Глава 32

— Правительница сада, — произнёс Лунар, точнее Фрактал спокойно, его голос разнёсся эхом по залитому светом пространству.Кайлен поднял голову, его глаза сузились. Мы оба медленно встали, не до конца веря в происходящее. Он опустил взгляд, будто что-то вспомнил… как убил его — Лунара.Но Фрактал, словно чувствуя это, твёрдо произнёс:— Я — Фрактал. И явился к вам в образе Лунара.— Ч-что?.. — выдохнула Эсмира, вставая с земли. Рядом с ней поднялся и Арион, бледный, всё ещё в шоке.— Да, — подала голос правительница сада. Видимо, она только что пришла в себя. Её взгляд стал серьёзен. — Я чувствую твою силу, Фрактал.Он кивнул.— Я могу отправить всех вас домой. В ваши миры. Немедленно.— А Рейвен?.. — хрипло спросила Эсмира, сдерживая слёзы.Фрактал ничего не ответил. Лишь посмотрел на неё так, будто в его взгляде было всё понимание, но не было надежды.— Мы сами доберёмся домой, — неожиданно сказала я, чувствуя, как дрожит голос, но стараясь говорить уверенно.— Уверены? — строго уточнил Фрактал.— Да, — кивнула я и посмотрела на Эсмиру.— Камень у тебя?В моих глазах, наверное, читалась последняя надежда.— Да, — прошептала она.Фрактал на мгновение замолчал, а потом, словно улыбнувшись, произнёс:— Так уж и быть.И растворился в воздухе, оставив после себя мягкое сияние.Мы остались вчетвером — я, Кайлен, Эсмира и Арион. Сад снова наполнился привычным светом, а рядом стояла правительница.Я посмотрела на свои руки — всё тело было покрыто запёкшейся кровью. Рейвена. И Тариана.Подошла к мечу Рейвена, подняла его. Лезвие тяжело отозвалось в руке.Я подошла к правительнице сада и, едва справляясь с дрожью в голосе, произнесла:— Вы не против... если мы похороним Рейвена здесь?Её лицо смягчилось, и в голосе зазвучала печаль:— Ваш друг спас мне жизнь. Это меньшее, что я могу для него сделать.Я кивнула в благодарность.Краем глаза заметила, как Арион смотрел на тело Тариана. В его взгляде пылала ненависть — такая, что, казалось, он бы убил его ещё раз, если бы мог.— А его... и ведьму, — сказала правительница, кивнув на мёртвые тела. — Я беру на себя.Она ушла и вскоре вернулась с отрядом эльфов в серебряных доспехах. Они молча подняли тела ведьмы и Тариана и унесли их в глубину сада, где царила тишина и вечный свет.Столько всего произошло, но я всё ещё не могла поверить, что Рейвена больше нет.Мы стояли в саду, среди искорёженных деревьев и следов боя, а внутри всё будто онемело. Подчинённые Правительницы помогали нам — тихо, уважительно, без слов. Они начали выкапывать могилу ближе к озере под берёзой. Там, где ветер был мягким, а небо — бесконечно ясным.Арион и Кайлен аккуратно подняли тело Рейвена. Он был тяжёлый, холодный — и от этого всё внутри меня рушилось ещё сильнее. Я шла рядом, боясь моргнуть, будто если закрою глаза, он исчезнет окончательно. Мы положили его, а рядом — его меч. Тот самый меч, которым он сражался до последнего, и на котором осталась его кровь.Я взяла  его печать — он всегда носил её с собой. Я сняла её дрожащими пальцами. Это было последнее, что у меня от него осталось. В груди жгло, будто всё сердце превратилось в уголь. Я опустилась на колени и не сводила взгляда с его лица — спокойного, почти безмятежного, будто он просто спит.Мы закопали его вместе, все. Эсмира не могла сдержать слёзы — она плакала навзрыд, и каждый её всхлип отзывался во мне болью. Я едва держалась, но всё равно подожгла его печать — так, как он когда-то прощался с Арденом. Когда его не стало. Своего рода ритуал в Кальдриморе.Дым поднялся в небо. Он был серебристым, мягким — как его взгляд. Сначала в нём появилось число — его ранг, потом буквы, слова, что плавно вырисовывались в воздухе:Сын. Герой. Воин. Спаситель. Друг.Тот, кто всегда поможет. Ответственный.Хороший охотник. Сломленный. Отзывчивый  И… брат.Последнее слово будто вонзилось в грудь.