21.Игра.Часть вторая

Мое отражение в зеркале смотрит на меня с осуждением. Я вздыхаю и медленно прикасаюсь к лицу. Что я делаю? Почему решила остаться? Я не должна быть здесь.Но как я могла ему отказать? Он смотрел на меня щенячьими глазками, когда попросил остаться. Никто не может меня осудить, даже мое отражение. Когда парень, которого любишь, такой сексуальный и мокрый, умоляет тебя остаться, это слишком. Пьяный рассудок не помогает принимать решение. Кроме того, мамы нет дома, так что у меня не будет проблем.Встряхиваю влажные волосы и сушу их полотенцем, я уже сходила в душ, чтобы снять мокрое платье и переодеться в рубашку, которую предложил Дима перед тем, как я вошла в ванную, в его ванную. Не могу поверить, что я тут, в его ванной комнате, я чувствую, что вторгаюсь в его личную жизнь. Его ванная комната безупречна, белая керамика сияет. Я боюсь прикоснуться к чему-то и нарушить порядок.Глядя на себя в зеркало, натягиваю рубашку Димы, чтобы как можно больше прикрыться. Под рубашкой у меня только боксеры Димы, которые мне велики. Я не могла отказаться от них: либо боксеры, либо остаться мокрой и простудиться. Интересно, могу ли я остаться здесь и не выходить, но я знаю, что он ждет меня. Дима молчит с тех пор, как мы пришли в его комнату. Он позволил воспользоваться его ванной и сказал, что пойдет в ту, что в коридоре. Я почему-то знаю, что он уже вернулся.Ты можешь, Милана. Он обещал не трогать тебя. Если ты не хочешьПроблема в том, что я хочу. Да, я хочу снова поцеловать его, ощутить его на себе, но знаю, что так нельзя. Почему всегда если что-то нельзя, то этого хочется еще больше? Почему я согласилась? Почему? Теперь обратного пути нет. Я собираюсь с силами, открываю дверь ванной и вхожу в комнату.В комнате слабо светит маленькая лампа. У него большая и на удивление аккуратная комната. Мои беспокойные глаза ищут его по всей комнате, и я вижу, как он сидит на кровати, без рубашки, оперевшись на изголовье. Часть меня надеялась, что он уже уснул, но он не спит, и в руке у него бутылка текилы. Наши взгляды встречаются, и он улыбается мне.– Тебе хорошо в моей рубашке.Не улыбайся так! Разве ты не чувствуешь, что мое сердце тает?Улыбнувшись в ответ, я стою, не зная, что делать.– Ты собираешься простоять там всю ночь? Иди сюда. – Он похлопывает место рядом с собой.Я сомневаюсь, и он это замечает.– Ты меня боишься?– Конечно нет.– Конечно, конечно, иди сюда.Я слушаюсь и сажусь на край кровати, оставляя как можно больше пространства между нами. Он выгибает бровь, но ничего не говорит.– Что скажешь, если мы продолжим играть? – Он поднимает бутылку, поворачиваясь ко мне.– Как у бассейна? – Он кивает. – Уже поздно, тебе не кажется?– Боишься играть со мной?– Я уже сказала, что не боюсь тебя.– Тогда почему ты сидишь так, будто вот-вот свалишься с кровати? Тебе не нужно отстраняться, я дал обещание, разве нет?Да, но ты сказал, что не тронешь меня, если я не захочу. Проблема в том, что я хочу.– Мера предосторожности.– Как скажешь. – Он поднимает ноги и скрещивает их на кровати, я делаю то же самое, мы сидим лицом к лицу, между нами бутылка текилы. – Ты начинаешь.Я недолго думаю и начинаю с простого:– Я никогда не спала с кем-то противоположного пола в одной постели, ничем не занимаясь.И пью. Я вижу, как он сомневается, но наконец пьет. Он откашливается.– Меня никогда не привлекал лучший друг или подруга человека, который мне нравится. – Он не пьет.Я удивленно смотрю на него. Он так интересуется, не нравится ли мне Марк?Марк очень привлекательный, но не сказала бы, что он мне нравится, поэтому я не пью. Я вижу облегчение на его лице.