I рассказ

Рассказ I. Последний наследник Чёрных Пиков

Гиард ещё некоторое время молчал.

Огонь тихо потрескивал, освещая его лицо тёплым оранжевым светом.

Он смотрел на языки пламени так, будто видел в них не костёр, а далёкие воспоминания.

Наконец он тихо произнёс:

— Мне было двенадцать лет...

Брейна невольно подняла голову.

— Я родился далеко на севере. Там, где большую часть года лежит снег. Где вершины гор не знают лета, а ветер может убить человека быстрее меча.

Он сделал короткую паузу.

— Моим домом были Чёрные Пики.

— Я никогда не слышала о таком доме, — тихо сказала Брейна.

— Не удивительно.

В голосе Гиарда не было обиды.

Только усталость.

— Его больше нет.

...

Несколько мгновений они снова молчали.

— Мы не были самым богатым домом.

Не самым многочисленным.

Не самым влиятельным.

Но мой отец всегда говорил одну вещь...

Гиард слегка улыбнулся, будто вновь услышал родной голос.

— «Лучше быть последней крепостью для слабых, чем первым палачом для сильных».

Улыбка исчезла так же быстро.

— За это нас многие уважали.

И многие ненавидели.

...

Брейна слушала, не перебивая.

— В тот день отец тренировался со мной во внутреннем дворе.

Мне никак не удавалось отбить его удар.

Я злился.

Снова и снова бросался вперёд.

А он каждый раз выбивал меч одним движением.

Гиард тихо усмехнулся.

— Тогда мне казалось, что он непобедим.

...

— Вечером всё было спокойно.

Мать читала младшей сестре старые легенды.

Я сидел рядом.

Она постоянно перебивала мать вопросами...

«А драконы правда были такими огромными?»

«А почему змеи разговаривали?»

«А если дракон съест солнце?»

...

Он неожиданно замолчал.

Долго.

Очень долго.

Брейна заметила, как пальцы Гиарда сильнее сжали сухую ветку.

— Ей было всего семь лет.

Его голос стал почти шёпотом.

— Она боялась темноты.

Поэтому каждую ночь просила оставить свечу.

...

Пламя костра тихо качнулось.

— Ночью нас разбудили колокола.

Сначала я подумал...

что начался пожар.

Потом услышал крики.

...

— Отец ворвался в комнату.

Я никогда раньше не видел его таким.

Он уже был весь в крови.

Но это была не его кровь.

Он схватил меня за плечи.

И сказал только одно...

Гиард закрыл глаза.

Словно снова услышал тот голос.

— «Беги.»

...

— Я ничего не понимал.

Хотел остаться.

Помочь.

Взять меч.

Но отец...

впервые в жизни...

ударил меня.

Не сильно.

Просто...

чтобы я перестал спорить.

...

— Он открыл тайный проход под крепостью.

Толкнул меня внутрь.

И сказал...

Голос Гиарда едва заметно дрогнул.

— «Что бы ни случилось...

живи.»

...

Он долго молчал.

Брейна тоже.

Даже ветер будто стих.

— Это был последний раз, когда я видел его живым.

...

— Когда я выбрался наружу...

крепость уже горела.

Он не смотрел на Брейну.

Продолжал смотреть в огонь.

— Я видел башни.

Видел...

как рушились стены.

Слышал...

крики людей.

...

— Хотел вернуться.

Хотел умереть вместе с ними.

Но...

ноги сами несли меня вперёд.

...

Он медленно выдохнул.

— Я бежал всю ночь.

Не помню куда.

Не помню сколько.

Помню только снег.

Очень много снега.

...

— Через несколько дней силы закончились.

Я уже не чувствовал холода.

Не чувствовал голода.

Просто шёл.

Пока не упал.

...

Брейна тихо спросила:

— И тогда тебя нашёл мой отец?

Гиард кивнул.

— Ты знала? Да.

...

— Позже Магнус рассказал мне...

что возвращался после встречи с одним из северных правителей.

На дороге его люди нашли мальчика без сознания.

Он посмотрел на Брейну.

— Меня.

...

— Когда я очнулся...

то сначала решил, что уже умер.

Комната была тёплой.

Пахло лекарствами.

А рядом сидел мужчина.

Высокий.

Темноволосый.

В простой одежде.

Я не знал, кто он.

Он улыбнулся и сказал...

Гиард неожиданно очень точно повторил интонацию Магнуса.

Глубокую.

Спокойную.

Тёплую.

— Значит, всё-таки решил проснуться.

Брейна невольно улыбнулась.

И сразу же почувствовала, как к глазам подступают слёзы.

Именно так говорил её отец.

Всегда спокойно.

Всегда без лишнего пафоса.

...

— Я спросил...

«Где моя семья?»

...

Гиард снова замолчал.

— Он не ответил сразу.

Просто сел рядом.

И положил руку мне на плечо.

Потом тихо сказал...

— Мне очень жаль.

...

— Тогда я понял всё.

...

Впервые за весь рассказ Брейна увидела, как в глазах Гиарда блеснула боль.

Не слёзы.

Именно боль.

Старая.

Та, с которой люди учатся жить.

...

— После этого...

я долго молчал.

Наверное...

несколько недель.

Почти не разговаривал.

Почти не ел.

Не хотел никого видеть.

...

— Но Магнус...

не заставлял меня говорить.

Каждое утро он просто приходил.

Садился рядом.

Иногда рассказывал истории.

Иногда молчал вместе со мной.

...

— И однажды...

я сам задал ему вопрос.

Брейна тихо произнесла:

— Какой?

Гиард посмотрел на неё.

— Я спросил...

— Почему вы спасли меня?

Он ненадолго отвёл взгляд.

И вновь словно услышал голос Магнуса.

— Потому что однажды кто-то спас меня.

Значит...

теперь моя очередь спасать других.

...

Брейна опустила голову.

Она улыбалась сквозь слёзы.

— Это... очень похоже на него.

— Да.

Тихо ответил Гиард.

— Именно поэтому я никогда не забуду этого человека.

...

Он осторожно расстегнул ворот своей рубахи.

Из-под ткани показалась тонкая серебряная цепочка.

На ней висел небольшой амулет.

Белый олень.

Брейна застыла.

Она знала этот символ.

Отец часто носил похожий знак во время дальних поездок.

Но никогда не объяснял, кому и зачем вручал такие амулеты.

Гиард бережно провёл большим пальцем по серебру.

— Перед тем как отправить меня служить к Штормовым Воронам, Магнус подарил мне его.

Он ненадолго замолчал.

— Тогда я ещё не понимал, почему именно этот подарок.

Сказал лишь...

Гиард снова почти дословно повторил слова Магнуса:

— Если однажды окажешься там, где некому будет назвать твоё имя...

покажи этот знак.

Те, кто ещё помнит честь Белого Оленя...

не оставят тебя погибать.

Гиард медленно сжал амулет в ладони.

— Тогда я подумал, что это просто красивые слова.

Он посмотрел на огонь.

— Лишь спустя годы я понял...

что Магнус редко говорил что-либо просто так.

Он замолчал.

Пламя костра снова тихо затрещало.

Брейна смотрела на серебряного оленя, не в силах отвести взгляд.

Ей казалось, что сейчас отец снова где-то рядом.

Хотя бы в этих словах.

Хотя бы в этом маленьком амулете.

Конец рассказа I.