Глава 25

В голове Поттера творился настоящий хаос: начиная с прошлой ночи, которую он провел в кровати Малфоя и заканчивая утренним визитом на кладбище. И если первое хоть как-то укладывалось в сознании, хоть и вызывало необъятный шквал эмоций, то второе... Гарри не был уверен, что способен анализировать информацию. Однако в груди разливалось приятное тепло от ощущения причастности к чему-то важному. Ведь этот визит, действительно, много значил для Драко. Поттер прекрасно видел это в серых глазах, когда держал слизеринца за руку, стоя возле надгробия. Многое изменилось между ними за последние сутки. Полумна оказалась права: разговор был необходим, и хоть ситуация сложилась не совсем традиционным образом, в итоге все закончилось неплохо. По крайней мере, Гарри хотелось в это верить.

К удивлению гриффиндорца, сидевшая перед ним Грейнджер, не задавала вопросов и не изучала его проникающим под кожу взглядом. Хотя Поттер прекрасно знал, что все его эмоции максимально прозрачны. Взгляд подруги сосредоточенно изучал салат на тарелке. Но уже в следующее мгновение тихий голос растворился в пространстве, а Гермиона резко подняла голову.

— Гарри, — на лице отразилась тревога, — я вчера говорила или делала что-то, — щеки мгновенно залил румянец, — плохое?

Поттер хмыкнул, вспомнив в каком положении они застали Грейнджер и Паркинсон утром. Но увидев, как рот девушки округлился, мгновенно пожалел о том, что не умеет контролировать эмоции.

— Нет, — юноша отрицательно покачал головой, на что Гермиона нахмурилась еще сильнее,

— если честно, ты остаешься собой даже когда выпьешь, так что... — Это плохо, — не вопрос, а утверждение.

— Вовсе это не плохо, — гриффиндорец пожал плечами. Гермиона застонала, складывая руки на столе и опустила на них голову. Поттера взволновало поведение девушки.

— Я ханжа.

— Что? — Гарри нахмурился, — я не думаю, что ты ханжа, — в очередной раз, Поттер задумался о том, как Грейнджер и Паркинсон отлично дополняли друг друга: свобода в противовес контролю. Они многое могли позаимствовать, построив цельную картинку. Да, возможно, в какой-то степени Гермиона была слишком строга в поставленных себе же правилах, но именно эта черта частенько спасала им жизнь, — что случилось?

— Поговорим позже, — подруга выпрямилась, пряча свои эмоции глубоко внутри. Гарри был согласен, что большой зал не самое благоприятное место для душевных бесед. Несмотря на то, что была суббота и большинство учеников отправились в Хогсмид, часть из них все же осталась. Именно эти люди начали перешептываться, когда в зал зашли Панси и Драко.

Обсуждение набрало обороты, когда эти двое направились в сторону Поттера с Гермионой.

Гарри уже начинал привыкать к тому, что они теперь едят вместе.

— Грейнджер, ты не передумала насчет Мунго? — произнесла Паркинсон, опускаясь на лавку рядом с девушкой, Гарри ощутил, как воздух наэлектризовался, когда Драко присел рядом с ним. Гриффиндорка выдохнула, делая глоток персикового сока.

— Нет, я готова, — произнесла она более уверенно.

— Отлично, тогда узнаем у Сепсиса все необходимое, а потом сможешь навестить стажера, — сказала Панси, втыкая вилку в салат.

— Только не говори ему, в обнимку с кем ты провела прошлую ночь, — произнес Малфой, глядя на Гермиону. Его слова мгновенно вогнали девушку в краску. А уже в следующую секунду в сторону Драко полетел кусок хлеба, впрочем, слизеринец успел увернуться. Панси вздернула подбородок и приготовилась кинуть еще один кусок. — Паркинсон.

Угрожающие интонации подействовали. Девушка положила хлеб на край тарелки, фыркнув. Гарри приложил много усилий, чтобы сдержать улыбку. Несмотря на то, что Поттер чувствовал каждый взгляд, обращенный в их сторону, ему было приятно - приятно находиться здесь.

— О, да брось, Малфой, — голос звучал на уровне угрозы, — я видела ночью, как вы с Поттером поднимались на второй этаж, — Панси перешла на шепот, склоняя голову на бок, и произнесла четко, растягивая гласные, — где же вы провели прошлую ночь?

Гарри ощутил, как кто-то резко вышиб весь воздух из его легких. Он видел довольную усмешку на губах Панси, наблюдал как ее бровь изогнулась, а взгляд считывал каждую эмоцию слизеринца. Поттер все же осмелился повернуть голову, чувствуя как кожа начинает гореть, а сердце грохочет где-то в горле. Подбородок Драко был вздернут, уголок губ приподнят, а глаза слегка сощуренны. С каждой секундой напряжение между ними с Панси ощущалось все сильнее.

— Завидуешь, Паркинсон?

Поттеру показалось, что мир вокруг на мгновение остановился. В одну секунду, все стало абсолютно неважным: взгляды, обращенные в их сторону, шепот за соседними столами. Все, на чем было сосредоточено внимание - это спокойные интонации Драко, его ухмылка и наслаждение на лице, вызванное очевидной победой. Ведь Панси лишь сощурилась в ответ.

