Глава 37

Pov. Тэхен.Меня сложно чем-то удивить. Слишком много у меня было женщин. Я делал с ними разные вещи. Это никогда не затрагивало душу, не вызывало каких-то чрезвычайно бурных эмоций. Секс — это лишь звериные инстинкты, которые периодически необходимо удовлетворять.С Джи все кардинально иначе.Не в первый раз ловлю себя на том, что с ней мне необходима титаническая концентрация, чтобы удерживать элементарные функции под контролем. Это касается всего: мыслей, эмоциональной отдачи, дыхания, сердцебиения, физических реакций тела.Я не против кайфа. Но некое чужеродное и абсолютно исключительное чувство, поражающее мою нервную систему, будто нейротоксин, вздыбливает во мне основные инстинкты — защиту и нападение. Они не дают расслабиться и потерять бдительность.Однако в какие-то моменты я ее все же, как щит, роняю.За эти затяжные секунды внутри меня такая спусковая реакция происходит — все рецепторы взрывает. Эти микровсполохи летят по нервным сплетениям жгучими молниями. Вены вместо крови заполняет какая-то одуряющая смесь. Она несется в мозг, выбивает пробки, слепит и срывает крышу.Каждый раз все тяжелее глушить это состояние. Каждый раз хочется застрять дольше, увеличить дозу. Застыть в этой нирване. Остаться, если это возможно, навсегда.Сцепив зубы, снова и снова перекрываю все входы и выходы. Запираю чувства в самом отдаленном уголке. Как зверь кружу в темноте, пока стихает эта буря.Говорят, на мысе изумительной красоты природа, но мы мало с ней знакомимся. Большую часть времени проводим в номере на последнем этаже гостиничного комплекса.За десять часов взаперти, казалось бы, должен пресытиться. Все у нас было. И на повторе. Джи отзывчивая, на любую мою ласку с готовностью откликается. Доверяет.Не могу перестать ее трогать. Пару часов даю поспать, и снова вытаскиваю из теплой постели. Высаживаю ее коленями на широкое полотно подоконника лицом к морю. Гостиничный комплекс находится практически на самом краю отвесной скалы. Из наших окон только бескрайнее море да пушистый потолок неба видно.Близится рассвет. Отсекает море от неба ярко-оранжевой полосой. Красиво. Сонной Джи тоже нравится. Наблюдая за этим естественным явлением, зачарованно моргает. Впечатлительная девчонка.Прижимаюсь к ее спине. Оборачивая одну руку вокруг талии, второй накрываю раздраженную от бесконечных утех грудь. Дженни вздыхает и замирает, предоставляя мне полную свободу действий. Мягко оглаживая упругую и нежную плоть, отмеряю, как быстро набирает обороты ее сердцебиение.Медленно стягиваю руку по напряженному животу вниз. Надавливая между ног, вынуждаю развести бедра. Дженни оставляет одну ногу под ягодицей, вторую, раскрываясь, отводит в сторону и опирает на колено. Ослабляя объятия, чуть отступаю и смотрю на нее сзади. Высота подоконника позволяет увидеть поблескивающую в рассветных лучах плоть.Красиво, блядь.Она красивая. Изящная спина с острыми бугорками позвонков. Узкая талия. Округлые полушария задницы. И там, между ножек, она тоже самая красивая.Снова обнимая Дженни, вжимаюсь пахом ей между ягодиц. Осторожно раскрываю ее пальцами. Медленно глажу — она горячая и припухшая. Влажная, но это остатки прошлого удовольствия, а я хочу, чтобы по-новой потекла.Дженни наверняка физически изнурена, но не жалуется. А я просто не могу перестать ее трахать. Мне хочется делать это непрерывно.— Почему у меня ощущение, что ты на меня охотишься? — ее голос звучит сипло.Она еще не отошла после сна, а до этого много кричала.— И почему? — усмехаюсь.Чувствую, как по ее коже бежит чувственная дрожь. Начинаю отсчёт, когда она придет в нужную готовность.— Ты так сосредоточен, так нетороплив, методичен в каждом движении… — стоит надавить на клитор, ее бархатный голосок с хрипом срывается.Получая этот отклик, машинально стискиваю свою мурку крепче. Прижимаясь щекой к ее щеке, втягиваю носом смешанный запах — она пахнет сексом, пахнет мной. А я на собственной коже улавливаю ее нежно-медовый ароматический след.— Ты наблюдаешь… — продолжает Джи. — Не напираешь, но и расслабиться не позволяешь…Я снова усмехаюсь.— Ты же не думала, что мы здесь на рассвет смотреть будем?— Признаться, думала. Но недолго.— Расстроена?— Немного.— Тогда смотри, — выдыхая, прикусываю кожу на ее шее. — Пока у тебя есть такая возможность.— Смотрю.— Заметно.Глаза прикрыты. Трется задницей о мой член. Вздрагивает от каждого касания и каждого поцелуя.— Тебе нравится? Этот рассвет?— Да.Даже глаза не открыла.— Если мы на охоте, как думаешь, когда я перейду в атаку?— Я не знаю.— Тебе страшно?Несколько напрягает тот факт, что этот простой вопрос заставляет ее задуматься. От усердия между бровей даже появляется залом.