- 137 -

Поскольку эту тропу мастера проложили сами для себя, первый участок пути был прямым, без развилок и каких-либо скрытых ловушек.

Не считая встречающихся по дороге костей, в проходе долгое время не было видно ничего примечательного, и были слышны только легкие шаги двух человек и звук их дыхания.

По мере того, как они продвигались вглубь, костей попадалось все меньше. Когда они миновали последний скелет, тропа в проходе впервые разветвилась на две части.

- И куда нам идти? - Ду Таньчжоу посмотрел на Мо Чи. - Тебе решать, поскольку тебе везет больше, чем мне.

Мо Чи тоже взглянул на него, словно спрашивая взглядом: «Ты в этом уверен?»

Ду Таньчжоу улыбнулся в ответ:

- После убийства правителя Яньми и побега из столицы ты стал живой легендой. Это ли не везение?

Мо Чи покачал головой и, немного подумав, сказал:

- Мы только что шли все время прямо. Судя по тому, в каком направлении мы пошли от входа в усыпальницу, и учитывая вероятное расположение подземелья... нужно повернуть налево, чтобы идти на восток.

- Хорошо.

Ду Таньчжоу повернул налево.

- Не спеши, - Мо Чи огляделся вокруг, приподнял полы одежды и, оторвав полоску ткани, положил ее в дальнем левом углу развилки.

- Тропа в усыпальнице очень сложная. Если вернемся назад, будем знать, что нужно повернуть направо.

Мо Чи поднял небольшой камень и сунул под него кусок ткани.

- На твоей одежде нет узоров, - сказал Ду Таньчжоу. - Это обычная полоска синей ткани, она слишком неприметна. Почему бы не оставить более заметный знак?

- Синяя ткань подходит лучше всего, - ответил Мо Чи. - Люди Яньми не любят синий цвет, и никто, начиная от правящей семьи и заканчивая простолюдинами, не носит одежду синего цвета. Поэтому тайные лазутчики и надевают синюю одежду. Сколько бы предметов ни было в усыпальнице, ты не увидишь здесь ничего синего цвета. Поэтому если увидишь синюю ткань, это значит, что ее оставил я.

Ду Таньчжоу снял с пояса мешочек со светящейся жемчужиной и, держа его в руке, прошел мимо Мо Чи и свернул налево:

- Следуй за мной, мой господин лазутчик.

С этого момента на дороге стало попадаться все больше развилок.

Поначалу Мо Чи еще помнил их маршрут и направление, но вскоре память подвела его, и он окончательно потерялся в бесконечных поворотах подземелья.

Когда они проходили очередную развилку, Ду Таньчжоу внезапно остановился:

- Ты не заметил, что дорога, по которой мы только что прошли, кажется знакомой?

- Верно, - Мо Чи уже оторвал полоску ткани, чтобы использовать ее в качестве метки. - Похоже... подобное уже встречалось в лагере бандитов в Фучжоу.

- В этом нет ничего удивительного, - ответил Ду Таньчжоу. - Синь Ляньяо использовал методы строительства, позаимствованные у клана Синьлянь, поэтому тут есть сходство. Раз уж это похоже на лагерь бандитов, значит...

Они оба посмотрели на противоположную стену в конце коридора.

- А оттуда случайно не могут выстрелить арбалеты?

Не успел Мо Чи договорить, как послышался тихий щелчок из-под плитки, на которую он наступил. Стена перед ними разошлась в обе стороны, и из нее показались три арбалета.

- Берегись!

Ду Таньчжоу обхватил Мо Чи руками и, прижав к себе, спрятался в коридоре с другой стороны.

Его движение было слишком резким, и они оба свалились на землю.

Как только он обнял Мо Чи, все три арбалета в стене выстрелили одновременно, и они услышали три щелчка.

Прикрывая собой Мо Чи, Ду Таньчжоу какое-то время лежал на земле. К его удивлению, хоть арбалеты и выстрелили, они не выпустили стальные болты.

Ду Таньчжоу по-прежнему держался настороженно и не двигался. Наконец, Мо Чи толкнул его и спросил:

- Все в порядке?

Ду Таньчжоу опустил голову и посмотрел на лежавшего под ним Мо Чи. Его щеки покраснели от удушья, он смотрел на него слезящимися глазами.

Ду Таньчжоу знал, что Мо Чи так выглядит из-за того, что он слишком крепко обнимал его, но он все равно подумал, что Мо Чи в этот момент был удивительно милым.

Мо Чи вдруг ощутил теплое прикосновение к своей щеке - это Ду Таньчжоу коснулся губами его светлой кожи.

- Все в порядке.

После того, как Ду Таньчжоу помог ему подняться, Мо Чи еще долго стоял на месте, прежде чем запоздало сообразил, что его только что поцеловали.

