна.

- Только Себастьян и Гвен, я хожу на Нумерологию. – ответил Оминис.

- А, видимо они тогда же, когда и Прорицание. – сказала Анна, - В четверг, да?

- Да. – кивнул Оминис, - Ты ходишь на Прорицание? К профессору Онай?

- Да, мне нравится. Учит видеть смысл там, где многие бы не увидели.

И все они не заметили, как с каждым словом, напряжение и неловкость спадали. Разговор об уроках затянул их целиком. Они обсудили уроки друг друга, Оминис вспомнил забавную историю, которую Анна не застала, Себастьян подхватил рассказ, Гвен и Анна смеялись. Гвен рассказала, как на каникулах школьный нюхлер украл у Себастьяна часы, и как она помогала Оминису разобраться с зельями, Себастьян рассказал, как он учил Оминиса Конфринго, и как они оба опалили себе брови. Хотя и брат, и сестра, делали вид, что не замечают присутствие друг друга, тепло от камина уже не шло в сравнение с теплом этого разговора. Крипта так изменилась за всё это время. Но теперь это не пугало, это было лучшее, что с ней случилось.

- Ты чего? – спросил Оминис, когда заметил, что Гвен стала молчалива.

- Да ничего, потом. – отмахнулась она, беря в руки чашку чая.

- Выкладывай. – бросил Себастьян, - Ты не замолкаешь просто так. Что случилось? Я что-то не то сказал?

- Нет-нет. – поспешила успокоить его девушка, - Просто я вспомнила про гоблинов.

- Гоблинов? – удивилась Анна.

- Да, меня беспокоят их набеги. Они подбираются к замку слишком близко... - проговорила Гвен.

- Ты думаешь, они всё ещё хотят захватить Хранилище? – спросил Себастьян.

- Мы же все слышали разговор гоблинов, который нам озвучил Оминис, тогда. – сказала девушка, тяжело вздохнув, - Некоторые до сих пор преследуют идеи Ранрока.

- Ты думаешь, у них есть реальный шанс добраться до Хранилища? – спросил Оминис.

- Я не знаю. Но похоже, что нападение на Нижний Хогсфилд всех напугало. Вы же видели, какой озабоченной выглядела профессор Уизли на Трансфигурации? Мне кажется, что, если учителя выглядят напряжённее, чем во времена Ранрока и Руквуда с Харлоу, это тревожный знак.

- Но мы не знаем ведь, почему именно напуганы учителя. – заключил Мракс.

- Знаю. И отсюда мы вряд ли что-то узнаем. – рыжая почесала голову совы, которая стала играть с её волосами.

На пару минут повисла пауза, которую разбавляли только мерные глотки горячего чая.

- Гвен, ты не обязана вмешиваться, если не хочешь. – сказал Оминис.

- Не согласна с тобой. Если это касается Хранилища, я должна вмешаться. – сказала она, - Да и даже если бы не хотела... Это не значит, что мне всё равно. Гоблины нападают на людей, а полиция до сих пор ничего с этим не сделала. Я просто... не уверена, что могу остаться в стороне. Тем более, когда это может касаться Древней магии.

- Так пойдём проверим. – одновременно хором произнесли Анна и Себастьян.

Этот унисон их голосов повис в воздухе словно неожиданный удар молнии в помещении. Все замолкли. Это было так естественно, так одинаково. Оба Сэллоу с вызовом посмотрели друг на друга, а потом смужённо и резко отвели глаза. Гвен удивлённо бросила взгляд сначала на Анну, потом на Себастьяна. Оминис ничего не сказал, но его тонкие губы тронула довольная улыбка.

- Ты никуда не пойдёшь. – сказал Анне Себастьян, осмелившись посмотреть на её вновь.

- Не помню, чтобы спрашивала твоего разрешения. – бросила она.

- Тихо-тихо. – встала Гвен и, обойдя стол, повернулась, - Я вообще могу одна сходить, вам не обязательно ввязываться во всё это.

- Исключено. – отрезал Себастьян.

- Ни за что. – подхватил Оминис.

Ученица Когтеврана замерла, не в силах найти нужных слов. Парни как один поднялись на ноги и сделали шаг вперёд. Без запинки, без сомнений.

- Гвен, хватит делать вид, будто ты не знаешь. – сказал Сэллоу.

- Что? – спросила она на него.

Он похлопал ступнёй по полу. Звук получился глухой из-за ковра.

- Твой дракон – наш дракон. Так ведь, Оминис? – Себастьян криво улыбнулся, сложив руки на груди.

Оминис вздохнул.

- Я уже смирился с тем, что все шишки на нас. Так что лучше, чтобы они были на троих, чем на тебя одну.

Глаза Гвен светились признательностью, когда она переводила их то на довольное и уверенное лицо Себастьяна, то на смиренного и всё же чуть потеплевшего Оминиса. А потом взгляд упал на Анну.

Анна смотрела на новую подругу её брата и друга с каким-то детским восхищением. Оминис, который совершенно не любил передряги, впрягся почти на ряду с Себастьяном. А тот в свою очередь не раздумывал ни секунды, чтобы пойти в разрушенную деревню вместе с ней. А это что-то да значило. И для неё тоже.

Когтевранка смотрела в лицо ей и видела там что-то до боли знакомое. Как будто она видела это миллион раз, только на другом лице. Стало ясно как летний день – Анна решила пойти с ними.

- Анна, это может быть опасно... - осторожно сказала Гвен.

- Если кто-то здесь вздумает трястись надо мной, получит палочкой в глаз. – бросила она, вставая с дивана.

Себастьян фыркнул такой самоуверенности, но в этих словах была давно забытая бойкость. И губы его всё-таки слегка улыбнулись этому. Как и губы Оминиса.

- Похоже, решено. – вздохнул Сэллоу, посмотрев куда-то в сторону.

- Встретимся в Часовой башне. После отбоя. – заключила рыжая.

И все одновременно кивнули.