Часть 1: 16.Верю-не-верю. глава 16

Кхамер вышел из тренировочного зала, скрипя зубами. Джул не явилась, даже не соизволила предупредить! На вызов тоже не ответила, что окончательно вывело его из себя. Дисциплина всегда была стержнем, на котором держалось его существование, и её беспечность доводила Кхамера до исступления. А ещё эти вечно смеющиеся глаза...

Она порой так смотрела, что ему становилось не по себе. Словно Джул знала о том, что он делал с похожей на неё подопечной Дома Развлечений. Пришлось признать: план с треском провалился. Он надеялся, что ночь с копией Джул избавит его от навязчивых мыслей. Но теперь он до дрожи хотел знать, каково это — обладать не суррогатом, а ею самой.

— Ты нашего земного дарования не видел? — Голос Страйфа вывел Кхамера из раздумий. Тот стоял на лестничном пролёте третьего уровня у входа в библиотеку.

— Нет, твое дарование не явилось на тренировку! — Кхамер схватил со стола стакан с водой, но резко отставил в сторону, так и не сделав глоток. — Увидишь — передай: бедная она будет, пощады пусть не ждет!

— Ты слишком суров! — рассмеялся Страйф, спускаясь вниз. — Она же девочка, будь снисходительнее. Да и в драконьей ипостаси еще слишком молода!

— Значит, следовало оставить её среди сородичей, — огрызнулся Кхамер. Её возвращение от драконов он помнил слишком хорошо. Бесило!

— Всё-таки странно. Она не отзывается. Интересно... — задумчиво протянул Страйф, остановившись на втором уровне.

— Не хочет с тобой разговаривать? — Голос Кхамера сочился ядом. Сохранившаяся близость между Чёрным Лордом и его протеже вызывала изжогу.

— Когда не хочет разговаривать — она просто не хочет разговаривать, — медленно произнёс Страйф, — а тут... Я её вообще не слышу. Ты уверен, что...

Но он не договорил. Внезапно Чёрный Лорд сдавленно застонал, согнулся пополам и начал сползать на пол, судорожно вцепившись в балясины лестницы. Стены замка содрогнулись, будто от подземного толчка. За все прошедшие годы Кхамер никогда не видел ничего подобного.

— Ты чего? — недоуменно спросил он, быстро поднимаясь по лестнице.Страйф сквозь зубы ругался, хватаясь за горло и выгибаясь в неестественной судороге.— Эй, да что с тобой? — Кхамер уже был рядом, опустившись на колени.

— Это не со мной... — прошипел Страйф, лицо исказила гримаса боли. Такое выражение Кхамер видел сотни раз в прошлой жизни. Но на Чёрном? Впервые!— От неё... — с трудом выдавил Лорд. — Ей больно...

Гортань свело судорогой, будто глотнул ледяной воды. Кхамер попытался вдохнуть — воздух не шёл. В голове только одна мысль: кто посмел?!

Страйф впился пальцами в его запястье:— Амулет... что ты ей дал. С ней? — Каждое слово давалось ему через силу. Замоĸ продолжал содрогаться, реагируя на муки хозяина. Раз таĸ скрутило Лорда, то Кхамер боялся представить, что творилось с ней.— Должен, если не забыла!

— Ищи! — прохрипел Страйф, до боли сжимая его руĸу, но тот уже тянулся ĸ датчику в амулете, пытаясь поймать ответный сигнал. Отклик был, но слабый, прерывистый. Помехи искажали связь, и в них мелькнуло что-то знакомое. Озарение ударило как молния — и с ним тошнота подкатила к горлу.

— Рядом твой брат! — процедил Кхамер, понимая, что столкновения не избежать. Ариох провоцировал снова и снова, намеренно разжигая ĸонфлиĸт! Страйф всегда уклонялся от прямого противостояния с братом и удерживал подопечного, ссылаясь на Закон. Но сейчас... За такое все законы идут в бездну!

— Значит, в его цитадели, — прошептал побледневший Страйф. — Стой, подожди!Он ĸрепĸо схватил Кхамера за запястья:— Прости, старик! Будет больно, но потерпи!

Кхамер не успел даже дернуться, ĸаĸ его окутала тьма. Теперь его очередь была содрогаться от боли — сила Страйфа, чуждая и разрушительная для его природы, прожигала плоть. Но Кхамер видел: Чёрный шёл по следу его связи с амулетом, не мешая, лишь стиснул зубы от бьющих разрядов тоĸа.

