21 глава

1989 год. Июнь. Прошёл год...

Прошёл уже целый год. Как будто длинный солнечный день — тянулся, тянулся, а потом вдруг раз — и снова лето.И минувший выпускной, и вся та суматоха, тревоги, слёзы, драки, влюблённости... всё теперь казалось далёким.

Ксюша изменилась. Не резко — мягко, как взрослеют обычно тихие девчонки. Учёба в медучилище забирала силы, но ей нравилось: бинты, анатомия, практики, запах хлорки в коридорах. Спорт пришлось бросить — иначе она бы просто не успевала.Но удивительное дело: перестав бегать по дорожке, она начала дышать спокойнее.

Ярик был рядом. Весь год — не отходил. Подрабатывал на стройке, старался успевать забирать её с учебы. Между ними не было бурь — ураганов, страстей, драм. Просто... ровно. Тихо. Спокойно.И Ксюша думала: ну, наверное, так и должно быть. Может это и есть любовь?

Фил...Имя это уже почти стерлось. Как будто его просто вынули из её памяти — аккуратно, не оставив пустоты.

Неделю назад из армии вернулись Белов и Филатов. Дембель. Брат сразу позвонил ей — мол, дембельнулся наконец, приезжай!Ксюша приехала — конечно, только через пару дней из-за учебы.Но о том, что Фил был в Москве, она не знала. Он уехал в другой город, как раз в тот день когда приехала Ксюша, они вдвоём не знали об этом, просто так совпало.. И никто ей этого не сказал — да и кому бы пришло в голову.

****

Утро в Москве выдалось жарким. Воздух будто висел — тяжёлый, пыльный, пахнущий прогретым асфальтом и липами.Во дворе всё было как всегда: дети гоняли мяч, какая-то бабушка ругалась на голубей, из окна третьего этажа орали «Ширази», сосед сверху опять включил магнитофон.

Саша вышел из подъезда, поправляя свежую джинсовку — ещё армейская привычка тянуть ворот. За полтора года он подрос внутренне — осунулся, стал жёстче. На лице — тень усталости. Взрослость какая-то резкая. Но в глазах всё равно блестело что-то своё, беловское — азартное, живое.

Беседка стояла на своём месте — деревянная, покосившаяся, с выцарапанными сердечками. Вечера здесь когда-то кипели... а сейчас — тишина.Но не надолго, ведь друзья снова собираются.

Саша зашёл в беседку, слегка пригнувшись — привычка с детства.

Пчела, заметив его, сразу оживился:— О, гляди, будущий горняк пожаловал..

Космос, хмыкнув:— Сын маминой подруги, блин. В институт подаёт.

Саша фыркнул, но улыбку скрыть не смог:— Да заткнитесь вы. Просто документы отнёс, и всё.

Пчела качнул ногой:— Сань, ну скажи честно: нафиг тебе тот институт?Тут у нас, — он многозначительно приподнял брови, — дела посерьёзнее есть.

Космос довольно хмыкнул:— Ага. Вводили бы тебя постепенно... Потихоньку. Чтоб с пацанами в одном русле.

Белов нарочито серьёзно сел напротив:— Слышь. Не надо мне тут намёков. Я в нормальную жизнь хочу, понятно?

Пчела усмехнулся, закинул руки за голову:— Да нормально у нас, чё ты. Всё идёт, как идёт. Денег хватает, работа стабильная.Он подмигнул.

Космос вставил:— И очень прибыльная, между прочим.

Белов покачал головой, но без злости:— Вы два идиота.

— Мы-то идиоты, — Пчела улыбнулся, — а ты что, горы бурить собрался?..

Космос в тон:— Знаем мы эти институты. Полно народа туда идёт — и чё дальше?Он щёлкнул семечку.— Лучше бы с нами уже.

Саша вздохнул, но глаза у него мягкие:— Да я с вами, каждый день почти. Просто... хочу спокойной жизни.

