Остаться и не врать

Он идёт чуть впереди. Не спешит. Как будто уверен — я не сверну.Как будто мы оба уже знаем, что назад не получится.

Подъезд без домофона, дверь — пинком, свет в коридоре — рыжий, как никотин на пальцах. Лифт не работает, мы поднимаемся пешком. Пятый. Шестой. Седьмой. Голова кружится — то ли от ступенек, то ли от него рядом.

Он открывает дверь ногой. Там — квартира. Или бывший офис. Или склад.Белые стены, чёрные пятна краски. Матрас прямо на полу. Стол с ножницами, пустыми бутылками, банкой с кистями.И музыка. Не играет — звучит. Где-то на фоне. Как будто внутри стены кто-то дышит битами.

— Не спрашивай, — говорит он, кидая худи на пол. — Это временно.— А что у тебя вообще в жизни — не временно?

Он поворачивается. Не злится. Не улыбается. Просто... смотрит.

— Я.— Что?— Я, блять, не временно. Я весь такой.— Очень удобно, — я прохожу внутрь. — Вечная неопределённость — лучший способ никогда не отвечать.

Он открывает ящик. Достаёт бутылку. Без этикетки. Без объяснений.

— Хочешь — пей. Хочешь — вылей.— Ты всегда так с людьми?

Он поворачивается.Тихо. Не резко.Как будто сейчас даст мне в лицо, или — себе.

— Нет. Я с людьми вообще не общаюсь.

Пауза.Он подаёт стакан.

— Но ты — не люди.

⸻

Мы сидим на полу.Спина к батарее. Головами — в потолок. Он пьёт прямо из горла. Я — маленькими глотками. Чтобы не забыть вкус.

Музыка тихо переливается. Как фон жизни, в которой мы оба — с неровным монтажом.

— Ты думаешь, я ломаюсь? — говорю я. — Типа... всё время бегу, шатаюсь, драматизирую?— Нет.— А что?— Думаю, ты одна из немногих, кто понимает, как на самом деле страшно быть.

Он снова делает глоток.

— У тебя есть талант.— Какой ещё?— Не умереть, когда хочется. И выглядеть при этом как будто всё под контролем.

Я смеюсь.Так тихо, что он даже не поворачивает головы. Только кидает мне в руку... сигарету.Ту самую. Мою.Я беру.

— Я же бросила.— Ну и нахуй с ним. Сегодня можно.

Мы курим.В комнате пахнет дымом, ромом и тем, чего нет в аптеке.

Он смотрит в окно.

— Знаешь, что я хотел сделать, когда впервые увидел тебя в той гримёрке?— Что?— Уебать по чувствам и свалить.— А потом?— Потом — уебал по своим.— Мог бы просто проигнорить.— Я не умею игнорить то, что делает меня хуже. Или лучше. А ты — сделала и то, и другое.

⸻

Час ночи.Потом — два.

Мы лежим уже вдвоём. Пол — тёплый. Стены — не молчат. Они словно слушают.Я заплетаю волосы пальцами, он щёлкает зажигалкой.

— Хочешь марку? — спрашивает он.— А ты?— Я без неё в тебе уже утоп. С ней — точно захлебнусь.

Пауза.

— Ну, ахуеть.— Ты не боишься?

Я смотрю на него.

— Я боюсь только одного. Что завтра снова проснусь и пойму, что это было сном.

Он смотрит на меня — как будто впервые. И как будто в последний раз.

— Ну и хуй с ним, — говорит он. — Если это сон, тогда уж давай доведём его до конца.