- 101 -

Главный зал Линьтай.

Ду Таньчжоу с задумчивым сидел в кресле, подперев подбородок рукой, он явно погрузился в размышления.

Чжун Сюэсун не находил себе места от беспокойства:

- Теперь отношения между Дашен и Уцзинь находятся под угрозой! Когда станет известно, что господин Мо убил трех человек из Уцзинь, как мы объясним это принцу Мукун? Если новости дойдут до Уцзинь, не воспользуется ли этим та партия, которая выступает за союз с Уцзинь, чтобы разорвать мирный договор с нашей страной?

Ду Таньчжоу ничего не ответил.

Чжун Сюэсун больше не мог спокойно сидеть на месте.

- Мукун знает об убийстве Цзепи, но ему до сих пор неизвестно, кто убийца. Из ведомства Хунлу отправили человека, чтобы утешить его, и ему понадобилось приложить немало усилий, чтобы успокоить его. Если он пробудет в Цзиньцине еще один день, то скоро узнает обо всем, и тогда...

В коридоре послышались торопливые шаги, и в главный зал в панике ворвался охранник.

Ду Таньчжоу поднял на него взгляд и холодно спросил:

- Что за шум?

- Господин! - охранник опустился на одно колено и прижал руку к груди. - Надзиратель только что обнаружил, что господин Мо сбежал из камеры!

Глаза Ду Таньчжоу сузились, и у него перехватило дыхание.

- Что?! - Чжун Сюэсун вытаращил глаза от удивления.

***

В это же время, морг Линьтай.

Мо Чи пролез через окно внутрь, подошел к накрытому телу и снял с него покрывало. Перед ним лежало тело Цзепи.

Мо Чи сосредоточил все свое внимание именно на его руках.

Правая ладонь Цзепи была покрыта мозолями, между пальцами левой руки было несколько шрамов, но следов от ожогов на них не было.

Так и есть!

Мо Чи почувствовал, как у него загудело в голове. Мертвый Цзепи и человек, который дрался с ним - это два разных человека!

Но почему у них одинаковое лицо?!

Мысли метались в голове Мо Чи, он сразу же потянулся к подбородку Цзепи и ощупал нижнюю половину лица, но не обнаружил никаких следов маскировки.

Кто же был тем человеком, который устроил ему засаду зимним вечером?

Озадаченный этой непостижимой загадкой, Мо Чи заставил себя успокоиться и снова посмотрел на тело Цзепи.

Судя по его крепким рукам и ногам, этот человек наверняка был мастером боевых искусств, и все его физические показатели были вполне подходящими для убийцы.

Вспоминая то странное ощущение, которое он испытал, сражаясь с ним, Мо Чи пришел к выводу, что настоящим убийцей был мертвый Цзепи.

И эта медная пряжка на поясе тоже принадлежала ему.

Мо Чи развернулся и подошел к столу, на котором лежали вещи убитого.

Мо Чи заметил медную пряжку, но его внимание привлекло нечто совсем иное.

... Квитанция на шелковую ткань!

Клочок бумаги, который извлекли изо рта Цзепи, тоже лежал рядом с его одеждой.

Ясно разглядев то, что было написано в квитанции, Мо Чи побледнел, и у него холодок пробежал по спине.

Несколько дней назад, чтобы удостовериться в том, что Лу Гу это Чжоу Хуэй, он дал Цзинь Сану эту квитанцию на двадцать отрезов шелковой ткани и попросил у него помощи.

Неужели это Цзинь Сан?

... Нет, не так! Мо Чи взял квитанцию и несколько раз внимательно рассмотрел ее, прежде чем заметил неладное.

Квитанция, которую выдали Мо Чи, была напечатана в императорской мастерской и, когда он получил ее, чернила на ней уже высохли.

Но на этой квитанции в нескольких местах краска была размазана. Это говорило о том, что после того, как квитанция была напечатана, ее использовали прежде, чем высохли чернила.

У него в голове, наконец, наступило просветление, и он сумел разобраться среди тысяч спутавшихся в клубок мыслей.

Желтый порошок, табак, квитанция на шелк. Кто знал обо всех этих вещах и имел возможность изготовить их?