Я мог бы особо не заморачиваться, просто разбудить ее и принудить к сексу. Знаю, что не оказывала бы сопротивления. Но так мне не надо. Я люблю сводить ее с ума. Раздвигать границы дозволенного. Дальше и дальше. Чего греха таить, я уже их все нарушил.— Да. Мне немного страшно, — озвучивает Дженни и вздрагивает, покрываясь множеством мелких мурашек.— Почему?— Я не знаю.— Я не причиню тебе боль.— Это… другое… Я не знаю, как объяснить…— Я был в каждом уголке твоего тела. Я уже всецело тобой обладаю, — говорю почти шепотом, голос охрип. Не переставая ее гладить, растираю прибывающую влагу между чувствительных складок. — Ничего ужасного я с тобой не сделаю. Не бойся меня, мурка.Она растягивает губы в улыбке и коротко смеется, но давится воздухом, когда я кусаю ее за плечо и, пробегая губами выше, всасываю шёлковую кожу на шее.— Ох, Боже, черт…Течет моя мурка. Влага тянется за пальцами вязкими полосками. Когда убираю руку, отстраняюсь и смотрю на нее сзади, эти полоски спадают прозрачными нитками на подоконник. Дженни больше не разговаривает, практически не двигается, лишь тихо и прерывисто вздыхает, ожидая дальнейших действий с моей стороны.Направляю внутрь нее член.— Ох, черт… — сипло выдыхает.Выгибаясь, оттопыривает задницу, предоставляя мне максимальный доступ.— Ты так течешь, мурка, охренеть просто…Тот самый момент, когда я отпускаю контроль, случается на самом старте. Я должен начать двигаться, но не могу справиться с реакциями своего тела.Никаких мыслей. Никаких оборонительных щитков. Никакой тактики. Никакого контроля.Трахаю ее медленно. Очень медленно.Дженни шипит, рвано дышит, попеременно всхлипывает и постанывает. Ее тело будто капкан, в который я опрометчиво угодил, и из которого я не хочу выбираться. Я ею словно бесом одержим.Не знаю, сколько по времени это длится. Умышленно растягиваю удовольствие. Когда накрывает слишком сильно, с влажным звуком извлекаю член. Даю нам обоим несколько секунд передышки. Смотрю на нее там. Размазываю обилие смазки между складок, тяну выше, чуть вжимаю палец в тугое и нежное кольцо ануса. Ласкаю только снаружи. Этого хватает, чтобы Джи застонала неприлично громко, срывая голос.— Ты ж моя девочка… Мурка моя… — честно признаться, слабо соображаю, что именно говорю ей. — Девочка Дженни… Джи…Если это хриплое рычание, конечно, можно считать моим голосом. Хрен знает, разбирает ли посыл сама Дженни. Колотит ее, той самой конвульсивной безудержной дрожью, которая разбивает слабостью каждую мышцу. Тащусь, что она такая.Снова вставляю в нее член. Прихватывая ладонью округлое бедро, растираю по нему остатки смазки. Несколько толчков — Джи всхлипывает и издает размазанные булькающие звуки. Не позволяя ей кончить, замираю. Плотно смеживаю веки и стискиваю челюсти, не переставая шумно дышать через нос.— Тэхен.. Я.. не могу.. больше… Тэ…— Держись, мурка…Да, в какой-то мере это похоже на пытку. Двигаюсь рывками и останавливаюсь. Двигаюсь и останавливаюсь. Говорить мы больше не можем. Тягучую тишину рассекают лишь наше общее тяжелое дыхание и  протяжные вскрики. Каждый ее стон, каждый всхлип и осипший вздох оседают на моей взмокшей от напряжения спине жаркой дрожью. Волнует она меня так, что пиздец просто. Глаза прикроет, плечом поведет, мурашками покроется, вздохнет чуть громче — все это фиксирую. Никогда не замечал, а сейчас замечаю. И реагирую. С ней все имеет значение. Абсолютно все.Ведет меня как маятник. Будто температура в теле за сорок скакнула. Ничего сознательного не остается. Только инстинкты, среди которых одержимая похоть и одичавшее чувство собственности перекрывают все другие сакральные каналы.Она принадлежит мне на исключительных условиях. Она — моя. Только моя.Именно с этими прорезающими помутненное сознание мыслями я и довожу нас до верхней точки сумасшедшего оргазма.Дженни после этого забега вырубается не меньше, чем на шесть часов. На все попытки разбудить откровенно меня посылает. Один раз даже матом. Такая вот принцесса, мать ее.Чтобы не слоняться зазря по номеру, отдаленно включаюсь в работу.— Мы вышли на него, — рябит на том конце провода Сехун.Машинально на ноги вскакиваю. Метнувшись, останавливаю взгляд на мирно сопящей Джи. Планомерно перевожу дыхание.— Где? — спрашиваю тихо, хотя ее из пушки не разбудишь.— В городе.— Без меня не брать. Проведите нужную подготовку. На завтрашний вечер.— Понял.— На связи.После таких новостей уснуть у меня никак не получается. Хорошо, что Дженни часам к трем оклемалась и принялась наседать мне на мозги со своей легкомысленной болтовней...