— Черта с два, — щеки покраснели от возмущения, — без обид, Поттер, —взгляд обратился к Гарри, — но ты не в моем вкусе.

— Даже не знаю, стоит ли мне расстраиваться, — Гарри произнес это, в очередной раз жалея, что не умеет держать язык за зубами, а Панси уже схватила кусок хлеба, чтобы бросить в него.

— Хватит, Паркинсон.

— Иди ты, Малфой, — передразнила она, складывая руки на столе и подпирая щеку, — так как прошла ночь?

В этот раз, действия Гарри опередили мысли и послали к чертям чувство самосохранения. Он кинул кусок хлеба в Паркинсон. Тишина обрушилась на их стол, но через мгновение губ Гермионы коснулась улыбка, а Малфой и вовсе рассмеялся.

— Два придурка, — Панси разозлилась, но тему решила сменить, — так что, мы и правда просидим весь день в библиотеке?

— Есть идея поинтереснее, — произнес Драко, — Финниган и Уизел ведь остались в школе? — он перевел взгляд на Поттера, Гарри кивнул, отвечая на вопрос. Он видел их в гостиной, когда приходил переодеться. Парни даже не посмотрели в его сторону, усердно делая вид, что Гарри не существует, — тогда после вашего возвращения из Мунго, предлагаю провести эксперимент, — в серых глазах вспыхнули огоньки, а уголок губ дрогнул, — прихвати мантию отца, Поттер.

***

Ключевым пунктом плана Драко была Гермиона. Девушка должна была выполнить роль отвлекающего маневра, который бы выбил Рона из колеи и позволил Гарри незаметно пробраться в гостиную. Поттер накинул мантию отца, которую часом ранее забрал из своей спальни. Они с Гермионой направились в сторону гостиной, тогда как Панси и Драко решили дождаться их в библиотеке. Рон все это время сидел возле камина, Симус находился в спальнях. Гарри начал думать, что план не сработает и они зря теряют время. Скорее всего, у парней было достаточно возможностей, чтобы все обсудить. Разумеется, если было что обсуждать.

Однако, Мерлин услышал их молитвы, и когда Гермиона, устав от ожидания, решила зайти в гостинную, Финниган лениво спускался по лестнице. Грейнджер замерла на миг, затем уверенно подняла голову и направилась внутрь. Ее шаги были отрывистыми, взгляд лишь на секунду обратился к Рону. Затем Гермиона поднялась по лестнице, едва не задев Симуса плечом, и скрываясь за углом.

Поттер двигался крайне осторожно, стараясь издавать как можно меньше звуков. Он остановился в паре метров от Финнигана и Рона, наблюдая за тем, как первый опускается в кресло возле огня. Поттер затаил дыхание.

— Выглядишь жалко, — бровь Симуса изогнулась, пока он с интересом наблюдал за лицом Рона. Щеки Уизли покраснели, тот оторвал взгляд от лестницы, где мгновение ранее находилась Грейнджер.

— Тебя это не касается, Симус, — с возмущением произнес Уизли. Гарри ощутил, как что-то неприятно кольнуло под ребрами. Он был уверен, что Рон испытывал по отношению к ним с Грейнджер лишь злость и презрение. Однако, этот взгляд ни с чем нельзя было спутать: бывший друг смотрел на Гермиону так же, как раньше, разве что с ощутимой примесью боли.

— Я уже говорил тебе, — Финниган пожал плечами, — но ты не слушаешь. Ты как маленький плаксивый щенок тоскливо смотришь вслед Грейнджер, наблюдаешь как твой лучший друг проводит время в компании выродков, обедает с ними и смеется...

— Об этом, — Рон, очевидно, пытался сбавить обороты, перебивая юношу. У Гарри возникло ощущение, что Уизли чувствовал себя не в своей тарелке из-за давления Симуса, — твоя стычка с Малфоем в коридоре...

— Да брось, Рон. Я сделал то, на что у тебя смелости не хватило, — парень усмехнулся.

— Глупость? — бровь приподнялась, а ухмылка на этот раз коснулась губ Уизли.

На секунду на лице гриффиндорца отразилось недоверие, затем Финниган фыркнул, закатывая глаза.

— Поставить на место человека, достойного гнить в Азкабане, по-твоему, глупость?

— Ты говоришь, как Дин, — произнес Рон, интонации были странно-болезненными. Как будто, Уизли знал что-то, отчего кожу пронзали иголки, — только где он сейчас?

— Думаешь, Дину не плевать, что его выгнали из школы? — на лице Симуса отразилось возмущение, словно Рон говорил абсолютно бредовые вещи.

— Я не об этом, — голос звучал едва различимо. Уизли наклонился к Финнигану, оглядевшись вокруг, дабы удостовериться, что никто их не слышит. Кожа на лице побелела, и парень сглотнул.

— То, что Дин не довел дело до конца, конечно, минус, — брови взмыли вверх, когда слова Симуса растворились в пространстве. Рот Уизли округлился. Гарри почувствовал, как холод скользит по полу, сковывая лодыжки и пробираясь к позвоночнику. Что-то было не так: это отчетливо читалось на лице бывшего друга, ведь Уизли, вопреки всем попытками, никогда не мог держать эмоции на замке.

