- 88 -

На следующий день после смерти А Фухана приехали его родственники из Цзиньциня.

Цзинь Сан и не знал, что у него было так много родственников, но почему ни один из них не приехал навестить его за те полгода, пока он был болен?

- Правда, я тогда был слишком молод, и не очень хорошо помню, как все происходило, знаю лишь, что те люди приехали, чтобы разделить его имущество, - сказал Цзинь Сан. - Обычно они даже не заглядывали к А Фухану, но кто бы мог подумать, как хорошо они были осведомлены о его имуществе!

- Это Хоу Гу сообщил им? - спросил Ду Таньчжоу.

- Он самый!

Когда Цзинь Сан вспоминал свое прошлое, он говорил спокойно и без эмоций, никак не выказывая жалости к себе или грусти. Но при упоминании Хоу Гу его начинало переполнять негодование, и он не мог скрыть свой гнев.

- Я до сих пор помню ту сцену. Господин А Фухан лежал на погребальном ложе, у него было бледное лицо, как будто он только что заснул. А Хоу Гу стоял возле него и держал в руках учетные книги, докладывая об имуществе всем этим людям.

- А разве Лу Гу там не было? - удивился Мо Чи.

- Был, конечно! И он видел, как безобразно вели себя все эти люди! Они все сказали, что он всего лишь приемный сын и не имеет права на это имущество!

Лу Гу тогда было всего семнадцать лет, но он был спокойней и серьезней своих сверстников. Он не стал спорить с этими людьми и лишь спросил Хоу Гу:

- Разве мой отец не был добр к тебе? Почему ты предал своего хозяина?

Цзинь Сан уже не помнил, что ответил ему Хоу Гу. Вероятно, отпустил пару саркастических замечаний.

Лу Гу не выказал гнева и обратился к тем людям:

- Вы говорите, что я приемный сын и не имею права наследовать имущество моего отца. Я не стану спорить с вами по этому поводу. Я не ради денег стал сыном господина А Фухана. Но тело моего отца едва остыло. Даже если вам так не терпится завладеть его имуществом, не могли бы вы хотя бы дождаться похорон, прежде чем приходить сюда и поднимать здесь шум?

- И что было дальше? - спросил Ду Таньчжоу. - После этого они ушли?

- Как бы не так! - Цзинь Сан махнул рукой. - Лу Гу тогда был слишком молод, а я был всего лишь девятилетним беспризорником, разве мы могли справиться с теми людьми из Уцзинь? На следующий день после смерти А Фухана они разделили между собой все его имущество, и Хоу Гу, прихватив с собой приличную сумму денег, тоже исчез и больше нигде не появлялся.

После того, как все эти люди ушли, Лу Гу все думал, где взять денег на похороны А Фухана, но так ничего и не придумал.

Цзинь Сан отважился заговорить и сказал, что знает, кого нужно позвать, чтобы все сделать как надо и недорого. Лу Гу хотел пойти вместе с ним, но Цзинь Сан остановил его.

- Лучше я сам пойду. Если ты пойдешь со мной, как только они увидят твою богатую одежду, сразу запросят непомерную цену.

Тогда Лу Гу отдал Цзинь Сану все оставшиеся у него деньги и попросил его найти кого-нибудь, чтобы организовать похороны.

После того, как Цзинь Сан вышел из дома, он попал в руки главаря карманников.

- Попался! И где же ты прятался столько дней? Посмел удрать от меня? Ну, погоди у меня! Теперь я точно забью тебя до смерти!

Цзинь Сан боролся изо всех сил, но не смог от него вырваться, и в конце концов, его отвели туда, где он жил раньше, и посадили под замок.

Он просидел под замком целую неделю, когда дверь его темницы, наконец, открылась. Главарь карманников вошел внутрь, пнул его ногой и вышвырнул вон.

Цзинь Сан несколько раз перекатился по земле и остановился, наконец, перед парой атласных сапог - это был Лу Гу.

Лу Гу помог ему подняться с земли и отряхнул его одежду от пыли:

- Прости, что я пришел так поздно. Мне понадобилось несколько дней, прежде чем я нашел это место.

