Franticness

 Возвращение в отель происходило в тишине, каждый находился в своих мыслях и все они имели общую тему — Николас. Его отсутствие ощущалось как зияющая пустота, как будто из их мира вырвали важный кусочек, и теперь всё казалось перекошенным. Мейсон, как лидер, не показывал насколько он расстроен, но его молчание было таким тяжёлым, что ощущалось сильнее любых слов. Его пальцы сжались в кулак, а челюсть — напряжена, как будто он сдерживал бурю внутри. Глаза Кэнди были всё ещё красными, моментами снова слезились, а нос щипало, но девушка старалась держаться как можно сильнее. Даже Люк, обычно самый спокойный и уравновешенный из них, выглядел так, будто вся его внутренняя устойчивость дала трещину. Он сидел, опустив голову, его плечи были чуть ссутулены, а взгляд — потухший.

 Когда они наконец добрались до отеля и вышли из машины — тишину прервал глава команды. Он выпрямился, собрался, и, несмотря на усталость, в его голосе звучала решимость:

— Нам нужно продумать весь план последующих действий. Мне не очень хотелось бы зря терять время сейчас, поэтому предлагаю сразу собраться для обсуждения.

 Получив в ответ кивки и подтверждающие: «Да, хорошая идея», «Согласен» все направились в одну из комнат.

— Прежде всего, мы должны связаться с Винсентом, возможно какие-то анализы уже готовы и это упростит нам вылазку. — Сразу начал Мейсон, только переступив через порог комнаты.

— Уже делаю, — ответил Люк, доставая спутниковый телефон и набирая номер, после чего протянул устройство.

 Послышались гудки, немного трещания, после чего зазвучал мужской голос.

Винсент: Почему вы не выходили на связь? Я думал вы пропали уже.

Мейсон: Мы пытались связаться и посылали голосовое сообщение, но видимо в лагере что-то произошло со связью.

Винсент: И где вы сейчас тогда?

Мейсон: В Сакатекасе, сначала Николас пропал в пещере, а после того как мы его вытащили он попал в больницу. Состояние плохое, но стабильное.

Винсент (громкий вздох, молчание в течение нескольких секунд): Что стало причиной?

Мейсон: Сложно сказать, врачи говорят отравление, но чем неизвестно. Вы уже провели анализ породы, что мы выслали?

Винсент: Какой породы? Мы ничего не получали.

Мейсон: Уверены? Может в приемном пункте университета посылку просто отложили?

Винсент: Этого не может быть, мне звонят сразу, как только от вас что-то приходит. Что-то неладно... Уже второй человек из отряда покалечен и даже хуже, а продвижений никаких. Заканчиваем эту экспедицию. Обстановка накалилась до предела. Я не могу рисковать вашими жизнями.

Мейсон: Нет, вообще-то, когда мы достали Ника, он имел при себе артефакт указывающий на Чикомосток, он сказал, что был внутри той самой пещеры.

Винсент: По-твоему эта легенда дороже ваших жизней? Мы не знаем от чего отравление, даже если вы пришлете породу на анализ снова, это займет много времени. А вы не сидите на месте, пока ждете.

Мейсон (сделал короткую паузу и твёрдо продолжил): Но есть же способ в полевых условиях понять хотя бы, что влияет, испарения, радиация. Этого будет достаточно для начала. Мы будем предельно осторожны и иметь с собой решение на каждый случай.

Винсент: Мейсон, ты...

Мейсон (перебивает): Я продолжаю экспедицию.

*Звонок сброшен*

— Я правильно понимаю, мы идем против начальства? — Решил уточнить Люк, пытаясь переварить такое резкое окончание диалога.

— Да, мы идём против. Мы уже близко к находке и я уже пообещал Нику, что мы сделаем это. И стоит нам это сделать прежде, чем Винсент придет по наши души.

— Прежде чем мы перейдем к плану, мы будем обсуждать тот момент, что Изабель должна была съездить в город и отправить всё на анализ? При этом она сказала, что сделала это, но университет ничего не получил. — Напомнила Кэнди о полученной несколькими минутами раннее информации.

— Здесь определённо что-то нечисто, но об этом надо узнавать у самой Изабель, а её здесь нет. Просто возьмём во внимание, что с этого момента, всё, что мы узнаем, находим и так далее — сугубо между нами. Если по какой-то причине это она помешала в отправлении посылки, то... — Сделал паузу Мейсон — доверия к ней нет.

