Глава 21. Голос в голове

Энрика

Я сошла с ума?

Думаю, что да.

Когда Джек покинул дом, я осталась совсем одна. Несколько минут пыталась прийти в себя. Ноги и руки тряслись. Всё тело дрожало. Я не плакала. Сил не было. Лишь думала, что делать дальше. Где сейчас Киллиан? Где дети? Куда мне идти?

Если я больше никого из них не увижу?

Сознание заполнялось непроходимой тьмой, а я раз за разом пыталась не забывать дышать.

Но вопросы отпали сами собой, когда я услышала хлопок открывшейся двери. Она сильно ударилась о стену, разнося звук по всему небольшому дому. У меня не было сил даже поднять глаза. Первая мысль мелькнула в голове: «Это Джек». Но я ошиблась. Кто-то рухнул рядом со мной на колени и уволок в крепкие объятья. Я не сопротивлялась. Просто не могла. Ничего не могла в эту секунду.

– Рика! Рика! – громкий крик Коула заставил немного прийти в себя. – Ты в порядке? Он ничего не сделал? Скажи, хоть что-нибудь! Пожалуйста! Не молчи!

Осознание ситуации начало просачиваться ко мне сквозь непроходимые дебри жутких мыслей. Это Коул сжимал меня. Это его руки держали моё тело сейчас. Это он вопил без остановки.

– Не ори ты! – пресёк очередные крики чей-то голос. – Бери её на руки и быстро за мной. Бегом!

Я чувствовала себя тряпичной куклой, не способной к сопротивлению. Все мои силы и эмоции остались в этом доме. Вначале «мёртвое» тело Киллиана, а затем попытка прикончить Джека. Это был максимум моих физических и моральных возможностей. Сейчас я лишь прикрыла глаза, надеясь, что судьба хоть раз будет ко мне благосклонна.

Чужой топот и голоса растворялись в сознании. Меня куда-то несли. Уши перестали улавливать шум, и наступила долгожданная тишина.

***

Голова безумно болела, когда я попыталась открыть слипшиеся глаза. Слабый искусственный свет струился из длинного коридора. Я не могла понять где сейчас нахожусь, даже не знала, сколько сейчас время.

– ...уже прошло много времени... он должен... дождёмся утра...

Уши улавливали лишь обрывки чьих-то слов. Я попыталась вспомнить хоть что-то, но голова была ватная. А затем вспышками перед глазами возникли картинки прошлого:

Холодный и бледный Киллиан, лежащий у моих ног. Джек и его свита. Мои трясущиеся руки. Кто-то схватил меня.

Блядь!

Путаясь в собственных ногах, я подскочила и устремилась в сторону слабого света и тихих голосов. Руками упиралась в стены, чтобы не упасть, но продолжала идти.

– Рика! Ты пришла в себя! – ко мне подлетел испуганный Коул, как только я добралась до порога странной комнаты. – Держись.

Его руки подхватили меня, не давая упасть. Мои глаза метались в поисках ответов, но их не было. Неизвестный мне дом, непонятная обстановка. Обшарпанные стены с кусками кое-где отвалившейся краски. Окна без какого-либо намёка на шторы или жалюзи, за которыми была беспроглядная тьма. Никаких предметов мебели, только старый выцветший диван, на котором кто-то лежал. Я сразу не смогла узнать человека на нём. Мозг плохо воспринимал информацию, а цветастый плед помогал скрывать мощную фигуру.

О нет! Это же Киллиан! Мой Киллиан!

– Стой! Пожалуйста! Рика! Аккуратнее! – без конца вопил Коул, пока я пыталась вырваться из его хватки.

Он медленно подвёл меня к бездыханному телу и усадил рядом, наконец выпуская из своих рук. Я в панике ухватилась за бледное лицо Киллиана. Мои трясущиеся пальцы сползали по нему и поднимались выше, путаясь в волосах.

– Нет. Нет. Нет, – тихо молила я. – Ты же просто спишь. Просто спишь.

– Не волнуйся, – послышался мужской голос рядом со мной. – Киллиан скоро придёт в себя. Он жив. Выпил яд, но...

Я резко повернула голову на источник шума и попыталась вспомнить, где раньше видела этого мужчину. Точно. Тот охранник, что подмигнул мне, унося Киллиана по приказу Джека. Джека? Подождите! Он... то есть... что тут, блядь, происходит?!

