Глава пятая

Альциона никогда не спала. Казалось, тишина считает себя чужеродной и неуместной в столице Атластиона. Днем город впечатлял изяществом и размахом, а по ночам напоминал огромную ярмарку, где каждому найдется и место, и развлечение.

Столицу основал еще Талмер Аргейд, вождь морских племен, пришедших с запада в поиске новых земель. Ходила легенда, что путь указал ему свет Плеяд, особенно ярко вспыхнувших в темную ночь шторма. Сочтя это за предзнаменование, Талмер сказал соратникам: "Там, куда укажут звезды, где море встретит их, мы будем жить".

Под своим началом Талмер объединил рыбаков, мореходов, земледельцев — и вскоре исполнил обещание, когда основал город и положил начало эпохе, позже названной Эпохой Пламени Атластиона.

Минул не один великий круг, на трон всходили новые сыны рода Аргейд, и страна расцвела в полную мощь. Альциона — город, что был назван в честь самой яркой из Плеяд, осветивших Талмеру путь, — превратилась в величественную столицу. С одной ее стороны возвышался белоснежный дворец с голубыми сводами, с другой — Храм Трех Сфер, а в центре между ними находился Звездный Алтарь. Клото, Лахесис и Атропос взирали на Альциону со своего постамента, украшенного схемами звездных путей. Дворец, Храм и Алтарь были выстроены по одной линии, и глядя на них, можно было подумать, что они соединены нитью судьбы.

Школы и лекарские, торговые лавки и уличные рынки, купальни и таверны, храмы и дома свиданий: столица дарила своим детям все, что они могли пожелать. Наполненная солнечным светом и морскими ветрами, песнями странников и криками торговцев, болтовней праздных гуляк и хитросплетениями интриг, она отовсюду манила людей. Днем Альциона сияла торжественным великолепием — а с наступлением пульса тени выставляла напоказ другую сторону.

Повсюду зажигались фонари разных цветов — и начиналась ночная жизнь. Ее знатокам и ценителям было известно, о чем говорит тот или иной оттенок. Бледно-голубой обещал гостям заведения наслаждение для слуха и глаз, на свет зеленых фонарей стремились те, кто желал отведать особых блюд, а фонари, сияющие алым, звали на свой свет желающих одарить удовольствием тело. Альциона превращалась в многоцветное полотно, сплетенное не Мойрами, а людскими желаниями. Из окон лилась музыка, заманивая переливами гостей, в разных уголках города начинались гуляния, которые могли продлиться до Пульса Зари. Там и тут мелькали прорицатели, готовые "прочитать судьбу по звездам", выступали артисты, демонстрируя свои умения и таланты, в поисках наживы сновали шарлатаны и мелкие воришки. Так продолжалось до пульса зари, когда последние искатели развлечений отправлялись по домам.

Сегодня Альциона привычно пестрила огнями, звуками и развлечениями. По ее улицам сновали толпы людей, среди которых легко мог затеряться кто угодно — и два человека в длинных плащах с низко опущенными на лицо капюшонами, обитыми мехом, исключением не стали. Они обходили хмельных гуляк, отмахивались от назойливых торговцев и негромко переговаривались между собой. Эти двое сделали круг по центральной площади, обошли Звездный Алтарь, свернули западнее и скрылись в одном из прилегающих к площади переулков. Пройдя его, вновь повернули — и один из путников громко цокнул.

— Лорд Тэйгас, — недовольно протянул он. — Если в твоем представлении "развлечься" означает "шататься по грязным закуткам, марая сапоги", то у меня для тебя скверные новости.

— Я делаю это, — лениво отозвался Эльтанин. — Из соображений безопасности.

— Если ты переживаешь о сохранности, стоило прихватить с собой парочку стражей. Или хотя бы Талика. Но уж точно не отправляться в одиночку.

Эльтанин остановился и скрестил руки на груди. Солин ушел вперед на десяток шагов, прежде чем заметить, что друг остался позади. Не обнаружив Эльтанина рядом, он обернулся.

— Ты чего?

Вместо прямого ответа Устроитель Судеб негромко свистнул. Солин уже собрался возмутиться очередной странной выходке, как с двух крыш к Эльтанину метнулись тени. Солин дернулся и открыл рот, чтобы закричать "Берегись!", но наблюдательный разум ученого быстро уловил странность. Тени не нападали, в их руках не блеснул металл мечей. Сделав в воздухе кувырок, тени приземлились по обе стороны позади Эльтанина, сложили руки в почтительном жесте и поклонились:

— Устроитель.