— Принято. Тогда каков наш план? — Люк скрепил пальцы в замок и опёрся о тумбочку стоявшую неподалёку.

— Прежде чем мы двигаемся обратно в лагерь, нам нужно понять что могло случиться в той пещере. Предполагаю, что какое-то из помещений имеет радиацию, из-за чего нам было плохо, присутствовало головокружение и тошнота. Хотя это могло быть от недостатка кислорода....

— У меня в рюкзаке есть дозиметр и статуэтка, которую нашел Ник. Думаю, если он действительно нашел её в той пещере, она должна была пропитаться радиацией.

 Девушка хотела встать, но её опередил Люк. Взяв её рюкзак, он неспешно подошёл к девушке и достал оттуда статуэтку и прибор. Кэнди открыла зип пакет, поднесла к нему дозиметр и тот запищал.

— Твои домыслы имеют смысл, от статуэтки прёт радиацией. Без респираторов туда идти нельзя. Нужно купить новые фильтры с защитой от радиации.

— Тогда план такой: идём в магазин за фильтрами, возвращаемся в лагерь, ночуем и с утра собираем снаряжение и выдвигается в пещеру.

— А что будем делать с Изабель? —

— Она не должна узнать, что мы возвращаемся в лагерь. Нужно найти другого водителя.

 Кэнди осталась в отеле, решив не терять времени. Пока Мейсон и Люк отправились за фильтрами и провизией, она занялась сбором вещей.

 Парни направились в ближайший магазин. Город был тихим, будто затаился, и каждый шаг по асфальту отдавался в ушах. Они быстро собрали всё необходимое: консервы, воду, аптечку и, главное — радиационные фильтры. Люк проверил упаковку дважды, убедившись, что маркировка P3(17)была на месте.

— Всё, что нужно, — сказал Мейсон, кивая. — Возвращаемся?

— Да, — ответил Люк, выходя из магазина. Он повернул за угол — и врезался в него.

 Пакет выскользнул из рук, фильтры рассыпались по асфальту, один из них покатился к ногам незнакомца. Мужчина не шелохнулся, стоял словно стена. Короткие, хаотично лежащие волосы, серебряный крест на шее, чёрная рубашка с парой расстёгнутых верхних пуговиц и открывающая вид на татуировку, — всё в нём говорило о силе и прошлом, которое не нуждалось в объяснениях. Его лицо — с аккуратной бородой и серьгами — было спокойным и уставшим, но в глазах читалась настороженность. Он посмотрел на Люка, потом на фильтры, затем снова на Люка.

— Вы не местные, ребята, — произнёс он, голосом, в котором не было ни угрозы, ни извинения.

— Да. Извините, за то, что сейчас произошло, мне стоило лучше смотреть по сторонам. — Подняв последний фильтр произнёс Люк.

— Что ж, думаю я это переживу.

 Мужчину кто-то окликнул и ребята услышали в непонятном им разговоре единственное знакомое слово — Чапаросса — название городка, что находился близь их лагеря. Мексиканцы перекинулись еще несколькими фразами, а после неизвестный повернулся обратно с вопросом:

— Чем-то могу помочь? — он выгнул бровь, когда увидел, что ребята остались стоять на том же месте.

— Мы услышали название города — Чапаросса, вы оттуда? — Сразу начал Мейсон подводить к своей идее.

— Нет, я бываю там по работе, привожу запчасти. К чему такой интерес? — Мужчина выглядел недоверчиво.

 Парни переглянулись. Выбора у них особо не было.

— Может вы будете в скором времени туда ехать? Нам очень нужно добраться в Чапаросса и мы были бы очень благодарны, если вы согласитесь нас подкинуть.

— Цена вопроса?

— Не то чтобы у нас много денег. Сколько вы хотите?

 Он окинул их взглядом, выдержал паузу обдумывая всё.

— Ладно, что с вас взять, сделаю доброе дело. Отправляюсь через полчаса ровно. Вас только двое?

— Нет, нам нужно вернуться в отель, забрать нашу коллегу и вещи.

— Хорошо. Приходите на это же место.

— Большое спасибо. — Мейсон протянул незнакомцу руку и спросил. — Как мне к вам обращаться?

— Рауль. Просто Рауль.

— Я Мейсон, это Люк. Тогда мы скоро вернёмся, до встречи.

