Глава 1. Первая встреча

Каждый хруст снега под подошвами ее массивных ботинок отдавался в висках оглушительным эхом. «Тише, надо быть тише», — стучало в такт сердцу, выпрыгивающему из груди. Лизу вело вперёд не просто любопытство, а почти болезненное желание докопаться до сути, прикоснуться к голой правде этих улиц, которую так тщательно скрывали сухие отчёты в архиве. Ей нужно было добраться до места, где обычно собиралась одна из группировок. «Универсам». Много информации ей не удалось нарыть в архивах, так как эта ОПГ старалась поддерживать «имидж» не сильно разбойных. Вот только Лиза (как и остальные милиционеры) понимала, что члены этой группировки те еще мудаки. Вот только ни одного дискредитирующего их протокола не было. Она ни разу не видела громкого дела, связанного с «Универсамом».  Похоже, что у их авторитета был мозг и тактика, позволяющие держать улицу в ежовых рукавицах и не запятнать свою репутацию. И всё это только разжигало любопытство в Лизе.

19:40 — увидела она на часах. Девушка быстрым шагом приближалась к незалитому катку, в котором чаще всего и происходили все эти «собрания». Елизавета это точно знала, ведь ни раз уже «следила» за ними. Но сейчас, приближаясь к катку, на котором было куча народу (девушка отчётливо видела силуэты парней, освещенными высокими фонарями), Лиза чувствовала себя как в первый раз, когда решила заняться этим «исследованием». Ее руки дрожали, а пульс стучал уже в висках. Ей было страшно приближаться настолько близко к этой ОПГ. Раньше она была намного дальше, стараясь, конечно, услышать всю информацию. Но тогда жизнь была дороже, чем «исследование», вот только сейчас девушка не могла упустить такой шанс.

План был прост: тихо пробраться к ограждению. Деревянный овал был прекрасным местом для сбора таких личностей. Лиза низко пригнулась, стараясь тихо пробираться по недавно выпавшему снегу. Как только цель была достигнута, девушка тут же прижалась плечом к деревянной стенке, включая диктофон и сама запоминая всю информацию.

— Слышь, кажется, мы давно уже всё обсудили, — продолжалась дискуссия между «кланами». Лиза не знала, о чем они говорили до того, как она пришла, но на данный момент это было и не такой уж и важной информацией. Главное — записать то, что пока удаётся.

— А ты че, борзый такой? — выкрикнул другой, кажется, из противоположной группировки.

— За базаром следи, а то я тебе язык в задницу затолкаю!

— Че ты сказал? — послышался грубый мужской голос и шаги по снегу.

Напряжение на катке достигло пика. Кто-то рванулся вперёд, кто-то крикнул: «бей!», и тихий вечерний воздух был разорван рёвом, матом и глухими ударами.

Лиза, прижавшись к деревянной стенке, застыла в ужасе. Её вечно размышляющий разум отключился, уступив место животному страху. Она слышала, как костяшки ударяют о тела, как кто-то падает в снег со стоном за преградой, как кто-то врезается изнутри катка прямо в стенку, на которую она облокотилась. Это было не просто дело, лежащее перед ней на столе в архиве, а реальная ситуация, в которой она стала невольной свидетельницей, а точнее слушательницей. Весь этот ужас записывался на диктофон. Лиза крепко зажмурила глаза. Ее тело просто парализовало от осознания всего кошмара того, что происходило за деревянной поверхностью с обратной стороны. Не с той, за которой она пряталась, как серая мышь, стараясь вообще не привлекать себе внимания.

Внезапно недалеко от нее упало тело, небрежно перекинутое через деревянное ограждение. Лиза тут же распахнула глаза от ужаса, чуть не закричав от неожиданности и страха, но выдрессированное жесткой дисциплиной самообладание помогли ей заглушить в себе это иррациональное желание.

Тело парня, совсем молодого, лежало на снегу. Он упал спиной на покрытую белым снегом землю, пытаясь вновь подняться. Его окровавленное лицо и сломанный нос выглядели отвратительно. Хотя Лизу не пугала его «внешность», а скорее осознание того, насколько жестоки эти ублюдки за «стеной». Парень пытался подняться, и, кажется, он заметил продолжающую жаться в деревянный «забор» Лизу, но ему было плевать, ведь была одна проблемка, которая и выбросила его «за борт».