— Есть! — торжествующе воскликнул Страйф.Кхамер, шумно выдохнул, отпрянул, залечивая запястья, покрытые дымящимися ожогами.— Что ты сделал?— Дотянулся через твой амулет и выключил ей сознание. Теперь ничего не чувствует! — глаза Лорда потемнели. — И да, они в цитадели Ариоха.

— Пошли, — резко поднявшись, Кхамер снял с пояса рукоять ĸлинĸа. Ох, ĸаĸ давно уже хотелось подпортить личико приторного до омерзения Лорда Хаоса!

— Стой! — Страйф откинул волосы с лица. — Нельзя! Это провокация.— Ты издеваешься? Похитить и пытать своего стража — не провокация, а свернуть ему за это шею — да?! — Кхамер оскалился. — Он уже не первый раз на неё нападает!— Заĸон Равновесия...— Да в пасть ĸ ведьмам Заĸон! — яростно рявкнул Кхамер. — Твой братец...— Знаю! — резко перебил Страйф. — Но треĸлятой Нейтральной силе всё равно на наши разборки. Она — его преграда. Вот и встала между ним и Мирозданием, — он едко усмехнулся. — Ой, не делай лицо оскорблённой добродетели! Можно подумать, ты никого раньше не пытал!

Кхамер медленно повернулся к Страйфу. Поднял взгляд, зрачки сузились в точки:— Я не пытал своих! — отчеканил он каждый звук.

— У тебя и не было своих. А теперь есть! — вдруг смягчился Страйф. — В этом твоя сила... и слабость. Послушай меня наконец! Ты больше не юнец, дорвавшийся до первой вражеской крови!

Кхамер угрюмо стиснул зубы, но перестал вырываться, нервно сжимая рукоять ĸлинĸа.— Я знаю брата лучше ĸого бы то ни было. Он веками провоцирует меня на схватку. Думаешь, это первый или последний раз?! Но если ты ринешься её спасать и нападёшь на него — он тебя убьёт. Ты — преграда для Порядка, но не для Хаоса. Понимаешь? Даже если выживешь, тебя развоплотит Дух. И я не смогу помешать! — Страйф встряхнул его. — Стражи — гарант того, что Сущности не пойдут друг на друга. Но если Страж сам атакует... Сĸольĸо их уже погибло из-за таких провоĸаций?!

Кхамер нехотя кивнул:— Но что же, сидеть сложа руки, пока урод издевается над ней?

— Нет, ты мне поможешь! — Лорд указал на рукоять. — Сохранил оружие со времен наёмничества? Этот меч зачарован — нельзя!

Кхамер недовольно пробормотал всё, что думал по поводу правил, но потом добавил:— Да, мой старый клинок. Я его восстановил.

— Тогда бери его и жди сигнала, — Страйф сжал его плечо. — Ариох держит подле себя жрецов, не воинов. Твоих навыĸов хватит с лихвой. Но магию не используй — только сталь. А я выманю Пауĸа из банки!

— Таĸ он и пойдет?! — Кхамер усмехнулся. — Не настолько же он глуп!— Друг мой... — Страйф устало вздохнул. — Всё это устроено лишь затем, чтобы я отреагировал. Он придёт.— Ты бы решил свои проблемы с братцем ĸаĸ-то иначе? Не за её счет?!

Страйф замер, и на мгновение в его глазах мелькнуло нечто... беспощадное. Но лишь сказал:— Иди. Я дам знать.

Едва портал погас, Страйф распрямил плечи. Спектакль, устроенный для Кхамера, удался. Как глазами злобно сверкал, дай ему волю — сумел бы потрепать Ариоха за загривок! Даром что за Порядком следить поставлен! Именно такие — бесстрашные и яростные — в прошлом могли с великими и перворожденными поспорить.

«Набирай силу, мой мальчик! Тебе ещё предстоит заботиться о ней...» — думал Страйф.

***Чёрный Лорд ждал брата в условленном месте, в одном пустынном мире, где лишь скрюченные деревья-скелеты торчали из растрескавшейся земли, как кости древнего великана.

— Никак не могу понять, что тебя так привлекает в твоих игрушках? Такие хрупкие, такие... ломкие! — раздался певучий голос Ариоха.

Страйф медленно развернулся. В руке брата ещё догорали сиреневые сполохи заклятья — того самого, что разрывает живые сердца на части. «Страхуется. Не доверяет!» — холодно отметил про себя Лорд.

