Глава 23. Кофе, согретый солнцем

Воскресный день Осло встретил ослепительным, непривычно ярким солнцем. Оно отражалось от свежего снега, заставляя город искриться, точно кусок чистейшего хрусталя. Мороз крепчал, но внутри меня горел такой жаркий огонь, что я почти не чувствовала холода, когда выходила из такси возле кофейни «Kaffe brenneriet».

Я критически осмотрела свой образ в зеркальном стекле витрины перед входом. Сегодня я выбрала теплое, длинное кашемировое платье глубокого графитового оттенка, удобные зимние сапоги и воздушный кремовый хиджаб.Внутри кофейни было тепло, пахло свежей выпечкой, корицей и дорогими кофейными зернами. Мягкий свет дизайнерских ламп создавал уютную атмосферу хюгге. Я обвела глазами зал и сразу же заметила его.

Нико сидел за нашим любимым угловым столиком у паноморного окна. На нем была простая, но дорогая черная шерстяная водолазка, идеально подчеркивающая его широкие спортивные плечи, и темные брюки. Светло-русые волосы были небрежно уложены, а ледяные серо-голубые глаза внимательно изучали экран телефона. На краю стола аккуратно лежал мой iPad. Стоило мне сделать шаг внутрь, как он мгновенно поднял голову, точно почувствовав мое присутствие. Его взгляд замер на моем лице, и на губах появилась та самая мягкая, искренняя улыбка без капли привычного школьного пафоса.

- Ты не опоздала ни на минуту, Снежинка, - низким, бархатным голосом произнес он, поднимаясь и вежливо отодвигая для меня стул.

- Я же говорила, Андерсен, что не люблю ждать, - спокойно ответила я, присаживаясь и снимая пальто. Я аккуратно повесила его на спинку стула. - Привыкай к марокканской пунктуальности.

Нико присел напротив, пододвигая ко мне мой iPad:- Держи свой холст. Проверил лично - ни одной новой царапины. Все твои шрифты и логотипы в полной сохранности. Кстати, я уже заказал тебе большой айс-латте с карамелью. Подумал, что ты не изменишь своим ледяным привычкам даже в такой мороз.

Я невольно рассмеялась, забирая планшет и прижимая его к груди:- Спасибо. Ты становишься подозрительно заботливым, Андерсен. Где твой стальной непробиваемый щит, о котором мне так увлеченно рассказывала Юна в первый день?

- Сдан в утиль на неопределенный срок, - Нико лениво откинулся на спинку стула, не сводя с меня своего пристального, гипнотизирующего взгляда. - По крайней мере, когда я сижу напротив тебя. Перед остальными я всё тот же ледяной король, не переживай.

В этот момент официант вежливо поставил на наш стол большой стакан айс-латте с карамельным сиропом для меня и чашку крепкого черного эспрессо для Нико. Крупные кубики льда приятно постукивали о прозрачный пластик. Я сделала глоток через трубочку, чувствуя, как сладкий кофейный вкус приятно обжигает рецепторы, и посмотрела на Нико.

- Как твой день рождения? - тихо спросила я, убирая iPad на соседний стул. - Извини, что я так глупо испортила тебе тусовку своим падением. Тебе пришлось бросить гостей из-за меня.

Нико нахмурился, и в его серо-голубых глазах на секунду промелькнула жесткая, стальная прохлада:- Не говори глупостей, Далия. Ты ничего не портила. Единственная, кто вчера испортил всё окончательно - это Нюгорд. Гости разошлись сразу после вашего уезда, Теодор помог Юне закрыть дом. Мне было абсолютно наплевать на эту тусовку, поверь. Главное, что ты сейчас сидишь здесь, целая и невредимая.

Я закусила губу, глядя на то, как он уверенно держит чашку эспрессо своими длинными, сильными пальцами пловца. Внутри меня снова затрепетали те самые безумные бабочки.- Томас вчера долго со мной разговаривал после твоего уезда, - мягко произнесла я, переводя тему. - Он очень тепло о тебе отзывался. Сказал, что ты всегда был особенным парнем. И он безумно благодарен тебе за то, что ты спас меня.