- Ты... - растерянно произнес Цзинь Сан, у которого голова шла кру̀гом.

- Идем, - сказал ему Лу Гу.

Цзинь Сан оглянулся на главаря карманников и, видя, что тот никак не реагирует, осмелился, наконец, уйти.

Лу Гу взял его за руку:

- Идем, я выкупил тебя у него.

Цзинь Сан себя не помнил от радости и внезапно свалившейся на него свободы. Он долго шел рядом с Лу Гу, держа его за руку, прежде чем кое о чем вспомнил:

- А как же похороны господина А Фухана? У меня отобрали все деньги, которые ты дал мне. Я не успел найти того, кто помог бы нам...

Лу Гу покачал головой:

- После того, как ты ушел, в наш дом толпами повалили и другие люди. Они забрали все ценные вещи и даже слуг.

Только теперь Цзинь Сан заметил, что золотая заколка на голове Лу Гу исчезла, и его волосы перевязаны простой полоской ткани.

- После того, как я выкупил тебя, у меня остались только одежда и обувь, которые сейчас на мне, - с улыбкой сказал Лу Гу.

И тогда Цзинь Сан понял, что Лу Гу выкупил его, отдав последнюю золотую заколку, которая была у него в волосах.

- Но как же... - Цзинь Сан никак не мог поверить в то, что произошло.

- У меня действительно нет денег, чтобы достойно похоронить отца, - сказал Лу Гу. - Поэтому я пока мог похоронить его только в парке Луцзе. У меня нет денег, чтобы заботиться о тебе, поэтому я нашел для тебя пристанище.

Лу Гу долго вел его по улицам столицы, после чего они остановились наконец, перед дверью одного здания. На двери висела небольшая табличка с надписью из трех слов: «Гравировальная мастерская Цзиньхуа».

- Гравировальная мастерская? - почувствовав исходивший оттуда странный запах, спросил Цзинь Сан. - Что это за место?

- Это печатная лавка, место где гравируют надписи и печатают книги. Я уже договорился с владельцем мастерской, и с этого момента ты будешь учиться у мастера ремеслу. Во время учебы у тебя будут еда и крыша над головой, но ты не будешь получать жалование. Когда ты закончишь обучение, тебе станут платить жалование.

Цзинь Сан, чувствуя себя немного неловко, крепко сжал руку Лу Гу:

- Это кажется таким сложным, я не думаю, что смогу научиться. Разве мне нельзя остаться с тобой? Это не страшно, что у тебя больше нет денег, я не боюсь трудностей. В крайнем случае, будем просить милостыню на улицах.

Но Лу Гу был непреклонен:

- Ты очень умный, не нужно больше бродяжничать. Если ты как следует изучишь ремесло, в будущем ты сможешь достойно содержать себя.

- А ты? Куда пойдешь ты?

- Я пойду в армию, - спокойно сказал Лу Гу.

- Это было восемь лет назад, - сказал Цзинь Сан, обращаясь к Ду Таньчжоу, и вздохнул. - С того дня я все время оставался в мастерской Цзиньхуа и больше никогда не видел Лу Гу. Не знаю, действительно ли он ушел в армию или отправился еще куда-нибудь.

- И он ни разу не навестил А Фухана? - спросил Ду Таньчжоу.

- Скорее всего, нет. Если бы я не приходил сюда, могила совсем заросла бы травой. Учитывая характер Лу Гу, если бы он вернулся в Цзиньцинь, он бы обязательно пришел навестить А Фухана. Но за столько лет кроме меня никто так и не пришел сюда, чтобы почтить его память.

Когда они вышли из парка Луцзе, Цзинь Сан отказался от предложения Ду Таньчжоу подвезти его до города на лошади.

- Я был здесь уже много раз, и точно рассчитал время. Скоро здесь проедет повозка, которая вывозит помои из города, и я попрошу извозчика подвезти меня.

Пока он говорил, вдалеке показалась повозка с бочками. Видимо, Цзинь Сан говорил о ней.

Цзинь Сан помахал извозчику рукой, и тот в ответ поднял вверх хлыст. Похоже, Цзинь Сан часто ездил на этой повозке, когда приезжал в парк Луцзе.

