20.Игра

–Милана!Милана!Милана!Никогда не думала, что мое первое в жизни пари будет заключаться в том, чтобы пить алкоголь. Миша, Сами и Грегорий стоят рядом со мной на берегу бассейна, предлагая мне выпить текилы. Я сомневаюсь, если честно, у меня немного кружится голова, я уже не помню, сколько выпила, и это плохо. Тем более что я в бассейне.Сдавшись, я беру стопку и выпиваю. Текила стекает по горлу к желудку, сжигая все на своем пути. Я корчусь, но Миша дает мне пять.– Да! Вот как надо пить.– Я удивлена, – признается Сами с улыбкой.Я бы хотела сказать, что она потаскуха, которая постоянно вешается на Диму, намекает или говорит что-то такое, чтобы заставить меня чувствовать себя лишней, но я не могу. Сами очень добра и внимательна ко мне, она кажется очень хорошей девушкой.Хотя я знаю, что ей нравится Дима, это видно издалека, я не злюсь на нее. Сами ничего мне не сделала. Грегорий делает глоток и бормочет, глубоко дыша:– С каждым разом все мягче, горло уже не жжет.– Это потому что ты напился, – усмехаюсь я, хлопая его по спине.Я вижу, как глупый греческий бог и Марк с серьезными лицами разговаривают в глубокой части бассейна. Стыд переполняет меня, когда я вспоминаю, как танцевала с Марком. Они говорят обо мне? О боже!Теплая вода восхитительно согревает мою холодную кожу, когда мы двигаемся, на воде появляются маленькие волны и разбиваются о тыльную сторону моих рук.– Нам надо поиграть, – предлагает Грегорий, встряхивая волосами, обрызгивая нас.Миша держится за подбородок и размышляет.– Что-то вроде пряток?Сами смеется.– Нет, что-нибудь повеселее! Как «правда или действие» или «я никогда не...».Я не понимаю и хмурю брови:– «Я никогда не»?Сами кивает– Да, объясняю правила. – Она делает паузу, начиная объяснять: – Например, я говорю: «Я никогда не напивался», и те люди, которые напивались, пьют.– А если и ты?– То тоже пью. Это весело, так можно узнать, что делали или не делали другие люди, когда ты видишь, пьют они или нет. Это захватывающе.– Окей, окей, – говорит Грегорий.– Но нам нужно больше людей, так?В бассейне только мы, Дима и его друзья. Остальные не так давно ушли, я понятия не имею, который час. Грегорий зовет Диму, он Марка и Луиса, и они подплывают к нам.Мы выходим из бассейна, и я мерзну на ветру, мое платье прилипает к телу, но я так много выпила, что мне уже все равно. Мы садимся в круг на мокрой земле.Миша и Грегорий сидят рядом со мной, далее Сами, потом Марк, Арес и Луис.Бутылка текилы стоит посередине. Дима сидит передо мной. Сами вновь объясняет правила для тех, кто только что пришел. Все внимательно слушают, особенно Марк.– Вы уже знаете, если делали это – должны выпить стопку. – Сами берет стопки и наполняет их текилой. Стопки стоят перед каждым игроком. – Если грешны, пьют, если нет, то нет.Дима усмехается.– Что это за игра такая?Сами недовольно смотрит на него.– Я уже объяснила правила, так что просто играй.– Есть добровольцы?Никого. Сами вздыхает.– Ну вы и трусы, я начну. – Она берет свою стопку. – Я никогда не сбегала из дома. – Она пьет, и все остальные тоже пьют, но я нет. Все с удивлением смотрят на меня.– Что? Я хорошо себя веду.Миша смотрит на меня.– Я младше тебя, и даже я сбегал.Грегорий качает головой.– О-о-о! Ты прямо ангелочек.Дима не обращает на меня внимания, пытаясь зажечь сигарету. Он выпускает дым, пока ждет, что скажет Марк,тот сидит с серьезным лицом, трет нижнюю губу большим пальцем и думает.– Я никогда не разбивал сердце девушке или парню.– О-о-о! – весело восклицает Луис. – Думаю, мы все выпьем.Я смотрю на Диму и с грустью наблюдаю, как он подносит свой стакан к губам и выпивает. Я знаю, что он разбил много сердец, но почему-то мне кажется, что он пьет за мое разбитое глупое наивное сердце. Опять все пьют, кроме меня.Луис ворчит.– Правда, Милана? Ты никогда не разбивала сердце?Сами стонет от досады.– Так мы все напьемся, а Ракель нет.– Я честна, клянусь.