29 глава

На мгновение все застыли на пустынном, продуваемом ветрами склоне холма. Конрад, сидевший в седле рядом с ней, мрачно выругался, но Лиса даже не оглянулась: она не могла отвести глаз от страшного видения, внезапно появившегося из тумана.

– Может, нам стоит попробовать обойти их стороной? – вполголоса спросил Джин.

Чонгук туже натянул поводья.

– Нет. Манобан со своего места может запросто нас отрезать. Если попытаемся прорваться, окажемся прижатыми к морю.

– Их восемь, а нас шестеро. Давайте атакуем их, – предложил Конрад.

Чонгук искоса взглянул на Лису.

– Это неразумно, Конрад. Посмотрите, граф подает знак: он желает с нами поговорить. Давайте удовлетворим его желание. Ты с нами, милая? – спросил Чонгук, обернувшись к Лисе.

Она кивнула.

– Мне бы очень хотелось высказать моему дорогому отчиму все, что я о нем думаю.

Чонгук бросил на нее одобрительный взгляд и неторопливым шагом двинулся вперед, положив руку на рукоять меча. В его позе не чувствовалось напряжения, лицо казалось совершенно бесстрастным, зато Лиса едва справлялась с охватившим ее отчаянием. Ведь Тэн должен был находиться на расстоянии многих миль отсюда! Как же он оказался здесь? О если бы только у нее был пистолет, нож, все, что угодно!..

Когда обе группы сблизились и остановились, Манобан выехал вперед. В его холодном взгляде, брошенном на Лису, отразилось недоумение.

– Вот уж не думал, что вы осмелитесь второй раз похитить мою дочь, Чон. Впрочем, это не имеет значения. Обвинения в государственной измене вполне достаточно, чтобы вас вздернули на дыбу и четвертовали как предателя, каковым вы и являетесь.

– Только если король с этим согласится. А может, вы уже не считаете для себя необходимым интересоваться мнением Его Величества? – сухо осведомился Чонгук.

Тонкие губы Тэна изогнулись в злобной ухмылке.

– Я обладаю всеми необходимыми полномочиями, чтобы уничтожить вас вместе с вашим разбойничьим гнездом. Но если бы мне потребовались более веские оправдания, вы только что мне их предоставили. Никто меня не осудит за то, что я освободил свою дочь из рук насильника.

Чонгук удивленно поднял бровь.

– Неужели до вас еще не дошла счастливая весть, милорд? Несколько дней назад Лалиса Маккиннон сочеталась законным браком с Чон Чонгуком перед лицом церкви и в присутствии нескольких сотен свидетелей. Согласие на венчание дал двоюродный брат невесты. Он и был посаженым отцом. Э-э-э… пожалуй, мы допустили оплошность, не пригласив на свадьбу отчима невесты. Но этот брак вам не удастся удержать в секрете, Тэн.

Если Манобан и был застигнут врасплох, ему удалось скрыть свое замешательство за снисходительно-жалостливой улыбкой.

– Лиса, бедненькая моя, ты глупо поступила, сбежав к нему. Вероятно, он наплел тебе каких-то небылиц, но уверяю тебя, все это выдумки. Ты моя дочь, и твое место в Рэнле, пока я не решу иначе.

Лиса бросила на него взгляд, полный ненависти, с трудом удерживая готовые сорваться с губ гневные слова. Но она решила, что лучше придержать язык, чтобы не усугубить положение Чонгука.

– В чем дело? Тебе нечего сказать? – Манобан сокрушенно покачал головой: – Полагаю, аннулировать ваш смехотворный брак уже поздно, но это дело поправимое: ты станешь очаровательной вдовушкой. Женщинам с твоим цветом лица очень идет черное.

– Очевидно, то же самое вы думали о моей матери? – спросила Лиса с леденящим презрением. – Она ведь наверняка носила траур, когда вы убили моего отца. – Ее взгляд не дрогнул и голос был тверд. – Так знайте: когда вас будут хоронить, я надену ярко-красное – цвет торжества!

– Какой норов! – криво усмехнувшись, покачал головой Манобан. – Вероятно, бедный О Сехун пострадал от него не меньше, чем я. А вы что скажете, Чон? – спросил он, поворачиваясь к Чонгуку. – Вас ведь тоже ожидал сюрприз, когда возвели свою целомудренную невесту на брачное ложе? Интересно, она согласилась добровольно… или вам пришлось прибегнуть к принуждению?

Конрад схватился за рукоятку пистолета, но Чонгук взглядом остановил его.

