Глава 3. Все мальчики такие придурки?

Освежающий ветерок размеренно колыхал начинающую желтеть листву. Безобидные на вид дуновения понемногу сгоняли разрозненные тучки в один плотный серо-синий полог, который совершенно точно предвещал неслабую осеннюю грозу.

Глеб недвижно стоял, оперевшись плечом о ствол старого тополя, и внимательно глядел в сторону школьного двора. Уже должен был подойти час, когда у Киры закончатся уроки. За минувшие две недели у Бейбарсова вошло в привычку телепортировать сюда под сокрывающим заклинанием в одно и то же время и просто наблюдать. За тем как она выходит из-за металлических ворот. За тем, как её с улыбкой встречает отец. За тем, как они медленно идут домой и болтают о всякой ерунде.

Глеб ненавидел себя за это. Ненавидел за слабость, ненавидел за необъяснимую потребность быть здесь. Хотя раньше совсем не чувствовал необходимости даже мельком разузнать о людях, которые когда-то были его семьей. Более того, они вызывали в нем скорее отторжение и неприязнь, чем тёплые родственные чувства. Отец бесил своим безмятежным спокойствием, а говорливая девчонка раздражала неуемной энергичностью и жизнерадостностью.

Практически каждый день Бейбарсов клялся себе, что последний раз посещает Нижний Новгород. Но несмотря на данное себе обещание на следующий день некромаг снова был здесь как штык и жадно глазел на школьные ворота.

Сегодня правда он был не так сосредоточен как обычно. Безрадостные мысли постоянно возвращались к лигулову подвалу. После той памятной встречи с Мамзелькиной Глеб ещё дней пять порывался отправиться на смерть, как и задумывал, но всякий раз в последний момент менял пункт назначения и отправлялся в Новгород. На шестой день Бейбарсов смирился с тем, что не сможет себя перебороть. И заключил, что придётся придумать другой план по сведению счетов с жизнью, а пока он все же попробует найти хоть какую-то информацию о загадочном погребе. Все-таки это дело его заинтриговало.

Бейбарсов день за днем искал сведения об этом месте. Перерыл кучу запылившихся темномагических книг, переобщался с толпой местных мертвяков. И нашёл то, чего никак не ожидал. Точнее кого. Оказалось, что единственным и последним наследником, чья кровь требовалась для вскрытия замка была... Гроттер! О, Древнир, Бейбарсов просто не понимал, как это возможно. Вот почему ей всегда нужно быть в гуще событий?

Он же поклялся больше никогда в жизни не приближаться к ней, но теперь...Что ему оставалось теперь? Не сообщить новость о её родных он не мог. Знал, как для Тани важна каждая крупица информации о семье, которую она так любила и которой была так жестоко лишена. Но и отправить её туда саму он тоже не мог. Даже если заклятья примут Таню как наследницу, что тоже не факт, Гроттер на хвост сядет много опасных личностей с весьма мутными намерениями. А Глеб не простит себе, если позволит кому-то навредить ей.

И так сегодня в полночь жизнь отнимет у некромага то единственное хорошее, что он сделал. Они снова увидятся, и уход Бейбарсова превратиться из благородной жертвенности в обычную пафосную клоунаду...

Из угнетающих мыслей Глеба вырвал скрип школьных ворот. В следующее мгновение из-за них показалась уже знакомая девчонка с фиолетовым рюкзаком наперевес. Как всегда, но сегодня изменилась парочка значительных деталей: никто её не встречал, да и вышла Кира минут на сорок позже обычного.

Глеб нахмурился и тут же отругал себя за неуместное беспокойство. Какое вообще ему дело?

Девочка с подозрительностью во взгляде обернулась на школьные ворота. Те в ответ ничего не предприняли, и Кира, с облегчением выдохнув, зашагала в сторону дома. Глеб покинул свой наблюдательский пост и медленно направился вслед за ней,стараясь держаться на приличном расстоянии.

- Я выгляжу как чёртов маньяк. Хорошо хоть никто не видит, - буркнул Глеб едва слышно себе под нос.

Но не успела она пройти и десяти метров, как из-за проулка между школой и соседним зданием вынырнула компашка из четырех ребят, на вид пяти-шестиклассников. Они окружили Киру, не давая ей пройти. Взгляды и наглые ухмылочки мелких хулиганов не предвещали ничего хорошего.

Кира остановилась и покрепче вцепилась ладошками в лямки рюкзака. Девочка бесстрашно подняла глаза на того, который был крупнее всех и заговорила первая:

- Чего вам надо?