Я не выдержала — сжала руку Кайлена до боли, царапая ногтями его кожу, лишь бы не закричать. Он не отдёрнул руку. Только стоял рядом, и по его лицу скатилась одна, единственная слеза.Арион опустился на колени, смотрел в землю, шептал какие-то слова, которых я не слышала. Эсмира закрыла глаза  надеясь что боль исчезнет. Мы все молчали — только ветер шевелил траву.Когда всё было кончено, правительница сада подошла. В её взгляде не было ни власти, ни холодной гордости — только печаль.— Ваш друг спас мне жизнь, — сказала она тихо. — И это меньшее, что я могу сделать для него. Пусть покоится в этом месте. Здесь всегда будет свет.Эльфы склонили головы и принесли ветви белых цветов, положив их на свежую землю. Мы стояли.Я посмотрела на свою руку — вся в крови Рейвена и Тариана. На платье, порванное и измазанное в земле. На друзей рядом — уставших, разбитых, но живых.Мы потеряли слишком много, но остались те, кто должен продолжить.— Мы закончим всё, — тихо сказал Кайлен, глядя на могилу. — Ради него.Я кивнула.В растерянности  спросила, глядя на свежую землю:— Куда теперь?..Все тело болело, в голове стоял гул, ноги были в ссадинах и грязи — я ведь была босиком. Земля под ногами холодная, влажная, будто впитывала всё, что мы потеряли.— Я знаю куда, — тихо сказала Эсмира.Она сделала несколько шагов к могиле Рейвена, опустилась на колени и положила ладонь на землю.— Прощай, — прошептала она.Её голос дрогнул, и слёзы снова наполнили глаза. Я отвела взгляд, не в силах смотреть. Всё внутри сжималось. Не верилось, что это конец. Что больше не будет его смеха, насмешек, фраз "вы же убьёте друг друга; самое интересное пропустил", не будет даже споров.Эсмира встала и, сжав руку Ариона, открыла портал. Свет пронзил пространство, и в одно мгновение сад исчез.Под ногами оказался тёплый песок. Передо мной — бескрайнее море. Волны спокойно накатывались, солнце било в глаза, а воздух был пропитан солью.— Любимый мир Рейвена… — прошептал Арион.— Всё-таки он был прав, — с трудом выговорил Кайлен, глядя вдаль. Его голос дрожал, будто каждое слово давалось через боль. — Лучше бы мы остались здесь.Мы переглянулись. Никто не говорил, потому что слов уже не осталось. Пустота внутри была такой плотной, что даже дыхание давалось с усилием.Я молча подошла к морю. Волны касались ног, прохладные, живые. Я шагнула глубже — до колен. Вода смывала кровь, песок, боль. Но не могла смыть чувство вины.Я смотрела, как красные разводы растворяются в прозрачной воде, и тихо прошептала:— Рей… прости меня… умоляю…Ветер качнул волосы, как будто кто-то нежно провёл рукой.И вдруг я вспомнила его голос — тот, последний, умирающий, но всё ещё с улыбкой:«Не спас одну — спас другую…»Слёзы потекли вновь. Я закрыла лицо руками и зарыдала.— Ты… ты тоже был мне братом, — прошептала я сквозь всхлипы. — И я никогда тебя не забуду.Море шумело в ответ, будто обещало хранить его покой.Кто-то мягко, но настойчиво схватил меня за плечо.Я резко обернулась — и встретилась взглядом с Кайленом.Не выдержав, я прижалась к его груди, словно только там могла спрятаться от всей этой боли. Слёзы сами полились, без остановки. Он крепко обнял меня, погладил по волосам и тихо прошептал:— Всё… всё будет хорошо.Но даже не нужно было вслушиваться, чтобы понять — он сам в это не верил. Его голос дрогнул, дыхание сбилось.— Я же обещал Рейвену… — выговорил он, глядя куда-то мимо меня. — Не плачь… пусть он покоится с миром.От этих слов стало только хуже. Боль разливалась по телу, будто кто-то вонзал иглы прямо под кожу. Хотелось закричать, но голос не слушался.Кайлен, не говоря больше ни слова, поднял меня на руки. Я попыталась вырваться, хрипло прошептав:— Отпусти…— Нет, — ответил он твёрдо, почти шепотом, и пошёл к берегу, туда, где стояли Арион и Эсмира.Мир вокруг начал расплываться, звуки моря тонули в гулком эхе. Последнее, что я почувствовала — это тепло его рук и то, как мои слёзы падали ему на плечо.Потом всё исчезло.Темнота накрыла, и я отключилась у него на руках.