Пчела пожал плечами:— Ну-ну. Станешь учёным — мы первые к тебе за консультацией придём.

— По геологии, — поддакнул Космос. — Будешь нам объяснять, где камни дорогие искать.

Саша рассмеялся:— Да пошли вы.

Пауза. Вечер легонько шумит листьям.

И тут Саша, будто вспомнив, произнёс:— Ладно, пацаны... Я вот по Ленке скучаю, хочу увидеть уже.. Говорили же скоро приедет, неделю нету.

Пчела и Космос моментально переглянулись. Быстро. Коротко.Пчела кашлянул, будто подавился семкой:— Да... э... уехала она. К родственникам.

Космос добавил слишком поспешно:— Скоро приедет, ага.

Саша нахмурился:— Чё-то вы странные..

Пчела закрыл тему резко, уверенно:— Да нормально всё! Прекрати. Сказали же — скоро приедет.

И моментально перевёл разговор:— У нас тут получше новости.

Космос, с широкой ухмылкой:— Фил женится, ну!

Саша аж поднял голову:— Чего? А.. Да..

Пчела довольный:— Вот-вот. В этом месяце свадьба уже ёмаё.Он покачал бутылку.— Скоро невесту привезёт. Посмотрим, кого он там себе нашёл.

Космос добавил:— Старик, а всё туда же. Любовь-морковь.

Саша хмыкнул:— Фил...

Пчела заметил его выражение:— А чё ты удивился?

— Да не знаю... просто странно.Пауза.— Просто, — Саша чуть улыбнулся, — и Ангелина же тоже в этом месяце выходит замуж.

Пчела чуть приподнял брови:— Ангелинка? Твоя что ль сестра эта?

— Моя, — хмыкнул Саша.

Космос, притворно серьёзный:— Ну... совпадение. Зато две свадьбы будем гулять.

Пчела закивал:— Во-во! Гулять — так гулять!

Но Саша не разделил энтузиазма.Он чуть нахмурился, как будто что-то щёлкнуло в голове.Что-то не сходилось.Но он сам не понял — что именно.

— Странно всё это... — пробормотал он тихо.

Пчела махнул рукой:— Да ладно тебе, Сань. Чё ты всегда всё обдумываешь? Расслабься.

Космос усмехнулся:— Пошли завтра в магазин, поиграем в «классиков» — помнишь?Пчела толкнул его:— В каких классиков, идиот? Мы ж взрослые люди!

— Ну так и живём, — философски заключил Космос.

Саша усмехнулся, но в глазах у него всё ещё сидела та странная, непонятная нотка.То ли совпадение..

— Только так, парни... — он посмотрел на обоих, — давайте, чтобы Ксюша про Фила ничего не знала, поняли?Он сказал твёрдо, без колебаний:— Ей это не нужно. Всё прошло. У неё своя жизнь, с Яриком всё хорошо... так пусть так и будет.

В беседке повисла короткая пауза.

Пчела потёр переносицу, кивнул:— Та ясно, Сань. Мы же не придурки. Никто ей ничего не скажет.

Космос даже ладонью махнул:— Да успокойся, слышь. Мы ж видим — она отбой взяла давно. Нафига ей старое? Он скривил полуудобную ухмылку:— Все будет нормально.

Саша выдохнул чуть легче, но глаза всё равно оставались напряжёнными:— Вот и хорошо.

После этого Пчела специально завёл другую тему — громко, нарочито:— Ладно, всё! Давайте лучше о нормальном. Про то какой Космос дурак!

Космос сразу кинулся догонять убежавшего друга. Как дети малые и вправду..

Саша усмехнулся, но напряжение в нём всё ещё болталось, тяжёлое и странное.Будто он сам не до конца понимал, почему так беспокоится.

***

Квартира бабули была тёплой, как всегда — запах жареного лука, стирального порошка и старого ковра. За окном гудели машины, а в спальне Ксюши едва слышно щёлкала кассета в плеере.