– Отойди от меня! – рявкнула я, прижимаясь к холодной груди Киллиана. – Убирайся отсюда!

– Не могу, – посмеиваясь, произнёс незнакомец. – Это мой дом. Куда я, по-твоему, ночью пойду?

А. Ой. Стойте.

Неловко получилось.

Наконец мне объяснили, что здесь происходит. Незнакомец оказался Ашером Уилсоном – бывшим напарником Киллиана в его делах. Парень долго убеждал меня, что он на нашей стороне и готов предать Джека, так как вовсе не дорожил подобными связями. Все его слова о Киллиане были полны какого-то невероятного восхищения, поэтому моё сердце хоть немного встало на место. А может, я просто хотела верить во что-то хорошее.

Всё было так, как я примерно и представляла. Джек отдал приказ Ашеру с его напарником прикончить Киллиана, но этот странный парень решил помочь нам. Мой горячо любимый возлюбленный наглотался яда, который помогал на время замедлить пульс. Детей спрятали неподалёку и принялись ждать появления Джека. Но никто не ожидал, что я приеду вместе с этим ублюдком. Киллиан рассчитывал раньше прийти в себя и успеть до моего появления. Ха-ха-ха. Какая прелесть. Какая забота. Но всё пошло не по плану. Я чуть с ума не сошла, когда увидела его бездыханное тело.

Очнётся – задушу.

Так вот. На чём я остановилась? Точно! Ашер сделал вид, что отправился избавляться от тела, но на самом деле ждал, пока Джек со своей свитой покинет дом, чтобы забрать меня. Был ещё план «Б». Если бы ублюдок уволок меня с собой, то Ашеру бы пришлось вызволять меня из плена.

Дурдом.

Но всё сложилось как нельзя лучше. Ашер и дети вернулись в дом и смогли забрать меня. Оставаться в этом месте больше не было смысла. Джек знал об этом доме, а нового укрытия у нас не было, поэтому новый знакомый не придумал ничего лучше, как разместить всё наше семейство у себя.

Так я и оказалась в этом доме. Занавес. Аплодисменты.

Сейчас была глубокая ночь, поэтому Шона с его ящеркой уже успел уложить Коул. А они с Ашером остались ждать пробуждения Киллиана.

– Когда он должен был очнуться? – наконец смогла заговорить я. Мои руки пытались отогреть холодное лицо Киллиана. – Может, нам уже нужно в больницу!

– Пару часов назад... – Ашер замялся, ловя мой озлобленный взгляд. – В больницу нельзя. Весь план полетит к чертям, если мы...

– Не говори мне сейчас про план. Мне плевать, – процедила я, вновь возвращая взгляд к «мёртвому» лицу. – Киллиан не может умереть.

Я почувствовала, как моего плеча коснулась чья-то рука. Сзади меня стоял только до сих пор молчавший Коул, поэтому я даже не дёрнулась.

– Рика, тебе лучше лечь отдохнуть. Утром брат обязательно очнётся.

– Нет! – вскрикнула я, как только представила, что опять буду в неведении мучительно ждать пробуждения Киллиана. Хочу быть первой, кого он увидит, когда откроет глаза. – Вы идите. Я ещё немного с ним посижу.

Коул предпринял ещё несколько бессмысленных попыток уложить меня спать, но я не могла пошевелиться. Будто прилипла к этому застарелому дивану.

Наконец мы остались только вдвоём. Ашер и Коул ушли, и наступила долгожданная тишина. Слабый свет от светильника немного скрывал от моих глаз бледное лицо любимого человека. Я лишь молча продолжала поглаживать и касаться его лица. Вглядывалась в неподвижные закрытые глаза. И молила.

– Киллиан, неужели ты оставишь меня? – в бреду шептала я. – Ты же хотел, чтобы я вышла за тебя. Помнишь? Даже о детях говорил. Неужели обманывал? – щекой легла на холодную грудь и прикрыла болящие от усталости глаза. – Я бы вышла за тебя хоть завтра, хоть в эту самую секунду. Я согласна, Киллиан. Только очнись. А то умрёшь, и я за другого выйду! Ты этого хочешь?! – я даже усмехнулась от абсурдности своих слов. – Нет. Быстрее в монастырь уйду. Я никого так сильно больше не полюблю. Не бросай меня. Не оставляй одну. Ты для меня единственный. Очнись уже поскорей.