Мо Чи закрыл глаза, и у него в голове вдруг возникла четкая картинка.

Это было на постоялом дворе. Когда он столкнулся с тем человеком, который притворялся Цзепи, тот обернулся к нему, и в тусклом свете у него под левым глазом была заметна небольшая выпуклость, похожая на шрам, если смотреть на него сверху вниз.

На Мо Чи снизошло озарение, и его разум прояснился. Когда он снова открыл глаза, в его взгляде не осталось никакого сомнения.

Он, наконец, понял, кто стоит за всеми этими событиями и какими способами этот человек постарался возложить на него всю вину.

Слова Цзинь Сана эхом отозвались в его ушах.

«Дощечки будут отправлены в Уцзинь через несколько дней.»

«Нанимать охрану слишком дорого. Наш мастер лично сопровождает груз до границы.»

«У нас остается три дня до отправки. Если не уложимся в срок, пропусти день, указанный в пропуске.»

Три дня.

Сегодня как раз был третий день после их разговора с Цзинь Саном.

Уже слишком поздно!

Сердце Мо Чи сжалось. Он схватил квитанцию, развернулся и выбежал за дверь.

Однако, увидев сцену за дверью, Мо Чи не мог не остановиться.

Снаружи стоял Ду Таньчжоу с Чжун Сюэсуном и группой охранников.

Мо Чи сразу понял, что его побег раскрыт, и эти люди пришли, чтобы схватить его.

Случись такое раньше, Мо Чи просто сбежал бы отсюда. Учитывая расстояние между ним и этой группой людей, они никогда не смогли бы догнать его.

... Если бы только не Ду Таньчжоу и его лицо, на котором были написаны гнев, удивление и тревога.

Мо Чи сразу замер, он стоял возле двери морга и за все это время не сделал ни шагу.

Охранники окружили его, отрезая ему путь к отступлению. Потрясенный Чжун Сюэсун смотрел на него возмущенным взглядом:

- Господин Мо! Вы уже совершили преступление! Не нужно усугублять свое положение!

Мо Чи не обратил на его слова никакого внимания. Его взгляд пробежался по охранникам и остановился на Ду Таньчжоу.

Ду Таньчжоу стоял неподвижно, не сводя с Мо Чи взгляда, и их разделяла группа охранников.

Какое-то время Ду Таньчжоу стоял молча, а затем медленно двинулся вперед. Он прошел мимо охранников и подошел к Мо Чи поближе, держась от него на некотором расстоянии.

- ... Мо Чи, - голос Ду Таньчжоу прозвучал очень напряженно. - Я знаю, что это не ты убил этих людей, но сначала ты должен вернуться со мной.

Мо Чи покачал головой и уставился на него не мигая:

- Уже слишком поздно, у меня нет времени.

Ду Таньчжоу сделал глубокий вдох, пытаясь взять себя в руки, и приложил все силы, чтобы его голос звучал спокойно и ровно:

- Я понимаю, что в тюрьме не сладко, но прошу тебя подождать несколько дней. Когда я узнаю всю правду, я освобожу тебя и восстановлю твое доброе имя.

Мо Чи какое-то время смотрел на него, а затем вдруг сказал:

- На том портрете Чуси Чжувеня, который показал тебе Мукун, был изображен и я, верно?

Ду Таньчжоу замер от неожиданности.

Мо Чи с трудом выдавил из себя улыбку:

- Я тебе все объясню, но не сейчас.

В тот момент, когда он договорил, на улице прозвучал раскат грома, и небо пронзила молния, мгновенно озарив своим светом весь Линьтай.

Прежде, чем затих гром, Мо Чи, который все это время стоял неподвижно, внезапно пошевелился. Не спускавший с него все это время глаз Чжун Сюэсун решил, что он собрался бежать и поспешно крикнул охране:

- Задержите его! Он хочет сбежать!

Все охранники бросились вперед, но они не могли опередить Ду Таньчжоу. Он шагнул вперед и мгновенно схватил Мо Чи за руку.

Он ясно почувствовал, как сжал рукой запястье Мо Чи, но в следующий момент его ладонь внезапно опустела, и рука, которую он только что сжимал, потянулась к его поясу и выхватила его меч.