— Минус? — хрипло произнес он, как будто воздуха в легких катастрофически не хватало.

— Не драматизируй, — Финниган расплылся в улыбке. Его непринужденный вид показывал, что речь идет о будничных вещах, однако, побелевшее лицо Рона твердило об обратном, — не Дин, так поцелуй Дементора. Эта шавка, Паркинсон, заслуживает смерти.

— Никто не заслуживает смерти, — шепотом произнес Уизли.

— Неужели? А Волан-де-Морт?

— Это не одно и тоже.

— Нет, Рон, — настаивал Финниган. К лицу прилила кровь, а в глазах загорелись недобрые огоньки, — разве не Блейз Забини пытался убить Дамблдора? Не Малфой с сыночком любезно принимали Темного Лорда в своем доме? Они все... — парень покачал головой, отводя взгляд, — все прислуживали ему и не раздумывая, прикончили бы тебя, Грейнджер и Поттера, — Симус замолчал на мгновение, в следующую секунду вновь переключая внимание на Рона, — а знаешь, что самое забавное? Как будто тебе было мало? Они забрали твою девушку и лучшего друга.

— Да, но...

— Нет, ты не понимаешь, — Финниган раздраженно выдохнул, — они же используют Поттера. Такой человек имеет вес в обществе, а значит, проще будет переманить других на свою сторону.

— Я не думаю, что Гарри собирается...

— Ты вообще не думаешь, Уизли, — парень хмыкнул. — Малфой забрал у тебя друзей, а ты просто будешь сидеть и разводить руками?

Рон шумно выдохнул, откидываясь на спинку кресла. Взгляд сосредоточенно изучал ворс ковра.

— Как только у них появятся возможности, без раздумий, Малфой и ему подобные начнут войну и закончат дело своего кумира, — произнес Симус, следом поднимая указательный палец вверх, подводя своеобразный итог сказанному, — мы должны сделать это первыми.

— Ты говорил, — на этот раз голос звучал практически неуловимо, — что с этим человеком остальные заключают нечто вроде... договора?

— Непреложный обет, — в глазах Финнигана зажглись искры, — условие одно - повиновение во всем.

— Ты... — Рон на мгновение перестал дышать, — тоже?

— В эти выходные.

— Ясно, — быстро ответил юноша, брови взмыли вверх, а щеки покраснели. На лице отразились смешанные эмоции.

—Послушай, друг, — Симус поднялся на ноги, наклоняясь к Рону, — ты же говорил, что ненавидишь этих ублюдков. Чертовы Паркинсон и Малфой запудрили мозги Гарри и Гермионе, разве нет? Прошло два месяца, с тех пор, как ты обещал подумать.

— Дай мне время до следующих выходных, — неуверенно произнес парень, после нескольких секунд молчания. На лице Финнигана появилось скептическое выражение, — клянусь, что дам ответ, — добавил Рон.

— Правильный ответ, — уточнил Финниган. Длинные пальцы уверенно сжали плечо Уизли, — ты не пожалеешь, дружище, — а затем Симус выпрямился, запуская руки в карманы, — чем планируешь заняться сегодня?

Рон моргнул, стараясь переключить сознание на другой лад. Затем парень раздраженно выдохнул, демонстративно поднимая учебник по зельеварению, который все это время лежал на столике рядом, напару с листами пергамента и чернилами. Однако, Гарри видел, как за этой непосредственностью и улыбкой, скрывается дрожь в пальцах и напряжение во всем теле.

— Кажется, эти выходные я проведу со Слизнортом, — произнес парень, пожимая плечами, — эссе на сорок дюймов.

— Отстой, — тон у Симуса был сочувствующий, словно предыдущего разговора и не было вовсе. Пугающие огоньки в его глазах потухли, уступая место дружелюбию. Будто, перед Гарри сейчас стоял тот самый парень - любитель взорвать все, что плохо лежит, — если захочешь провести время весело, я буду в большом зале, — добавил он, и получив кивок со стороны Уизли, направился к выходу из гостиной.

Стоило массивной двери закрыться, Гарри медленно выдохнул. Он собирался подождать, когда Рону надоест корпеть над учебниками, и тот отправится в спальню или же присоединится к Симусу в большом зале, чтобы незаметно покинуть гостиную. Однако резко поднятый взгляд и наполнивший пространство голос кардинально поменяли планы Поттера.

— Думаешь, за столько времени, я не научился распознавать, когда ты используешь мантию отца, Гарри? — тихо, но уверенно произнес Рон. Вопрос звучал риторически, а взгляд рассеянно блуждал в пространстве, — надеюсь, полученная информация будет полезна, — он хмыкнул, и не дождавшись ответа, поднялся на ноги, собирая учебные принадлежности.

Шаг, следом еще один. Этот безучастный взгляд прожигал дыру внутри Поттера. Гарри уже сотню раз пообещал себе, что не будет все усложнять, однако, действия вновь опередили мысли.

— Рон, — голос ударил Уизли в спину, стоило поднять ногу на первую ступеньку. Юноша замер, не оборачиваясь, — почему?

На большее Поттера не хватило. Он ощутил, как ком застрял в горле, а во рту появился привкус металла. Болезненная ухмылка разрезала губы бывшего друга, прежде чем он медленно выдохнул. Что-то треснуло в этом вечно веселом и беззаботном взгляде.

