Глава 38

Pov. Дженни.Я уже выучила закономерность: если Тэхен отличительно немногословен и задумчив, значит, в его внешнем мире происходит что-то серьезное и важное.Пропадает днями напролет. Домой только поздней ночью возвращается.— Дженни, — у меня безотчетно сердцебиение учащается, когда он так смягчает голос. — Побудь дома сегодня, ладно? Не выходи.Его решения всегда обоснованы. Сейчас он заботится обо мне и идет на уступки, облачая приказ в просьбу.— Хорошо, — улыбаюсь немного сдавленно. — Отдохну.Глотаю глупые и бессмысленные обиды из-за того, что он не знает, что у меня сегодня день рождения.— Можешь позвать подругу, — подкидывает идею Тэ, уже понимая, что в одиночестве я буду маяться от скуки.— Ага. Позвоню ей после завтрака.— Марк останется дома. Если что нужно будет, обращайся к нему.— Спасибо.— Ну, я поехал тогда.Поднявшись, он задерживает на мне взгляд. Не сразу понимаю, что ждет, когда я подскочу прощаться. Натягивая улыбку, так и делаю.— Не скучай, хорошо?— А ты быстрее возвращайся.— Буду стараться, Джи.Ким отсутствует целый день. Ынхё появляется только после обеда. Зато с шарами и хорошим настроением. Приболтав Лиён, решаем устроить празднование моего дня рождения прямо на террасе.— Но почему ты не сказала ему, что у тебя день рождения? — возмущается подруга, раскладывая столовые приборы.— Это как-то унизительно. Думаю, он сам должен знать.— Дженни, откуда? И вообще, он же мужик! — восклицает Ынхё с видом большого знатока.— Ну-ну, — только и успеваю прогундосить я, прежде чем на террасе появляется с колонками Марк. — Здесь ставь. Спасибо! Едва мужчина скрывается в доме, Ынхё продолжает негодовать и возмущаться:— Он и о своем-то наверняка не вспомнит! Лиён, разве я неправа? — втягивает в разговор мою няню.— Думаю, близка к реальности.— О моем дне рождения папа никогда не забывал, — уверенно заявляю я. — О своем не раз, конечно. Тем интереснее мне было его поздравлять, — невольно улыбаюсь воспоминаниям. — А если честно, это не так уж и важно, — пытаюсь рассуждать разумно. — Шумных сборищ я так и так не планировала. Но вот на следующий фуршет прилечу к тебе в Испанию, — заявляю с энтузиазмом, на мгновение забывая, что больше не принимаю таких решений самостоятельно.— Не вопрос! Дай только заполучить грант!— Получишь!Порывисто обнимаемся. В шуме наших голосов и суматошных движений не сразу замечаю мнущуюся на пороге домработницу.— Ким Дженни, — зовет она.— Да? Что ты хотела?И тут же теряюсь при виде торта, который она перед собой держит. У меня едва глаза из орбит не выпадают.— Я как узнала… — она и сама порядком смущена. — Так-то я бы сама испекла. Но, ни вы, ни Лиён словом не обмолвились. Поэтому я попросила Марка смотаться в город. Из лучшей кондитерской…— Ну, что ж… Спасибо за внимание. Мне очень приятно, — собираюсь с мыслями. Сама слышу, что звучу сухо, но по-другому не получается. Она ведь ко мне подлизывается с тех самых пор, как поняла, что Ким считается с моими интересами. А до этого долго нос воротила. — Ставь торт и неси скорее шампанское. Начнем со сладкого! Марк, давай всех свободных парней к нам!Компания собирается самая разношерстная. Празднование проходит скомканно. В вечерней тишине столовые приборы издают больше звуков, чем люди.В который раз переглядываемся с Ынхё.— Может, Чарли нам что-нибудь расскажет, а? — она корчит забавную рожицу, поигрывая бровями, и я невольно начинаю хихикать.— Мне бы очень этого хотелось, — поддерживаю ее.На мужских лицах появляются слабоватые улыбки, но едва Марк поднимает взгляд, и те тухнут.Да сколько можно?! — А давайте споём!Шокированное выражение Чарли бесценно. Оно сильно подогревает мой азарт.— Только что-нибудь веселое! Все-таки день рождения, — говорит Ынхё.— Мы споём... — Я придумала! Лучше будем танцевать, — выхожу из-за стола и направляюсь к музыкальному центру.Выбираю композиции, накручиваю громкость.Напряглись ребята, конечно, сразу. А едва заиграла Macarena, глаза на лоб полезли даже у домработницы.Лиён мотнула головой, встряхивая кудри, и с задорным смехом двинулась на свободную сторону террасы.— Все встаем, — поднимая руки, хлопаю в ладоши. — Все! Чарли, ты тоже! У кого сегодня день рождения? Скучать в мой день нельзя! Я запрещаю! Выстраиваемся… Да-да, Лиён, Сухён, Соджун, Чжисоп, Тэкён… Вам что, каждому персональное приглашение нужно? А ну, по шустрому! Хорошо… Хорошо… Молодцы, мальчики! И повторяем за нами!