- ... Прости.

Услышав этот тихий голос, Ду Таньчжоу вдруг понял, что Мо Чи не убегал все это время, вероятно, лишь для того, чтобы сказать ему это.

Мо Чи, словно порыв ветра, пронеся перед ними и бросился обратно в морг. Охранники тоже пронеслись мимо Ду Таньчжоу, а за ними побежал Чжун Сюэсун.

Ду Таньчжоу казалось, что его пригвоздили к месту, вся кровь бросилась ему в голову, и у него в ушах поднялся нескончаемый гул.

Мо Чи уже выбил окно в морге и взобрался на подоконник.

Он мог всего одним прыжком выбраться из Линьтай, но прежде, чем выпрыгнуть в окно, он вдруг оглянулся.

Ни преследовавшие его охранники, ни Чжун Сюэсун не знали, зачем ему понадобилось оглядываться, и что он хотел увидеть.

Но Ду Таньчжоу прекрасно это знал, потому что взгляд Мо Чи упал точно на его лицо.

Ду Таньчжоу не мог сделать вперед ни одного шага. В взгляде Мо Чи мелькнули решимость и нежелание сдаваться, и вновь исчезли. Он быстро развернулся и выпрыгнул в окно.

В тот момент, когда его фигура исчезла за окном, в небе прозвучал раскат грома, и новая молния разорвала небо, отчего в Линьтай стало светло, как днем.

Все охранники вместе с Чжун Сюэсуном выбежали на задний двор, преследуя Мо Чи.

В глубине души Ду Таньчжоу знал, что с их навыками им ни за что не удастся поймать Мо Чи.

Он какое-то время постоял возле морга, и кровь снова начала циркулировать по его телу. Он медленно двинулся вперед и вошел в морг.

Оглядевшись вокруг, он обнаружил, что белая ткань на теле была поднята, а со стола исчезла квитанция на шелковую ткань.

Внимательно осмотрев тело, Ду Таньчжоу заметил, что положение его рук немного изменилось.

Мо Чи сбежал из камеры только для того, чтобы осмотреть его руки? Что не так у него с руками?

Ду Таньчжоу присел на корточки и долго осматривал руки трупа, но таки не увидел ничего необычного.

Он встал и вновь осмотрел вещи на столе.

Одежду явно никто не трогал, и медная пряжка на поясе по-прежнему была на месте. Похоже, Мо Чи не задумываясь, забрал только квитанцию на шелк.

В небе по-прежнему были слышны раската грома и вспыхивали молнии, а вскоре за окном пошел дождь.

Редкие капли быстро превратились в настоящий ливень. В Цзиньцине пошел первый весенний дождь в этом году.

Несмотря на терзавшую его тревогу, Ду Таньчжоу не стал преследовать Мо Чи. Он остался на месте, и его острый взгляд дюйм за дюймом осматривал лежавшее перед ним тело.

Вся эту ситуация была похожа на беспроглядный туман, и он решил остаться и разогнать этот туман.

Той ночью Чжун Сюэсун вместе с охранниками так и не смогли догнать Мо Чи. Они преследовали его до городской площади, где располагались правительственные учреждения, и там он словно сквозь землю провалился.

Человек, подозреваемый в трех убийствах, исчез, и это уже нельзя было скрыть.

В ту ночь была поднята вся городская стража, которая обыскала весь Цзиньцинь.

Всю ночь в столице шел первый весенний дождь и, если после Мо Чи остались какие-то следы, они были полностью смыты этим дождем.

На рассвете о смерти Цзепи сообщили в ведомство Хунлу. Получив это известие, находившийся дома Чжун Янь не выказал особой реакции. Он лишь спросил посыльного, который принес ему эту новость:

- Его величество уже знает об этом?

- Наверное, должен знать. Дворцовые ворота уже открылись, и служащие Линьтай уже отправили посыльного. Ду Таньчжоу отправился во дворец, а больше ваш слуга ничего не знает.

Чжун Янь с задумчивым видом сделал глоток чая и спросил:

- А где Сюэсун?