Хотя голоса говоривших были приглушенными из-за скрывающих их лица масок, а очертания фигуры по большей части были спрятаны темно-серыми плащами, лорд Эларий смог понять, что перед ним стоят не обычные стражи. Он пригляделся — заметил и ножны, из которых торчали изогнутые рукояти клинков, и золотистую узорную пряжку на кожаных ремнях. Чуть нахмурился, кое-что вспоминая, а потом его глаза удивленно распахнулись.

— Наемницы? Тэйгас, это те самые "Клинки"? Они тебя охраняют?

— Моя охрана — не единственное, что входит в круг обязанностей "Клинков Гекаты". Но в любом случае, они всегда рядом со мной, и пока это длится, мне почти нечего опасаться. Ночная Ключница, — позвал он, слегка повернув голову. — Я прав?

— Да, Ваше Сиятельство. Сейчас для нас есть какие-либо поручения?

— Нет. Ступайте.

Так же стремительно, как появились, девушки исчезли. Солин подскочил к Эльтанину и подхватил его под локоть.

— Пока ты меня лично не познакомишь с этой "Ключницей", я буду преследовать тебя днями и ночами.

— Помилуй, — простонал Эльтанин. — Думаешь, у Селены не хватает других забот, кроме как красоваться перед тобой?

— Теперь я знаю, что ее зовут Селена! Первый шаг сделан. Расскажи мне о ней еще что-нибудь. Как она вообще у тебя появилась? Я столько раз у тебя спрашивал, может ты уже снизойдешь до ответа?

— Обойдешься, — отрезал Эльтанин.

И дело было не в том, что лорд Тэйгас отчаянно хотел сохранить эту историю в секрете — он не прочь оказался бы навсегда забыть о том, при каких именно обстоятельствах в его жизни появилась Селена Вартэс.

Эльтанин не искал ее специально и в принципе не помышлял обзавестись отрядом наемниц. Пока Селена не возникла на пороге его дома, чтобы заявить:

— Странствующий прорицатель увидел, что мы с вами связаны нитями судьбы. Если так решили сами Мойры, то я обязана служить вам. Прогнать меня не рассчитывайте, я никуда не уйду.

Лорд Тэйгас, познавший крайнюю степень изумления из-за того, что незнакомке удалось легко обойти стражу его особняка, в тот момент желал лишь одного. Найти этого прорицателя, связать по рукам и ногам первыми попавшимися нитями и скинуть в Северное море. Девушку, которая в тот момент уселась на пол и всем видом демонстрировала твердость намерений, Эльтанин не отказался бы отправить туда же. Но то ли удивление Устроителя Судеб было столь велико, что он временно лишился способности ясно мыслить, то ли заговорило его чутье — так или иначе, неожиданно для самого себя Эльтанин предложил гостье показать, что она умеет и каким именно образом собралась служить ему.

Меньше, чем через один аструм, ошарашенный лорд Тэйгас имел честь наблюдать, как двое его стражей, отобранных лично Венценосной вдовой и Покровителем Нитей, лишаются своего оружия в несколько ловких, точных и невероятно быстрых приемов. Топить неизвестного прорицателя больше не хотелось, но Селене, чье имя Эльтанин наконец узнал, первым же распоряжением он приказал забыть все глупости о Мойрах и связи по судьбе. Так Селена стала первым из "Клинков Гекаты" и с тех пор всегда неотступно следовала за лордом Тэйгасом.

Как и сегодня вечером, сопровождая их с Солином, пока они не добрались до нужного места.

Взглянув на здание, перед которым оказался, Солин закатил глаза. Хотя теперь фасад сверкал белизной отполированного камня, а не возвышался громадой из черного мрамора, и над входом ныне располагались не статуи танцовщиц, а три арки, украшенные резьбой в виде театральных масок, место лорду Эларию было знакомо.

Он негромко фыркнул.

— Эльтанин, ты мог бы сразу оповестить меня о том, что мы идем в "Павильон ночного круга". Чем ты собрался меня здесь удивить? Конечно, я понимаю, для тебя местечко необычное. Но я-то во время учебы здесь был частым гостем.

— Лорд Эларий, теперь это место зовется "Домом теневых масок", а тебе предстоит открыть его с новой стороны.

— И давно здесь все начало меняться?

— С тех пор, как сменилась хозяйка, а я выкупил половину заведения, — беспечно ответил Эльтанин и повернул за угол. Он вывел Солина к боковой двери, предназначенной для служителей "Дома теневых масок".

— Лорд Тэйгас, — поклонился встретивший их привратник. — Ваша ложа ждет вас.