Ухом касалась его груди и пыталась расслышать пульс. Слабый толчок послышался где-то отдалённо. Совсем слабый. Если бы не тишина, я бы не смогла уловить его. Затем ещё один. И снова тишина. Толчок.

Его сердце бьётся.

Пожалуйста, Господи, пусть оно ускорит свой темп. Молю тебя. Умоляю.

Часы тянулись неимоверно долго. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем я увидела пробивающиеся сквозь окно солнечные лучи. Наступило утро, а я всё ещё не спала и слушала его пульс.

– Всё ещё в отключке? – раздался шёпот Коула за моей спиной.

Я молча кивнула, поднимаясь с груди Киллиана и вглядываясь в слегка порозовевшее лицо. Он больше не выглядел мёртвым. Тяжело больным – да, но не мёртвым.

Затем в комнату вбежал Шон и повис на моей шее, заставляя хоть немного улыбнуться. Я совсем забыла, что малыш видел меня в последний раз без сознания.

– Всё хорошо, Шон. Не волнуйся, – я попыталась выдавить из себя как можно более правдоподобную улыбку.

– Ты совсем не спала? – Коул подошёл ближе, садясь на пол рядом со мной. – Синяки и впадины под глазами...

– Не смогла заснуть.

Мне не хотелось обсуждать такие мелочи. Я вновь повернулась к Киллиану в поисках хоть каких-то признаков жизни. Моя ладонь всё ещё касалась его холодного лба. Никак не получалось отогнать от себя все жуткие мысли. Пальцы с силой сжали плед, которым он был укрыт. Мне хотелось что-то сломать, сделать себе больно, чтобы хоть немного переместить фокус внимания.

Киллиан не может умереть, не может оставить меня.

Дыхание перехватило, когда я заметила, как его веки легонько вздрогнули. А затем ещё раз. Медленно Киллиан смог раскрыть усталые глаза и встретиться со мной взглядом. Я неосознанно сделала громкий вздох, как будто сама была на грани жизни и смерти.

Живой. Он живой.

Этой информации мне было достаточно. От волнения не осталось и следа, только жгучая злость пожирала меня изнутри. Хотелось кричать, вопить. Хотелось спросить, за что он так со мной поступил. Хотелось узнать о том, как он себя чувствует. Но я не могла. Ярость заполнила каждую клеточку моего тела. Язык отказывался шевелиться. Я не могла ничего произнести. Просто смотрела в родные серые глаза и пыталась найти в них ответы. Но их не было.

Мне нужен воздух. Срочно. Эмоции брали верх. Я вновь не могла дышать. Слёзы уже подступили к глазам. Пальцы, сжимающие край старого пледа, резко расцепились. Мне нужно уйти. Сейчас же.

Быстро смахивая катящуюся по щеке слезу, я подорвалась с места. Голоса Коула и Шона летели мне вслед, но я не могла остановиться. Безумно перенервничала.

Холодный воздух ворвался в лёгкие, как только я оказалась на улице и сделала вдох. Свежо. Холодно.

Эмоции смешались в кашу. Я очень устала.

Киллиан

Меня переехал грузовик?

Почему, блядь, у меня болит всё тело?

Я слышал шёпот Эри. Чувствовал, как она касалась меня. Находился в каком-то дурмане. Не мог ни пошевелиться, ни рот открыть.

Сознание понемногу начало ко мне возвращаться, и я смог открыть глаза. Надо мной нависала Эри. Я увидел её перепуганное лицо. Мои любимые глаза, которые всегда смотрели на меня с любовью, впали, а под ними образовались тёмные круги. Я хотел коснуться её, но мои руки не слушались. Они не поднимались. Блядь! Что за чертовщина?

Эри. Моя Эри. Я заметил, как по её щеке скатилась слеза, но она быстро её смахнула и куда-то устремилась. Она выбежала. А я не мог ни подняться, ни что-то сказать. Не мог остановить её.

– Э-эри, – прохрипел я, сворачивая голову ей вслед.

– Лежи! Не шевелись! – рявкнул Коул, поворачивая моё лицо на себя. – Я схожу за ней. Всё будет хорошо.

Я не мог противиться. Сил не было. Даже моргание приносило боль. Голова трещала, будто ей играли в футбол. А тело ломило. Мне ничего не оставалось, как смотреть на удаляющуюся спину Коула.

Воспоминания понемногу начали возвращаться ко мне. Я принял яд и... чёрт... неужели она увидела меня таким.

Я идиот.