Ду Таньчжоу, прижавшись к стене, осторожно выглянул из-за угла и посмотрел в сторону арбалетов.

Мо Чи после секундного замешательства последовал за ним и встал позади него, не говоря ни слова.

- Отсюда трудно разглядеть. Давай подождем немного. Если ничего не произойдет, я схожу туда и посмотрю.

- Ммм, - ответил Мо Чи, а затем нерешительно спросил. - Разве мы не в усыпальнице правителей Яньми?

- И что? - Ду Таньчжоу не сводил пристального взгляда с арбалетов на противоположной стене, не замечая в Мо Чи ничего необычного.

- Правители Яньми, они ведь похоронены здесь? - медленно проговорил Мо Чи.

- Видимо, так и есть. А почему ты вдруг заговорил об этом?

Ду Таньчжоу вытащил светящуюся жемчужину и тканевого мешочка и поднял ее высоко над головой. Но он по-прежнему не мог разглядеть арбалеты.

- Значит... - Мо Чи нервно теребил пальцы. - Выходит... они только что... все видели?

- Что видели? - Ду Таньчжоу сразу повернулся к нему. - Ты о том, что я поцеловал тебя?

- ... Ну, в общем, да, - Мо Чи отвел взгляд.

- Мой дорогой господин лазутчик, - Ду Таньчжоу не смог удержаться от смеха. - Ты собираешься взорвать их могилы, и тебя все еще беспокоит, что они это видели? К тому же, если мне не изменяет память, последний правитель погиб от твоей руки.

- Ммм.

- Что такое? После того, как ты убил одного из них, тебе жаль заставлять их смотреть, как я целую тебя?

- Ну... не то чтобы... просто, просто...

Чувствуя, что словами все равно не выразить все, что он чувствовал, он поднял руку и смущенно потер вспыхнувшую мочку уха.

Этот неловкий жест позволил Ду Таньчжоу увидеть, как покраснели уши Мо Чи даже в темноте этого прохода усыпальницы.

Улыбка на лице Ду Таньчжоу становилась все шире и ярче:

- Пусть смотрят и бесятся.

Мо Чи невнятно хмыкнул в ответ и пробормотал:

- А что же... арбалеты все-таки выстрелили? Почему же болтов не было?

Он с недоуменным видом огляделся по сторонам.

Чмок.

В темном проходе усыпальницы послышался звук поцелуя. Глаза Мо Чи широко распахнулись, его влажные губы говорили о том, что Ду Таньчжоу снова поцеловал его.

- Вроде все тихо, пойду посмотрю.

Ду Таньчжоу после поцелуя медленно направился вдоль стены к арбалетам.

Вскоре он ощутил движение за спиной и понял, что Мо Чи тоже идет за ним следом.

- Смотри, - Ду Таньчжоу поднес светящуюся жемчужину к арбалетам. - Тетива ослабла, и цепи, которые возводили арбалеты, заржавели, поэтому они не могут выстрелить.

За арбалетами слышались непрерывные щелкающие звуки. Скрытый механизм пытался натянуть тетиву, но после стольких лет арбалеты заржавели и теперь были непригодны к использованию.

Не успел Мо Чи успокоиться, как земля, на которую они наступили, просела у них под ногами.

У него в голове вдруг всплыло одно воспоминание. Мо Чи вцепился в Ду Таньчжоу и отскочил назад. Они оба едва устояли на ногах и чуть не свалились на землю.

- Это и правда ловушка, разработанная кланом Синьлянь! Она существует еще с древних времен!

Мо Чи все еще помнил ту ситуацию, в которой они тогда оказались. Они упали с большой высоты и чуть не оказались проткнутыми торчащими кверху мечами.

То же самое произошло и на этот раз. Плита, на которой они стояли, начала опускаться вниз.

Сначала Мо Чи подумал, что при невероятной глубине подземной усыпальницы невозможно представить, какая пропасть разверзнется под этой плитой.

Однако, плита опустилась всего на несколько цуней и почему-то застряла неподвижно.

Если в исторических текстах нет ошибки, то эта усыпальница должна быть построена двести лет назад.

После стольких лет, какими бы сложными ни были эти механизмы, они наверняка находились в плачевном состоянии и уже были не пригодны к использованию.

Они оба пришли в себя и, приглядевшись к опустившейся плите, увидели, что она застряла на месте и больше не могла опуститься ни на дюйм.

- Похоже, эта усыпальница не так уж страшна, - сказал Ду Таньчжоу. - Во всяком случае, здесь не так страшно, как в бандитском лагере Синь Ляньяо.

- Не стоит недооценивать это место, - Мо Чи все еще был настороже. - В конце концов, это усыпальница клана Чуси, и тут наверняка есть еще какой-нибудь...

Мо Чи отступил на полшага и почувствовал странное движение в том месте, куда наступила его нога.