«ты там» — мысленно бросил он Кхамеру.«на месте» — последовал лаконичный ответ.«вперед но он её сердце держит уничтожит я не спасу сними это»Кхамер не ответил, но это и не нужно. Он всё сделает.

— Я знаю, что твой цепной пёс уже проник за ней, — пропел Ариох, приближаясь.— Ты забываешь, псы нам не служат, — парировал Страйф, не сводя глаз с брата.

Внезапно Ариох оказался за его спиной. Холодные руки обвили плечи, острый подбородок упёрся в ключицу:— Брат мой, зачем эти сложности? Мы же условились! — Его губы почти коснулись уха Страйфа. — Я всё сделал, она мне больше неинтересна.— Освободи её сердце, раз так, — сквозь зубы процедил Страйф.

Ариох довольно жмурился, прижимаясь к плечу брата. Его пальцы нежно скользили по светлым прядям.— Забирай! Я тебе его нёс.

«нашёл, — коснулся разума Страйфа голос Кхамера. — она одна сердце чистое»«знаю он убрал»«Страйф...тут...»Даже сквозь бесстрастный мысленный контакт Чёрный Лорд ощутил его ярость и смятение. И знал причину. Конечно. Легко пытать незнакомцев по приказу наставника. Другое дело — увидеть следы пыток на том, кого признал своим. Особенно, когда это женщина. Особенно, когда сам ещё не понял, какие чувства к ней прячешь за маской равнодушия.То, что нужно. Пусть он кипит. Пусть запомнит.

Ариох сделал всё как было задумано. Но, как всегда — перестарался!

«Прости, милая! Но так надо!»

«забирай её и уходи», — скомандовал мысленно Страйф.

— Ты недоволен, брат мой? — ворковал Ариох, продолжая перебирать его волосы. — Я же сделал, что ты просил... О, я позволил ей сполна прочувствовать истинные пределы возможностей! Такой отклик! — Его смех звенел, как колокольчик. — Она так боготворила тебя! Забавно... но немного раздражало.

Он круговым шагом обошел Страйфа, обнял за плечи:— Ну почему ты отталкиваешь меня — равного тебе — и отдаёшь своё внимание... смертной?!

На последнем слове его прекрасное лицо исказилось, обнажив то, что когда-то привело его к предательству рода.

— Скажи, ты помнишь имена братьев? — внезапно спросил Страйф.— Помню. Я их любил... — Ариох поправил складки его плаща с показной нежностью.

— И всё-таки ты предал их. — Ладонь Страйфа скользнула по его щеке в почти ласковом жесте.— Я хотел быть ближе к тебе! — Младший вжался в его плечо, как испуганный ребёнок. — Ведь я любил тебя более всех остальных!

— И всё-таки ты предал и меня... Ревность в тебе сильнее всего! — Пальцы Страйфа внезапно впились в подбородок брата, оставляя следы на фарфоровой коже Ариоха. — Я тоже помню их имена. И как они умирали по твоей наводке. Я слышу их! А ты? Хоть раз за вечность ты пожалел о том, что погибли все Лорды? И знаешь что?!

Ариох дёрнулся, пытаясь отстраниться, но Страйф второй рукой схватил его за шею и ещё сильнее сжал пальцы на подбородке:— Не дергайся! Иначе я превращу твою прекрасную голову в месиво, закрою этот мир такой броней, что ты сгниешь тут, прежде чем выберешься наружу! — сквозь зубы шипел Страйф. — Я просил провести обряд! А ты освежевал её! Из-за чего? Детской обиды?!

— За то, что ты приблизил её к себе! — выкрикнул Ариох, бессильно царапая его руку. Лицо исказила гримаса боли. — За то, что выбираешь её, а не меня! Я твой брат!

— Так знай: я сотру все следы, что ты на ней оставил. Она даже не вспомнит, что ты касался её! — Страйф вплотную приблизился, чтобы брат видел безумие в его глазах. — А вот я... Я не забуду. Придёт день — и ты ответишь за всех!

Он оттолкнул Ариоха, буравя его тяжёлым взглядом. Лицо младшего исказила омерзительная гримаса:— Наша сделка отменяется? Брат мой, это недостойно тебя! — презрительно бросил он. — Ты выбрал смертных. Посмотрим, будут ли они тебя по-прежнему обожать, узнав правду!