- Молодой господин Сюэсун прошлой ночью глаз не сомкнул, но ему так и не удалось обнаружить никаких следов Мо Яочэня. Если его нет в Линьтай, значит, он может сейчас находиться в Хунлу.

Чжун Янь немного подумал и сказал:

- Когда его величество обо всем узнает, он обязательно вызовет Сюэсуна во дворец. Этой ночью шел такой сильный дождь, и его одежда наверняка промокла. Он непременно вернется домой, чтобы переодеться, прежде чем пойти во дворец. Когда он вернется, пусть немедленно придет ко мне.

- Слушаюсь, - ответил посыльный. - Это дело также касается и ведомства Хунлу. Его величество может вызвать и вас, господин. Разве вам тоже не нужно переодеться и подготовиться заранее?

Чжун Сюэсун поставил чашку на стол:

- Ни к чему спешить. Как бы там все ни было, сначала я хочу дождаться, пока вернется Сюэсун. Я приму решение после того, как разберусь в ситуации.

Посыльный поклонился и поспешно ушел.

Очень скоро Чжун Сюэсун вернулся домой, и его отправили к Чжун Яню.

- Сюэсун приветствует дядю! Дядя, ты, наверное, уже знаешь о том, что произошло этой ночью? Его величество срочно вызвал меня во дворец. Подожди, пока я схожу туда, и тогда расскажу обо всем дяде.

- Не нужно, - остановил его Чжун Янь и начал поспешно переодеваться в официальную одежду. - Меня не интересуют детали, я лишь хочу знать две вещи. Первая - Мо Яочэнь действительно и есть убийца?

Чжун Сюэсун еще раз все тщательно обдумал и сказал:

- Исходя из имеющихся улик, он остается главным подозреваемым, но...

Однако, после долгих раздумий он так и не придумал, что добавить к этому «но».

Глядя на выражение его лица, Чжун Янь все понял.

- И второе: какую роль ты сыграл в этом расследовании?

- Ну, я исследовал несколько ключевых фигур и, можно сказать, внес свой вклад в расследование.

- Можешь идти, - Чжун Янь махнул рукой.

Когда Чжун Сюэсун ушел, Чжун Янь позвал слугу:

- Помоги мне переодеться, мне нужно сходить во дворец.

Полчаса спустя после того, как Чжун Янь получил вызов от императора, он медленно поднялся по белым мраморным ступеням и пришел в зал Чуаньцзе, где уже находились несколько министров.

Ду Таньчжоу стоял на коленях посреди зала, как всегда держа спину прямо.

Чжун Янь вздохнул, поправил одежду и вошел в зал:

- Приветствую ваше величество!

Чуцун поднял руку, и вперед выступил евнух, чтобы поддержать его и не дать ему встать на колени.

- Благодарю, ваше величество.

Чжун Янь выпрямился и, встав в сторону, огляделся вокруг.

Помимо них с Ду Таньчжоу в зале также присутствовали пришедший ранее Чжун Сюэсун, Лэн Жун, Хань Юннянь, а также главный цензор Юэ Чжи.

Встретившись глазами с Юэ Чжи, Чжун Янь сразу отвел взгляд.

Он стоял позади Ду Таньчжоу, слегка склонившись вперед и глядя строго перед собой.

Хань Юннянь продолжил обсуждение:

- В данный момент нам необходимо защитить принца Мукун. Во-первых, нужно уберечь его от беды, а во-вторых, мы должны пресечь всякие слухи, чтобы они не доходили до него извне, и чтобы это не повлияло на отношения между нашими странами.

- Слухи? - Юэ Чжи приподнял брови. - Господин архивариус только что изложил все обстоятельства трех дел об убийствах. Почему господин Хань все еще называет это слухами?

- Шилан Ду является должностным лицом, ответственным за проведение расследования, - немедленно ответил Хань Юннянь. - И он только что дал нам понять, что у него все основания полагать, что Мо Яочэнь невиновен в этих преступлениях. Почему господин Юэ так торопится с выводами?

Юэ Чжи собрался возразить, но его остановил Чуцун:

- Мои верные подданные, прошу вас проявить немного терпения. Ду Таньчжоу, я не хочу верить в то, что Мо Яочэнь - убийца. Ты говоришь, что считаешь его невиновным. У тебя есть какие-нибудь доказательства?