Дима впивается в меня взглядом, и его губы расплываются в высокомерной улыбке.– Не волнуйтесь, моя очередь, я заставлю ее выпить.Грегори дает ему пять.– Давай-давай, удиви нас.Дима поднимает свою стопку.– Я никогда никого не преследовал.Удар ниже пояса.Все смотрят на меня и ждут, что я сделаю, я упираюсь руками в бока и прикусываю нижнюю губу. Чувствуя себя той самой странной девушкой в компании, выпиваю стопку. Все молча наблюдают. Я со злостью смотрю на Диму и вижу, что он улыбается. Но потом он делает что-то совершенно неожиданное. Он выпивает. Мало сказать, что мы удивлены. Он ставит свой стакан обратно на пол. Миша качает головой.– У нас тут два маньяка, поверить не могу.Луис хлопает Диме по спине.– Никогда не думал, что ты можешь кого-то преследовать, мне всегда казалось, что преследуют тебя.Дима не отрываясь смотрит на меня.– Так и было, но жизнь иногда круто меняется.Сами прокашливается.– Ладно, ладно, следующий.Луис поднимает свою стопку.– Давайте что-то поинтереснее, я никогда не доводил девушку или парня до оргазма орально. – Чувствую, как краснеют мои щеки, и знаю, что будут пить все, кроме меня и, может, Миши.Луис, Грегори, Марко и очень смущенная Сами пьют. Я смотрю на Диму, мучительно ожидая, когда он выпьет.Но он не пьет. Грегорий озвучивает то, о чем, кажется, все думают:– Не могу поверить! Дима Ицков!Ты никогда не доводил девушку до оргазма орально?Луис качает головой.– Ты врешь.Дима докуривает и тушит сигарету рядом с собой.– Я никогда не занимался оральным сексом с девушкой.Он говорит это так естественно, так спокойно. Мы все смотрим друг на друга, Миша не может сдержать любопытство.– Почему?Дима пожимает плечами.– Мне кажется, это что-то интимное и очень личное.Грегорий добавляет:– И мы все знаем, что Дима не заинтересован в интимных и личных отношениях.Сами опускает голову, перебирая пальцами на коленях. Может... Она... А он?.. Насколько я знаю, они просто друзья. Но поведение Сами напоминает то, как я себя чувствую, когда Дима раз за разом разбивает мое сердце. Между ними что-то было? Я смотрю на Марка, и он становится еще мрачнее, смотрит на меня так, что приходится отвести глаза. Как неловко.Настала очередь Миши.– Давайте все выпьем. Я никогда не напивался.Я заговорщически ему улыбаюсь.– Ваше здоровье! – Наши стаканы чокаются, и мы пьем.Мой черед, и я понятия не имею, что сказать. Все нетерпеливо ждут.– Я никогда не целовался с кем-то из тех, кто сидит в этом кругу.Марк поднимает одну бровь, а Дима язвительно смеется. Я внимательно наблюдаю, как Дима и Сами пьют. С грустью пью тоже. Получается, Сами целовала Диму. Я убедилась в этом, и сердце сжимается в груди. Между ними что-то было. Я чувствую, что проигрываю на фоне Сами, она очень красивая и приятная. Уверена, Дима предпочел бы ее, а не меня. Точно знаю, что он выбрал бы ее.Грегорий корчит рожицу.– Иу-у-у!После третьего круга мы все уже слишком пьяны, чтобы нормально играть. Поэтому решаем залезть в бассейн, туда, где помельче. Я поливаю водой лицо и голову, меня кружит, но я знаю, что если перестану пить, то смогу добраться до своего дома. Сами обнимает меня сзади.– Милана!Я высвобождаюсь из ее объятий и оборачиваюсь.– Сами!– Думаю, мы слишком много выпили, – замечает она, и я киваю. – Ты такая милая!– Ты тоже.– Мне нужно тебя кое о чем спросить.– Хорошо, давай.– Во время игры ты выпила, когда сказала о поцелуе, знаю, что это очевидно, но ты целовалась с Димой?Пьяной или трезвой, к такому вопросу я не готова. Сами грустно улыбается.– Твое молчание говорит о многом... Между вами что-то есть?– Сами...– Нет, нет, прости, не отвечай. Я слишком навязчивая.Я чувствую себя неловко и облизываю губы, но я ее понимаю.Она качает головой.– Знаешь, я типичная девушка, которая влюбляется в своего лучшего друга.– Если у вас что-то есть, я не буду мешать.