Сердце Киры усиленно колотилось от страха, но она старалась не подавать вида. Черноволосая ненавидела разбойничью компашку и не собиралась перед ними дрожать от ужаса или, чего ещё хуже, заплакать.

- Слыш, Серый, живодерка походу злится, - засмеялся непонятно чему один из них.

- Дай телефон посмотреть, - с нарочитой вальяжностью в голосе заговорил главарь, тот самый Серый.

- Нет, - твёрдо ответила она. - И хватит звать меня живодеркой.

- Чего жадничаешь? - возмутился тот, что встал почти что у неё за спиной и придвинулся ближе. - Целый день новым телефоном перед одноклассниками хвасталась. Я видел. А теперь чего?

- Вы хулиганы. Я с такими не вожусь, - ответила Кира и сделала шаг вперед в надежде, что её все-таки отпустят. Но четвёрка сгрудилась ещё плотнее, окончательно преграждая девочке путь.

Бейбарсов понимал, что ситуация накаляется. Конечно, он не испытывал тёплых чувств к Кире, но нападать вчетвером на одного - непростительное свинство. Нужно было срочно что-то предпринять, но Глеб неожиданно для себя обнаружил, что... растерялся. Всю свою жизнь некромаг имел дело с нежитью, в последний год в основном с особо опасными преступниками. Но как вообще разгоняют зарвавшихся пятиклашек? Не осыпать же их смертельным проклятьями в самом деле? Или всё-таки...

- Эй, мы же вежливо попросили, - начинал злиться главный. - Не выделывайся, живодерка, а то хуже будет.

Дабы не быть голословным, он потянулся, чтобы дёрнуть за лямку Кириного рюкзака. И это стало фатальной ошибкой. Глеб сам не понял, как оказался прямо перед хулиганом. Скрывающие чары спали в тот же миг. Четвёрка разбойников испуганно отшатнулась в стороны от возникшего из ниоткуда незнакомца и с молниеносной скоростью сгрудилась за спиной своего вождя.

- А ты ещё... - начал было главный разбойник, но не договорил.

- Слушай сюда, сопляк. Собирай своих дружков и проваливай, - сказал Глеб, впрочем абсолютно спокойным тоном.

Главарь оглянулся на своих приспешников, а затем снова перевёл взгляд на Глеба.

- А то что? Побьешь? - быстро осмелел Серый. Очень уж ему не хотелось терять авторитет у своих подпевал.

-Тебе нельзя, я ребенок! На тебя в суд подадут!

Надо же, судом угрожает. Прямо как Кощеев на днях. Если вырастет в чиновника, далеко пойдёт.

- О нет, я не буду тебя бить. А всего лишь скромлю на ужин своему ручном мертвяку.

Глеб наклонился так, чтобы их глаза находились на одном уровне. Главарь шумно сглотнул и почувствовал, как по всему телу забегали мурашки. При всём желании он не мог отвести взгляд от двух немигающих чёрных омутов.

- Поверь, - продолжал Бейбарсов со зловещей ухмылкой. - До суда дело не дойдёт, ведь тебя не найдут. От трупа не останется и кусочка.

- Хэй, Серый, - испуганно и тихо затараторил один из подхалимов. - Идём отсюда. У живодерки такой же отбитый друг, как и она сама.

Серый сделал пару несмелых шагов назад, а затем развернулся, бесцеремонно растолкал в стороны друзей и со всех ног бросился прочь. Остальные незамедлительно последовали его примеру. Вскоре неудачливая компашка полным составом скрылась за ближайшим поворотом.

- Спасибо, - прозвучало негромко из-за спины. – Круто ты их уделал.

Глеб обернулся. Кира стояла, нахмурившись, и все так же до белых костяшек сжимала лямки рюкзака.

- Да уж, круто. Обязательно внесу терроризирование двенадцатилетки в список личных достижений. Они ничего тебе не сделали? - Бейбарсов постарался придать голосу как можно более равнодушный тон.

Кира мотнула головой из стороны в сторону. Выбившиеся из причёски прядки чёрных волос упали ей на лоб.

- Испугалась?

- Нет, - с жаром ответила она, но почти сразу сникла. - Я их не боюсь, просто... Зачем они... Они..

Вдруг Кира шмыгнула носом и поморщилась. О нет, нет! Только не это! Она не должна заплакать! Бейбарсов не представлял, как справляться со слезами маленькой девочки.

- Почему тебя никто не встретил? - поспешил он ее отвлечь.

- Папа на работе, мама тоже. Вот и оставили меня на продленке, - пожала плечами она.

- Я, конечно, многое пропустил, но с каких пор продленка проходит на улице, да ещё и за пределами школьного двора? - спросил Глеб и сам удивился невольно вырвавшейся нравоучительной интонации.