Неожиданно к ним присоединился еще один человек. Он, легко перепрыгнув через ограждение, и тут же навис над окровавленным парнем, который уже почти встал.

— Я же предупреждал, что найду тебя, — низким и угрожающим голосом произнёс этот парень, хватая пострадавшего за грудки кожанки.

Другой рукой он зарядил ему в лицо раз, два, три! Турбо бил его бесчисленное количество раз, отчего лицо лежащего парня начало напоминать мясо на прилавке. Звуки ударов по мягким тканям были отвратительно глухими. Каждый новый удар заставлял Лизу непроизвольно вздрагивать.

И вот он зарядил ещё один удар — короткий, последний, с каким-то хрустящим звуком, окончательно испугавший Лизу. Из разбитого носа жертвы хлынула новая, алая струя, яркая на фоне белого снега.

Лиза не выдержала. Сдавленный, полный неподдельного ужаса вскрик вырвался у неё из горла. Он был негромким, но в звенящей тишине, наступившей после прекращения ударов, он прозвучал как выстрел.

Турбо застыл с поднятой для очередного удара рукой. Его спина напряглась. Медленно, очень медленно, он разжал пальцы и отпустил куртку бесчувственного парня. Тот бессильно шлёпнулся головой в снег.

Турбо повернул голову. Его взгляд, ещё секунду назад мутный от слепой ярости, стал собранным, острым, как бритва. Он уставился на Лизу, на её широко раскрытые от ужаса глаза, на руку, прижатую ко рту, на всю, по его мнению, её жалкую, прижавшуюся к забору фигуру.

На его лице не было ни капли удивления. Был лишь холодный, обжигающий интерес хищника, который нашёл куда более любопытную добычу.

— Какого хуя... — он начал тихо, его голос был хриплым и запыхавшимся от напряжения и недавней драки. Парень не кричал. Его тишина была страшнее любого крика. Он медленно выпрямился во весь рост, отряхивая уставшую от ударов руку, с которой капала не только его собственная кровь, но и кровь парня. — ...ты здесь делаешь?

Лиза тут же встала в на ноги. Ей уже было плевать, что другие пацаны, которые продолжали драку на катке, могли ее увидеть. Сейчас главной проблемой был он. Непонятный ей парень, способный на жестокость и насилие.

Девушка медленно стала отступать, полностью сконцентрировавшись на приближающимся все ближе к ней злом парне. В руках она сжимала диктофон, делая это так, чтобы он не заметил его. Медленными шагами она ступала по белому, уже изрядно потоптанному снегу.

— Ты глухая, что ли? Что ты, блять, здесь делаешь?!

Лиза, молча отступая, резко развернулась, чтобы бежать отсюда. Это был единственный выход из этого ада. Но Турбо был молнией. Он не догнал её, он просто срезал, сделав один мощный прыжок через сугроб. Его тело накрыло её, и они оба рухнули в снег, перекатившись так, что девушка на спине в снегу.

Она оказалась внизу, засыпанная снежной пылью, его тяжесть придавила её. Она забилась, пытаясь вырваться, оттолкнуть его, но его руки, как тиски, схватили её запястья и прижали к земле по бокам от головы.

Но в этой всей борьбе за собственную жизнь рука в шерстяной перчатке разжалась. Небольшой чёрный прямоугольник «Электроники» выскользнул и упал в сугроб где-то далеко от них двоих. Лиза даже не заметила этого. Вся ее концентрация была отдана нависшему над ней парню с полным презрением и злостью на лице.

— Турбо! — это был уже отчаянный, предупреждающий рёв Зимы. — Мусора! Валим!

Сирену было слышно уже отчётливо.

— Блять, — тихо выдохнул он, быстро поднимаясь с девушки. — Это ещё не конец, стерва. Мы ещё встретимся.

После чего парень резко бросился за убегающим силуэтом своих пацанов, растворяясь в зимней темноте, оставляя Лизу одну.

Девушка осталась лежать на холодной земле, рассматривая темное небо без звезд, игнорируя приближающихся милиционеров. Страх парализовал ее полностью. Его взгляд, полный обещания и ненависти, навсегда вжёгся в её память.

Где-то рядом продолжал лежать бесчувственный парень, чье лицо избили до мяса. Но сейчас это было не так важно, как осознание того, что теперь Лиза связана с этим ублюдком. Турбо, как его назвал кто-то из группировки. Теперь она точно стала прямой соучастницей этого ада, а не просто свидетельницей.