 Мужчина в ответ кивнул и вернулся к своим делам. Парни сразу поспешили внутрь отеля. В холле царила тишина, нарушаемая лишь редкими шагами персонала. Коллега — Кэнди — уже ждала их в номере, держа в руках свой рюкзак, а рядом с ней стояли рюкзаки парней.

— Всё готово? — спросил Люк, стараясь говорить спокойно, хотя сердце билось быстрее обычного.

— Да, — коротко ответила Кэнди. — Нужно придумать теперь как нам добраться.

— В этом нет необходимости, по дороге мы встретили человека, который возит запчасти и попросили его подкинуть нас.

— Ого, вот это повезло.

 Все двинулись на выход, ведь нельзя было терять времени, нужно было ещё зайти на ресепшен да и дорога к месту встречи будет длиннее из-за травмы девушки. Уже подходя все заметили машину, — немного потрёпанная, но не старая, с большим багажником — в которую Рауль загружал краску. Он повернулся на звук шагов, кивнул в сторону машины и сказал:

— Садитесь.

 Двигатель загудел, и городские улочки начали растворяться в зеркалах. Внутри царила напряжённая тишина. Кэнди украдкой посмотрела на Рауля, затем на Мейсона, словно пытаясь понять, что за внезапное знакомство.

— Какое-то конкретное место в городе? — похлопывая по рублю, произнёс Рауль.

— Достаточно до заправки на въезде, дальше мы сами — спокойно сказал Люк и умостился на переднем кресле.

***

 Солнце стояло высоко, воздух дрожал от жары. Когда внедорожник Рауля свернул с трассы на грунтовую дорогу, пыль поднялась густым облаком и повисла над пустыней. Машина остановилась.

— Обеденное время, — заметил он, щурясь от яркого света. — Обычно в такую жару никто не работает.

— Такая у нас работа.

 Люк первым открыл дверь, за ним — Мейсон и Кэнди. Они вытащили свои сумки и рюкзаки, проверили, чтобы ничего не осталось внутри. Жаркое солнце било по плечам, а впереди, за линией песчаных холмов был лагерь. До него было не больше пятнадцати минут хода.

— Пойдём, — коротко бросил Мейсон, закидывая рюкзак на спину.

 Троица двинулась по пыльной тропе, шаги глухо отдавались в сухой земле. Люк время от времени оглядывался назад, но Рауль не тронулся с места. Он сидел за рулём, локоть на открытом окне, наблюдая за ними, словно проверяя, как они справятся без него. Кэнди почувствовала этот взгляд на себе и ускорила шаг.

— Он следит за нами, — прошептала она.

— Пусть смотрит, за холмами нас уже не будет видно. — Ответил Мейсон. — Главное, чтобы не вмешивался.

 Палатки стояли на своих местах, но тишина казалась непривычной — словно сама пустыня затаила дыхание. Мейсон первым опустил рюкзак на землю и вытер лоб.

— Ну вот, добрались, — сказал он, оглядываясь по сторонам.

 Лидер сразу направился к столу, где лежали карты и записи. Кэнди, — присела на складной стул, тяжело вздохнув.

— Ник... — тихо произнесла она. — Всё ещё не верится, что он в больнице.

     Люк кивнул.

— Его состояние серьёзное, но нам стоит надеяться на лучшее. Главное — переждать ближайшие дни.

— Он говорил, что это может быть ключ к пониманию всей раскопки, — девушка достала статуэтку из рюкзака. — Но мы так и не успели расспросить его. Напомню, что это — радиоактивно.

 Мейсон задумчиво посмотрел на статуэтку.

— Но если Ник прав, и это связано с более глубоким слоем раскопок... тогда мы стоим перед чем‑то, что может изменить наше понимание всей культуры. Нам нужно понять, какой путь был у Ника.

— Предлагаю перекусить, а после этого обдумаем план действий. — Кэнди мило улыбнулась и потянулась за своими костылями, чтобы встать и начать готовить еду.

— Нет, Кэнди, — мягко остановил её Мейсон. — Ты и так достаточно сделала сегодня. Дай нам заняться этим.

     Люк добавил, улыбнувшись:

— Мы справимся быстрее, а ты отдохни.