- Там скучно! Вот я и сбежала. Ну не только поэтому...А ты чего меня допрашиваешь? - встрепенулась девочка и зачастила. - И вообще папа сказал к тебе не подходить. Откуда ты здесь взялся? Ты опасный?

- Опасный, - кивнул Глеб.

- Наркоман, да? – как-то скорее сочувственно поинтересовалась она.

Бейбарсов вздохнул:

- Слушай, девочка, мне надоело тут с тобой возиться. Возвращайся давай в школу, пока пропажу не обнаружили и всех на уши не поставили.

- Ну уж нет, - решительно заявила Кира и зашагала вперед по улице.

- Что значит, нет?

Глеб пошёл за ней в надежде затормозить и вернуть обратно на территорию школы. Если непоседливая девчонка, пройдя пару шагов, влипла в историю, то до дома точно без приключений не доберется.

- То и значит. Сегодня я докажу папе, что сама могу из школы домой возвращаться. Я вообще-то уже в третьем классе! Всем разрешают, одна я с родителями хожу, - пожаловалась она и даже ускорила шаг, чтобы доказать непреклонность своих намерений.

- А ты не думала, что твой папа прав? – решил Глеб предпринять еще одну попытку ее вразумить. – Вон только вышла, нарвалась на тех недоумков.

- Ничего бы не случилось, если бы я с подружками пошла сразу после уроков. Но меня выцепила эта вредная училка и отправила на продленку, поэтому пришлось идти одной.

- И вообще у папы паранойя! Это мама так тете по телефону сказала, я сама слышала, – продолжала Кира словоохотливо делиться подробностями своей жизни.

- У нас одних на окнах решетки стоят. И это на пятом этаже. А вчера он заявил, что поставит сигнализацию, из-за которой в дом чуть что врывается армия спецназа. Виктор совсем с ума сошел со своей паранойей! – прогнусавила девочка, зажав нос пальцами. Видимо цитировала разговор матери по телефону. Цитировала в удивительно точных подробностях.

Глеб про себя хмыкнул. Кажется, он поспешил сделать выводы о безмятежно спокойном нраве отца.

- Ну ты понял теперь, почему нужно домой идти?

- Я понял только то, что у тебя напрочь отсутствует чувство самосохранения, девочка. Зачем незнакомому человеку такие подробности рассказываешь? Может я грабитель или маньяк? Не подумала?

- Не, ты не похож, – беззаботно отозвалась она. - А если так переживаешь, то пойдём домой вместе.

- С чего бы мне за тебя переживать?

- А мне-то откуда знать? Пристал же ты ко мне и от хулиганов спас.

Глеб не нашёл, что можно возразить.

- Только папе я все равно скажу, что сама дошла, - в конце концов заключила она.

Бейбарсов в очередной раз тяжело вздохнул. Почему все женщины, которые встречаются ему на пути, такие безнадежно упрямые?

– Кстати, как тебя зовут? Меня вот Кира.

- А меня никак не зовут.

- Так не бывает, - заартачилась она.

- Ладно, перефразирую. Как меня зовут, тебе знать не обязательно, - отрезал Глеб. Нельзя называть имя. Если Кира сегодня расскажет родителям про нежданного спасителя-наркомана, ни у кого даже мимолетной догадки не должно возникнуть, кто он такой.

Они прошли где-то с пол квартала. Улицы Нижнего Новгорода были спокойными и тихими, не в пример лысегорским. Но Глеб не долго наслаждался тишиной.

- Слушай, ты же мальчик, еще и взрослый, – не смогла долго пробыть в молчании Кира. -Вот скажи, они все такие придурки?

- Кто они?

- Ну, другие мальчики. Я пока ни одного адекватного не встречала.

Глеб всерьез задумался. У всех знакомых особей мужского пола были какие-то отклонения по фазе. Гломов дуболом с тремя извилинами, Ягун болтает без умолку, да даже у Валенка не все дома с его вечными зверьми. А уж про себя он и вовсе промолчит. Хотя справедливости ради абсолютно нормальных девушек он тоже никогда не видел. Может это особенность магического сообщества? Адекватных туда не пускают?

- Вообще-то и я не встречал, - сказал Бейбарсов.

- Тц, я так и думала! А знаешь, кто хуже всех? Хуже всех Богдан! Одноклассник. Это он мне дурацкую кличку придумал. Теперь все зовут меня живодеркой. И все из-за фамилии...

- Не переживай, бывают клички и похуже, - вспомнил Глеб всех Кусайсобачкиных, Лупиежиковых и прочие «гениальные» изобретения авторства Гробыни Склеповой.