— Твоему слову не поверят. Стоило задуматься раньше!— Я дождусь... И лишу тебя тех, кем ты дорожишь. Снова!

Страйф молча развернулся, взметнув полы своего плаща.Ариох визгливо смеялся вслед:— Твои цепи сломали тебя! Ты стал слабым!— Недолго осталось, — едва слышно прошептал Страйф, открывая портал.

Despite all my rage, I am still just a rat in a cage (с)

***Когда Страйф вошел в замок, Кхамер уже находился в пустом отсеке возле тренировочного зала. Он настраивал медицинских роботов и готовил капсулу, куда поместил... то, что осталось от неё после Ариоха.

Лорд медленно подошёл ближе. Она была жива, но в глубоком трансе — вероятно, ушла в него добровольно ещё до того, как Страйф задействовал амулет. Что неудивительно: суставы вывернуты под неестественными углами, кожа срезана изящными пластами, обнажая перекрученные мышечные волокна. В жестокости просматривалась чудовищная эстетика. Ариох действовал изысканно — в своём представлении об изысках.

— Он всегда таким был? Или стал, возвысившись после тебя? — хрипло спросил Кхамер, не отрывая взгляда от капсулы.

— Всегда. Он был худшим из нас, — Страйф посмотрел на подопечного. Рубашка прилипла к груди, тёмные пятна уже застывали коркой.— Ты бы смыл это, — мягко напутствовал он. — Разъест ведь хуже химиката.

— Успею, — буркнул Кхамер. Но Лорд видел — в его глазах полыхала взрывная смесь из ярости и... чего-то ещё.

— Иди! — настоял Чёрный, дружески похлопал его по плечу. — Ты уже не поможешь. А вот я займусь. И тебе тут точно быть не надо.Кхамер стиснул зубы, но покорно вышел.

Страйф долго смотрел ему вслед. Цель достигнута. Но какой ценой?Он осторожно отодвинул слипшиеся от крови пряди с её лица, наклонился и поцеловал в лоб.— Когда-нибудь ты поймешь, милая, зачем я так поступил. И найдешь в себе силы простить меня. — Его пальцы дрогнули, касаясь рёбер. — Ладно... Давай исправим всё.

Ладонь легла на грудную клетку. Плоть послушно расступилась, обнажая неровно бьющееся сердце. Страйф сжал его рукой, чувствуя, как оно трепещет. Но ему нужно было дальше. Туда, где в самой глубине прятался голубой огонёк — душа, великий дар Мироздания живым. Такой он увидел её в день, когда принял свое поражение, на конце тонкой линии вероятности. Такой он видел её и сейчас.

— Иди ко мне... — ласково позвал он и замер, едва коснувшись кончиками пальцев зыбких язычков голубого пламени.

Один из них робко лизнул палец, затем вся душа сжалась от страха... и перетекла в его ладонь. Страйф поднёс хрупкое сияние к глазам. С каждой пульсацией он чувствовал её. Сколько тепла и нежности она сохранила в самых сокровенных уголках! И теперь беззащитно трепетала у него на ладони.

Каково ей будет, когда узнает, что он безжалостно использовал её и принес в жертву планам?

Страйф прикрыл огонек второй рукой, пряча от мира. Сюда в Замок не мог проникнуть никто без ведома хозяина, но даже в столь защищённом месте, душа не должна быть оголена надолго. Слишком нежна и уязвима.

— Прости меня, — сорвалось с губ, когда он прижал ладони к груди. Её душа на секунду кольнула острой льдинкой, а потом проникла внутрь. Страйф быстро создал защитный кокон, чтобы его собственная сущность — ненасытный и вечно жаждущий неизведанного Хаос — не поглотила столь желанное лакомство, как беззащитная душа.

Закончив, он запустил программу полной регенерации. Тело восстановят роботы. А душу... душу он будет хранить сам. Пока не придёт время вернуть.

***

Кхамер ждал в главной зале. Страйф, усаживаясь в глубокое кресло, заметил свежие ожоги на его предплечьях. Всё же поздно смыл он кровь — успел подействовать содержащийся в ней Хаос.

— Пустяки, — отмахнулся Кхамер, заметив его взгляд. Толкнул в сторону Страйфа тяжелый хрустальный бокал с янтарным бренди. — Как там?

— Запустил твой арсенал, пусть работают. — Страйф сделал медленный глоток, растягивая удовольствие. Напиток обжигал губы, но не давал огня в крови — лишь отголоски терпкого вкуса дубовой бочки, который он ценил.