– Чего вы добиваетесь, Тэн? – невозмутимо спросил он.

– Как чего? Вашей смерти Чон. Я не делаю из этого секрета.

– И как вы собираетесь достигнуть цели?

– О, у меня имеется множество способов, но я решил взять эту приятную обязанность на себя.

Чонгук многозначительно окинул взглядом холмы за спиной у Манобана.

– Что-то я не вижу армии, которая могла бы подкрепить ваши хвастливые слова.

– У меня нет ни малейшего сомнения в том, что вы прекрасно осведомлены о численности и состоянии моей армии, а также о ее местоположении. Но вы сами видите, что в настоящий момент армия мне не нужна, – торжествующе заявил Тэн. – Мне стоит лишь поднять палец – и семь пистолетов нацелятся на вашу прелестную жену. Если вы не желаете ей смерти, вы примете мой вызов прямо сейчас. Мы будем биться один на один.

– Всегда к вашим услугам, – ответил Чонгук. – Но вы же не станете возражать, если я отошлю даму с поля боя? Это зрелище не для женских глаз.

– У меня нет возражений, – с готовностью согласился Манобан, – но только учтите: если кто-нибудь из Кеймри подъедет сюда вам на подмогу, я дам знак моим людям перестрелять всю вашу компанию и вас заодно… до того, как ваши приспешники сами успеют открыть огонь. – Он повернулся к Лисе. – Я скоро приду за тобой, дорогая. Нам многое предстоит обсудить.

С насмешливым поклоном Тэн повернул коня и направился назад к своим людям. Лиса проводила его взглядом, чувствуя, что тревога в ее душе нарастает. У нее не было сомнений в том, что он задумал недоброе, что у него в запасе есть какой-то грязный трюк. Она повернулась к мужу.

– Чонгук, ты не можешь…

– У нас нет времени на споры, милая, – перебил он ее. Спрыгнув с широкой спины Люцифера, Чонгук снял жену с седла и схватил за плечи.

– Послушай меня, Лиса. Я пошлю с тобой в Кеймри Конрада. Поезжай с ним и слушайся каждого его слова, даже если тебе что-то покажется странным. Если он велит тебе бежать, ты должна бежать! Понятно?

Лиса отчаянно замотала головой:

– Я без тебя никуда не уеду, Чонгук! Кроме того, Конрад нужен тебе здесь. Тэн не станет драться честно, неужели ты до сих пор этого не понял?

Его руки еще крепче сжались у нее на плечах, он с досадой встряхнул ее.

– У меня нет времени объяснять, Лиса, но ты должна уехать! Поверь мне… я скоро буду с тобой. Я приду к тебе, как только смогу.

Джин выступил вперед. Его голос прозвучал сурово:

– Поезжай, милая. Чем дольше ты остаешься здесь, тем больше риск для парня. Он будет лучше драться, зная, что ты в безопасности.

Лиса поглядела на Джина и поняла, что он говорит правду. При малейшей возможности Манобан использует ее, чтобы уничтожить Чонгука.

– Ты прав, – прошептала она сдавленным голосом. – Я… уйду, раз так нужно, Гук...

Он приподнял ее лицо за подбородок.

– Я люблю тебя, Чон Лалиса! – прошептал он. – Что бы ни случилось, помни об этом.

Чонгук привлек ее к себе и поцеловал так крепко, словно хотел вложить в этот поцелуй всю свою любовь и надежду. Лиса отчаянно цеплялась за него. Что, если он никогда больше ее не обнимет? Наконец Чонгук отпустил ее и отступил назад.

– Конрад, я посажу ее на Люцифера: у Тэна нет лошади, которая могла бы догнать его или Лансера. Воспользуйся ими, если потребуется… и бог тебе в помощь!

Конрад мрачно кивнул.

– Не поворачивайся к нему спиной, дружок.

Лиса схватила поводья, которые он протянул ей, Чонгук поцеловал ее пальцы напоследок, потом отступил и отвернулся.

– Увези ее отсюда, Конрад, – проговорил он охрипшим голосом и со всей силы шлепнул ладонью по мощному крупу жеребца.

Лошади пустились вскачь и через минуту скрылись из виду. Они почти достигли вершины холма, когда жуткий скрежет стали внезапно разорвал тишину. Лиса изо всех сил дернула поводья и развернула яростно рвущегося вперед жеребца. Словно зачарованная, она смотрела, как Чонгука и Тэна сошлись в поединке; звон мечей эхом катился по всей округе.

