X X X

                      В ночь, как все, старик с женой                      Поселились в яме.                      А война - не стороной,                      Нет, над головами.

                      Довелось под старость лет:                      Ни в пути, ни дома,                      А у входа на тот свет                      Ждать в часы приема.

                      Под накатом из жердей,                      На мешке картошки,                      С узелком, с горшком углей,                      С курицей в лукошке...

                      Две войны прошел солдат                      Целый, невредимый.                      Пощади его, снаряд,                      В конопле родимой!

                      Просвисти над головой,                      Но вблизи не падай,                      Даже если ты и свой, -                      Все равно не надо!

                      Мелко крестится жена,                      Сам не скроешь дрожи!                      Ведь живая смерть страшна                      И солдату тоже.

                      Стихнул грохот огневой                      С полночи впервые.                      Вдруг - шаги за коноплей.                      - Ну, идут... немые...

                      По картофельным рядам                      К погребушке прямо.                      - Ну, старик, не выйти нам                      Из готовой ямы.

                      Но старик встает, плюет                      По-мужицки в руку,                      За топор - и наперед:                      Заслонил старуху.

                      Гибель верную свою,                      Как тот миг ни горек,                      Порешил встречать в бою,                      Держит свой топорик.

                      Вот шаги у края - стоп!                      И на шубу глухо                      Осыпается окоп.                      Обмерла старуха.

                      Все же вроде как жива, -                      Наше место свято, -                      Слышит русские слова:                      - Жители, ребята?..

                      - Детки! Родненькие... Детки!..                      Уронил топорик дед.                      - Мы, отец, еще в разведке,                      Тех встречай, что будут вслед.

                      На подбор орлы-ребята,                      Молодец до молодца.                      И старшой у аппарата, -                      Хоть ты что, знаком с лица.

                      - Закурить? Верти, папаша.-                      Дед садится, вытер лоб.                      - Ну, ребята, счастье ваше -                      Голос подали. А то б...

                      И старшой ему кивает:                      - Ничего. На том стоим.                      На войне, отец, бывает -                      Попадает по своим.

                      - Точно так. - И тут бы деду                      В самый раз, что покурить,                      В самый раз продлить беседу:                      Столько ждал! - Поговорить.

                      Но они спешат не в шутку.                      И еще не снялся дым...                      - Погоди, отец, минутку,                      Дай сперва освободим...

                      Молодец ему при этом                      Подмигнул для красоты,                      И его по всем приметам                      Дед узнал:                      - Так это ж ты!

                      Друг-знакомец, мастер-ухарь,                      С кем сидели у стола.                      Погляди скорей, старуха!                      Узнаешь его, орла?

                      Та как глянула:                      - Сыночек!                      Голубочек. Вот уж гость.                      Может, сала съешь кусочек,                      Воевал, устал небось?

                      Смотрит он, шутник тот самый:                      - Закусить бы счел за честь,                      Но ведь нету, бабка, сала?                      - Да и нет, а все же есть...

                      - Значит, цел, орел, покуда.                      - Ну, отец, не только цел:                      Отступал солдат отсюда,                      А теперь, гляди, кто буду, -                      Вроде даже офицер.

                      - Офицер? Так-так. Понятно, -                      Дед кивает головой.-                      Ну, а если... на попятный,                      То опять как рядовой?..

                      - Нет, отец, забудь. Отныне                      Нерушим простой завет:                      Ни в большом, ни в малом чине                      На попятный ходу нет.

                      Откажи мне в черствой корке,                      Прогони тогда за дверь.                      Это я, Василий Теркин,                      Говорю. И ты уж верь.

                      - Да уж верю! Как получше,                      На какой теперь манер:                      Господин, сказать, поручик                      Иль товарищ, офицер?

                      - Стар годами, слаб глазами,                      И, однако, ты, старик,                      За два года с господами                      К обращению привык...

                      Дед - плеваться, а старуха,                      Подпершись одной рукой,                      Чуть склонясь и эту руку                      Взявши под локоть другой,                      Все смотрела, как на сына                      Смотрит мать из уголка.

                      - 3акуси еще, - просила, -                      Закуси, поешь пока...                      И спешил, а все ж отведал,                      Угостился, как родной..                      Табаку отсыпал деду                      И простился.

                      - Связь, за мной! -                      И уже пройдя немного, -                      Мастер памятлив и тут, -                      Теркин будто бы с порога                      Про часы спросил:

                      - Идут?                      - Как не так! - и вновь причина                      Бабе кинуться в слезу.

                      - Будет, бабка! Из Берлина                      Двое новых привезу.