Глава 25. «Вопросы без ответов»

Куратор никогда не менял привычек. Если он говорил, что будет в архиве ровно в восемь вечера, так и было. Реми помнила это, и пусть для всех она выглядела растерянной, полупустой, запутавшейся - внутри нее шаг за шагом выстраивалась другая стратегия.

Она пришла без предупреждения, не послав сообщения, не спросив разрешения. Просто открыла дверь. Он сидел за длинным металлическим столом, согнувшись над документами. Куратор даже не удивился, увидев ее.

- Я знал, что ты придешь.

- Тогда вы знаете зачем, - ответила Реми.

Он жестом предложил ей сесть, но она осталась стоять.

- Я нашла голосовое письмо на почте, - начала Реми. - Между вами и Билли. Оно было не для моих глаз, правда? Но планшет сохранил его благодаря автоматической синхронизации. Вы забыли удалить.

- Ты не должна была его видеть, тем более в таком состоянии.

- В каком? - уточнила Реми. - В состоянии, когда мне говорят, что у меня амнезия, а я помню каждую секунду? Или в состоянии, когда я должна снова доверять, не зная, кому верить?

Он ну секунду замолчал, затем поправил очки.

- Что именно ты хочешь знать?

- Все с самого начала. Почему Билли была рядом? Почему вы следили? Почему мою жизнь можно было использовать?

Куратор никаких оправданий не предложил.

- Ты была нестабильна в самом начале, Реми. И мы видели в тебе... переменную. Возможность проверить, как человек адаптируется к системе, если его не интегрировать насильно, а интегрировать через привязанность и эмоции.

Она моргнула. Слово «переменная» ударило.

- То есть?

- Ты была возможностью и Билли знала это. Она один из лучших наблюдателей и она справилась, даже... чересчур хорошо.

- Она влюбилась, - прошептала Реми. - Или сделала вид?

- На этот счет у нас нет данных и никогда не будет. Такие вещи не измеряются, - сказал он.

Она почувствовала, как дыхание срывается от боли и гнева.

- И все это было по плану?

- До тех пор, пока ты не оказалась сильнее, чем мы рассчитывали.

- А нападение? - спросила она. - Тоже часть плана? Или Кира просто сошла с ума?

У куратора на лице впервые появилось что-то похожее на сомнение.

- Кира вышла из-под контроля. Мы ее недооценили. Билли должна была держать ситуацию, но она выбрала тебя.

- Поздно, - отрезала Реми. - Она выбрала поздно.

- Ты можешь продолжить притворяться, что ничего не знаешь, - сказал куратор. - Это даст тебе время или можешь начать копать глубже. Но ты должна понимать, что чем больше узнаешь, тем больнее это будет.

Реми стояла, как статуя, а потом тихо сказала:

- Больнее, чем от удушья? Вряд ли.

Она развернулась и ушла, не попрощавшись. В ее кармане лежала флешка, пока куратор говорил, она активировала скрытую синхронизацию, которую настроила заранее. Доступ к его терминалу был минимальный, но этого хватило, чтобы скачать часть скрытых журналов и письмо с почты. Она не знала, что найдет там, но знала, что она не остановится.

Вечером Реми сидела у окна своей комнаты в кампусе. Он жил обычной жизнью: студенты спешили в корпус, кто-то смеялся внизу, кто-то курил у парадного входа. Только внутри нее что-то не стыковалось. Как будто пазл, который все это время она собирала, наконец сложился, но картина оказалась совсем не той, что обещали на коробке.

Билли постучала, прежде чем войти.

- Привет, - сказала она.

- Привет, - Реми не обернулась.

- Как ты себя чувствуешь?

- Как человек, которого только что вытащили из могилы. - Она наконец повернула голову и слабо улыбнулась. - Хочешь прогуляться?

Билли удивленно моргнула. - Конечно, если ты хочешь. Только надень куртку, уже холодно.

Они шли по территории, как когда-то давно. Но если тогда в эти прогулках было доверие и будто невидимая нить между ними, то теперь только игра. Одна играла в любовь, вторая в амнезию.

- Расскажи мне все. Что между нами было?

Билли опустила взгляд.

- Сложно рассказать. Ты - это была ты. Живая, дерзкая, упрямая. Мне хотелось быть рядом, хоть ты меня и отталкивала. И я осталась.

- Просто так? - спросила Реми.

- Просто так, - кивнула Билли. - Потому что ты была искренней и настоящей.

- Скажи, - тихо произнесла она, почти шепотом. - А ты подошла ко мне в самый первый день по приказу?

- Что? - переспросила Билли.

- Ну, просто интересно. - Реми повернулась к ней. - Ты ведь никогда не говорила, зачем подошла. Ты же была старше, знала правила. Почему ты выбрала меня?

Билли на секунду замерла. - Я не уверена, что смогу это объяснить, - сказала она, избегая взгляда.

- Не можешь, или не хочешь? - уточнила Реми.

Билли сделала вдох. - Мне нужно вернуться, - наконец сказала она. - У меня дела, прости.