Ду Таньчжоу почтительно сложил ладони:

- У вашего подданного есть одна идея. Прошу ваше величество подождать несколько дней, и ваш подданный найдет настоящего убийцу.

- Есть одна идея? - сразу прицепился к его словам Юэ Чжи. - То есть никаких доказательств у тебя нет? Почему господин Ду так настаивает на невиновности Мо Яочэня? Ты собираешься защищать его только потому, что он какое-то время был твоим телохранителем?

Хань Юннянь поднял голову и уставился на него пристальным взглядом:

- Боюсь, господин Юэ сказал это, не подумав. Насколько мне известно, ты, как начальник цензората, часто докладываешь о проступках столичных чиновников. Неужели все эти доклады просто сфабрикованы, чтобы осудить их?

- Ты!!! - мгновенно вспылил Юэ Чжи. - Я всегда действую честно и открыто, и кто угодно может проверить и подтвердить это! Господин Хань должен как следует подумать! Если в Дашен вот так запросто отпустят преступника, убившего трех человек из Уцзинь, и это дойдет до принца Мукун, разве после этого он захочет одолжить у нас солдат? Разве он станет думать о союзе с нашей страной?

Эти слова Юэ Чжи еще больше подстегнули беспокойство Чуцуна, и он взглянул на Чжун Яня, который все это время хранил молчание.

- Господин Чжун, это дело касается отношений с Уцзинь. Ты глава ведомства Хунлу. Что, по-твоему, нам следует сделать?

По сравнению с напористым поведением Юэ Чжи, Чжун Янь казался более осторожным:

- Ваше величество, ваш подданный слышал, что последний убитый из Уцзинь, человек по имени Цзепи, был сопровождающим принца Мукун, и он благополучно сопроводил его до Цзиньциня. Полагаю, этот человек был очень важен для принца. Каким бы ни было истинное положение дел, прошу ваше величество назначить того, кто действительно сможет найти настоящего убийцу, чтобы дать принцу необходимые объяснения.

Пока говорил Юэ Чжи, Лэн Жун все время держался так, словно все эти разговоры не имели к нему никакого отношения.

Но после выступления Чжун Яня канцлер Лэн внимательно посмотрел на него.

Хань Юннянь тоже заметил намек, скрытый в словах Чжун Яня. С виду он держался нейтрально и никого открыто не поддерживал, но на самом деле, он намекал императору, что у Ду Таньчжоу близкие отношения с Мо Яочэнем, поэтому во время расследования он будет пристрастен, а заначит, он не является тем, кто «действительно сможет найти настоящего убийцу».

Хань Юннянь, наконец, понял, что Чжун Янь хочет привлечь к расследованию другого человека, тем самым выслужившись перед императором и укрепив и без того непоколебимое положение своей семьи.

Но кого хочет протолкнуть Чжун Янь? Хань Юннянь посмотрел по сторонам и сразу понял, о ком пойдет речь - конечно же, о Чжун Сюэсуне!

Чжун Сюэсун участвовал в расследовании, представляя ведомство Хунлу и сыграл ключевую роль в этом деле.

Чжун Янь хотел, чтобы Чжун Сюэсун полностью возглавил это расследование. И для него было бы лучше, чтобы Чжун Сюэсун сам нашел убийцу, а еще лучше, если этим преступником на самом деле, окажется Мо Яочэнь.

Если телохранитель Ду Таньчжоу убил трех человек, Ду Таньчжоу непременно придется нести за это ответственность.

Таким образом, семья Чжун не только поможет императору поймать убийцу, но и сможет воспользоваться этим, чтобы пошатнуть положение Ду Таньчжоу при дворе, и тогда они смогут убить одним выстрелом двух зайцев.

Если бы погибшими были не люди Уцзинь, Хань Юннянь подумал бы, что Чжун Янь спланировал это дело от начала до самого конца.

Что касается Юэ Чжи, он состоял в родстве с семьей Чжун, и разумеется, он будет во всем подпевать им.