Глядя, как Ду Таньчжоу с Мо Чи садятся на лошадей, Цзинь Сан сказал им:

- Я каждый день работаю в мастерской Цзиньхуа. Если у вас еще будут вопросы, можете найти меня там. А еще, если найдете убийцу Хоу Гу, скажите мне, я очень хочу знать, кто это был.

- Никому не говори о том, что произошло сегодня, - предупредил его Ду Таньчжоу. - Чтобы не возникло ненужных осложнений.

- Да знаю я! Я что, похож на дурака? - Цзинь Сан махнул рукой и забрался в повозку.

Ду Таньчжоу взмахнул хлыстом и вместе с Мо Чи поспешил вернуться в город.

Пока они ехали обратно, Мо Чи спросил его, что он думает об этой истории.

- Хотя Цзинь Сан не сказал этого прямо, судя по его неприязни к Хоу Гу, становится понятно, что во время дележки имущества А Фухана, Хоу Гу, который был тогда счетоводом, никак не препятствовал этому.

- Да, возможно, после того как А Фухан заболел и больше не мог встать с постели, этот Хоу Гу начал строить планы о том, как разделить его имущество. Возможно, он тайно связался с родственниками А Фухана и пообещал оповестить их о его смерти сразу, как только он умрет. И, воспользовавшись суматохой, сам присвоил себе львиную долю денег. А иначе, невозможно объяснить, как можно было разделить все имущество за столь короткий срок.

А потом Хоу Гу, который присвоил себе часть имущества А Фухана, превратился из обычного счетовода в известного всей столице богатого торговца из Уцзинь.

- А тебе не кажется немного странным поведение Лу Гу? - после некоторого раздумья спросил Ду Таньчжоу. - Хоть он и был приемным сыном, но все же он так и остался старшим сыном богатой семьи. Зачем ему было идти в армию после смерти приемного отца?

Мо Чи не видел в этом ничего удивительного:

- У молодого человека без гроша в кармане, у которого руки-ноги целы, и который хочет сам прокормить себя, не занимаясь черным трудом, есть только два пути: один - это сдать императорский экзамен, второй - пойти служить в армию. Подготовка к экзамену требует слишком много времени, и для Лу Гу служба в армии стала самым быстрым способом спасти себя от голода.

Он повернул голову и посмотрел на Ду Таньчжоу, как бы спрашивая его - что же тут может быть непонятного?

- Ты в то время думал также? - после небольшой паузы спросил Ду Таньчжоу.

- Я не такой как Лу Гу. В то время я думал лишь о том, как отомстить за свою семью, - бесстрастно ответил Мо Чи.

- Если Лу Гу присоединился к армии, - снова заговорил Ду Таньчжоу, - как думаешь, может он быть убийцей Хоу Гу?

Мо Чи замер.

- Если даже посторонний человек вроде Цзинь Сана так ненавидит Хоу Гу, представь, что должен испытывать Лу Гу, приемный сын А Фухана, - добавил Ду Таньчжоу. - Разве он мог не возненавидеть его? Если Лу Гу действительно ушел в армию, там у него были все возможности изучать боевые искусства. Научиться владеть мечом несложно, и он вполне мог убить Хоу Гу одним ударом. У него есть мотив совершить убийство, и способ, каким было совершено убийство, переводит Лу Гу в разряд подозреваемых.

- Ну, это несложно проверить, - после некоторого раздумья сказал Мо Чи. - Ты можешь обратиться в Военное ведомство и запросить список рекрутов за последние восемь лет. А потом найти тот гарнизон, в котором служит Лу Гу, и отправить им письмо, запросив данные о том, где он бывал в последнее время, и тогда можно будет узнать, покидал ли он недавно военный лагерь или нет.

- Если Лу Гу покидал лагерь в это время, мы сможем дальше идти по этому следу, - подхватил его мысль Ду Таньчжоу. - Если же он все время оставался в лагере, то, естественно, будет освобожден от подозрений.

Они поспешили в Военной ведомство.

Судя по словам Цзинь Сана, Лу Гу должен был присоединиться к армии на пятнадцатом году правления Юнчжан.