И ушла, даже не попрощавшись. Реми осталась стоять одна, прислонившись к дереву. Она не знала, что больнее: удушье тогда или это новое молчание между ними, которое душило куда сильнее.

На следующий день они снова встретились в кампусном дворе.

- Почему ты не ответила на вопрос, когда я спросила пришла ли ты ко мне не по приказу? - спросила Реми.

- Я не смогла. Потому что...

- Потому что?

- Это сложно. Ты не заслуживаешь ответа за такое, - тихо сказала Билли.

- А ты заслуживаешь. Ты заслуживаешь объяснить, почему была рядом, когда я не могла ни вспомнить, ни понять, можно ли тебе верить.

Билли не ответила.

- Молчание это тоже ответ, - сказала Реми. - Я знаю, что ты еще далеко от искренности.

Она вернулась в комнату. У нее горели глаза от бессонницы. Реми открыла ноутбук, загрузила логи наблюдений и голосовое, которое заранее скачала. Искала там слова «чувства», «любовь», «не по приказу». Она ничего не искала вслух, но искала внутри себя. Наконец ей попался еще один фрагмент:

«Она сильнее, чем мы думали. Это просто... неожиданно».

Эта строчка взорвала спокойствие. Она закрыла глаза и шепотом сказала себе:

- Даже если это болезненно, я все равно найду правду.

Компания из трех человек сидела в комнате. Тали на полу, прислонившись к дивану, у нее в руках была чашка, пахнущая яблочным чаем и корицей. Леон устроился в кресле, без своей обычной дерганой нервозности, казался тихим. Эмири молча листала книгу на подоконнике, но не читала, слушала, что происходит.

И все равно чувствовалось напряжение. Необъяснимая настороженность в ее взгляде, странная отстраненность, которую нельзя было списать только на амнезию.

Дверь тихо приоткрылась.

- Можно? - раздался голос Реми.

Тали подняла глаза и улыбнулась ей.

- Конечно, заходи.

Она села на пол, поджав под себя ноги, на мгновение закрыла глаза.

- Мне нужно кое-что вам сказать, - проговорила она, не поднимая взгляда.

Тали тут же подалась к ней, вытянула руку, коснулась ее плеча:

- Все хорошо, не бойся. Мы с тобой.

Реми кивнула, сделала вдох и выдохнула:

- Я все помню.

В комнате повисла тишина.

- Что?... - прошептала Эмири.

- Я не теряла память, - продолжила Реми. - С первого момента в палате... все вернулось. Я просто притворялась, потому что... не знала, кому верить. Потому что боялась, что если скажу вслух все станет реальнее и больнее.

Леон опустил голову, провел рукой по затылку:

- Боже...

- Почему ты не сказала раньше? - Тали говорила спокойно, чтобы не спугнуть.

- Я хотела быть уверенной в вас, - Реми посмотрела ей в глаза. - И теперь я уверена, что вы не часть этой системы. Вы моя семья здесь, я не боюсь вас.

Тали подошла ближе и крепко обняла ее, как сестру. Леон сел рядом, положив руку Реми на спину. Эмири подошла и села напротив, посмотрев ей в глаза:

- Спасибо, что сказала. Это... значит для нас больше, чем ты думаешь.

И в этот момент, впервые за все время после больницы, Реми позволила себе заплакать не от страха, не от боли, а от облегчения. Потому что теперь она была не одна и притворяться больше не нужно было.

Она вытерла глаза рукавом свитера. Слезы катились не по щекам, а куда-то глубже, внутрь, будто размораживалась душа, застывшая с той самой ночи. С того самого взгляда Киры, с тех слов Билли, с ее прикосновений, с ее лжи.

- Я помню, - прошептала она, - как Кира держала меня за горло. Помню, как я не могла вдохнуть. Как слышала крики Билли. Я даже чувствовала секунду перед тем, как потеряла сознание. И знаете, что было последним в голове?

Все трое молчали. Слушали, затаив дыхание.

- «Ты хотела это увидеть до конца, ну вот и смотри». Это был мой собственный голос, моя собственная злость ко мне и потом ничего. А потом больница и Билли рядом. Лживая, тихая, нежная. И все, что я чувствовала это страх. Я знаю, что не хочу быть жертвой: ни ее, ни Киры, ни этой школы. И я не хочу больше играть.

Леон усмехнулся: - Звучит, как начало плана.

- Это и есть план, - тихо сказала она. - Я начну спрашивать, доставать, узнавать. Я хочу знать, что со мной сделали. Почему выбрали меня? Почему Билли осталась рядом и что это все было?

- Ты уверена, что справишься? - Эмири склонила голову. - Это все может разрушить то, что ты знала о себе.

- А если я уже разрушена? - ответила Реми спокойно. - Может, я просто должна теперь выбрать, кем стать.

Тали крепко взяла ее за руку.

- Тогда мы с тобой. Ты не будешь одна.

Она кивнула. Первый шаг был сделан и больше Реми не будет прятаться.