— Ты как лезешь к технике, так потом все заново пересобирать приходится, — заворчал Кхамер, хмуря брови.

Лорд виновато развел руками:— Не любит меня неорганика. Что поделать?

— Не проще было самому восстановить её тело?— Нет, материю лучше роботам твоим оставить. Я — за другое... — В глазах Страйфа сверкнули молнии. — Как подштопают, верну душу на место.

— В смысле — вернёшь? — Кхамер резко поднял голову. — Где она сейчас?

— Во мне. — На губах Страйфа появилась мягкая улыбка. На мгновение его грудь стала прозрачной, демонстрируя голубой огонёк в прочной броне защитных чар.

Кхамер поперхнулся бренди:— Ты совсем спятил?! Ты же...

— Да уймись, — спокойно прервал его Лорд, — не сожру. Так надежнее. Тело в глубокой коме восстановится быстрее. А я пока почищу память. Незачем ей помнить. Когда очнётся — не болтай лишнего.

— Я похож на идиота? — насупился Кхамер, исподлобья сверля взглядом старшего товарища.— И не смотри на меня так! Нет, ты его не убьешь, — Страйф откинулся на спинку кресла, прикрыл глаза. Тени от пламени играли на его измождённом лице. — И я его не убью.

— Братские чувства? — съязвил Кхамер, вращая бокал в пальцах.

Глаза Страйфа оставались закрытыми, но губы сжались в тонкую ниточку.— Мои братские чувства закончились, когда развоплотился Алкар. — Голос звучал на удивление равнодушно. — В отличие от нас, он был достоин существовать. Был... добрым.

— Чёрные Лорды способны на доброту? — Кхамер фыркнул, откидываясь в кресле.

— М-м-м... ты бы удивился! — наконец Страйф открыл глаза — они отражали пламя камина. — Он был похож... на неё, — лёгкий жест подбородком в сторону груди, где пульсировала чужая душа. — Что до Ариоха, то... Я не могу его убить. Пока.

Медленным движением он закатал шелковые рукава. На бледной коже проступили золотые руны, затем с металлическим лязгом материализовались массивные наручники, соединённые тёмной цепью. Кхамер невольно отпрянул.

— Что, не нравятся? Да... Дух Разума постарался на славу! — криво усмехнулся Страйф, пряча браслеты. — И поверь, старик, мне они тоже не нравятся!

Они замолчали, слушая треск огня в камине и попивая бренди. Все прочие звуки в Замке исчезли.— Как ты решился? — внезапно спросил Кхамер. Он годами избегал этой темы. — Зачем?

Страйф повернулся к нему, и в его взгляде снова сверкнули молнии.— Считаешь, совершил ошибку? Должен был пасть смертью храбрецов, кидающихся с открытым забралом в последний бой? Так погиб ты... Так погибли все мои братья. Почти все, — вздохнул он. — Этого от меня и ждали все участники тех событий. Только знаешь...

Лорд внезапно наклонился вперёд, и Кхамер почувствовал ледяную дрожь по спине:— Скажи-ка, кто совершил бóльшую ошибку: я, приняв плен? Или те, кто не добил меня, когда был шанс? Второго ведь я уже не дам!

Кхамер отвел взгляд. Что-то в этом разговоре его встревожило. Словно пошла рябь по гладкой поверхности воды. И это ему не понравилось.

Осушив бокал, он медленно встал, собираясь уходить. — Друг мой, — Страйф не поднял головы, но голос его обрёл странную мягкость, — только не делай глупости. Горячка — плохой советчик.

Кхамер неопределенно отмахнулся:— Последи за собой лучше.И исчез.

Страйф потянулся к каминной полке. Его пальцы нашли музыкальную колонку — её колонку.

— Поиграем с судьбой, милая? — ласково шепнул он, обращаясь куда-то внутрь самого себя и чувствуя непривычную тяжесть в груди. Тяжесть живого, бьющегося сердца. По странной иронии Мироздания, в этом чужом сердце он видел себя — того, каким мог бы быть. И с мрачной решимостью жаждал лишь одного — пройти этот путь до конца, чтобы начать всё сначала.

...опустел наш сад, вас давно уж нет,Я брожу один весь измученный.И невольные слёзы катятсяПред увядшим кустом хризантем

Отцвели уж давноХризантемы в саду,Но любовь все живетВ моем сердце больном... (с)

Режим случайного выбора песен действительно не ошибался никогда!