Я говорю честно, я не стала бы лезть в чужие отношения. Может, у меня маловато достоинства, но я никогда не буду той, кто лезет в отношения, никогда. Сами берет меня за руку.– Мы просто друзья, так что твоей вины тут нет.– Прости. – Я даже не знаю, за что извиняюсь.– Дима... Сложный, знаешь, он через многое прошел. – Она делает глоток из стакана. – Почему-то я думала, что буду той девушкой, которая изменит его. В конце концов, только мне он открылся. Но то, что он мне доверяет, совсем не значит, что влюблен, я слишком поздно это поняла.Мне больно за нее, она хорошая, она просто девушка, которая, как и я, безответно влюбилась.– Думаю, мы похожи, у нас обеих разбиты сердца.– Ты ему нравишься, Милана,и сильно, вероятно, он не знает, что с этим делать, потому что никогда с таким не сталкивался.Когда я слышу это, мое сердце начинает биться чаще.– Мне так не кажется, он дал понять, что я ему не интересна.– Дима он очень сложный, как и Сережа. Их воспитали строгие родители, которые научили их тому, что чувства – это слабость, это власть другого человека над тобой.– А почему Миша не такой?– Когда родился Миша, дедушка Ицкова переехал сюда, он вырастил Мишу с большой любовью и терпением. Он пытался привить это старшим братьям, но было поздно, они уже повидали такое, что для их возраста слишком рано.– Что с ними случилось?– Этим я не могу с тобой поделиться, прости.– Ладно, ты и так о многом рассказала. Откуда ты все это знаешь?– Я выросла с ними. Наши матери тесно дружат, и я часто оставалась здесь, когда у мамы были дела. Домработницы работают здесь всю жизнь и тоже знают обо всем.– Сами! Водитель подъехал, пойдем! – Грегорий, Луис и Марк высыхают в стороне от бассейна, шатаясь из стороны в сторону.– Иду! – Сами быстро обнимает меня и улыбается. – Ты хорошая, так что никогда не думай, что я злюсь на тебя из-за Димы,хорошо?Я улыбаюсь ей в ответ.– Хорошо.

Я вижу, как они уходят,Миша следует за ними, бормоча что-то о том, чтобы открыть им дверь. Понимаю, что мне тоже пора. Смотрю в бассейн и столбенею, когда вижу Диму на другой стороне, он вытянул руки по краю и смотрит на меня. Мы одни. И по его взгляду я понимаю, что он хочет этим воспользоваться.Беги, Милана, беги! Вы когда-нибудь пробовали бежать по воде? Это невероятно сложно. Когда я успела отойти так далеко от края бассейна? Нервно поворачиваюсь и смотрю туда, где Дима был несколько секунд назад, но его там больше нет.Черт! Он плывет под водой! На меня охотятся!Я добегаю до края и крепко хватаюсь за него, чтобы вылезти из бассейна, но, конечно же, я почти выбираюсь, когда сильные руки хватают меня за бедра и резко опускают.Дима прижимает меня к стенке бассейна, я чувствую его тело спиной, его горячее дыхание обжигает шею.– Хочешь сбежать, ведьма?Я пытаюсь освободиться.– Уже поздно, мне пора, я...Дима посасывает мочку уха, его руки нежно сжимают бедра.– Ты что?Не стоило поворачиваться к нему лицом, мои гормоны визжат от того, что я вижу. Греческий бог весь мокрый, его влажные волосы прилипли к лицу, кремовая кожа выглядит идеально, и эти бездонные голубые глаза, как небо на рассвете. Его красные губы выглядят вызывающе.Я стараюсь думать о том, сколько боли он мне причинил, но как трудно собраться с мыслями, когда он так близко, а я так пьяна. Дима гладит меня по щеке, и я теряюсь, это на него не похоже.– Останься со мной этой ночью.Я удивлена, но откуда-то появляется достоинство и берет ситуацию в свои руки.– Я не собираюсь быть той девушкой, которую ты используешь, когда тебе хочется, Дима.– Я этого и не жду.Кажется, он говорит честно и выглядит иначе, как будто ему надоело вести себя как высокомерный идиот.– Тогда не проси меня остаться.Он приближается, все еще гладя мою щеку большим пальцем.– Просто останься, не нужно ничего делать, я тебя не трону, если ты не захочешь, просто... – Он вздыхает. – Останься со мной, пожалуйста.Его искренность обезоруживает меня. Сердце и достоинство спорят между собой, пытаясь найти ответ.Что мне делать