Стоило им пройти в "Дом", как двух друзей тут же окутали ароматы духов, изысканных блюд, вина и курительного дыма. Для Эльтанина эта тяжелая, дурманящая смесь была уже привычной, а Солину пришлась в новинку и привела его в восторг. Он на все лады нахваливал атмосферу, украшения, лестницу, которая вела к нужному им балкону. Оказавшись в ложе, где гостей уже ждали закуски и напитки, Солин хлопнул в ладоши.

— Беру свои слова обратно. Здесь действительно все поменялось.

— Стараниями леди Саори. Стоит вас познакомить, она тебе наверняка понравится.

Эльтанин скользнул взглядом по нижним ярусам зала, надеясь заметить Лианэю Саори — совладелицы "Дома", которой он хотел представить Солина, — но замер, а затем сделал широкий шаг назад, будто пытаясь спрятаться в глубине ложи. Солин заметил, как друг напряг плечи, как неестественно выпрямилась его спина. Лорд Эларий проследил направление взгляда Эльтанина и тяжело выдохнул:

— Только не это.

В ложе, находившейся напротив, сидели Звездный Опекун и человек, известный каждому, кто бывал на официальных приемах во дворце или знал, как устроена королевская охрана. Страж Звездного дома. "Ликар Эскарид", — припомнил Солин. Капитан стражи королевского двора и тайной сыскной службы Альционы.

— Каков шанс, что они позабудут о вежливости и не подойдут к нам, чтобы засвидетельствовать почтение?

— Они не станут. Звездный Опекун не в том состоянии, чтобы здороваться с кем бы то ни было.

Эльтанин не ошибался. Широкие взмахи руками, странная поза и то, как Ликар придерживал Звездного Опекуна, позволяли легко понять: Антар Сириат был пьян. Даже пожелай он добраться до ложи Устроителя Судеб, Ликар вряд ли позволил бы этому осуществиться.

Эльтанина Страж Звездного дома все же заметил. Он кивнул в знак приветствия, а Солина удостоил лишь коротким взглядом. Этого оказалось достаточно, чтобы Солин вздрогнул и придвинулся ближе к Эльтанину, едва ли не прячась за него. Потому что взгляд Ликара Эскарида не был ни теплым, ни дружелюбным. Скорее это был взор волка. Темный, хищный — он будто проникал в самую суть души и легко мог вытащить из ее глубин неприглядные тайны. "Всегда, всегда держаться от него как можно дальше", — подумал Солин и поспешил отвернуться ради пристального изучения тканевой обивки стены.

К счастью, объявили начало представления. Служители "Дома" погасили лампы на лестницах и в проходах, зато вокруг сцены, накрытой темно-синим бархатом, их тут же зажгли.

Солин потянул Устроителя Судеб за рукав.

— Что за спектакль?

— "Песня на волнах". История о девушке, чей возлюбленный ушел в плавание. Она ждала его, писала письма, но он так и не вернулся.

— Как трагично. Истории о расставании всегда такие грустные.

Зазвучала музыка. Прозрачная, словно дождь, мягкая мелодия. На сцене появилась девушка, облаченная в одеяния из белых и лазурных тканей. Правая половина ее лица была скрыта маской со слезой. Актриса заскользила по сцене, держа письма в руках. Одно она бросила в деревянный ящик, второе — на зеркальный диск, будто в воду. Снова и снова по сцене летели письма. Иногда за спиной актрисы возникал ее «возлюбленный». Из-за полупрозрачной ткани к ней тянулась рука, но мужчина никак не мог поймать ее, дотронуться хоть на миг. Их разделяло море — актриса в в темно-синих одеждах из десятков лент и слоев легкой ткани, кружилась по сцене от девушки к моряку, то нежно касаясь, то грубо отталкивая.

Движения ускорялись, музыка становилась мрачнее. Стали слышны глухие удары, похожие на плеск волн у суровых скал. К финалу, когда море окончательно поглотило моряка, завыли трубы. Он полностью исчез за темной завесой, и на сцене осталась лишь девушка, потерявшая возлюбленного. Она встала, подняла руки к небу, и на нее начали падать тонкие серебряные ленты — слезы богинь. Актриса поймала их все до единой, прижала к груди — и свет над сценой погас.

Повсюду раздались оглушительные овации, и Солин к ним тоже присоединился. Он подскочил с места, принялся громко хлопать и с восторгом обратился к Эльтанину:

— Лорд Тэйгас, води меня сюда почаще! Но в следующий раз предупреди, что актрисы будут такими прелестными, я запасусь цветами.