 Девушка хотела возразить, но видя решимость друзей, лишь вздохнула и позволила им взять на себя заботу о еде. Парни разложили продукты, зажгли горелку и начали готовить простой обед. Она наблюдала за ними, чувствуя, что в этой маленькой заботе есть что‑то большее, чем просто еда — это было проявление доверия и поддержки в момент, когда им всем нужно было держаться вместе.

***

— Пора, — сказал Мейсон, проверяя застёжки на защитном костюме.

 Люк кивнул и поднял респиратор, закрепляя его на лице. Металлические защёлки щёлкнули, глухо отозвавшись в тишине пещерного входа.

— Не нравится мне всё это, — пробормотал он, проверяя дозиметр. — Но если Ник действительно что‑то нашёл... мы должны увидеть это своими глазами.

Мейсон включил фонарь, и узкий луч света прорезал темноту. — Мы будем осторожны. Не отходим друг от друга далеко.

Кэнди наблюдала за ними из‑за каменного выступа, прижимая к груди сложенные костыли. — Только не геройствуйте, ладно? — Её голос дрогнул, но она попыталась улыбнуться.

— Мы просто посмотрим, — заверил её Люк. — И сразу вернёмся.

 Они двинулись внутрь.

 Воздух в пещере был плотным, тяжёлым, будто пропитанным чем‑то невидимым. Дозиметр тихо потрескивал, но в пределах нормы — пока что. Стены сужались, и шаги эхом отдавались в глубине, словно кто‑то сзади повторял их движения.

— Ник точно шёл этим путём, смотри.... — Указал на пол Мейсон. — Следы от подошвы.

— Мы идём уже минут 20, а никакой комнаты, о которой говорил Ник, мы так и не видели. Может всё-таки ему это привиделось? — Люк снял с себя защитные очки, чтобы протереть запотевшие стекла. — В конце концов, нам не стоит тут долго находиться.

— Послушай. — Мейсон резко повернулся к Люку, схватив того крепко за плечи. — Я ни за что не поставлю под сомнение слова Ника. Я готов хоть весь день... Дни... Недели потратить на поиски того самого места. Ни за что не отступлюсь, слышишь?

— Мейсон, ты больной своими раскопками, иногда нужно думать не только о славе, но и о здоровье, о людях вокруг тебя.

— О какой славе речь? Я делаю свою работу. Ты делаешь свою работу. Ник делал свою работу и если он сказал, что здесь что-то есть, значит мы, как команда, должны закончить его начатое дело.

 Люк задумался над словами лидера. А ведь он прав... Мы здесь все ради одного... Найти правду. Если один из нас пал, то остальные закончат начатое чего бы это ни стоило.

— Прости. Наверное, у меня просто всё накопилось. Не хотел срываться на тебе. Давай продолжать.

 Мейсон отпустил парня, тяжело вздохнул и проговорил:

— Мне тоже не стоило себя так вести. Пошли.

 Спустя долгое, изматывающее продвижение вперёд, пещера наконец начала расширяться. Стены, до этого сдавливавшие их узким коридором, постепенно расходились, и воздух становился суше, будто они выходили в пространство, которое давно не знало движения.

— Подожди, — тихо сказал Мейсон, подняв руку. — Кажется... это оно.

 Они сделали ещё несколько шагов — и пространство перед ними внезапно открылось.

 Это было то самое место.

 Следующие две недели превратились для них в однообразный, но странно притягательный ритм. Каждый день, почти не пропуская ни одного, Мейсон и Люк ходили в пещеру — в тот самый зал. Они шли туда, как идут к чему-то неизбежному: то, что манило их, несмотря на невероятную опасность.

 Каждый раз — в респираторах, в защитных костюмах, с дозиметрами, фонарями, камерами и блокнотами. Они фиксировали малейшие детали: положение предметов, символы, надписи, обломки мебели. С каждым днем их записи становились детальнее, насыщеннее. А Кэнди оставалась снаружи, встречала их всегда с тревогой, которую пыталась скрывать. Она видела, как они возвращаются — усталые, но с блеском в глазах, который появляется у людей, прикоснувшихся к чему-то, что выходит за рамки привычного. Полмесяца спустя они уже знали, что уедут отсюда первооткрывателями с невероятной историей, деталями и артефактами, которым позавидует любой музей в мире.

17. Метка P3 на респираторах означает самый высокий уровень защиты от мелких частиц, пыли, аэрозолей и микроорганизмов, отфильтровывая до 99% примесей в воздухе.