В том году из Цзиньциня было набрано не так уж много солдат. Они вдвоем несколько раз прочитали списки рекрутов от начала до конца, но так и не нашли в них имени Лу Гу.

Ду Таньчжоу не желал сдаваться и повел Мо Чи в ведомство Хунлу.

- Поскольку Лу Гу - уроженец Уцзинь, как иностранец, вступивший в армию Дашен, он должен быть зарегистрирован в ведомстве Хунлу. Пойдем поищем.

Но они так ничего и не нашли в ведомстве Хунлу. Этот молодой человек по имени Лу Гу просочился как капля воды сквозь любые записи, которые могли быть связаны с ним.

- Может, он не присоединился к армии? - напряженно размышлял Ду Таньчжоу. - Или, может, когда он сказал, что пойдет в армию, он имел ввиду, что вернется в Уцзинь, и будет служить там?

Мо Чи покачал головой:

- Это вряд ли. По словам Цзинь Сана, у Лу Гу в то время гроша за душой не было, и ему даже пришлось похоронить отца бесплатно в парке Луцзе. Откуда он взял бы деньги на дорогу до Уцзинь?

- И все же это странно... - нахмурился Ду Таньчжоу. - Может, в записях Военного ведомства и ведомства Хунлу есть какие-то ошибки?

- Ну, раз невозможно и дальше идти по этому следу, может, проверим окружение Хоу Гу? - предложил Мо Чи. - Возможно, Лу Гу не единственный, кто мог быть его врагом.

Ду Таньчжоу плотно сжал губы и через некоторое время согласился.

Он снова разыскал секретаря ведомства Хунлу и попросил у него записи о перемещениях Хоу Гу за последние десять лет.

Поскольку Хоу Гу был торговцем, ему часто приходилось путешествовать между Дашен и Уцзинь, и в таких деловых поездках он тоже мог нажить себе врагов.

Согласно закону Дашен, все иностранцы на территории Центральных Равнин, если они хотели вернуться к себе на родину, должны были получить пропуск в ведомстве Хунлу.

В пропуске указывалась дата отъезда из Дашен, и, если человек собирался вернуться, также вписывалась дата его возвращения.

По истечении срока, указанного в пропуске, он становился недействительным, и им уже нельзя было воспользоваться.

Если речь шла об обычных деловых поездках, Хоу Гу не должен был задерживаться в Уцзинь надолго. В конце концов, он должен был заниматься делами в Цзиньцине.

Если удастся найти какие-нибудь отклонения в его маршрутах, тогда, возможно, появятся новые зацепки.

Секретарь был не в восторге от их присутствия, но все же никак не мешал им.

Он привел Ду Таньчжоу с Мо Чи в архив и показал на целую полку с учетными книгами:

- Здесь должны быть записи о передвижениях Хоу Гу, но вам придется самим поискать нужные сведения. В нашем ведомстве много работы, и, боюсь, не смогу выделить людей, чтобы помочь вам.

Ду Таньчжоу кивнул в ответ.

После того, как секретарь ушел, Мо Чи похлопал ресницами и спросил Ду Таньчжоу:

- Ты чем-то обидел ведомство Хунлу?

- Что это за несправедливые слова? - Ду Таньчжоу приподнял брови. - С чего бы работникам ведомства Хунлу обижаться на меня и отказываться помогать мне?

Мо Чи ничего не ответил и лишь посмотрел на него своими круглыми глазами.

Ду Таньчжоу сразу сдался:

- Ладно, ладно. Дело не в том, что в Хунлу меня не любят и не хотят помогать. Просто семья Чжун и семья Ду никогда не ладили друг с другом.

Две знатнейшие семьи, Ду и Чжун, всегда занимали равное положение и ничем не уступали друг другу.

Главой ведомства Хунлу был дядя Чжун Сюэсуна, Чжун Янь, и это ведомство находилось в сфере влияния семьи Чжун. Если секретарь был готов помочь Ду Таньчжоу в расследовании и никак ему не препятствовал, его можно было считать честным чиновником.

