Глава 7.1. Не ждала его я! Он сам пришёл!

Аморфус телепорцио. Аморфус телепорцио. Аморфус телепорцио.

Заклинание телепортации раз за разом отдавалось эхом в голове. Таня хотела зажать уши, чтобы заглушить навязчивый шум, но руки не слушались. Голова раскалывалась, но Гроттер все равно замотала ею из стороны в сторону, желая во что бы то ни стало сбросить наваждение.

- Танюша, милая, все хорошо, - послышался взволнованный голос где-то вдалеке.

Таня узнала его. Это же Ваня, её Ваня. Что он здесь делает? Гроттер заставила себя рывком открыть глаза. Яркий свет нещадно ослепил рыжеволосую. Она не сразу смогла понять, где находится. Только спустя пару мгновений сквозь белизну стали проступать очертания комнаты. Гроттер к своему изумлению осознала, что находится не в вампирском замке, а в стенах магпункта. У койки стоял взъерошенный Валялкин и внимательно вглядывался ей в лицо.

- Ваня... - попыталась сказать она и почувствовала, будто по горлу провели наждачкой.

- Слава Древниру, ты очнулась!

Гроттер почувствовала, как ей на лоб легла тёплая огрубевшая от постоянной работы ладонь.

- Вань, как я здесь оказалась? Мы же были там, в склепе, и стражи... - сиплым шёпотом зачастила Таня и попыталась привстать, но тут же опустилась обратно из-за подступившей тошноты и усилившейся головной боли.

- Тш, тебе сейчас нельзя вставать. Особенно так резко. И я лучше пойду Ягге позову.

- Подожди, - Таня схватила его за руку, ей было тяжело сфокусироваться, но все равно нужно было узнать. - Сначала расскажи, что случилось. Череп, он у них или у нас?

- Какой ещё череп? - Ваня нахмурился.

- Череп Дракулы. Он был у меня... , - Таня скосила взгляд и увидела перебинтованную от локтя правую руку. Рана все ещё ныла, хотя это и была боль несравнимая с той, что она испытала в замке.

- Все, что я знаю: вас телепортировала сюда Аделаида. Ей тоже крепко досталось, но она уже выписалась. Вроде как в порядке. Заходила, кстати, к тебе пару раз.

- Поправилась, заходила... Сколько я тут пролежала?

- Уже шестой день, Танюш. Меч того стража - гадкая вещь. Он не просто ранил тебя, он выпил часть твоих жизненных сил. Так объяснила Ягге.

- Шесть дней. И ты здесь? - встрепенулась Гроттер. - А как же лес, Вань?

- Не рухнет он там без меня. И вот о чем тебе сейчас точно беспокоиться не стоит!

Он приблизился и нежно поцеловал Таню в лоб. Она тут же расслабилась, захотела его обнять, но Ваня слишком быстро отстранился:

- Да и как я могу быть там, когда ты здесь в таком состоянии? Ну все, я за Ягге. Не думай ни о чем плохом, тебе сейчас нужно поправляться.

- Да, хорошо, - вяло согласилась Таня. Её снова начинало клонить в сон. После почти недельного забытья даже небольшой всплеск активности оказался делом весьма трудозатратным.

Сквозь полудрему она слышала как, шурша юбками, пришла Ягге, как она бурчала что-то себе под нос и стучала склянками. Чувствовала, как в неё вливают что-то по вкусу смахивающее на... На что-то для приёма внутрь совсем не предназначенное. Чувствовала, что должна быстрее приходить в сознание, но все же не нашла в себе сил и окончательно провалилась в сон.

Когда она вновь открыла глаза, вокруг царила темнота. Только свеча горела на столике возле койки.

Гроттер чувствовала себя в разы лучше, чем при прошлом пробуждении. Она осмотрелась. В палате больше не было пациентов, но в кресле в углу виднелся чей-то силуэт. Таня улыбнулась. Видимо Ванька и ночами просиживал рядом с ней.

- Иди лучше поспи, где поудобнее. Я уже хорошо себя чувствую.

- Удобство для меня не имеет никакого значения. Рад, что ты поправляешься, - раздался в ответ совсем не Ванькин голос. Не Ванькин, но тоже до боли знакомый.

- Глеб?

Вместо ответа он поднялся и сделал шаг из тени. Бейбарсов стоял и молча рассматривал её. Таня поежилась и повыше натянула одеяло. Ей стало неуютно под таким пристальным вниманием.

- Как дела у Кракена? - спросила Гроттер, чтобы перебить неловкость.