Нико опустил чашку, и его взгляд стал удивительно глубоким и серьезным:- Томас - потрясающий человек. Я вчера весь вечер думал о нашей встрече. То, что он принял твою веру, уехал в Марокко и воспитал тебя... Это многое объясняет. Теперь я понимаю, откуда в тебе эта железобетонная сила духа. Он всегда ценил в людях честность и гордость. Мой отец разрушил их дружбу из-за своей слепой жажды контроля и денег. Я до сих пор не могу простить ему это. Но сейчас, глядя на тебя... я думаю, что вселенная вернула мне Томаса через твое появление в моей жизни.

Я внимательно слушала его, ловя каждое слово. Маска высокомерного лидера элитного лицея окончательно растаяла, оставив передо мной парня со своей скрытой драмой, раненым сердцем и потрясающим внутренним благородством.

- Твой отец... он сильно разозлится из-за твоего отчисления? - обеспокоенно спросила я, вспоминая вчерашние слова Теодора про сурового магната Андерсона. - Ты ведь взял на себя вину за кражу этих ответов ради меня. Если твой отец узнает правду...

- Мой отец уже всё знает, - спокойно, с легкой ироничной ухмылкой перебил меня Нико. Он сделал глоток кофе. - У нас утром был очень долгий и тяжелый разговор в его стальном кабинете. Он орал так, что стены дрожали. Говорил, что я позорю фамилию Андерсен, что путь в юношескую сборную теперь закрыт из-за дисциплинарного отчисления на неделю...

- О Аллах, Нико! - я испуганно подалась вперед, едва не задев стакан айс-латте. - Зачем ты это сделал?! Зачем так подставился?! Твоя карьера...

- Далия, тише, успокойся, - Нико мягко накрыл мою ладонь своей рукой прямо на столе. Его пальцы были теплыми и надежными, и от этого мимолетного прикосновения у меня по венам словно пустили электрический ток. Я не убрала руку. В этот момент все правила чужих мужчин казались бесконечно далекими. Было только его тепло. - Послушай меня. Моя карьера пловца никуда не денется, тренер сборной - мой личный наставник, он знает, на что я способен, и этот лицейский бред на золото не повлияет. А отцу я прямо в лицо сказал, что украл эти тесты. Но я добавил еще кое-что.

Я затаила дыхание, глядя в его ледяные омуты:- Что?

- Я рассказал ему, что его любимая партнерша по бизнесу, доченька его акционера Астрид Нюгорд, вчера на моем дне рождения столкнула девушку в бассейн на глазах у двадцати свидетелей. И что эта девушка чуть не утонула. Я сказал отцу, что если он не заставит семью Нюгорд приползти к тебе с извинениями, я лично пойду в полицию и напишу заявление на Астрид за покушение на убийство. И тогда репутация их общего энергетического холдинга взлетит на воздух быстрее, чем его акции на бирже.

Я потрясенно округлила глаза, не веря своим ушам. Этот парень шантажировал собственного отца-магната ради меня!

- И... и что твой отец? - едва слышно выдохнула я.

- Отец мгновенно заткнулся, - победоносно улыбнулся Нико, и в его взгляде прыгали торжествующие искры. - Он побледнел, схватился за телефон и уже через пять минут устраивал грандиозный разнос отцу Астрид. Так что поверь мне, Снежинка. Больше эта змея к тебе даже на пушечный выстрел не подойдет. Её собственная семья запретит ей дышать в твоем направлении, лишь бы не потерять контракты с моим отцом. Всё под контролем. Наказание того стоило.

У меня к горлу подступил тяжелый, сладкий ком благодарности. Я смотрела на Нико и понимала, что этот парень только что выстроил вокруг меня такую мощную, невидимую крепость защиты, которую не способна была разрушить вся норвежская элита вместе взятая. Наш разговор в кофейне продолжался еще очень долго. Мы болтали обо всем: о дизайне, о плавании, о том, как Теодор умудряется совмещать гениальность в математике с абсолютным раздолбайством, и как Юна безумно любит свой балет. Мы смеялись, шутили, и этот воскресный день, наполненный запахом карамельного латте, корицы и свежего солнца за окном, стал самым искренним и теплым моментом моей новой жизни в Осло. Между нами не было пафоса - только хрупкое, но невероятно прочное перемирие, которое медленно превращалось во что-то гораздо большее.