Выслушав его слова, Мо Чи вдруг резко развернулся и начал внимательно разглядывать книжную полку, бормоча себе под нос:

- Нужно поторопиться с поисками. Если секретарь передумает и вдруг решит запретить нам проводить расследование, тогда мы потеряем эту зацепку, связанную с перемещениями Хоу Гу.

Ду Таньчжоу улыбнулся и сжал руку Мо Чи, который рылся на полке.

Мо Чи повернулся к нему и, уставившись на него во все глаза, прошептал:

- Что ты там еще придумал в такое время!

Ду Таньчжоу на миг опешил, а затем сказал:

- Я всего лишь хотел сказать, что на эти поиски нам понадобится целая вечность. А ты что подумал?

Мо Чи тоже застыл, и его щеки предательски вспыхнули:

- Не... ничего. Я именно так и подумал!

Ду Таньчжоу сжал его подбородок и развернул его обратно к книжной полке, после чего наклонился к его уху и прошептал:

- Не будь таким нетерпеливым. Мы можем сделать то, что тебе так хочется, когда вернемся домой.

Мо Чи сразу напрягся и нарочито грубым тоном сказал:

- Ничего мне не хочется! И при чем тут «вернемся домой»? Я не говорил ничего подобного!

Ду Таньчжоу тихо рассмеялся, и вибрация от его тела передалась телу Мо Чи. Он не стал разоблачать Мо Чи и лишь сжал его руку, которая перебирала книги:

- Хватит. Там нет никаких записей о прошлом Хоу Гу.

Мо Чи негромко кашлянул, стараясь скрыть свое смущение:

- Гм, если не здесь, то где?

Ду Таньчжоу, продолжая обнимать Мо Чи, сказал:

- Мы уже видели учетную запись Хоу Гу. Там ясно написано, что он покидал Дашен два года назад, потом вернулся из Уцзинь спустя десять месяцев, и после этого больше никогда не покидал Цзиньцинь. Иными словами, его запись доставали и обновляли два года назад, после чего к ней больше не прикасались. На книгах, которые ты держишь, лежит слой пыли толщиной в палец. Их не открывали уже, наверное, лет десять. Что там может быть написано о Хоу Гу?

Мо Чи перестал рыться на полке и тут же отдернул руку.

Ду Таньчжоу медленно выпрямился, и жар в пояснице Мо Чи сразу спал.

- Странно, что тебе приходится говорить о таких вещах, - Ду Таньчжоу, скрестив руки на груди, смотрел на макушку Мо Чи. - Ты первым должен был сообразить это.

Мо Чи, чувствуя на себе его огненный взгляд, специально не стал поворачиваться.

- Господин шилан слишком строг. Разве я могу обладать такими же навыками, как у вас?

- Нет, не такими, - сказал Ду Таньчжоу, поглаживая подбородок.

- Что «не такими»? - Мо Чи, наконец, повернул голову и посмотрел на него с недоуменным видом.

Ду Таньчжоу вдруг опустил голову и поцеловал уголок его глаз:

- Ничего, мне просто захотелось поцеловать тебя.

- ... - Мо Чи все еще чувствовал тепло в том месте, где его кожи коснулись губы Ду Таньчжоу.

Он потер это место тыльной стороной ладони, его губы приоткрылись, но он так и не смог сказать ни слова.

Ду Таньчжоу отошел с удовлетворенным видом. Он остановился в нескольких шагах от Мо Чи и достал несколько учетных книг. Немного порывшись в них, он нашел книгу, где были записи о Хоу Гу.

- Нашел, - в голосе Ду Таньчжоу было слышно спокойствие уверенного в себе человека, который нисколько не сомневался в своих суждениях. - Иди, посмотри.

Пока он ждал Мо Чи, его взгляд опускался все ниже и, когда он дошел до конца страницы, его лицо помрачнело.

- В чем дело? - Мо Чи с любопытством заглянул в книгу.

Ду Таньчжоу показал пальцем на одну строчку:

- Два года назад Хоу Гу ездил в Яньми.

__________________

У Лу Гу имя интересное. Лу - это олень, Гу - сирота, одиночка. Одинокий олененок, олененок-сирота.