- Учитывая, что он уже лет триста как мёртв... Думаю, бывало и лучше, - меланхолично отозвался Глеб. Таня, конечно, хотела узнать совсем о другом - о результатах его северной экспедиции. Это, она уверена, понимал и Бейбарсов. Но некромаг как всегда предпочел не говорить прямо, а ходить вокруг да около.

Ещё пару лет назад его вечная скрытность и жутко загадочный вид вызывали в ней интерес и, стыдно признаться, даже некоторый трепет, но теперь... Теперь её это начинало злить. Особенно после вечера откровений в гостиной Склеповой. Тогда Тане показалось, что она впервые видела его. Именно Его, а не десятки масок с вечными ухмылочками или непроницаемо холодными взглядами. Но счастье оказалось недолгим. На следующий день он снова исчез, а сейчас явился, натянув на себя очередную безразличную маску.

Некромаг приблизился почти вплотную к кровати.

- Покажи руку, - попросил он.

- А ногу тебе не показать? - фыркнула Таня и демонстративно натянула одеяло ещё выше. У неё тоже есть самые малые крохи загадочности. Пусть некромаг знает, что в эти игры могут играть двое.

- Это уже исключительно по твоему желанию. И рука сейчас интересует меня больше, - равнодушно ответил он и потянулся к краю одеяла.

- О, а здесь, значит, мои желания роли не играют? - возмутилась Таня и отодвинулась, настолько, насколько позволяла ширина больничной койки.

- Я просто хочу осмотреть рану.

- Обойдешься.

- Таня, я имел дело с оружием темных стражей. Могу найти лекарство, действеннее того, что использует Ягге.

И хотя Гроттер заинтересовало его предложение, виду она не подала.

- Ты выйдешь отсюда в два раза быстрее. Но мне нужно взглянуть на порез, - продолжил увещевать он, и, к удовольствию рыжеволосой, маска дала трещину. Бейбарсов снова превратился в того Глеба из Склеповской гостиной. В уставшего, беспокойного, но живого. Правда, спроси Таню кто-нибудь, зачем ей это вообще понадобилось, она бы толком не смогла ответить.

- И почему я не сделал этого, пока ты спала? - процедил он и отвернулся к окну. Оставалось только удивляться, как под таким взором стекло не поплавилось или не разлетелось брызгами осколков.

Они ещё с минуту провели в молчании. Все это время Гроттер с напускным интересом разглядывала дрожащее пламя свечи, то и дело кидая взгляд на раздражённого Бейбарсова.

Наконец, Таня поняла, что больше не может выдавить из себя ни капли злости на некромага, и со вздохом вытащила из-под одеяла перебинтованную руку. Бейбарсов в мгновение сменил гнев на милость и принял приглашение.

- Не волнуйся, я осторожно, - почти что шёпотом проговорил он, разматывая повязку.

Глеб и правда был аккуратен. Тане даже показалось, что он намеренно старается не касаться её.

- Глеб, ты же знаешь всех ведьм Ковена поименно? - спросила Гроттер, вспомнив про обширные знания Бейбарсова.

- Знаю.

- Ирма была одной из них?

- Была. Те пять ведьм на подпевках у Лигула - все из Ковена.

Что ж, так она и подумала. Вот только кое-что ещё не давало Тане покоя.

- Она назвала Аделаиду предательницей... Ты знаешь почему? Неужели только из-за связи с дедом?

Некромаг пожал плечами:

- Когда она исчезла, Ковен рухнул. Больше мне ничего не известно. Эльвира не углублялась в такие подробности.

Гроттер сникла. Неразрешенные вопросы копились просто-таки в геометрической прогрессии, и ответы как-то совсем не спешили показываться на свет.

- Я ничего не нашел, - вдруг подал голос Бейбарсов. Тень пробежала по его лицу.

- Они успели раньше и забрали останки.

Таня удивлённо посмотрела на некромага. Как это? Ей казалось, что по части магии Глебу нет равных. Ей казалось, что ему по плечу все двенадцать подвигов Геракла. Судя по выражению лица Бейбарсова, раньше он был о себе того же мнения.

- Получается... - у Гроттер по спине пробежали мурашки. Кракена упустили, череп с клыками тоже, иначе Ванька бы знал о нем, это уже ясно. А значит, ведьмы без проблем воскресят чудище....

- Мы проигрываем. Всухую, - продолжил её мысль Глеб. - У Лигула почти все карты на руках.