Я проснулась от тупой боли в голове — будто кто-то сильно ударил. Всё вокруг плыло.С трудом сфокусировав взгляд, я увидела Кайлена — он спал рядом, обнимая меня.Несколько секунд я просто лежала, слушая, как ровно дышит. Что-то в этом было таким… спокойным. Его рука лежала у меня на талии, волосы чуть растрепаны, а лицо — впервые за долгое время без тени усталости. Я тихо, почти неосознанно, провела пальцами по его волосам, а потом осторожно высвободилась из его объятий, стараясь не разбудить.И только тогда заметила — я была не в своей одежде.Платье, разорванное и залитое кровью, исчезло. На мне была одежда Эсмиры — лёгкая, удобная, немного в пиратском стиле.Я растерянно посмотрела на себя, потом на Кайлена — на нём была та же одежда, что и на балу, только без костюма ,жилетки и плаща. Чёрная рубашка была расстёгнута почти до груди, рукава закатаны. Он выглядел иначе… проще, но почему-то роднее.Тихо, на цыпочках, я вышла из комнаты.За столом, освещённым мягким утренним светом, сидели Эсмира и Арион. Оба в другой одежде — более лёгкой, будто наконец позволили себе передышку.— Очнулась, — сказал Арион с лёгкой улыбкой.— Какое счастье… — прошептала Эсмира. — Изи, ты два дня была без сознания.— Что? — я не поверила своим ушам. Голова снова пронзила боль.Я заметила, что глаза Эсмиры красные — видно, от слёз.Я села рядом, молча. Она смотрела на пустой стул напротив.— Тут… — тихо начала я. — В прошлый раз Рей сидел. Я его тогда выгнала с этого места, а он… — я слабо улыбнулась, — шутя пересел.Эсмира опустила взгляд.— Мне так его не хватает, — едва слышно выдохнула она.— Нам всем, — добавил Арион, глядя куда-то в сторону.Повисла тишина. Только шум моря за окном.— Кайлен всё ещё спит? — спросила Эсмира, будто специально меняя тему, чтобы не заплакать снова.— А-а… да, — ответила я, чуть растерянно.Эсмира вздохнула:— Он эти два дня от тебя не отходил. Не спал, не ел. Стоял рядом, как сторож, и каждый час проверял твой пульс.Я опустила глаза, не зная, что сказать.Грудь сжала странная, тихая боль — и благодарность.Мы втроём сидели молча.Лишь шум моря за окном напоминал, что мир вокруг всё ещё существует. Я опустила голову на стол, чувствуя усталость во всём теле… и вдруг перед внутренним взором всплыло лицо Рейвена. Его усмешка, и голос — живой, чуть насмешливый:«Не спать, Эми».Я вздрогнула и сразу подняла голову, прикусив щёку, чтобы не заплакать.— Знаете, — наконец выдохнула я, — ведь Рейвен хотел бы именно этого… чтобы мы остались вместе. Дружно. Со спорами, с криками… но вместе.Арион слабо улыбнулся:— Да-а, он кричал бы громче всех.— И бегал туда-сюда, осматривая всё вокруг, — добавила Эсмира, чуть грустно, но с теплом в голосе.Я кивнула:— Так и было бы. Сердце сжалось, но я всё же выпрямилась. — Мы все будем вместе. До конца.Несколько секунд царила тишина. Потом я сказала:— Но прежде… мне нужно увидеть папу. — Я опустила взгляд. — В прошлый раз, когда мы были у меня, его не было. Может… теперь получится. И я получу ответы.— Про маму? — тихо спросил Арион.— Да, — кивнула я, чувствуя, как что-то сжимается внутри.Эсмира посмотрела на меня внимательно, почти тревожно:— Сумеешь пойти одна?— Смогу, — ответила я, стараясь, чтобы голос звучал уверенно. — А потом вернусь к вам.— Если и папа согласится… — я попыталась улыбнуться, — возьму и его с собой.Мы все улыбнулись, но улыбки вышли хрупкими.Рейвен оставил после себя не только боль — но и свет.И, кажется, именно этот свет теперь держал нас на ногах.Послышался лёгкий скрип двери.Я обернулась — Кайлен вышел, застёгивая рубашку, волосы растрёпаны, на лице усталость, но взгляд всё такой же цепкий.Эсмира в этот момент протянула мне камень портала.Я протянула руку, но Кайлен тут же сузил глаза.— Что это значит? — резко бросил он.— Эмилия пойдёт к себе, — спокойно сказал Арион, поднимаясь со стула.— Нет, — голос Кайлена прозвучал твёрдо, с хрипотцой. — Она никуда не идёт.Я посмотрела на него — упрямо, но с болью. Потом перевела взгляд на Эсмиру.— Я должна, — сказала тихо. — Я не могу не пойти.— Я обещал Рейвену, — выдохнул Кайлен, — и я намерен сдержать обещание.В комнате воцарилась тишина. Тяжёлая, вязкая.Казалось, имя Рейвена до сих пор отзывается в стенах, будто само место помнит его.Он ушёл, но забрал с собой часть наших душ.— Я просто хочу убедиться, что с отцом всё хорошо, — сказала я, прикусывая губу. — И вернусь.Кайлен посмотрел на меня долго, потом коротко кивнул:— Тогда идём вместе.— Не надо, — быстро сказала я. — Я вернусь, правда. Вы оставайтесь здесь.— Нет, — перебил он спокойно, но с тем упрямством, которое я уже знала. — Только я с тобой.Он повернулся к Ариону:— Ты остаёшься на тебе Эсмира. И защита самого себя. Учти, вы оба должны быть без единой царапины. Понял?Арион хмыкнул, но кивнул серьёзно.Я невольно улыбнулась.Странное спокойствие наполнило грудь.Обещание, данное Рейвену, жило в Кайлене так же, как память о нём жила в нас.И теперь он был готов выполнить его — во что бы то ни стало.