– Очнулся? – в дверном проёме появился улыбчивый Ашер. – Ты нас всех перепугал. Особенно Эри.

У меня даже не было сил, чтобы поправить его. Я лишь прикрыл глаза в попытке остановить пульсирующую боль в голове.

– Для тебя она Рика, – раздался рядом со мной раздражённый голос Шона.

Мой любимый брат. Он точно мой любимчик в этой семейке.

– Понял-понял, – усмехнулся новый друг. – Поспи ещё, тебе нужны силы. Нам нужно решить кое-какие дела.

Чёрт. Опять что-то решать.

Плевать. Сейчас мне нужно поговорить с Эри. Я хочу увидеть её. Услышать голос. Хочу, чтобы она была рядом. Хочу обнять, прижать к себе. Хочу уснуть вместе. Хочу, чтобы она меня простила.

– Киллиан, дай ей время остыть, – будто прочитал мои мысли Ашер. – Она слишком перенервничала, когда думала, что ты умер по-настоящему. Ждала всю ночь твоего пробуждения.

Я, правда, облажался.

***

Больше никогда не буду травить себя этим ядом.

Обещаю.

Восстановление проходило очень тяжело. Я не мог нормально ходить, ноги были ватные и почти не шевелились. Всё сыпалось из рук. И да, этот постоянный тремор сводил с ума. Голова раскалывалась, и я не мог мыслить здраво. Два дня был как неживой.

А моя Эри молча заботилась обо мне. Придерживала, помогая встать, хватала мои трясущиеся руки, когда я сходил с ума от своего нового положения. Но молчала. Как бы я ни пытался разговорить её и извиниться, всё было бесполезно.

И я прекрасно знал причину. Она плакала над моим телом, думала, что я оставил её. Лучше бы я написал ей тогда, сообщил о своей безумной идее. Но в тот момент голова работала плохо, а время поджимало. Я облажался по полной.

Этой ночью я наконец почувствовал себя чуть лучше. Голова начала светлеть, а боли ушли. Я лежал на своём уже привычном диване и пытался немного разработать руку. Эри, как обычно, пришла ко мне перед сном, чтобы проведать. И я не мог упустить свой шанс. Мы наконец остались одни. На минуточку, она даже спать ложилась отдельно, на какой-то старый и дряхлый матрас.

Я был виноват, поэтому не давил на неё.

– Эри, постой, пожалуйста, – я ухватился за её руку, чтобы попробовать в очередной раз извиниться. – Сколько мы будем ещё играть в эту молчанку? Давай поговорим нормально.

Она повернулась ко мне всем корпусом, но всё же одёрнула руку. Уже собиралась уйти, так ничего и не сказав мне, но я решил вспомнить, что актёрский факультет плачет по мне в подушку каждую ночь. Резко вскрикнул и согнулся пополам, хватаясь за сердце. Начал шумно дышать и корчить страдальческие рожицы.

– Что с тобой?! – в панике Эри подлетела ко мне, падая на колени рядом с диваном.

Её первые слова после моего пробуждения. Невероятное чувство эйфории захватило меня в свои объятья. Я скучал по её голосу.

– Боже, где болит? Сердце? Лёгкие? – её холодные ладони легли мне на плечи.

Я выдавил из себя хриплый стон и зажмурился. Внутри всё пело: она здесь, она касается меня, и в её голосе столько искреннего страха, что мне на секунду стало совестно. Но только на секунду.

– Дышать... трудно, – просипел я, едва приоткрыв один глаз, чтобы насладиться зрелищем её встревоженного лица.

Эри заметалась, пытаясь нащупать мой пульс, ладонью прильнув к моей груди. Я продолжал корчить из себя страдальца, иногда поглядывая за её действиями.

– Сейчас позову Ашера! Тебе нужно к врачу! – она уже дёрнулась вскочить, но я, позабыв о «смертельной» агонии, мёртвой хваткой вцепился в её запястье.

– Не надо врача, – мой голос внезапно обрёл прежнюю силу, хоть я и постарался оставить в нём щепотку слабости. – Просто... побудь со мной ещё минуту. Кажется, твоё присутствие помогает мне.

Она замерла. Паника в её глазах медленно сменялась подозрением, а брови поползли к переносице. Ловушка захлопнулась, но, кажется, за это «представление» мне сейчас прилетит по лицу.

– Киллиан... ты... ты идиот! Идиот!