Конрад чертыхнулся, выхватил поводья у нее из рук, повернул коня, и они вновь помчались в Кеймри. Часовые всполошились, когда они ворвались в ворота. Конрад спрыгнул с коня и тотчас же начал отдавать приказы направо и налево.

Лиса соскользнула на землю со спины громадного жеребца и, спотыкаясь, побрела к дверям. Перед глазами у нее стояла страшная сцена, увиденная с холма. Насилие… кровь… заколотый Чонгук, лежащий у ног Манобана… Граф был так уверен в своих силах, он не сомневался в исходе боя! О боже, что он задумал на этот раз? Какой дьявольский план разработал?

Конрад подхватил ее под руку и потащил вверх по ступеням, но Лиса его почти не замечала.

– Надень штаны и рубашку, в которых ты приехала сюда, Лиса, – приказал он. – Вели Кэт принести мне мой мешок. Она знает, о чем речь. Давай торопись!

Смысл его отрывистых слов наконец дошел до нее.

– Я никуда отсюда не уеду, Конрад! Неужели не ясно, что Манобан именно на это и рассчитывает? – Она отчаянно уцепилась за его руку. – Ты, как никто другой, должен понимать, что именно сейчас Чонгуку нужна наша помощь!

– О господи, Лиса! Думаешь, я хочу уехать? – Конрад взволнованно провел обеими руками по волосам. – Я ни за что не уехал бы сейчас оттуда, если бы не дал ему слово благополучно доставить тебя во Францию. Ну как ты не понимаешь? – Он заглянул ей в глаза. – Если ты попадешь в руки Манобана, все, чего добился Чонгук, пойдет прахом!

– Но почему я должна попасть в руки Тэна? Ты же не думаешь, что Чонгук… что он…

Лиса поперхнулась страшными словами и разрыдалась. Горячие слезы, которые она так долго сдерживала, неудержимо покатились по щекам. Конрад со стоном прижал ее к себе, они обнялись, как испуганные дети.

– Нет… нет, конечно, я так не думаю, – прошептал он. – Джин позаботится, чтобы Тэне не нанес ему удар в спину. Скорее всего Фрэнсис вернется в Кеймри, пока ты будешь переодеваться, и мы все вместе посмеемся над нашими страхами.

Лиса не нашлась с ответом. Боль перехватила ей горло, заполнила грудь; она не могла дышать.

– А теперь беги, переодевайся. И поторопись, кузина, – сказал Конрад. – Я буду ждать во дворе.

Лиса кивнула и потерлась щекой о грубую ткань его рубашки.

– Я поспешу, – шепнула она в ответ.

Переодевание заняло не больше нескольких минут. Лиса бегом спустилась по ступенькам и помчалась к воротам. Там уже собралась небольшая толпа. Увидев Лису, Дженни подошла к ней и крепко обняла. Лиса, прищурившись, заглянула ей через плечо – туда, где за лугом вырисовывалась в тумане опушка леса.

– Разве им еще не пора вернуться?

– Не забывай, что им пришлось сражаться с самим дьяволом, – мрачно ответил Конрад.

Напряженно вглядываясь в даль, Лиса старалась уловить хоть малейшее движение на другой стороне луга. « Чонгук победит Тэна, должен победить! Не может быть, чтобы все вот так сразу оборвалось! – твердила она про себя. – Боже милосердный, сделай так, чтобы он вернулся ко мне! Все остальное не имеет значения, только бы он был жив!»

Внезапно что-то шевельнулось в отдаленной купе деревьев. Лиса невольно шагнула вперед, чтобы видеть яснее. Конрад схватил ее за плечо и громко застонал, увидев, как Джин медленно выезжает на открытое место, ведя под уздцы серую в яблоках кобылу. Неподвижное тело, с ног до головы закутанное в плед клана Чонов, было перекинуто через седло.

– О господи, нет… – прошептала Лиса, отбросив руку Конрада. – Нет, ради всего святого, нет!

Она не могла оторвать глаз от страшной ноши на спине кобылы. Но вот из леса выехали остальные члены клана. Смахивая слезы, Лиса моргнула раз, другой… Один из воинов, выделявшийся необычайно высоким ростом, устало поднял над головой меч и потряс им в знак победы.

С крепостной стены у них над головой раздался торжествующий клич часовых, и Лиса с криком бросилась бежать. Захлебываясь от плача, не вытирая льющихся по лицу слез, она мчалась по лугу навстречу всадникам.

