34

Отец вышел в свой кабинет, закрыл за собой дверь, налил себе коньяк и только тогда набрал номер. Долго ждал ответа, пальцы нервно постукивали по столу.

На том конце наконец подняли.— Слушаю.

— Это я, — голос его был усталым, но твёрдым. — Я пока её пытаюсь переубедить... но ты же знаешь Илону. Она как Милана. Всегда лезет туда, куда не надо.

В трубке повисла тишина, но отец продолжил, глядя в полупустой бокал:— Она уже чувствует, что с делом матери что-то не так. Слишком много вопросов. Если дальше пойдёт... думаю, её нужно убрать.

Собеседник хрипло усмехнулся:— Ты серьёзно готов отдать свою дочь?

Отец крепко зажмурился, будто его разрывало на части.— Я не хочу этого, — выдавил он. — Но лучше уж так, чем если она докопается и всё выйдет наружу. Пойми, я её защищаю. По-своему.

Ответ был коротким:— Я понял. Я займусь.

Отец сжал телефон так, что побелели костяшки, и после звонка долго сидел в темноте, прижав ладонь к лицу.