— Ваша дружба с Малфоем и Паркинсон, — заговорил он все также тихо, — я не смогу понять этого, никогда не мог, — Рон сглотнул, словно приходилось прилагать усилия, чтобы говорить, — но то, в чем участвует Симус, эти идеи... Абсолютно не то, за что я, — он осекся, прочищая горло, — мы... боролись. Война ради войны, Гарри, — Уизли пожал плечами, усмехаясь собственным мыслям, — разве в этом смысл?

Поттер хотел разомкнуть губы и ответить нечто вроде "Нет, Рон, конечно же, нет", но болезненный хомут сковал грудную клетку, не позволяя дышать. Уизли простоял так еще пару мгновений, прежде чем направился в спальни. Гарри только тогда понял, что его щеки горят от слез.

***

— Как же долго, — раздраженно простонала Панси, складывая руки на столе и опуская на них голову. Драко поднял на девушку взгляд, следом перелистывая очередную страницу фолианта и тщетно пытаясь погрузиться в чтение. На прошлом занятии у Слизнорта, когда Патил облила Панси Амортенцией, профессор почти целый час твердил о Ж.А.Б.А. Он раз за разом повторял, что поставит самые высокие требования к своему предмету, потому что люди, прошедшие через войну, должны уметь все. Звучало, конечно, бредово, но Малфою зельеварение было необходимо, а оценка "выше ожидаемого", в таком случае, Слизнорта едва ли устроила бы. Забавно, но Драко всегда нравился этот предмет, а раньше, когда занятие вел Снейп, Малфой даже получал "превосходно". В любом случае, раз уж во вселенной Поттера есть вариант, в котором Малфой и Паркинсон выживут, необходимо было (как это сказала Гермиона) задуматься о будущем. Честно признаться, даже в голове ее голос звучал отвратительно, — готова поклясться, Поттер из-за своей неуклюжести, споткнулся у входа в гостиную и завалил весь план, — Паркинсон подняла голову, — а сейчас Уизли и Финниган надирают ему зад за ужасную конспирацию.

Уголки губ Драко приподнялись. Он захлопнул фолиант, откладывая его в сторону.

— Перестань волноваться, Паркинсон, — произнес Драко, наслаждаясь тем, как в следующее мгновение щеки девушки покрываются румянцем. На лице отразилось возмущение, а бровь изогнулась.

— В каком из моих оскорблений физических способностей Поттера было переживание?

— Как прошло в Мунго? — Малфой посчитал вопрос девушки риторическим, и решил не отвечать на него.

— Ничего интересного, — она пожала плечами, выпрямляясь, — Сепсис убедился, что со мной все в порядке, затем я вернулась в школу, а Грейнджер к своему стажеру. Перед тем как отправиться с Поттером в гостиную, она сказала, что потом ей нужно будет пойти в кабинет Макгонагалл, — Панси медленно выдохнула, — воспользоваться ее камином. Якобы директор дала разрешение на это, для очень важного дела. Больше я ничего не знаю. Лицо ее сияло от счастья, — добавила девушка, закатив глаза.

— Я думал, ты пойдешь к Петтерсону с ней.

— Мило улыбаться человеку, который пытался меня убить - не входило в планы на выходные, — она усмехнулась, а затем заметив, как Драко нахмурился, закатила глаза, — Грейнджер мне рассказала и да, я знаю, что он был под заклятием. К тому же, уверена, Гермиона хотела побыть с возлюбленным наедине, — Паркинсон опустила взгляд, пальцы выводили на покрытии парты замысловатые узоры. С тех пор, как Панси вернулась, Драко часто замечал на ее лице это опустошенное выражение. Подруга старательно пыталась держать маску, но когда думала, что никто ее не видит, прикрытие давало слабину.

— Звучит так, будто тебе не все равно, — тише произнес Малфой, с интересом глядя на Паркинсон. Девушка выдохнула сквозь зубы, поднимая на друга взгляд.

— Звучит так, будто ты лезешь не в свое дело, — она произнесла это с раздражением, однако, маска дала трещину и в темных глазах промелькнуло что-то болезненное. То, с чем сильная Паркинсон отчаянно пыталась справиться и ей это удавалось на славу, но Малфой все испортил.

— Так значит тебе можно, а мне нет? — уголок губ приподнялся. Драко с осторожностью вступил на эту дорожку, ведь кто как не слизеринец знал, насколько неудержимой может быть Панси, если причинить ей боль.

— Я делаю это, потому что переживаю за тебя, а ты из любопытства, — ответила она, и заметив, как в библиотеку вошел Поттер, успешно вернула раздраженное, но совершенно безразличное выражение лица, — так что пошел ты, Малфой, — добавила девушка, когда Гарри оказался в нескольких метрах от них. Губы растянулись в улыбке, Панси откинулась на спинку стула, оглядываясь на вновь прибывшего, — привет, Поттер, ты все провалил?

Впрочем, стоило встретится взглядом с Гарри, все мысли мгновенно покинули голову, оставляя за собой вакуум. Лицо гриффиндорца было бледным, брови сведены, а нижняя губа прикушена до боли. Панси ошиблась: кажется, план сработал и Поттер узнал не самые приятные вещи. Гарри преодолел оставшееся расстояние, присаживаясь на свободный стул.