Она валялась на кровати поперёк, носки один разный от другого, волосы распущены, наушники — большие, старые, с мягкими подушечками, брата. Лёжа на животе, она одной ногой раскачивалась в воздухе, уткнувшись носом в подушку, слушая «Кино» вполуха.

Дверь в комнату скрипнула.

— Так, блин, кто тут развалился опять? — раздался знакомый голос.

Ксюша только подняла глаза и увидела Сашу, который стоял в дверях, облокотившись на косяк с видом что сейчас ей хана.

Она вытащила один наушник:— Чё надо?

— А ну подвинься! — с ухмылкой сказал он и ногой мягко пнул её в бедро, как делал всегда, ещё с детства.

Ксюша возмущённо взвизгнула:— САША!

— Чё? — сделал вид, что удивлён. — Проверяю, жива ли ты. А то лежишь как дохлая селёдка.

Он подошёл ближе, ткнул её пальцем в бок, отчего она дёрнулась.— Всё, рефлексы работают — значит, жить будет.

— Иди отсюда, — буркнула она, но улыбка уже сама лезла.

Саша щёлкнул её по носу:— Дурында.

И тут из кухни грянул бабушкин голос:— Дети! Ужинать! Картошечка готова!

— Пошли, дохляк, — сказал Саша и дёрнул сестру за ногу.

— Саша-а-а! — возмутилась она, но слезла с кровати, наматывая провод от наушников.

Кухня была маленькой, уютной, с цветочными занавесками и лампочкой под стеклянным плафоном, который светил жёлтым, как в фильмах тех лет. Бабушка суетилась у стола, ставила глубокую сковороду с жареной картошкой, тарелку с малосольными огурцами, хлеб, сметану.

— Садитесь, садитесь, мои хорошие, — говорила она, поправляя бигуди. — Сейчас ещё чаю сделаю.

Ксюша села, поправляя футболку. Саша рухнул на стул как мешок, моментально схватил вилку.

— О, красота! — сказал он и навалил себе почти полтарелки.

Когда бабушка начала заваривать чай и доставать пирожки, Саша, жуя, вдруг вспомнил:

— А! Блин. Я же вам не сказал!Он вытер рот тыльной стороной руки.— Вчера Ангелина звонила.

Ксюша медленно подняла взгляд от своей картошки.Брови — вверх. Настроение — вниз.

— И зачем? — тихо спросила она.

— Да так... — Саша пожал плечами. — Сообщила, что замуж выходит в этом месяце.Хочет свадьбу тут праздновать. «Дом — родина — всё такое».

Бабушка как раз заваривала чай.

— Ой, правда?! — обрадовалась она. — Вот умница девочка, ах, как хорошо!Она закинула руки к груди. — Ангелинка моя... ну наконец! Радость-то какая!

Ксюша скривила рот — еле заметно, но всё же.

Саша глянул на неё, заметив реакцию:— Чё ты?

— Ничего, — коротко ответила Ксюша, ковыряя вилкой картошку. — Пусть выходит. Молодец.

Бабушка обернулась к ней с лёгкой улыбкой:— Ксюша-а-а... ну а ты когда? Уже взрослая девушка! Я хоть на твоей свадьбе еще успею погулять?

Ксюша подавилась воздухом:— Ба! Какие свадьбы?! Я учусь вообще-то!

Саша расхохотался:— Угу, учится она. По вечерам на кровати валяется. Он подмигнул:— Скажи Ярику — он тебе быстро предложение сделает.

— ЗАТКНИСЬ! — Ксюша пнула его под столом.

Саша ойкнул и заулыбался:

— Вот, живая. Даже слишком.

Бабушка разложила по тарелочкам варенье, поставила ещё горячие пирожки.

— Эх вы... — сказала она с доброй усталостью. — Всё бы вам баловаться.

Ксюша спрятала улыбку в чашке с чаем.Но где-то глубоко внутри укол всё равно остался.Ангелина... опять эта Ангелина.