— Да-да, не стесняемся, ребята! Здесь все свои, — подстегивает Ынхё. — Вы живые вообще? Живее, пожалуйста! Еще живее! Где ваши бедра? Ну, вы же мужики! У вас в крови это движение! Крутим, мальчики!Скажу вам, получалось неплохо. У парней — гораздо круче, чем у той же домработницы. С третьего захода мы могли бы сцены брать.— Крутим, мальчики! Крутим! Огонь! Просто класс!Как они крутили бедрами! Так, определенно, умеют только мужчины. Смешно, конечно. Траектория у них интересная, ритм бесперебойный и выдержка завидная.В запале веселья не слышим, когда приезжает Ким с остальными парнями. Замечаю его уже по факту, когда возникает мрачной фигурой из темноты двора. Вскрикиваю. Точнее — визжу на эмоциях.— Что здесь происходит?Песню сменяет голос мужа, разноцветные блики продолжают разбивать вечернюю мглу, но я не теряюсь. Спешу к Тэхену, чтобы справедливо взять на себя всю вину.— У меня сегодня день рождения, — улыбаюсь, трогая пальцами ворот его рубашки. — Я решила немного отпраздновать. Ребят вынудила меня веселить, раз выйти никуда нельзя.— Чар… Марк, мать твою, — рявкает Тэ так, что у меня уши закладывает. — Отвези домой госпожу Ынхё. Вечеринка окончена. Все по норам, блядь! А ты в дом, Дженни.— Только не надо орать, — бросаю немного сердито, не переставая поправлять воротничок. — Все и без того дрожат. Большой и страшный серый волк…— Дженни, в дом пошла! Сейчас!Я на миг застываю.— Хорошо, — спокойно обнимаю Кима, легкомысленно игнорируя, как его взгляд обращается в злой настороженный прищур. — Накажешь кого-нибудь, год с тобой разговаривать не буду, — говорю, касаясь губами уха, чтобы слышно только ему было.Подбирая подол платья, машу Ынхё и вхожу в дом.— Устроили здесь! Цирк Шапито... Хор мальчиков-зайчиков, сука! Наблюдаю с балкона. Никто из парней не пытается возражать или как-то оправдываться. Стоят, свесив головы, пока Ким, загнув еще парочку матов, не отпускает.Не в силах сдержать горячего ликования, тихо крадусь вглубь комнаты. И с некоторым замиранием в сердце жду, пока он поднимется.Входит мой Тэхен злой, как черт и… с цветами.— Ты знал? Кто сказал? — принимаю увесистый букет, который он бесцеремонно пихает мне в руки.А мне безразлично, с какими эмоциями! Пусть злится, сколько ему угодно. Я все равно счастлива.— Я о тебе все знаю, Дженни.— Это приятно. Спасибо!Скрываясь в ванной, занимаюсь цветами, в надежде, что ему хватит этого времени, чтобы остыть.Однако он входит буквально спустя пару минут и начинает раздеваться.— Ну, что ты злишься? Я ведь послушалась. Никуда не ходила. Ну, повеселились немножко… Подумаешь… Что такого? Никто ведь не пострадал.— На что это похоже, Дженни?— На день рождения?— На день рождения... Если бы не он, уже бы схватила ремня.Скептически поджимаю губы. Оставив цветы, отхожу чуть дальше. Стоя вполоборота, наблюдаю. Когда Ким скидывает боксеры и уже готовится шагнуть в душевую, тихо, почти нараспев, зачем-то выдаю:— Ничего ты мне не сделаешь.— Джи, — звучит предупреждающе.Но я то ли совсем страх потеряла, то ли умышленно нарываюсь.— Тебе потереть спину?— С чего это вдруг?— Может, услышу еще какое-нибудь банальное и скучное «поздравляю».— Услышишь, — кивает, чтобы входила.Я быстро раздеваюсь. Ткань ставшего вдруг колючим платья шуршит и перебивает все звуки, но мое сердце все равно лидирует.— И что это за танцы были? — спрашивает Тэ, когда я намыливаю ему грудь.— А-а-а, — протягиваю как можно беспечнее. — Macarena.— Macarena, блядь, — все еще делает вид, что злится. Угу, а я подыгрываю, изображая покорное раскаяние. — От своих такого позорища не ожидал.— Зря. — не могу сдержать смех. — Весело было.— Весело ей…— А что?— Ничего.— Ну и все.— Молчи уже, Дженни!— Молчу.— Молчи!— Молчу, — подгадав удачный момент, обнимаю его. Беззастенчиво скольжу голым телом по его твердому, горячему и тщательно мною намыленному. Поднимаясь на носочки, смеюсь, выплескивая свое хорошее настроение. — Тэхен… Я все равно люблю тебя.— Любит она…— Да! Поздравь меня! Поздравь!— А то что? Год разговаривать не будешь?— Ты испугался? Не отвечай! Не отвечай! — не переставая посмеиваться, повышаю голос. — Может, и год… Хотя нет. Год я не смогу…— Поздравляю.— Спасибо!