Чонгук пришпорил коня и остановил его, как только поравнялся с Лисой. Он спрыгнул на землю и бросил поводья. Лиса еле успела разглядеть окровавленную, порванную во многих местах рубашку, прежде чем его мощные руки обхватили ее и оторвали от земли. Она ответила на неистовый поцелуй Чонгука, не обращая никакого внимания на Джина и ухмыляющихся членов клана, которые медленно проезжали мимо.

– Ты ранен, – прошептала она наконец, когда Чонгук отпустил ее. – Гук, ради всего святого, пойдем в дом! Ты же истекаешь кровью…

– Все не так страшно, как кажется, Лисёнок. По большей части это кровь Манобана, – виновато усмехаясь, пояснил Чонгук. – У меня всего несколько царапин. – Он бережно стер пальцем слезы с ее щеки. – Неужели ты думала, что мы с тобой больше не увидимся, милая? Я же тебя предупреждал: от меня не так-то просто отделаться.

Лиса не могла ответить на его улыбку – только не в эту минуту, когда кровь вытекала из него по капле. Она взяла его под руку, и они вместе направились к воротам, пока вокруг суетились родственники и слуги. Теперь Чонгук уже тяжело опирался на нее. «Должно быть, он ранен сильнее, чем хочет показать», – в страхе подумала Лиса.

– Конрад! Джин! – крикнула она. – Помогите мне втащить его внутрь, пока он не истек кровью!

Чонгук скривился и застонал, когда Конрад подхватил его под левую руку.

– Полегче, приятель, – посоветовал Джин. – Он ранен в плечо.

Они все вместе двинулись к крыльцу, но Чонгук вдруг остановился.

– Ханмин! – позвал он.

Молодой человек, державший под уздцы серую в яблоках кобылу, подбежал и вытянулся по стойке «смирно».

– Позаботься, чтобы тело графа занесли внутрь. Скажи Кэт, что его нужно положить в часовне, как подобает его рангу. И пошли гонца за Лайонелом Дортоном. Нам нужен священник, чтобы его отпеть.

Джин с отвращением сплюнул себе под ноги.

– Если хочешь знать мое мнение, мерзавец таких почестей не заслуживает. – Он обвел взглядом всех присутствующих, словно призывая их в свидетели. – Оказалось, что у его светлости под камзолом надета стальная кольчуга. Манобан был уверен, что Чонгук его не достанет.

Грозные возгласы возмущения вырвались одновременно из многих мужских глоток. Лиса с отвращением посмотрела на бездыханное тело Тэна. Она не могла поверить, что этот человек больше не властен над ней и никогда уже не сможет причинить вред ни ей самой, ни тем, кто ей дорог. А ведь на его месте запросто мог лежать Чонгук! Она крепче сжала руку мужа.

– Оставь его, Джин, – устало сказал Чонгук. – Все уже кончено.

С помощью Конрада и других членов клана Лиса устроила Чонгука со всеми возможными удобствами на обложенной подушками скамье в кабинете. Она быстро сняла с него все, что осталось от рубашки, промыла раны и вздохнула с облегчением, когда убедилась, что они не настолько глубоки и серьезны, как ей казалось. Но оставалась еще одна рана на плече. Джин сказал, что обработает ее сам. Он опустился на колени возле Чонгука и осторожно снял пропитанную кровью временную повязку, которую наложил ему на плечо на поле боя. Когда повязка спала, Лиса едва сумела удержаться от крика: меч Манобана рассек плоть до самой кости. Она закусила губу. Это была страшная рана. Что, если им не удастся остановить кровотечение?

Как будто прочитав ее мысли, Чонгук поднял на нее взгляд и с горечью усмехнулся:

– Благодари бога, что Тэн промахнулся, милая. Он целился мне в сердце.

Чонгук поморщился и со стоном втянул в себя воздух, когда Джин начал туго забинтовывать рану. Но как только повязка была наложена, он поднял голову, пытаясь заглянуть через плечо Джина.

– Я здесь, Чонгук. – Юнги шагнул вперед.

– Все твои Мины вооружены и готовы выступить?

– О да, все они горят желанием отомстить Манобану!