- Все, кроме трупа Аделаиды. Но и на это вряд ли стоит слишком сильно рассчитывать. У нас есть время только до тех пор, пока они не поднимут остатки праха, - чуть подумав, добавил он и, наконец, закончил разворачивать бинты.

- Куда только смотрит Троил? - изумилась Таня.

- Он до последнего не будет вмешиваться, чтобы не спровоцировать войну. По-моему, это имеет смысл, - неожиданно встал на сторону светлых Бейбарсов.

Некромаг внимательно разглядывал рану. Правда, понять, что он там вообще пытается высмотреть, Гроттер не пыталась. На её непрофессиональный взгляд это был только длинный рубец.

В какой-то момент у Тани по спине вновь пробежали мурашки, но на этот раз не от страха, а от прикосновения кожи к коже. Легко, почти невесомо, Глеб провел кончиками пальцев вдоль пореза. Он поднял голову, и их взгляды пересеклись. Похоже, Бейбарсов хотел что-то сказать, но с другой стороны палаты послышалось:

- Что здесь происходит?

Они в унисон повернулись в сторону двери. Таня в тот же миг отдёрнула руку и зашипела от боли, а Глеб выпрямился и сделал шаг в сторону. Ваня, а нежданно нагрянул именно он, смотрел с подозрением и плохо скрываемой неприязнью к некромагу.

Таня срочно пыталась придумать, как бы правильно разъяснить ситуацию, но Бейбарсов решил высказаться первым:

- Я только пришёл узнать о Танином самочувствии и предложить помощь. Больше ничего.

- И это обязательно делать посреди ночи, дожидаясь, пока я выйду? - резонно заметил Валялкин.

- Тебе не о чем беспокоиться, ветеринар. Тогда на поле я поставил точку. Ничего не изменилось.

Таня невольно нахмурилась. Видно тогда на Лысой горе, она правильно истолковала его чувства. Но, если все так, почему он сейчас здесь?

- Свежо предание, некромаг, - очевидно не поверил ни единому его слову Валялкин.

- Можешь думать, что хочешь. Больше мне сказать нечего, - на этом Бейбарсов махнул рукой и уже привычно бесследно исчез.

- Вань, прости, я... Я не ждала его, просто... - Таня так и не смогла объяснить, почему не выгнала Глеба, как только поняла, что это он.

- Ничего, он умеет подгадывать момент. Стоит тебе на секунду проявить слабость, и некромаг тут как тут, - вздохнул Ваня. Таня с облегчением поняла, что на неё он совсем не злится.

- Бейбарсов сказал, что может найти лекарство получше... - все равно потянуло её оправдываться.

- Получше, чем у Ягге? И что же это, кровь вепря, замешанная на ромашке с пустырником? - усмехнулся он и уже выудил из ниоткуда свежие бинты, чтобы заново наложить повязку.

Таня промолчала. Ей не казалось, что Бейбарсов хитрил. Хотя она сейчас и правда слаба, не сосредоточена. Запросто могла не заметить подвоха.

- Я ещё посплю, - захотелось ей спрятаться от произошедшего. - Ты будешь здесь?

- Конечно, Танюш. Засыпай.

Ваня смазано поцеловал её в уголок губ и пошёл на кресло, в котором ещё недавно затаился некромаг.

Гроттер закрыла глаза и попыталась как можно быстрее заснуть, чтобы невеселые мысли на компанию с бессонницей не успели по привычке захватить её разум.

***

Гроттер нетерпеливо кружила по палате магпункта в ожидании приговора Ягге. Вчера древняя богиня напророчила Тане долгожданную выписку, но вот сегодня как-то не спешила с радостными новостями.

С момента первого пробуждения Гроттер провела здесь еще десять до ужаса долгих дней. Она готова была на стенку лезть от невыносимой скуки, и это несмотря на постоянные визиты Вани и Кати с Ягуном.

Вообще-то лезть на вышеупомянутую стенку она начала уже на второй день. Рана всем своим видом давала понять, что заживать будет ещё очень и очень долго. Тогда рыжеволосая решилась на крайнюю меру...

Да, Бейбарсов сдержал свое обещание. Уже утром после ночного визита на прикроватной тумбочке зазывно переливался всеми оттенками черного и красного стеклянный вытянутый флакон. "По пять капель утром и вечером" - было выведено знакомым почерком на прикреплённой бирке. Разглядывая со всех сторон причудливый бутылек, Таня подумала, что шутка Вани про кровь вепря может оказаться не такой уж и шуткой. Гроттер сначала хотела выбросить подозрительную субстанцию, но вместо этого в малодушном порыве спрятала флакон под матрас.