Наконец мои руки были в состоянии удержать её. Тремора практически не осталось. Я схватил Эри, затаскивая в свои объятья и крепко сжимая.

– Ты обманул меня! Опять обманул! – вскрикивала Эри, пытаясь вырваться из моих рук. – Тогда я думала, что ты умер! Я думала, что тебя больше нет.

В один момент крик перерос в шёпот, а вместо очередных брыканий, я почувствовал, как её тело задрожало в моих руках. Всхлип за всхлипом. Я сильнее прижимал Эри к себе, боясь сказать хоть слово.

– Я обманул только в части про физическую боль, – прошептал я, немного отодвигаясь и вглядываясь в её заплаканные глаза. – В остальном мне правда паршиво. Без твоего голоса. Без того, как ты смотришь. Прости... прости меня, Эри. Я и правда идиот, который не подумал головой. Обещаю, что такого больше не повторится.

– Обещаешь? – тихо повторила за мной она, не отрывая взгляд.

– Клянусь, Эри.

***

Энрика

Наша жизнь более-менее нормализовалась. Мы с Киллианом помирились. Он наконец смог окончательно восстановиться после своей лживой смерти. О, а ещё мы как-то поселились в доме у Ашера на постоянной основе. Хотя этот парень был явно не против нашей компании.

Пару дней мы смогли выдохнуть и пожить спокойно, но затем пришло время вновь возвращаться к делам. Особенно после новости, которую Ашер принёс нам от Джека. Так как Эд и мистер Блейн за решёткой ожидали решения суда, а Киллиан официально был объявлен мёртвым, место главы южной семьи освободилось. И Джек уже нашёл какого-то кандидата на эту роль. А самое интересное, что через несколько дней состоится мероприятие в центре, на котором официально представят этого нового главу.

И я обязана там быть.

Ведь помимо этой ситуации, мне нужно решить ещё один вопрос. Я должна вернуть своё место главы на севере. Однако теперь это сделать сложнее. За этот год многое поменялось, и даже люди, которые были верны моему отцу и ждали меня на месте главы долгие годы, отвернулись от моей кандидатуры. Слухи распространялись очень быстро, поэтому я не раз уже слышала нелестные отзывы о себе. Меня назвали «подстилкой Блейнов», говорили, что я предала всё, что строили мои родители. В общем, меня недолюбливали теперь не только на юге, но и на севере.

Ублюдки. Сейчас у меня не было огромного желания ими руководить, но это было необходимо, чтобы помочь Эду. В данный момент нам очень не хватало власти, денег и влияния, которые были с нами всю жизнь.

На это мероприятие в центре меня собирала вся наша большая команда, ведь это был важный день. Приглашены были все, даже косвенные семьи, поэтому я не могла не прийти. Ашер тоже будет присутствовать на этом цирке уродов, но как охранник. Киллиан сразу предложил ему небольшой план, чтобы помочь мне быстрее занять место главы. А пока они занимались продумыванием своих действий, я решала, как лучше поступить с Лив. С той самой сукой, что предала меня и назвала Киллиана «никчёмным суицидником».

У нас возникла ещё одна проблема. Мне не в чем было пойти на этот парад абсурда. И я не шучу. Мы сбежали из дома Киллиана без вещей. Да, Ашер притащил нам немного наших повседневных шмоток, но на мероприятие в центре мне нужно было пойти во всей красе. И тогда наш новый друг в очередной раз стал спасением. Оказалось, у Ашера была сестра, которая иногда сбегала к нему из родительского дома. Хоть девчонка и была чуть младше меня, но её одежда оказалась как раз впору. Мне удалось раскопать в её вещах синее платье на тонких бретельках, струящееся по фигуре и доходящее до колена. Оно было не совсем праздничным, но без денег выбора у нас мало. Туфли я тоже позаимствовала у этой чудесной девушки.

Киллиан не смог отпустить меня просто так. Обещанных звонков и смс ему было мало, поэтому этот гений выпросил у Ашера микронаушник, который остался у него с прошлой работы. Я даже не стала возмущаться, так как знала, что хотя бы такое присутствие Киллиана будет мне на руку. С ним мне будет легче.

Дорога на такси до резиденции цента казалась бесконечной. Я старалась держать себя в руках, но мысли раз за разом поглощали меня.

– Эри, ты только помни, что я жив на самом деле. Не смотри там ни на кого, – вывел меня из транса шутливый голос Киллиана.