Они переглянулись между собой, и Ду Таньчжоу сказал:

- Не двигайся! На этот раз механизм может снова... Мо Чи!

В том месте, куда наступил Мо Чи, внезапно разверзлась трещина с такой скоростью, которой никто из них не ожидал.

Мо Чи не смог удержаться на ногах, его тело накренилось и провалилось в трещину.

На этот раз Ду Таньчжоу двигался достаточно быстро и успел обхватить Мо Чи за талию прежде, чем тот исчез из вида.

Не успел Мо Чи ухватиться пальцами за край плиты, как оказался в крепких надежных руках.

- Все в порядке, - Мо Чи похлопал его по спине. - Я успел взглянуть одним глазком - там еще один проход в усыпальницу, и нет никаких ловушек.

Ду Таньчжоу вытащил Мо Чи, и они вдвоем заглянули в щель. Как и сказал Мо Чи, внизу был еще один проход, на три метра ниже того уровня, где они находились.

- Кажется, здесь что-то не так, - Мо Чи обдумал то, что сейчас произошло. - Эта трещина появилась не из-за действий механизма, а из-за старости этого прохода. Этот проход сделан из каменных плит, но тогда почему эти плиты трещат как деревянные?

Ду Таньчжоу присел на корточки и приподнял светящуюся жемчужину:

- Ты прав. Это вовсе не каменные плиты, а дерево, замаскированное под камень.

В трещине было отчетливо видно растрескавшуюся древесину.

Ду Таньчжоу поднял руку и провел пальцами по поверхности:

- Поверхность деревянных досок окрашена свинцово-серой краской, куда намеренно подмешали немного гравия. При таком скудном освещении это действительно похоже на каменную плиту.

Было действительно непонятно, в каком состоянии находился нижний коридор. Мо Чи немного подумал, поджег кусок ткани, оторванный от одежды, и бросил его вниз.

Пока горящая ткань летела вниз и прежде, чем погас огонь, они смогли ясно разглядеть в тусклом свете небольшое пространство внизу.

Пока было неясно, был ли вымощен пол внизу каменными плитами или нет, но они оба смогли разглядеть на стенах красочные изображения.

- Похоже, мы бродили по внешнему уровню усыпальницы, - сказал Мо Чи. - А настоящий проход находится внизу. И именно оттуда можно попасть в подземелье.

- Спускаемся?

- Спускаемся.

Прежде, чем Ду Таньчжоу успел разогнуться, Мо Чи уже спрыгнул вниз.

Ду Таньчжоу не успел даже дух перевести, и тем более сказать: «Будь осторожен».

Мо Чи с легкостью приземлился в нижнем проходе и, посмотрев вверх, сказал как ни в чем не бывало:

- Спускайся. Я стою на полу, он действительно вымощен каменными плитами, а не деревом.

Он огляделся вокруг и добавил:

- Тут ничего нет, кроме настенных рисунков и меня. Здесь безопасно.

Ду Таньчжоу лишь вздохнул в ответ. Он поправил сверток за спиной и тоже спрыгнул вниз.

Прежде, чем Ду Таньчжоу успел твердо встать на ноги и сказать хоть слово, он услышал, как этот нетерпеливый мальчишка сказал:

- Ты почувствовал, что здесь внизу намного теплее?

После этих слов Ду Таньчжоу и правда обратил на это внимание.

В коридоре, казалось, тянуло слабым теплым сквозняком в определенном направлении. Он закрыл глаза и почувствовал повышение температуры, но так и не смог понять, откуда идет сквозняк.

- Здесь не только жарко, - Ду Таньчжоу принюхался. - Тут еще и пахнет серой. Кажется, и дышать стало тяжелее.

Мо Чи посмотрел на окружавшие их рисунки на стенах:

- Кто знает, с чем можно столкнуться в глубине гор. Хотя люди Яньми не сильны в феншуй и геомантии, нет никакой гарантии, что мы не наткнемся на какой-нибудь необычный механизм.

- Не сильны в феншуй? - переспросил Ду Таньчжоу. - А как же тот скачущий жрец?

- Меня все время не покидает ощущение, что он и не искал вход в подземелье, - нахмурился Мо Чи. - Он давным-давно знал о нем, но по приказу главы клана Синьлянь не мог сказать об этом, вот и валял дурака, мороча всем голову.

- Но зачем глава Синьлянь так поступил?

- Он искренне хочет помочь принцу Чуси Гуэйженю укрепиться на троне, но не хочет, чтобы клан Синьлянь заклеймили, как предателей. Если Цзенань И пустит слух, что он сам открыл вход в подземелье, обязательно найдутся те, кто в будущем использует это против них.

- Какой хитрый старик.

- Если бы он не был таким хитрым, разве он смог бы спасти принца от рук Чуси Чжувеня? Ладно, теперь твоя очередь решать, в каком направлении нам идти.