Пробыло сомнительное лекарство там недолго. После десяти видов микстур от Ягге по пять раз на дню и полуторачасовых лекций о пылесосах от её любимого внучка, Гроттер решила как можно скорее вырваться на свободу. И риск себя оправдал. Приступов бешеной влюбленности в Бейбарсова пока не наблюдалось, как и других негативных последствий. А вот порез стал заживать в разы быстрее, боль так вообще исчезла.

Ягге с подозрением посматривала на свою стремительно поправляющуюся пациентку, иногда качала головой, но ничего не говорила. Нетрудно было догадаться, что старушка все поняла. Тогда Таня восприняла это как молчаливое одобрение нового курса лечения. Скорее всего Ягге из этических соображений не могла пользоваться теми же средствами, что и некромаг. Таня же решила пока об этом не думать, а заняться самобичеванием сразу после выписки.

- Ну ты глянь, мечется как уж на сковородке. А то не набегаешься ещё? - проворчала старушка, как только вошла.

- Ягге, я здоровее себя в жизни не чувствовала, - взмолила Таня. - Может уже отпустишь меня, а?

- Как будто я тебя тут дольше удержу, - махнула рукой она.

- Спасибо! - радостно воскликнула Гроттер и уже хотела рвануть на выход, но притормозила. - Ягге, а где сейчас Аделаида?

Ведьма так и не приходила после того, как Таня пришла в сознание.

- Не знаю. Да и не хочет она, чтобы кто-то знал. Так что силы зря не трать, не ищи ее.

Таня хмыкнула. Наверняка Аделаида избегает её из-за разговора об отце. А точнее о том, как она с ним поступила. Ягге заметила, как Гроттер изменилась в лице.

- Феофил, наверное, много наговорил о твоей бабке, и я не буду убеждать тебя в том, что это неправда. Ада не святая и столько за свою жизнь натворила, что не сосчитать, - медленно проговорила старушка и, приложив трубку к губам, выдохнула клубок дыма.

- Не святая, но она единственная могла держать в узде двенадцать оголтелых волшебниц. Единственная не давала им творить всякий кошмар, вроде того, что они растеяли сейчас. Некоторых даже обратила в мирное русло. Это я к чему? Ада действовала своими методами, зачастую жесткими и бескомпромиссными. Так жизнь научила её решать проблемы. Я не оправдываю её, но... Просто попробуй её понять.

- Ягге, она бросила отца, - глухо ответила Таня.

- Да, но оставила ему имя. Нарекла Леопольдом, перед тем как уйти... Разве так поступает абсолютно равнодушная мать?

И Ягге удалилась, оставив Гроттер в полном смятении мыслей и чувств.

- Дед? - обратилась она, даже не зная, какой вопрос сначала должна задать. Но это было и не важно, потому что Феофил снова ушёл в упорное молчание.

Таня вышла из магпункта и отправилась бесцельно бродить по школьным коридорам. Радость от выписки резко померкла на фоне тягостного разговора. Пропетляв так с полчаса, она опомнилась только, когда оказалась перед входом в библиотеку. Подумав, что не помешает запастись литературой, чтобы наверстать пропущенные занятия, Гроттер решила зайти.

- Ммм, кто это у нас тут? Вечная дева в беде? - как всегда не любезничал Абдулла.

- Здравствуй, я за учебниками зашла.

- А я уж побоялся, что Сарданапал совсем из ума выжил и тебе разрешил в закрытый фонд наведаться на компанию с дружком.

- С каким ещё дружком?

- С некромагом, с каким? По сравнению с большинством студентов он, конечно, куда способнее. После Зеркала я его, честно говоря, и вовсе зауважал, но есть же элементарные нормы приличия! Личные границы в конце концов!

- Недопустимое хамство, - стараясь не выдать улыбку, поддержала джинна Таня. - Пойду-ка я с ним разберусь!

- Уж пойди-пойди! - все больше раскочегаривался Абдулла и не заметил, как самолично разрешил студентке посетить закрытый фонд. Гроттер не стала ждать, пока он опомнится и быстрым шагом направилась в сторону отдела с запретной литературой.

Ей хотелось поблагодарить Глеба за лекарство и разузнать, как идут дела с Молохом. Она была уверена, что он рыщет здесь именно по этому поводу. Конечно, Таня понимала, что видеться им нежелательно, но ноги уже сами несли её навстречу к новым неприятностям.