Я невольно улыбнулась, глядя в окно на пролетающие огни города. Его голос в моем ухе звучал так близко, будто Киллиан сидел рядом и шептал мне прямо на ухо. Это щекотное чувство реальности его присутствия немного утихомирило дрожь в пальцах.

– Ой, в ком-то проснулась ревность. К кому больше ревнуешь: к Джеку или к новому главе юга? – так же тихо ответила я, едва шевеля губами, чтобы не вызвать подозрения у водителя.

– Я ревную тебя к любому, кто может видеть тебя в этом платье, пока я валяюсь здесь и жду сообщения от Ашера, – в наушнике послышался приглушенный шорох, видимо, он поудобнее устроился на подушках. – Слышу твоё дыхание. Ты нервничаешь. Глубже вдох, Эри. Я здесь. Я всё слышу. Если что-то пойдет не так – твой милый возлюбленный быстро воскреснет и прикончит новых, трущихся вокруг тебя собачек.

Такси плавно затормозило перед массивными коваными воротами. Резиденция выглядела, как и всегда, пугающе. Неприступная крепость, залитая холодным светом. Мое сердце пропустило удар.

– Приехали, – выдохнула я, открывая дверцу.

– Понял. Перехожу в режим «профессиональный слушатель и твой личный ангел-хранитель», – тон Киллиана мгновенно изменился, стал более собранным. – Но помни: один лишний взгляд в сторону симпатичного официанта, и я начну петь тебе в ухо серенады. Очень громко и очень фальшиво.

Я поправила невидимый наушник и вышла из машины, расправляя плечи. Страх никуда не делся, но теперь внутри меня горел маленький огонек его уверенности.

Внутри резиденция душила роскошью. Яркий свет так и сочился из всех щелей. Гости уже разбрелись каждый по своим группам. Но главных людей этого дня всё ещё не было видно. Джек и новый глава юга явно должны были появиться феерично. 

Я осмотрела взглядом толпу и заметила её. Лив. Мою сестру. Она тоже глянула в мою сторону, и наши взгляды пересеклись. Я заметила, как на её губах расплылась ухмылка. Эта ненормальная в ту же секунду поспешила ко мне.

Но сейчас ещё было не время.

Плевать. У меня нет выбора. Придётся поговорить.

– Энрика! – Лив выпучила глаза, осматривая меня с ног до головы. – Неужели скорбь уже прошла? Где чёрный цвет? Где слёзы?

Её губы дрогнули в нелепой улыбке. Она попыталась скрыть своё веселье от всех присутствующих, но змеиная натура была сильнее. Мерзкая сука! Как я раньше не разглядела в ней эту гниль? Мне было противно даже смотреть в её сторону. Но тут она решила сократить расстояние между нами, наклонилась ко мне и прошептала, посмеиваясь:

– Жаль, что никчёмный суицидник не смог сам этого сделать. Даже тут пришлось помочь.

Убью. Я точно её убью. Злость уже начинала пропитывать каждую клеточку тела. Мне хотелось задушить её, хотелось прикончить на месте. Хотелось...

– Эри! Эри! – раздался голос Киллиана в моём ухе. – Милая, выдохни. Давай вместе. Вдох и-и выдох. Вдох и ещё один выдох, – он как будто чувствовал, что я была вне себя от ярости. – Мне плевать на её слова. Но если сильно хочешь, то ударь её. Плевать на репутацию, главное руку не повреди.

Слова Киллиана подействовали на меня, как ледяной душ. Огонь внутри стал управляемым. Я смогла совладать с эмоциями. Рано. Сейчас слишком рано. Вокруг много людей. Я не должна всё испортить.

– Я тоже скучала по тебе, сестрёнка, – мои руки обогнули спину Лив и притянули как можно ближе. – Я так скучала. Рада, что ты в порядке.

Мой голос звучал показательно громко, чтобы все, кто был в нашем поле зрения, увидели мою невероятную любовь к сестрёнке.

Но Лив явно была идиоткой. Она резко оттолкнула меня, вырываясь из каменных объятий. Посмотрела как на что-то мерзкое, а затем цокнула и направилась к своей прошлой компании.

Дура. Но мне это даже на руку. Пусть все видят, какие отношения между нами, а самое главное, что я в выигрышной позиции. Все и так смотрели на меня с осуждением, так как новость о смерти Киллиана распространилась повсеместно. А я вместо скорби показывала холод и безразличие. Но это всё было не просто так. Мне нужно доверие семей с севера. Пусть думают, что мне плевать на Блейнов.

