Глава XX: Один День (Часть 4)

Этна была в бешенстве. Её костлявые руки взметнулись к небу, но не успела она произнести заклинание — из рук Олафа и Блатнайт вырвались золотые путы. Те, что выпустила Блатнайт, обвились вокруг её левой руки, а путы Олафа — вокруг правой. Ингвар, наблюдая за происходящим, не мог поверить, что два сильнейших мага Мидгарда едва справляются с одной ведьмой.

Бригитта толкнула его в плечо и указала на Магнуса — тот был теперь без защиты своей покровительницы. Идеальный шанс.

Руночей уже собирался произнести заклинание, но его опередила Бригитта.

"Златые путы, сомкнитесь!" — воскликнула она, повторяя жест, которым её родственница ранее связала Этну.

Она надеялась сковать Магнуса — но рука внезапно изменила траекторию и ударила в Гвен. Та, до этого сидевшая в стороне с отрешённым взглядом, не сопротивлялась. Опутанная золотыми верёвками, она молча смотрела на Бригитту и Ингвара, и по её щекам текли слёзы. Ей было больно — за то, что предала подругу, за то, что Ингвар так легко отверг её чувства. Она не видела ни выхода, ни смысла идти дальше. Просто смотрела на них и плакала.

"Оставь её," — тихо сказал Ингвар, коснувшись руки Бригитты. — "Пока Блатнайт и Олаф ещё сдерживают ведьму, нам нужно победить Магнуса."

Бригитта взглянула на него с раздражением, но после короткой паузы кивнула. Она понимала: сейчас на кону всё. Если они смогут уничтожить приспешников Этны, ведьма останется одна, и тогда у них появится шанс сбежать. Главное — не отступать и не ошибиться.

Ингвар перевёл взгляд на бывшего ярла.Тот стоял в нерешительности, не понимая, как именно ситуация изменилась так быстро. Его союзница только что была повержена одним заклинанием, саму Этну удерживали два сильнейших мага Мидгарда, и он — последний, кто ещё мог сражаться. Но он не показывал ни страха, ни растерянности. Подняв над головой молот, он шагнул вперёд, направляясь к Ингвару. Бригитта встала рядом, готовая к бою.

"Послушай," — негромко сказал Ингвар, вкладывая в слова всё тепло, — "Магнус слаб как маг, но опасен в бою. Главное — не подпускай его слишком близко. Тогда мы справимся."

"Думаешь, я не знаю?" — усмехнулась она. — "Я уже побеждала его, но тогда просто не хотела убивать. А теперь мне всё равно."

Всё-таки Бригитта — его Бригитта — была бесподобна. Она умела даже самую сложную ситуацию обернуть так, что ему становилось спокойно и тепло от того, что она рядом. А может быть, оттого, что рядом была именно она. Против них двоих у Магнуса не было и шанса.

"Используй колья, магию земли, безмозглая собака!" — завизжала Этна, корчась в путах. — "Ну же! Дерись, пока я не разорвала эти цепи!"

Магнус метнул покорный взгляд на ведьму и сжал молот. Он явно снова собрался использовать магию земли.

Но Ингвар уже знал, что делать. Он взял в руки Солтрор и широко улыбнулся. Руночей знал, какое заклинание собирается использовать. Магнуса можно было остановить одним движением руки, и он, не колеблясь, воздел меч к небу и выкрикнул:

"Свет Кеназа, обнажи ложь! Жги сердца, что погрязли во мраке!"

Когда-то он уже применял это заклинание против стражников, чьи помыслы были нечисты. Священное пламя руны Кеназ сжигало лишь тех, в чьих сердцах царила жажда власти, тех, кто ставил собственную выгоду выше жизней других, кто подчинялся низменным инстинктам и презирал сострадание. Против этого огня не существовало защиты — он проникал внутрь и пожирал человека изнутри, оставляя после себя только обугленные останки, вспыхивая светло-жёлтым, почти ослепительным пламенем.

Магнус знал, с чем имеет дело. Он никогда не был дураком. Полные ненависти глаза метнулись к бывшему другу, и он бросился на Ингвара, желая в последние мгновения причинить ему хоть какой-то вред.

Первым упал его молот.