Юэ Чжи, поняв намек Чжун Яня, немедленно выступил вперед:

- Господин Чжун все верно говорит! Ваше величество, назначьте подходящего чиновника, чтобы он смог тщательно расследовать это дело! Даже если пока нет никаких новых зацепок, по крайней мере, для начала нужно схватить Мо Яочэня и предать его в руки судебных властей! Он обладает превосходными боевыми навыками, и, если мы промедлим, от его рук может погибнуть еще один человек из Уцзинь!

- Ваше величество, - заговорил Ду Таньчжоу. - Ваш подданный готов поручиться своей жизнью в том, что Мо Яэчэнь не имеет отношения к этим убийствам, и за всем этим скрывается нечто другое!

Чжун Янь немедленно вмешался:

- Господин Ду, все знают, что Мо Яочэнь - это тайный лазутчик, который много сделал для нашей страны. Но заслуги не могут оправдать проступки. Ты не должен ради него отступать от принципов шилана Линьтай. В конце концов, твоя верность должна принадлежать его величеству, а не Мо Яочэню.

Он говорил медленно и спокойно, но в его голосе звучали стальные нотки:

- Если мы отступим, и это дело спровоцирует конфликт между Дашен и Уцзинь, кто тогда возьмет за это ответственность? Если Уцзинь расторгнет с нами мирный договор, какой тогда будет прок от твой жизни, Ду Таньчжоу?

Его слова звучали очень внушительно, и Хань Юннянь не знал, как ему опровергнуть их. В этот момент, когда ситуация зашла в тупик, Лэн Жун холодно спросил:

- Осмелюсь спросить господина Чжун: если в итоге убийцей окажется Мо Яочэнь, разве это не спровоцирует конфликт между двумя странами?

Все растерянно замерли, и Чуцун первым отреагировал на слова Лэн Жуна:

- Слова канцлера Лэн звучат разумно! Если Мо Яочэнь окажется убийцей, даже если бы он не сбежал из тюрьмы, и я наказал бы его, сможет ли принц Мукун принять такую правду? Неужели он действительно смирится с тем, что трое его подданных погибли от руки нашего героя? В такой момент кто может гарантировать, что он не откажется от союза с Дашен и не обратится в сторону Яньми?

- Разве его нельзя наказать по закону только потому, что он был тайным лазутчиком? - не сдавался Юэ Чжи.

Хань Юннянь мгновенно отреагировал на его слова:

- Господин Юэ все еще помнит, что этот человек был тайным лазутчиком? Вы хоть подумали о том, что будет, когда человека, который рисковал своей жизнью, пытаясь убить правителя Яньми, казнят почти сразу после его возвращения на родину? Боюсь, когда эта новость дойдет до Яньми, Чуси Чжувень живот надорвет от смеха!

Ни одна из сторон не смогла переубедить другую, и все были готовы отстаивать свою точку зрения.

Когда ситуация окончательно зашла в тупик, Ду Таньчжоу неожиданно сказал:

- Ваше величество! Прошу, выслушайте вашего подданного!

Взгляды всех присутствующих сразу обратились к нему. На глазах у всех Ду Таньчжоу сделал нечто удивительное - он поднял руки и снял с себя свой официальный головной убор.

Его длинные волосы, вырвавшись из-под головного убрав, рассыпались у него по плечам.

Ду Таньчжоу отложил головной убор и с силой стукнулся лбом об пол:

- Ваше величество, ваш подчиненный не справился со своими обязанностями и просит отстранить его от должности шилана Линьтай!

После короткого замешательства в зале Чуаньцзе словно котел взорвался.

Лэн Жун повернулся и в изумлении уставился на него. Хань Юннянь хотел броситься к нему и заставить его проглотить сказанные им слова.

Чжун Янь просто отвернулся, не сказав ни слова, а Юэ Чжи саркастически заметил:

- Господин Ду собрался бежать с поля боя в трудную минуту?

Чуцун встал с трона, собираясь помочь Ду Таньчжоу подняться с пола.

Стукнувшись головой об пол, Ду Таньчжоу сделал еще одно шокирующее заявление:

- Хотя ваш подданный уходит в отставку из-за своего проступка, он просит ваше величество предоставить Чжун Сюэсуну все полномочия для проведения расследования этих трех убийств!