Но Киру слова некромага не успокоили, она пустилась в пространный эмоциональный монолог про вредных мальчиков, то и дело возвращаясь к ненавистному Богдану. Глеб не понимал, как один человек, да ещё и такой маленький, может так много говорить. А ведь он думал, что после Дуси Пупсиковой и Верки Попугаевой его никто уже не сможет удивить. Однако слушать Киру было гораздо приятнее, чем тибидохских сплетниц. Более того в какой-то момент Бейбарсов поймал себя на том, что искренне улыбается, выслушивая очередную историю про тяжкую жизнь замученной мальчишками третьеклассницы. В большинстве историй выходило так, что Кира вполне могла избежать конфликтов, но всякий раз сама лезла на рожон не в силах противостоять притягательному духу неприятностей. Она заметила неуместную, по ее мнению, улыбку Глеба и возмущенно воскликнула:

- Ты смеешься надо мной?

- Немного, - не видел смысла отрицать Бейбарсов, и девочка в ответ обиженно надула губы.

Некромаг осмотрелся. Он и не заметил, как пролетела дорога и они подошли к нужному дому. Кира, не оборачиваясь, молча направилась к входной подъездной двери, всем своим видом намекая на то, как цинично Глеб плюнул ей в душу своим несерьезным отношением к историям о злоключениях несчастной школьницы. У Бейбарсова в груди заскребли кошки. Он закатил глаза на свой очередной порыв добросердечности и окликнул ее:

- Погоди. У меня есть идея, как приструнить парочку негодяев.

Кира встала на месте, с пару секунд взвесила все за и против, а затем развернулась и снова подошла к Глебу.

- Ну и какая же? – стараясь придать лицу выражение непреклонного скепсиса, поинтересовалась она.

Бейбарсов протянул девочке руку и раскрыл ладонь, в которой лежала одна занятная безделушка. Кира осторожно взяла ее и заинтересованно осмотрела вещицу со всех сторон. В перевязанные причудливыми узлами веревки был вплетен чей-то глаз, а чуть ниже привязано пару мелких костей.

- Покажешь им эту штуку. Глаз и фаланги вурдалака, связанные веревкой висельника, - пояснил Глеб. – Так им и скажи. Для пущего устрашения можешь начинать шептать неразборчивые слова и говорить, что теперь их семья проклята до десятого колена.

- Да ну, - не впечатлилась Кира. – Ерунда какая-то. Мы же уже не маленькие дети. Никто не поверит, что я ведьма. И игрушка плохо сделана, вон тут красной краской заляпали.

Бейбарсов не стал убеждать девочку в том, что «игрушка» вообще-то сделана на совесть, а красная краска и не краска вовсе. Да и ставку он делал не на устрашающий вид, а на легкое заклятье запугивания. Стоит неприятелю хотя бы мельком взглянуть на глаз вурдалака, как у него тут же появится навязчивое желание убежать и спрятаться.

- У меня работало, - пожал плечами Глеб. - Но если тебе не нужно...

- Нет, я попробую, спасибо, - она поспешно засунула амулет в рюкзак и как-то нерешительно посмотрела на Глеба, но больше ничего не сказала.

- Ну мне пора, - Бейбарсов уже хотел развернуться, но Кира вдруг схватила его за рукав пиджака.

- Стой! Ты ещё придёшь?

- Зачем? - удивился он.

Кира неуверенно пожала плечами. Она и сама не знала зачем, просто с загадочным продавцом тростей ей было неожиданно легко и весело. А ещё он не опекал её как родители, но в то же время Кира чувствовала, что находится под надёжной защитой. Да, она все это чувствовала, но не могла объяснить.

- Мы больше не увидимся, и это к лучшему, - сказал он.

- Почему это?

- Потому что твой папа прав. Со мной лучше не связываться.

На этом Глеб резко развернулся и пошёл прочь. Ему не хотелось затягивать прощание, которое отчего-то вдруг стало таким тягостным. Ему не хотелось смотреть на девчонку с погрустневшим взглядом, которая почему-то начала тянуться к некромагу. Нет, ему определенно нужно завязывать с Нижним Новгородом. Определённо.

А теперь он отправится на Лысую Гору дожидаться ещё одну упрямицу. Бейбарсов был уверен, что Гроттер не сможет устоять и найдёт любой предлог, чтобы прилететь. Был уверен, потому что и сам не смог устоять перед подброшенной ему под нос тайной. И уж в чем в чем, но в неуемном любопытстве и жажде приключений они были на сто процентов похожи.

Что ж... Остаётся только надеяться, что это не погубит их обоих.