– Рика... – неловкий голос раздался за моей спиной. Я так давно его не слышала, что сразу и не узнала. – Привет.

Я развернулась к нему и встретилась взглядом с переминающимся с ноги на ногу Флином. Да уж. Я даже забыла о его существовании. А тут вот как вышло. Небольшой привет из прошлого от бывшего.

Неловкая встреча.

– Это что, малыш Флин? – было слышно, что Киллиан встрепенулся. – У меня какие-то вьетнамские флешбэки. Хули ему нужно? Скажи, что милостыню не подаёшь, мы пока бедные. Да даже если бы было что-то, мы бы не дали.

Я едва сдержала смешок, который в этой напряжённой тишине прозвучал бы как истерика. Флин выглядел именно так, как я его помнила: вечно сомневающийся, с этим его виноватым выражением лица.

– Рика... – Флин сделал шаг. В его голосе прозвучало столько наигранной печали, что меня едва не стошнило. – Как ты?

– «Как ты?» – боже, какой полёт фантазии! – Киллиан зашуршал фантиком от конфеты. – Эри, милая, ответь ему что-нибудь в духе: «Я в порядке, а ты всё так же напоминаешь мне о моих худших жизненных решениях».

Я холодно смерила Флина взглядом. Мне не хотелось сейчас лишней драмы и лишних разговоров.

– Стою, Флин. Всё нормально. Что тебе нужно?

– Я слышал о трагедии... – он понизил голос до шепота, который, по его мнению, должен был звучать сочувственно. – Я просто хотел сказать... если тебе нужно выплакаться, я здесь. Можешь использовать меня как опору.

– Опору? Серьёзно? – Киллиан подавился смехом. – Эри, предупреди его, что если ты на него обопрёшься, он сложится, как картонная коробка под дождём. Скажи, что в качестве опоры ты предпочитаешь что-то более надёжное.

Флин попытался сделать ещё один шаг, но я осталась на месте, превращаясь в ледяную статую.

– Рика, я всё ещё тот Флин, которого ты когда-то любила...

– Вот! Вот оно! Минутка ностальгии от человека-моль! – Киллиан уже не мог закрыть рот. – Эри, может, ты забыла, но когда я был без сознания, ты согласилась выйти за меня. Я всё слышал, – посмеивался этот шутник.

Моё лицо явно покрылось румянцем. Киллиан всё слышал? Сейчас было плевать на стоящего передо мной Флина.

– Мне нужно бежать. Поговорим в другой раз, – я криво улыбнулась и поспешила спрятаться где-то в туалете, чтобы нормально поговорить с Киллианом.

– Я не соглашалась! – шёпотом крикнула я, подходя к уборной.

– Ой, да ладно тебе, Эри! Не скромничай, – голос Киллиана в наушнике стал просто невыносимо довольным, я буквально видела его самодовольную ухмылку. – Я парень простой: услышал – запомнил.

Я влетела в пустую уборную и заперлась в кабинке, прижала ладонь к горящей щеке. Зеркало подтвердило: я красная как помидор.

– Я сказала это, потому что ты... ты был в отключке! Это был экстренный психологический приём, чтобы удержать твой мозг в сознании, придурок! – прошипела я, стараясь не сорваться на крик.

– Экстренный приём, говоришь? – Киллиан хмыкнул. – То есть ты использовала мои чувства в корыстных медицинских целях? Жестоко, Эри. Моё раненое сердце только что снова дало трещину. Кстати, Флин там всё ещё стоит с лицом человека, который пытается в уме разделить миллион на ноль? Скажи мне, что он не пошёл за тобой, а то мне придётся «воскреснуть».

Я прислонилась лбом к холодной двери кабинки, пытаясь унять сердцебиение.

– Он остался там. Надеюсь, навсегда. И не переводи тему! Ты подслушивал меня, пока я...

Дверь уборной скрипнула, и я резко замолчала, поворачиваясь к источнику шума. В дверном проёме появилась улыбчивая Лив.

– Привет, сестрёнка. Вот мы и снова встретились, – она облокотилась спиной на стену и сложила руки за спиной.

Идиотка, это мне только на руку.

– Удачи, – тихо произнёс Киллиан, и его голос внезапно лишился всякой шутливости. – Я с тобой. Каждую секунду.