– У меня никогда не было чувств к моему лучшему другу или подруге. – Говорю я и с грустью смотрю, как он пьет. У него чувства к Сами? Мне больно, и почему-то я хочу, чтобы ему тоже было больно, поэтому я пью. Он, кажется, удивлен, но по его глазам видно, что он принимает вызов. Он проводит руками по неуложенным влажным волосам.– Думаю, я хочу, чтобы ты выпила. – Он смотрит как победитель. – Я никогда не влюблялся безответно.Ай! Жгучая боль.Он улыбается своей самодовольной улыбкой, и я сглатываю, чтобы успокоить свое разбитое на осколки сердце. Молча пью. Со злостью смотрю на него.– Я никогда не симулировала оргазм с парнем.Он открывает рот и смотрит, как я пью. Его эго задето, я вижу по его глазам. Я знаю, что вру, но мне все равно.Дима берет бутылку, на мгновение задумывается, и я собираюсь с силами, зная, что после того, что я сказала, он попытается сделать мне еще больней.Он смотрит на меня, прежде чем говорит:– Я никогда не лгал, когда говорил, что мне кто-то не нравится.Я хмурюсь. Разве?..Дима теребит пирсинг на нижней губе и пьет.Я с замиранием смотрю на него. Он имел в виду тот момент, когда отвечал на вопрос, нравлюсь ли я ему, и солгал, когда сказал нет? Или я слишком много думаю? Или я уже плохо соображаю под текилой. Он улыбается мне и ставит бутылку посередине. Я беру ее и не знаю, что сказать.– Ты удивлена. – Он заводит руки за спину, откидываясь назад, показывая мне свой пресс и татуировки, я вижу небольшое тату внизу его живота, что-то интимное, небольшое, изысканное.– Нет, просто... – Я замолкаю, играя с бутылкой. – Думаю, что сказать. – Ложь, ложь.– Ну-ка, удиви меня. – Он снова наклоняется вперед, придвигается ближе ко мне, и только бутылка разделяет нас.Я начинаю волноваться.– Думаю, с меня хватит. – Я отдаю ему бутылку. – Уже поздно, нам пора спать.Он прикусывает нижнюю губу.– Тогда дай мне закончить, ладно?– Хорошо.Дима смотрит мне прямо в глаза и говорит:– Я никогда не хотел так с кем-то целоваться, как сейчас.Я перестаю дышать, и он пьет, смачивая губы, которые мне так нравятся, его глаза смотрят на мои губы, он передает мне бутылку, и я без сомнения делаю глоток. Вмиг Дима оказывается передо мной, наши губы встречаются, и мой рассудок вылетает в окно. Его поцелуй не нежный, он грубый, страстный, и мне это нравится. Его мягкие губы облизывают, посасывают. Я не могу не стонать, его язык соблазняет, провоцирует. Он на вкус как текила и клубничная жевательная резинка. Я хватаю его за волосы и целую его со всей страстью. Я так скучала по нему, хотя прошла всего неделя. Я легко могу снова впасть в зависимость.Дима раздвигает мои ноги, чтобы лечь между ними, чтобы я почувствовала его на себе. Его рука залезает под мою рубашку, поглаживая бедра. Его пальцы хватают мои боксеры и спускают их вниз. На мгновение он отрывается от моих губ, чтобы снять их.А я в это время наблюдаю за его прекрасным лицом и глажу его. Он закрывает глаза, а я приподнимаюсь на локтях, чтобы медленно поцеловать его в шею. Я слышу, как он вздыхает. Ее кожа такая мягкая и пахнет дорогим мылом.Дима встает, и мне становится холодно от того, что он не рядом. Он берет меня за руку и тянет на себя, пока я не встаю перед ним. Его руки быстро спускаются к краю рубашки, и он снимает ее с меня через голову. Его глаза рассматривают каждый сантиметр моего обнаженного тела, заставляя краснеть и дрожать от возбуждения.Дима берет меня за талию и снова целует, когда я чувствую, как его обнаженный торс прижимается к моей груди, я тихо стону. Он толкает меня на постель, я падаю на спину, и он залезает сверху. Его ненасытные губы спускаются вниз по моей шее. Его ловкий язык как всегда восхитителен, и по всему моему телу растекается страсть.