Мо Чи приготовил полоску ткани и ждал, пока Ду Таньчжоу скажет что-нибудь.

Ду Таньчжоу закрыл глаза и какое-то время прислушивался, а затем указал назад:

- Туда.

После того, как они попали в настоящий проход к усыпальнице, этот путь явно стал намного сложнее. Пройдя несколько десятков шагов, они натыкались на развилки, которые расходились уже в трех направлениях.

Пройдя вглубь, они словно оказались в огромном лабиринте, и сколько бы они ни шли дальше, у них никак не получалось выбраться из него.

Оставив множество меток, Мо Чи приподнял подол своей одежды и показал его Ду Таньчжоу:

- Смотри, я оборвал себе всю одежду, но до сих пор мы не увидели ни одной из оставленных меток. И это говорит о том, что мы еще ни разу не вернулись назад.

А вот это уже был плохой знак. Если они не смогут выбраться отсюда, они не только не догонят Чуси Чжувеня, но и сами окажутся заперты в смертельной ловушке.

Размышляя над своим положением, они подошли к следующей развилке, которая оказалась еще более сложной.

- Раз, два, три... семь, восемь. Тут и правда восемь направлений? - Ду Таньчжоу не верил своим глазам.

Мо Чи тоже выглядел растерянным:

- Похоже, на этот раз удача не поможет нам.

- Нам остается только воспользоваться этим, - Ду Таньчжоу открыл сверток и достал оттуда компас, который ему перед уходом весьма охотно передал жрец.

Стрелка компаса непрестанно вращалась, не задерживаясь ни на мгновенье в каком-либо направлении.

Мо Чи с сомнением взглянул на компас:

- Боюсь, он вышел из строя после того, как мы прошли вглубь горы.

- Что говорил тот человек, когда пользовался этим компасом?

- Я не понимаю древний язык Яньми. Видимо, читал какое-то заклинание.

Ду Таньчжоу, вспоминая, что говорил жрец, произнес несколько фраз, подражая его произношению и интонациям.

Как и следовало ожидать, стрелка продолжала все также вращаться.

- У меня нет другого выхода, кроме как попробовать произнести какое-нибудь заклинание Центральных Равнин.

Мо Чи взглянул на него:

- Ты знаешь какие-то заклинания даосизма?

- Я знаю лишь одну фразу, - Ду Таньчжоу обеими руками поднял компас, крепко зажмурился и застыл в определенной позе.

Мо Чи уже ожидал услышать какое-нибудь заумное и непостижимое заклинание, и даже успел подумать о том, что Бо Ли мог открыть Ду Таньчжоу глубины даосизма, но в этот момент он услышал, как тот вдруг проговорил фразу, которая была знакома любому трехлетнему ребенку из Дашен:

- Скорее повинуйся и да будет так! (1)

Мо Чи:

- ... Это что, заклинание? Это и я так могу сказать.

- Не обращай внимания на простоту этой фразы, - убежденным тоном произнес Ду Таньчжоу. - Лишь бы она оказалась полезной.

На самом деле, ни один из них не верил в то, что от этого заклинания будет польза. Однако, к их удивлению, бесконечно вращающаяся стрелка компаса действительно остановилась после того, как было произнесено заклинание Центральных Равнин, и наконец, указала на один из восьми путей.

Мо Чи проморгался:

- ... Остановилась.

Ду Таньчжоу опустил компас и уверенно произнес:

- Я же говорил, что сработает! Идем!

Следуя в направлении, указанном компасом, Мо Чи как обычно положил у правой стены полоску синей ткани в качестве метки. Но, разгибаясь, он неожиданно замер на месте.

- В чем дело? - сразу же спросил Ду Таньчжоу.

Мо Чи неотрывно смотрел в угол и, казалось, даже перестал дышать.

- Что случилось? - Ду Таньчжоу подошел к нему и, проследив за его взглядом, наклонился и тоже замер. - Это же...

В правом углу стены на высоте трех цуней была видна небольшая метка, которую легко было не заметить.

... только один человек никогда не пропустил бы ее.

В голосе Мо Чи были слышны потрясение и изумление. Он был так удивлен, что совершенно не мог скрыть свои эмоции:

- Это особый знак тайных лазутчиков!

Его голос прозвучал очень мягко, словно он опасался встревожить кого-то.

Ду Таньчжоу был удивлен и потрясен не меньше него.

- Лазутчик... - он не мог прийти в себя от изумления. - Неужели в усыпальнице правителей Яньми действительно есть тайный лазутчик?!

____________________

1. Дословно эта фраза призывает повиноваться закону и изначально ею заканчивались официальные документы во времена династии Хань. Позже даосисты позаимствовали ее для талисманов, чтобы призывать духов к повиновению. В итоге, эту фразу стали использовать, чтобы отпугивать злых духов)