Эльтанин его проигнорировал. С начала и до конца представления он внимательно наблюдал за Антаром, с которого от увиденного словно слетел хмель. Конечно же, Звездный Опекун узнал историю, положенную в основу "Песни на волнах". Когда-то в прошлом Эльтанин и Антар вдвоем придумывали, как можно выразить ее в танце. Антар невероятно любил ее в детстве — а Эльтанин потом поделился ей с Лианэей. Это произошло спустя два орба после того, как пути Антара и Эльтанина разошлись, и Устроитель Судеб пожалел о своем порыве в то же мгновение, когда последнее слово слетело с его уст. Он отчаянно жалел об этом и сейчас. Эльтанин как наяву ощущал ярость, вспыхнувшую в сердце Антара. Она раскаленным металлом текла к ногам Устроителя Судеб, поднималась к сердцу, заставляла задыхаться. Как никогда сильно Эльтанину захотелось сбежать. Из "Дома", столицы, от себя самого — и впервые он так искренне радовался появлению служителя, который передал Эльтанину записку. Как только лорд Тэйгас изучил написанное, он молча протянул листок к огню. Когда пепел осыпался, Эльтанин сказал лишь:

— Скоро буду.

Слуга вышел, а Эльтанин повернулся к другу.

— Солин, прости. Мне доложили, что дела в "Доме" требуют моего срочного присутствия.

— Пф, Тэйгас, не переживай, — Солин беззаботно рассмеялся и откинул со лба непослушную челку. — Я замечательно провел вечер. К тому же, мне не стоит задерживаться. Мои грядущие обязанности требуют от меня завтра наведаться в Академию, и мне не хотелось бы наносить этот визит, не выспавшись хорошо.

— Когда тебе это мешало, Хранитель? Я найду для тебя сопровождающего.

— Жаль, что ты не захочешь приставить ко мне своих "Клинков". Я бы не отказался прогуляться в сопровождении прекрасных дам.

— Когда-нибудь я обязательно исполню эту просьбу. Но не сегодня, увы.

Стараясь двигаться как можно быстрее и надеясь, что Звездный Опекун их не заметит, Устроитель Судеб проводил Солина. Стоило лорду Эларию скрыться из виду, как к Эльтанину подошел поверенный слуга, чтобы сопроводить в одну из частных комнат. Слуга вежливо пропустил его в окутанные сумраком покои, и Эльтанин направился прямиком к сидевшему за низким столиком человеку.

— Астрег Вегаирд, счастлив видеть вас в добром здравии. Позвольте поздравить с недавней победой и осушить вместе с вами кубок за доблесть Легионов Звездного Щита.

По комнате прокатился громоподобный смех, как нельзя лучше подходящий похожему на огромное дерево вояке. Он с силой хлопнул себя по бедру и указал на место рядом с собой:

— Садись, малыш Тэйгас. Нам есть, о чем поболтать. Поручение Ее Величества отлагательств не терпит. Так что готовься, ночь может быть очень долгой.

О том, что ночь будет бесконечной, в этот момент думал и Страж Звездного Дома. Ему выпала участь тащить на себе изрядно набравшегося Звездного Опекуна, искать для него экипаж и вести мимо стражников, предусмотрительно отводящих взгляд. В своих покоях Антар, не прекращая жаловаться на тошноту и головокружение, скинул с себя сапоги и всю одежду, после чего бухнулся в кровать.

Сегодняшние поступки и поведение Звездного Опекуна были ему несвойственны настолько же, насколько луне несвойственно согревать тех, кто любуется ее светом. Но Антар имел на то полное право, и друг не осуждал и не корил его. Только вздохнул, попросил немного подождать и отлучился, чтобы приготовить целебный отвар, способный избавить Звездного Опекуна от недомогания. После того, как Антар выпил содержимое поднесенной ему чаши, Ликар помог ему устроиться поудобнее, накрыл одеялом, погасил свечи и покинул покои Звездного Опекуна.

Голова Антара гудела так, будто в ней колотили по меньшей мере два десятка боевых барабанов. Все, о чем мечтал Звездный Опекун, — провалиться в спасительное забытье. И может быть, хоть ненадолго встретиться там с отцом, еще раз перекинуться с ним парой слов. Еще раз увидеть его мягкую улыбку.

Погрузившись в мир грез, Звездный Опекун и в самом деле увидел отца — но лишь его удаляющуюся спину. Антар побежал, протянул руку, чтобы прикоснуться, но увы. Свежий ветер, порывом пронесшийся рядом с Антаром, развеял полупрозрачный силуэт. Он рассыпался на сотни искр, таких ярких, что во сне Антар зажмурился — а когда вновь распахнул глаза, то увидел новый сон.

Который перенес его на семь с половиной орбов назад. В день, перевернувший жизнь Антара.