— Панси, — тихо произнес он, нарушая звенящую тишину. Каждое слово давалось с огромным трудом. Драко видел это во вцепившихся в край парты пальцах и дрожащих губах, когда Поттер все же соизволил продолжить, — кажется, я знаю, кто хотел убить тебя.

В эту секунду, неприступная маска на лице Паркинсон раскрошилась на сотни частей.

***

Гарри рассказал все, что слышал в гостинной, опустив одну важную деталь - тот факт, что Рон раскрыл его. Поттер не знал почему, но чувствуя пробиравшийся под кожу взгляд Драко, он не смог произнести это. Разумеется, гриффиндорец знал, какая реакция могла последовать. Панси утверждала бы, что Уизли и Финниган специально сделали все это, чтобы сбить Гарри с пути. Однако никого, кроме Гарри не было там, никто из них не видел взгляд Уизли. Бывший друг не врал: что бы ни происходило, Рон не хотел этого.

— Порядок, Паркинсон? — строгий голос Драко вернул Поттера в реальность.

Приглушенные голоса обрели объем. Он перевел взгляд на слизеринца: брови были сведены, серые глаза изучали лицо Панси.

— В порядке ли я? — она нервно засмеялась, глаза округлились. Гарри, к счастью, очень редко наблюдал на лице девушки настоящий ужас. Кожа приобрела зеленый оттенок, зрачки представляли собой маленькие черные точки, — чертов недоносок Томас пытался убить меня, — голос звучал выше положенного, в следующий миг, девушка прикрыла рот рукой.

— Панси, я знаю, что это шокирует, но...

— Лучше закрой рот, Гарри, — она сощурилась, понижая тон голоса.

— Поттер прав, — спокойные интонации Малфоя контрастировали с эмоциями Паркинсон.

Подруга закатила глаза, ее взгляд говорил нечто вроде "Кто бы сомневался, Драко, что ты будешь защищать своего парня!", однако, слизеринец продолжил, — тот факт, что Томас пытался сделать это - ужасен. Но теперь мы знаем, а это нам на руку.

На лице Паркинсон отразились смешанные чувства.

— Знаем мы, и что дальше, — брови взмыли вверх, — побежим к Макгонагалл или сразу в Министерство?

Драко хотел ответить, губы его разомкнулись, но заметив кое-что позади Панси, слизеринец безучастно произнес:

— Грейнджер идет.

Гарри не проследил за взглядом Драко, он продолжал изучать слизеринца. Его руки были сжаты в кулаки, с того момента, как Поттер начал говорить. Все тело напряглось, подобно струне. Панси же обернулась на миг, но когда взгляд вернулся к поверхности стола, в глазах что-то вспыхнуло. Нечто, слишком похожее на злость.

— Открылся анонимный клуб желающих убить Панси Паркинсон? — резко произнесла она, когда Гермиона оказалась за спиной девушки. Гарри все же поднял взгляд, обнаруживая источник негодования слизеринки. Позади Грейнджер, значительно превосходя девушку в росте, стоял Петтерсон.

— Панси, — Гермиона охнула, машинально оглядываясь на Эдварда. Бровь юноши приподнялась, а щеки покраснели.

— Ох, Грейнджер, извини, — на лице слизеринки отразилось картинное изумление, она обернулась к Гермионе, — думаю, тебе следует сначала познакомить нас, прежде чем я плюну твоему возлюбленному в лицо!

— Паркинсон, остынь, — взволнованно произнес Малфой.

— Вынуждена попрощаться, — Гарри замер, когда в потемневших глазах заблестели слезы, — иначе, меня стошнит.

После этих слов, Панси резко вскочила на ноги, отчего две стопки фолиантов, лежавших на деревянной поверхности, рухнули. И прежде чем, девушка скрылась за стеллажами, а Гарри машинально встал, Гермиона заплакала. Это были настоящие рыдания: грудь девушки сотрясалась, щеки горели от соленых дорожек. Петтерсон моментально принял Грейнджер в свои объятия, а Поттер почувствовал, как его желудок свело от боли. Это продолжалось какое-то время, прежде чем всхлипы Гермионы не утихли. Девушка отодвинулась от Эдварда, глядя на Драко.

— Зачем... — голос срывался, предвещая еще одну волну рыданий, — зачем она так поступает?

— Я найду Паркинсон, — тихо произнес Малфой, игнорируя вопрос девушки. Гарри видел растерянность, отразившуюся на лице Драко. Следом парень поднялся на ноги, поравнявшись с гриффиндорцем.

Гарри заметил, как напряглись плечи Малфоя, когда голос Эдварда наполнил тишину.

— Мне очень жаль, — казалось, парень, действительно, раскаивается. По крайней мере, Гарри ему поверил. Однако Драко не разделял эту позицию: челюсти сжались, глаза сощурились, — правда, жаль. Я не хотел приходить сюда, знаю, — он сглотнул, — что мне не рады.

— Тогда ты либо непроходимый болван, — ухмылка коснулась тонких губ, Драко чуть склонил голову на бок, глядя Петтерсону прямо в глаза, — либо стремишься попрощаться с жизнью.