Затем он спускается к моей груди и нападает на нее, лишая меня дыхания. Это невыносимо, я отворачиваюсь, кусая губы. К моему удивлению, Дима продолжает спускаться по моему животу, и я напрягаюсь.– Дима,что ты делаешь? – спрашиваю я, когда он раздвигает мои ноги, и замираю.Он поднимает на меня глаза.– Ты мне доверяешь?Скажи нет! Ты же не доверяешь ему, или да?Как влюбленная дура, я киваю.– Да.Чувствую его улыбку на своей коже, и он продолжает спускаться. С волнением смотрю в потолок. В тот момент, когда его язык прикасается к месту между моими ногами, я выгибаю спину и громко стону.– О боже! – Я хватаюсь за простыни. Новые ощущения захватывают, и я утопаю в удовольствии.Это так приятно, так идеально, как никогда, тем более с ним. Дима  присваивает все мои первые впечатления, и мне это нравится. Это заставляет меня чувствовать, что между нами интимная и неповторимая связь. Язык Димы двигается более напористо, сверху вниз, а потом кругами, и я чувствую, что больше не могу. Закрываю рот рукой, чтобы заглушить свои громкие стоны.Дима протягивает длинную руку и берет меня за запястье, чтобы освободить мой рот.– Нет, я хочу слышать, как ты стонешь. Только со мной ты можешь терять контроль вот так.Я вздрагиваю, и он продолжает свои пытки, пока я не чувствую, что мое тело вот-вот взорвется.– Дима!У него хриплый и сексуальный голос.– Да-да, стони для меня, красотка.Я никогда не чувствовала такой опустошающий оргазм, выгибаю спину, хватаю его за волосы, чтобы он отстранился, все слишком чувствительно. Мои ноги дрожат, я сбивчиво и часто дышу. Дима встает передо мной, облизывая губы, и я не видела ничего сексуальнее.Вижу это так отчетливо, его четко очерченные мышцы груди и живота. Его глаза блестят желанием. Он снимает шорты вместе с боксерами, бросает их на пол, и я могу насладиться видом его голого тела. Он так прекрасен. Я хочу ощутить его, полностью.Он достает что-то из тумбочки, и я закусываю нижнюю губу, наблюдая за тем, как он надевает презерватив. О боже! Я не могу терпеть, хочу снова чувствовать его внутри себя.Он хватает меня за лодыжки и, подтащив к краю кровати, берет меня за подбородок.– Хочешь почувствовать меня? – Киваю. – Повернись. – Я слушаюсь, он хватает меня за бедра и поднимает так, что я встаю на руки и колени. Я умираю от желания, пока он касается меня членом, но не входит.– Дима, пожалуйста.– «Пожалуйста» что?Он сделал меня такой смелой.– Пожалуйста, я хочу, чтобы ты вошел в меня.Чувствую, как он хватает меня за волосы, и я кричу, когда он входит. Я чувствую жжение и легкую боль, но не как в первый раз. Он не двигается, будто ждет, пока я привыкну.– Все в порядке?– Да. – Он начинает медленно двигаться, я все еще чувствую жжение, но его движения восхитительны.Через несколько минут жжение проходит, и я чувствую только удовольствие. Дима отпускает мои волосы и хватает меня за бедра, чтобы входить еще глубже, быстрее. Звуки наших тел эхом растекаются по комнате вместе с нашими стонами. Вскоре мы оба падаем на кровать, бок о бок. Наши грудные клетки быстро поднимаются и опускаются. Дима протягивает руку к тумбочке и берет бутылку текилы.– Я никогда не доводил девушку до оргазма орально. – И пьет.Я не могу не улыбнуться.– Ты сошел с ума, Дмитрий Ицков.Он смотрит мне в глаза.– Ты сводишь меня с ума, ведьма.Он укрывает нас покрывалом и нежно гладит мою щеку. Усталость и сон быстро захватывают меня, моргаю, борясь со сном, но он побеждает. И я засыпаю, обнаженная, в постели парня, за которым еще несколько недель назад следила издалека.Жизнь непредсказуема