Не будет больше "мам" и "пап" (вторая часть)

(Флешбек продолжается.)

Он сидел в больничной палате, уже молча.Глаза опухли от слёз. Кулаки сжаты.

И тут...Тихий звук. Скрип двери.

— Майлз?

Он повернул голову.

На пороге стояла она.Флора. Пять лет.В руках плюшевая овечка, потёртая, со швом на боку. Лицо в слезах, щёки грязные от слёз, волосы растрёпаны.

— Братик...

Она сделала шаг, и в её взгляде не было ни капли понимания.Только страх.И надежда, что он знает, что теперь делать.

— Где мама?..

Майлз открыл рот — и ничего не смог сказать.Он просто смотрел.

Флора подошла ближе. Обняла его за шею.— Мне страшно...

Он обнял её в ответ. Механически.Он должен был что-то сказать.Он должен был сказать правду.Но... не мог.

И тогда он солгал.

— Всё будет хорошо.

Он произнёс это впервые.И врал с тех пор.

⸻

Настоящее время:

Майлз лежит в своей комнате, без сил.Его ладонь сжимает старое фото: он, мама, папа и маленькая Флора с овечкой в руках.

Он не помнит, когда оно было сделано. Но на нём все улыбаются. Все — живые.

Он отворачивает фото.И закрывает глаза.

— Я не справился, — шепчет он в темноту. — Ни тогда, ни сейчас.