— Я наслышан, — вопреки ожиданиям, губы Эдварда точно также разрезала усмешка. Эмоции на лице изменились: взамен искреннему раскаянию, глаза наполнились искрами, — что при следующей нашей встрече, ты обещал убить меня.

— О, так ты пришел проверить, держат ли Малфои свое слово?

— Драко, — Гарри понял, что говорит, когда слово уже сорвалось с губ. Впрочем, слизеринец даже не обернулся к нему.

— Я рассказала Эдварду про Джонатана, и он хотел помочь, — тихо произнесла Гермиона, ее голос чертовски сильно дрожал, — хотел, чтобы мы все вместе отправились к Крашу и выяснили все.

— Потрясающе, — произнес Драко, растягивая гласные, ухмылка на губах стала шире, — хочешь восстановить теплые отношения с серийным убийцей?

Лицо Эдварда покрылось красными пятнами, а челюсти сжались.

— Я, конечно, слышал, что ты тот еще... — Гарри видел, словно в замедленной съемке, как Петтерсон вздрогнул и замолчал, машинально отступая, когда Малфой сделал шаг в его сторону.

— Гермиона, — резко произнес Поттер, поравнявшись с Драко. Карие глаза наполнились страхом, — думаю, вы с Эдвардом можете пройти в большой зал и подождать меня там, хорошо?

В его интонациях читалась мольба. Грейнджер поняла это практически мгновенно, цепляясь пальцами за предплечье Петтерсона. Выражение лица юноши чуть смягчилось, он перевел взгляд на гриффиндорку.

— Мы уходим, — чуть увереннее произнесла Гермиона, Эдвард нехотя кивнул, ухмылка все еще не сходила с его губ.

Мгновения показались Поттеру вечностью. Он наблюдал, как Петтерсон разворачивается вслед за подругой, ощущал, как каждый их шаг резонирует в пространстве. Гарри чувствовал, как пылает воздух в радиусе нескольких метров от Драко. Слизеринец перевел на него взгляд, пробираясь внутрь, поджигая этой яростью каждую клеточку тела.

— Еще одна драка в стенах школы, — неуверенно начал Поттер, отвечая на повисший в воздухе вопрос и чувствуя как начинает заживо гореть, — и Макгонагалл выгонит тебя.

— Думаешь, меня это волнует, Поттер? — бровь слизеринца изогнулась.

На данный момент, его это не волновало. Все, чего хотел Малфой - уничтожить Петтерсона, претворить угрозы, озвученные еще в Мунго, в жизнь. Каждая эмоция читалась на бледном лице. Только вот Гарри знал, что бы ни послужило источником этой ярости, позже Драко пожалеет о столь необдуманном решении.

— В чем дело? — тихо произнес Гарри, глядя в темные глаза. Он отчего-то начинал дрожать, — Мы же знаем, что Петтерсон был под Империо.

— От него слишком много проблем, — коротко произнес Драко, медленно выдыхая, но встретив крайнюю степень переживания, отразившуюся на лице Гарри, добавил, — что?

— Мне он тоже не нравится, — Поттер повел плечом, опуская взгляд, — но я думаю, что это не стоит того, чтобы вылететь из школы и не иметь возможности быть рядом с Панси, пока ей угрожает опасность. В любом случае, — он сглотнул, хмурясь, — какими бы ни были новости - они есть, и помогут нам в поисках.

— Я говорил, что ты меня раздражаешь, Поттер? — вопреки сказанному, выражение на лице Драко смягчилось. Уголок губ Гарри приподнялся.

— Я встречусь с ними в большом зале, поговорю, затем расскажу то, что узнаю, — произнес он, переставая хмуриться, — с Панси все будет в порядке?

На этот раз на лице гриффиндорца отразилась тревога.

— В данном случае, я бы больше переживал за Грейнджер, — слизеринец пожал плечами.

Мышцы расслабились.

— Увидимся вечером.

— Послушай, — голос ударил Драко в спину, когда слизеринец развернулся и сделал несколько шагов, чтобы отправиться на поиски Панси, — между ними с Гермионой, — начал он, чувствуя, как в горле застревает ком. Драко обернулся, на лице отразилась заинтересованность, — я понимаю, что Панси отреагировала так резко, в большей степени изза Томаса, но... мне не кажется?

— Поттер, — Малфой усмехнулся, — я думаю, смерть Петтерсона сыграла бы на руку всем нам, в том числе и Паркинсон.

— Ладно, — тихо произнес Гарри, осознавая сказанное, а Малфой тем временем, уже скрылся между стеллажами.

***

После разговора в большом зале, Гермиона избегала Гарри. Честно признаться, Поттеру было дико некомфортно находиться там: видеть заплаканное лицо девушки, её подрагивающие губы и отчего-то сильно раздражающую ухмылку на лице Петтерсона. Юноша, кажется, не собирался оставлять их стычку с Малфоем в подвешенном состоянии. Он то и дело говорил о том, что у Гарри и Гермионы специфический вкус в выборе друзей. Поттер проглатывал каждое высказывание. Он делал это не потому, что не хотел конфликтов. За драку со стороны Поттера, тот едва ли вылетит из школы, а вот на лице Эдварда останется парочка приятных напоминаний.