– Боюсь, эта рана может приковать меня к постели на ближайшие дни, – сказал Чонгук. – Возьми с собой Дону и его людей, возьми всех, кого могут выставить Маклауды и Гранты. Надо двинуться на юг и рассеять армию Манобана. – Он повернулся к своему шурину. – Намджун, ты соберешь всех Кимов и Паков. Но запомните хорошенько: в бой не вступать, если только он не будет вам навязан. До сих пор никто не обнажил клинка против короны – если не считать меня, – и я предпочитаю, чтобы так было и впредь. Скорее всего люди Манобана просто разбегутся при виде ваших войск, но наверняка ничего утверждать нельзя, – добавил он мрачно. – Еще неизвестно, какой дурак ими теперь командует. Упаси бог, они еще вступят в драку.

Откинувшись на подушку, Чонгук закрыл глаза. От усталости и всего пережитого в углах его губ залегли глубокие страдальческие складки. Лиса подложила ему под спину еще одну подушку, горько сетуя, что не может сделать чего-нибудь более существенного, чтобы ему стало легче.

Комната быстро опустела: все бросились выполнять распоряжения главы клана. Только Ким Мин Хо задержался у кровати.

– Минхо, налей-ка мне чего-нибудь покрепче, – попросил Чонгук, морщась от боли. – Это плечо с ума меня сведет.

Мальчик поспешно наполнил стакан неразбавленным виски, и Чонгук осушил его в два больших глотка. Пульсирующая боль в руке немного притупилась. Откинувшись на подушки, он закрыл глаза. Им овладела бесконечная усталость.

– Как вам это удалось, сэр? – тихонько спросил Минхо.

– Ты имеешь в виду графа Тэна? – мрачно усмехнулся Чонгук.

– Да.

Чонгук открыл глаза.

– Я очень скоро понял, что на нем кольчуга, поэтому мне пришлось тянуть время, чтобы дождаться подходящей возможности. Я должен был метить либо в голову, либо в шею. Признаюсь тебе как на духу, Минхо: я уж думал, что мне конец. Граф чуть было меня не достал, он нанес мне столько ударов, что и вспоминать не хочется. Клянусь телом Христовым, он отлично владел мечом!

Наступила длинная пауза, Чонгук уставился в свой пустой стакан.

– Я нарочно подставил ему плечо, – признался он наконец. – Когда его меч вонзился в меня, он оказался близко – так близко, что я сумел проткнуть его сквозь пройму под мышкой в его броне. Должно быть, я поразил Манобана прямо в сердце: он был уже мертв к тому времени, как свалился на землю.

– А его люди?

– Один из них вытащил пистолет, но Джин был начеку и выстрелил первым, – ответил Чонгук. – Остальные разбежались по лесу, как испуганные кролики.

– Матерь Божья, как жаль, что меня там не было!

– Я с удовольствием уступил бы тебе свое место, – безрадостно пошутил Чон.

Лиса едва не упала в обморок, услыхав эту историю. Манобан был так близок к победе!

– Хватит разговоров на сегодня, Чонгук, – строго сказала она, положив руку ему на лоб. – Тебе надо отдохнуть.

Он поймал ее руку и прижался губами к запястью.

– А вам следует переодеться, дорогая супруга, – парировал он. – На вас столько моей крови, что я уже спрашиваю себя, осталась ли хоть капля у меня в жилах.

Лиса вздохнула, глянув на свой окровавленный наряд.

– Минхо, ты не мог бы посидеть с ним, пока я пойду наверх переодеться? Главное – смотри не позволяй ему вставать.

– Я еще погляжу, как этот недомерок меня остановит, если мне захочется встать!

Минхо многозначительно подмигнул ей.

– Не беспокойтесь, я справлюсь.

Лиса поцеловала Чонгука в лоб вышла. А Чон с довольной улыбкой снова откинулся на подушки и закрыл глаза. На несколько минут в комнате воцарилось молчание – и вдруг тишину разорвал пронзительный женский крик, а затем где-то наверху послышался грохот бьющейся посуды.

На долю секунды мужчины застыли, ошеломленно глядя друг на друга. Потом Чонгук вскочил и, забыв о своей ране, стрелой проскочил через комнату. На ходу он подхватил свой заново вычищенный меч и стремглав преодолел лестницу, перепрыгивая через две ступеньки. Минхо не отставал от него ни на шаг. Пинком распахнув дверь в свою спальню, Чонгук ворвался внутрь с поднятым клинком – да так и замер на пороге.

В дальнем конце комнаты среди обломков перевернутого столика, разбитых бутылок и стаканов, с выражением ужаса на лице, неподвижно застыла Лиса. У нее за спиной, крепко держа ее за плечи и прижимая нож к горлу, стоял Эдмунд Блейк.

Не забывайте про звёздочки, за частую именно от их количества  зависит время выхода новой главы✨