«Принудительное спасение»

Её друзья и родственники пытались помочь, но Эн избегала их. Её комната превратилась в маленькое святилище, где вещи Феликса окружали её со всех сторон. Старые фотографии, его книги, те самые пластинки, которые он обожал. Даже их общие переписки в телефоне она перечитывала снова и снова, словно пытаясь найти там ответ. Она становилась всё более отстранённой. Её голос звучал глухо, взгляд был потерян. Всё чаще она ловила себя на том, что разговаривает с ним, представляя, будто он сидит напротив.

Близкие долго пытались ей помочь. Сначала были разговоры, осторожные и ненавязчивые. Они надеялись, что время излечит её, что справится. Но дни шли, затем недели и месяцы, а Эн, казалось, уходила всё дальше от реального мира.

Её мать, Лиз, часто заходила в её комнату и видела одно и то же: Эн сидела на кровати завернувшись в рубашку Феликса.Она больше не была собой. Светлая, улыбчивая девушка, которой она когда-то была, исчезла. Вместо неё осталась тень, холодная и чужая.

Её близкий друг, Алекс, заметил, как странно Эн начала говорить. Однажды она заявила:— Знаешь, иногда мне кажется, что я могу снова стать им. Если я буду выглядеть, как он, думать, как он... может, я смогу понять, почему он это сделал.Алекс попытался возразить, но её глаза смотрели сквозь него. Он понял, что она уходит в место, куда он не может за ней последовать.

Семья Эн собралась вечером, когда она ушла в свою комнату. Лиз плакала, отец молчал, стискивая кулаки, а Алекс сидел, сгорбившись, не зная, что сказать.

— Мы её теряем, — наконец произнесла Лиз,утирая слёзы. — Она как будто исчезает на наших глазах.— Это уже слишком, — добавил Алекс. — Вы видели её руки? Она сама себе сделала эту татуировку. Её волосы... её лицо... Она больше не Эн, она пытается стать Феликсом.

— Но что мы можем сделать? — спросил отец, устало потирая виски. — Она нас не слушает. Если мы будем давить, она просто замкнётся ещё сильнее.Ответ был очевиден, но все боялись его произнести. Наконец Лиз выдохнула:— Мы должны отправить её в клинику.Алекс поднял голову.— Ты уверена? Это... жёстко.— А что ещё остаётся? — почти выкрикнула Лиза. — Если мы ничего не сделаем, она погибнет. Ты это понимаешь? Мы потеряем её так же, как потеряли Феликса. Ей всего 23! Вся жизнь впереди.

Все замолчали. Это было решение, которое никто не хотел принимать, но которое все понимали: другого выхода нет.

Через несколько дней Эн оказалась в психиатрической больнице. Алекс и Лиз привезли её туда вместе, чтобы она не чувствовала себя совсем одинокой.

— Это ненадолго, — говорил Алекс, пытаясь её ободрить. — Просто чтобы ты смогла прийти в себя. Мы будем рядом.

Эн не ответила. Она смотрела на стены, ободранные и белые, точно те лилии на похоронах. И внутри неё было только одно чувство: что теперь её окончательно лишили всего.