Дело было в Гермионе: Гарри знал, что девушка любит стажера, знал, что поступок Панси причинил ей страдания. Фраза, озвученная Малфоем в библиотеке не была двусмысленной: между Паркинсон и Грейнджер что-то происходило и это что-то причиняло Панси боль. Но что чувствовала Гермиона в сложившейся ситуации? Почему она так часто сравнивала себя со слизеринкой последнее время?

Их разговор в большом зале закончился здравой мыслью. Петтерсон должен был утащить у

Сепсиса парочку зелий для возвращения памяти, отправиться к Крашу и поговорить с ним.

По возможности, он должен будет убедить мужчину принять антидот вместе. Единственным пунктом, который Гарри не нравился, была Гермиона, а точнее, ее твердое и непоколебимое решение отправиться к Джонатану вместе с Эдвардом.

Отчасти, именно поэтому подруга избегала Поттера этим вечером. Впрочем, ей было некуда спрятаться, когда сидя в кресле возле камина, Гарри наткнулся на фигуру подруги, появившуюся на верхней ступеньке лестницы. Было бы весьма комично, если бы Гермиона обернулась вокруг своей оси и бросилась обратно в комнату. Однако она лишь застыла на мгновение, следом спускаясь вниз и останавливаясь в метре от Поттера.

— Я приняла решение, — начала девушка, пресекая все попытки Гарри уговорить ее не идти к Крашу, — и оно верное.

— Как скажешь, — спокойно произнес Поттер, пожимая плечами. Глаза Гермионы округлились.

— В чем подвох? — с подозрением произнесла она, медленно опускаясь в кресло напротив.

— Подвох? — Бровь изогнулась. — Никаких подвохов, — а в следующее мгновение, Гарри поднялся на ноги, чем вызвал еще большее недоумение на лице подруги, — мы договорились встретиться с Панси и Драко в библиотеке, идешь?

— Гарри...

— Гермиона, — чуть строже, — есть кое-что, что ты должна знать. Я не успел сказать это в библиотеке, а в большом зале не решился, — голос зазвучал тише, — сейчас это небезопасно, поэтому я просто прошу тебя пойти со мной.

Какое-то время на лице девушки отражалось сомнение, но затем губы образовали прямую линию и она кивнула. В выходные библиотека закрывалась позднее, поэтому у них было в запасе несколько часов. К счастью, страхи Гарри не оправдались и он застал Панси и Драко, сидевшими за дальним столом. Очевидно, слизеринцу удалось убедить подругу прийти. Они встретились взглядами, уголки губ привычно дрогнули. Гермиона застыла, не доходя пару метров. Гарри перевел взгляд на Панси. Лицо было бледным, а взгляд уставшим. Очевидно, Паркинсон плакала.

— Поттер, — произнес Драко поднимаясь на ноги, — нужно вернуть эти учебники в крайнюю секцию, — он кивнул на несколько стопок фолиантов, которые так и остались разбросанными по столу.

Гарри понял план Малфоя практически мгновенно, в следующий миг подходя к столу и собирая учебники. Как только на руках у каждого была приличная стопка, они переглянулись и направились в дальнюю секцию. Поттер обернулся на мгновение, обнаружив настоящую панику на лице Грейнджер, впрочем, Малфой характерно кашлянул, вынуждая Гарри отвернуться и ускориться.

— Не самый надежный план, — произнес Поттер, сгружая учебники на парту. Малфой повторил его действия, а затем взял несколько фолиантов, возвращая их на исходное место.

На лице Гарри отразилось сомнение, но вопреки этому, ухмылка коснулась губ слизеринца. Он обернулся к Поттеру через плечо, не отрываясь от своего занятия.

— Они либо убьют друг друга, либо будут сидеть и молчать, — он говорил спокойно, даже слегка устало, — в лучшем случае, Паркинсон и Грейнджер поговорят и решат свои проблемы, — бровь изогнулась, когда Драко наклонился к очередному учебнику, в ту секунду, когда это сделал и Поттер. От случайного прикосновения к тыльной стороне ладони, по всему телу пробежали заряды электричества. Гарри чувствовал, как щеки пылают, — в любом случае, — в этот раз голос Драко звучал хрипло. Поттер поднял взгляд, медленно убирая свою руку от фолианта. Он видел, как подрагивали ресницы Малфоя, отбрасывая четкую тень, а через секунду, взгляд стальных глаз обратился к нему, — я бы не хотел при этом присутствовать.

— Думаю, здесь я солидарен, — Гарри хмыкнул, делая шаг в сторону стеллажа и возвращая фолиант на полку.

— Как прошел ваш разговор? — Несмотря на то, что Драко тщательно старался скрыть эмоции, когда их взгляды встретились, Поттер видел медленно закипающую злость в глубине серого неба. Гарри непроизвольно сделал шаг в сторону слизеринца. Малфой чуть склонил голову на бок.

— Петтерсон и Гермиона навестят Краша, — тихо произнес он, чувствуя как нарастает напряжение в воздухе, при упоминании стажера, — убедят его принять антидот.

— Позволишь Грейнджер пойти туда?

— Нет, — на этот раз злость закипала и под кожей Гарри, — снова воспользуюсь мантией отца и прослежу, чтобы все прошло нормально.