С тяжёлым грохотом он ударился о землю, взметнув в воздух клубы пыли. Следом раздался крик — пронзительный и нечеловеческий. Тело огромного викинга охватили языки пламени, он пытался содрать с себя кожу, катался по земле, но это лишь ускоряло его гибель. Не добежав нескольких шагов до руночея, он упал на колени, издавая душераздирающий вой, и вскоре вслед за молотом повалились и его опустевшие доспехи. Самого Магнуса больше не было.

Ингвар с сожалением покачал головой.

"Когда-то ты был мне другом, Магнус Бьорнссон. Но это время давно прошло."

Бригитта, с изумлением вскинув брови, посмотрела на Ингвара.

"Интересное заклинание," — заметила она. — "Не припомню, чтобы у нас было что-то подобное. Как оно работает?"

Ингвар открыл рот, чтобы объяснить, но его опередил пронзительный крик Этны:

"Проклятые слабаки! Что один, что вторая! Нет от вас толку, никакого!"

Она дёрнулась с новой силой, и на этот раз ей удалось надорвать одну из верёвок, сковывавших её руку. Блатнайт мгновенно напряглась:

"Мы не сможем удерживать её вечно! Прикончите девчонку — и мы откроем портал!"

Бригитта медленно перевела взгляд на лежащую связанную Гвен.

"Что ж..." — тихо произнесла она. — "Похоже, пришло и моё время отпустить прошлое."

Она подошла к подруге. Та не двигалась, как будто не замечая происходящего. По-прежнему с отрешённым видом она смотрела на Ингвара и Бригитту, и слёзы беззвучно катились по её щекам. Происходящее, похоже, сломило её окончательно. Бригитта, колеблясь, то поднимала руку, то вновь опускала её. Ингвар понял всё раньше, чем она заговорила.

"Ты не можешь убить её," — с мягкой улыбкой сказал он.

"Ты прав, не могу," — прошептала она и, рассеянно почесав шею, вдруг резко вздрогнула, будто что-то вспомнив. — "Ингвар... Этна наложила на меня заклинание, ещё на острове. Она поместила в меня каких-то существ— рядом с сосудами, вот здесь. А что если... она управляет мной? Что если я не могу убить Гвен потому, что она сдерживает мою волю?"

Викинг вдруг рассмеялся. Бригитта непонимающе посмотрела на него, и он поспешил объяснить:

"Я увидел это заклинание на тебе ещё тогда, в первые секунды нашей встречи. Оно больше не опасно. Я избавил тебя от всего зла, что она успела вложить, ещё по дороге сюда, когда мы ехали на Адалайне. Я просто не хотел напоминать, чтобы не тревожить тебя зря. Но раз уж ты вспомнила... Нет, Бригитта. Ты не убила Гвен не потому, что Этна тобой управляет. А потому, что у тебя такое сердце. Ты не отвечаешь злом на зло. Ты не причиняешь боли, если это не нужно ради спасения. И за это я тебя люблю. Ты — это ты."

Бригитта молчала. В груди поднималась волна нежности, но она не позволила себе показать это — сейчас было не до того. Ингвар, переведя взгляд на Блатнайт, заговорил:

"Думаю, мы всё решили, Блатнайт. Девушка связана. Мы не собираемся её убивать, пусть остаётся здесь навечно. Открывай свой портал."

Блатнайт взглянула на него, и впервые в её глазах появилось уважение. Она кивнула, взяла Олафа за руку и начала медленно, нараспев читать заклинание:

"Врата меж мирами, откройтесь: от сияния мира к сиянию людскому!"

Она повторяла его снова и снова, пока перед ними не появилась яркая красная точка. Она начала пульсировать и расти, пока не превратилась в широкий, переливающийся разными оттенками красного, портал. Ингвар взял Бригитту за руку, бросил последний взгляд на Блатнайт, кивнул ей и шепнул:

"Спасибо за всё."

Они прыгнули в портал, и тот начал закрываться. Но прежде чем проём исчез окончательно, из Лабиринта Душ раздался отчаянный крик Олафа:

"Чёрт побери! Я не удержал её!"

Ингвар в ужасе застыл, прислушиваясь к тому, что происходило в стремительно исчезающем Лабиринте Душ. Сердце глухо билось где-то в горле, он чувствовал, как кружится голова и перехватывает дыхание. Бригитта, кажется, потеряла сознание — слишком велико было напряжение последних минут. В самый последний миг, сразу перед тем как портал закрылся, он увидел летящую за ними фигуру проклятой старухи в тёмном капюшоне.