Брови взмыли вверх, отражая удивление. Драко вернул на стол фолиант и сделал шаг по направлению к Гарри. Привычные мурашки пробежали по коже, вызывая дрожь. Поттер поднял голову, вздернув подбородок. Было забавно насколько привычной стала их разница в росте и этот вдох - один на двоих.

— Скоро каникулы, — нечто среднее между шепотом и низкими интонациями наполнило пространство, взгляд слизеринца заинтересованно изучал Гарри, — какие планы, Поттер?

— Я собирался остаться в школе, — говорить стало невероятно сложно, когда расстояние в полметра превратилось в считанные сантиметры, а дыхание Драко обожгло губы, — будет глупо терять две недели, когда у нас появились хоть какие-то зацепки.

— Драить котлы Слизнорта куда веселее, — шелест усмешки резонировал в воздухе, а гул в ушах нарастал.

— Есть идеи получше? — неуверенно произнес Поттер. Он прикрыл глаза, когда губы Драко коснулись его губ, медленно, дразняще, словно удерживая Гарри на лезвии ножа, вынуждая балансировать и задыхаться.

— Мэнор.

— О, — мгновения прошлой ночи заполнили сознание, наполняя тело жаром и срывая голос, — хор... — губы разомкнулись, позволяя кончику языка Драко, коснуться их, — хорошо.

Поттер был уверен, что никогда не сможет привыкнуть к тому сумасшествию, которое творилось внутри, стоило слизеринцу оказаться близко. Он сгорал с каждым новым вдохом, наполненным Драко.

А уже через мгновение, Малфой поцеловал его, настойчиво сминая губы и притягивая за талию. Поттер был уверен, что следовало остановиться. Во всяком случае, вечером в выходной день в библиотеке все равно находились люди. Некоторым из них мог понадобиться один из учебников, которые они с Драко тщетно пытались разместить на полках. Поттер думал об этом, но с каждой секундой, с горячим языком Малфоя и пальцах, с силой вцепившихся в ткань рубашки, мигающий огонек на задворках сознания угасал. До тех пор, пока не исчез вовсе. Оставляя только вспыхнувший огонь внизу живота, дрожь и отчаянное желание.

— Надеюсь, — хрипло произнес Малфой, прерывая поцелуй и возвращаясь к их разговору. Словно ничего и не произошло, как будто они так и стояли друг напротив друга, обсуждая планы на каникулы, — Паркинсон и Грейнджер помирятся, — Гарри видел, как пылают щеки Драко, слышал, как сбивается его дыхание, — к сожалению, нельзя оставлять Панси одну, — добавил слизеринец, и в этот момент, когда пришло осознание, ноги гриффиндорца стали ватными. Он охнул, понимая, к чему ведет Драко. Точнее, к чему изначально он вел. Грейнджер и Паркинсон тоже будут в Мэноре, лишь потому что Панси нельзя оставлять в одиночестве. Причина не в том, что это подразумевалось само собой. Как раз-таки наоборот, Малфой предложил Гарри... черт возьми.

— Вернемся? — безумно хрипящим голосом произнес Гарри, делая шаг назад, пока Драко не ощутил, как чертовски быстро грохочет его сердце.

Драко кивнул, точно также отступая, следом расставляя оставшиеся фолианты на полку.

Поттер, обретя возможность двигаться, последовал его примеру.

К их счастью, Паркинсон и Гермиона сидели за столом. Более того, когда Драко и Гарри приблизились к ним, Грейнджер вскинула голову, произнося:

— Панси рассказала мне про Дина Томаса, — тихий голос отозвался неприятной болью между ребрами. Поттер присел за стол рядом с Гермионой, — я понимаю, насколько ужасным был мой поступок и...

— Заканчивай с этим, Грейнджер, — раздраженные интонации разбавила улыбка. Паркинсон закатила глаза, а Гермиона немного расслабилась. Гарри наблюдал за тем, как Драко опускается на стул, рядом со слизеринкой. Его щеки все еще были покрыты румянцем, а светлые волосы слегка растрепались, — меня больше интересует та часть рассказа Поттера, где Финниган говорил про непреложный обет.

— Этот человек собирает нечто вроде армии, — начал Гарри, чувствуя, как проходит напряжение.

— Армии, которая будет исполнять все приказы беспрекословно, — поддержал Драко, откидываясь на спинку стула.

— Дин Томас вступил в эту армию.

— Симус собирается сделать это в выходные, — голос Гарри наполнился стеклом. Был еще один момент, который он опустил в своем рассказе. Та часть разговора, где Рон обещает дать ответ Финнигану к концу недели. Он хотел верить, что эмоции друга были искренними и Уизли не станет выбирать другую сторону. Впрочем, говорить это сейчас не было необходимости. По крайней мере, так себя успокоил сам Поттер. Грейнджер не стоит волноваться еще больше, а Драко и Панси не поверят Гарри.

— Завтра мы узнаем правду про Краша, — тихо произнесла Панси, отрывая взгляд от поверхности стола. Гарри физически ощутил, как Гермиона вздрогнула,— если мы ошибались, и Джонатан не убийца, тогда предлагаю проследить за Финниганом в следующие выходные. Но я надеюсь, что все решится завтра, — темные глаза обратились к Драко.

И пугающее чувство поселилось в груди от этого взгляда.