3 глава

- Джереми, ты не видел мою сестру? - спросила она, все же решив не шокировать друга Джейн подобным поведением.

- Она должно быть в саду. Я провожу тебя! - вежливо предложил Джереми, и Розэ не стала отказываться, желая насладиться безукоризненным поведением хотя бы одного из своих гостей.

Когда они втроем вернулись в гостиную, по-прежнему наполненную танцующими людьми, Розэ предпочла удалиться от стоящей у окна в своей обыкновенной неподвижной позе Лалисы в противоположный конец комнаты. Какого же было ее удивление, когда с первыми звуками очередной медленной композиции она услышала позади себя ее голос, размеренный, низкий, бесстрастный.

- Разрешите пригласить вас!

Розэ развернулась. Несколько резче, чем ей бы хотелось. Подняла на Лалису глаза и замерла. Та спокойно смотрела на девушку. Теперь в ее взгляде, завораживающем своей глубиной, не было привычной надменности. Лишь уважение и ожидание. Розэ больше не ощущала той неловкости, что раньше в присутствии Лалисы де Манобан Наоборот, сейчас она чувствовала себя центром ее внимания, и это было неожиданно...приятно. Взгляд Лалисы согревал. Энн позабыла все те колкие слова, которые было вспыхнули в ее сознании.

Лалиса с едва заметной улыбкой на губах предложила ей руку. Розэ с ужасом опустила глаза на ее раскрытую ладонь. Никогда еще она не чувствовала себя такой безвольной. Больше всего на свете сейчас ей хотелось вложить свою руку в ладонь Лалисы и пойти за ней хоть на край света.

- Стоп стоп стоп! - Розэ замотала головой. - Никак не могу принять Ваше предложение! - произнесла Розэ, сама не веря тому, что говорит это.

- Отчего же? - отреагировала Лалиса, убирая руку.

- Общение с малолетними чревато уголовной ответственностью! - выпалила Розэ и бросилась сквозь танцующие пары прочь из гостиной.

Вернувшись в дом через несколько минут, Розэ с невозмутимым лицом прошла к стоящему на подиуме роялю. Она поняла, что больше всего ее раздражал тот факт, что ее самочувствие сегодняшним вечером по неведомой ей причине зависело от чужого, совершенно незнакомого человека. Все ее мысли вертелись вокруг Лалисы, и та одним своим присутствием влияла на ее поведение. Розэ подумала, чтобы она стала делать, если бы женщины не было на празднике. Она стала бы петь. Конечно.

И она поднялась на подиум, подошла к микрофону и объявила гостям, что следующим номером программы является песня в исполнении хозяев вечеринки. Потом она села за современный цифровой рояль, зовя взглядом Джейн и Лиз присоединиться к ней.

Сестер не надо было приглашать дважды. Лиз оказалась рядом с Розэ раньше Джейн, потому что не стеснялась расталкивать собравшихся друзей, прокладывая себе дорогу. Джейн же пришлось идти практически из самого дальнего конца комнаты. А делала она это, так же как и все остальное в своей жизни - прежде всего с уважением к окружающим.

Когда они обе стояли рядом с микрофоном, Розэ начала играть. Это была веселая песня Эмили Отм «Выйди за меня» о женах английского короля Генриха VIII, окончивших свою жизнь на плахе. Розэ добавила к основному звучанию рояля клавесин для большей схожести с оригиналом. Сестры часто пели эту песню втроем, поэтому она звучала сейчас легко и задорно в их исполнении. Джейн была несколько удивлена выбором Розэ, но не стала возражать. Она просто пела в этот раз тише, чем обычно. Лиз же полностью отдавалась драйву.

- "Выйди за меня", сказал он. Боже, он гадок, но мы так богаты, - начала Лиз второй куплет, - чтобы, бегая по садам, наслаждаться мужчинами, женщинами и цветами.

- Но, о, сколько прекрасных вещей я буду носить. Какие красивые платья и причёски! - звучал припев.

Розэ пела вместе с сестрами, пусть и без микрофона. При этом она еще и со всей страстностью человека, желающего забыться в веселье, играла на рояле. Сначала сидя, а потом и вовсе, увлеченная нарастающим ритмом песни, вскочив на ноги.

Когда они закончили, гостиная гудела от восторженных криков и аплодисментов.

Розэ присоединилась к сестрам, они с довольными улыбками поклонились публике и стали сходить с подиума, чтобы вернуться к танцам. Переводя дух, Розэ окинула собравшихся победным взглядом и увидела Лалису у противоположной стены. Ее синие глаза смотрели прямо на Розэ. Поняв, что ее застигли с поличным, Лалиса не сразу отвернулась. Розэ же тряхнула светлыми волосами, выхватила за руку из толпы Тэхена и с головой окунулась в танцы.

- Я обязательно должен познакомить тебя со своей семьей! - говорил Джереми, стоя на пороге дома Мидлтонов ранним утром. Он держал ладонь Джейн в своих руках, прощаясь с ней. - Будьте с Розэ моими гостями!

Они уезжали. Лалиса скользила взглядом по дымчато-зеленым холмам, погруженным в туман.

- Я приеду за вами на следующей неделе! В Лондоне начинается кинофестиваль независимого кино, и мы могли бы съездить туда все вместе! От нашего дома в Сюррее до Лондона не больше часа езды. Лалиса составит нам компанию.

Лалиса повернулась к другу при этих словах и остановила на нем свой удивленный взгляд. Ее надменные брови исчезли под длинной темной челкой. Джереми посмотрел на нее с просьбой в глазах. Лалиса пожала плечами:

- Как тебе будет угодно, - ответила она другу, потом добавила, обращаясь уже к стоявшим на пороге Джейн и Розэ, - До скорой встречи, - и направилась к стоящему рядом с домом черному автомобилю.

Джереми сжал ладонь Джейн на прощание и ушел вслед за Лалисой.

Розэ проводила высокую фигуру де Манобан долгим взглядом, удивившись тому факту, что оба их гостя открыли задние дверцы автомобиля. Черный седан незамедлительно тронулся, как только они оказались внутри. Неужели кто-то ждал их всю ночь?

***

- Сегодня к ужину у нас гости, - предупредил мистер Мидлтон, вошедших в дом дочерей.

- Из-за этого у тебя такой довольный вид? - спросила Лиз, забегая на кухню. Она схватила яблоко из корзины с фруктами.

- Папа, появилась надежда? - спросила Розэ, подходя к отцу и целуя его в лоб.

Мистер Мидлтон сидел за обеденным столом. Перед ним лежала раскрытая книга.

- Надежда всегда есть, - ответил он дочери.

- Как бы было хорошо, если бы эта женщина стала партнером вашего отца! - миссис Мидлтон семенила по кухне от стола к плите с кастрюлей в руках.

- Папа, ты нашел инвестора? - осторожно спросила Джейн, появившись из гостиной. Она сняла с головы прогулочный платок, и длинные светлые волосы упали ей на плечи.

Надеждой семьи Мидлтонов на спасение семейного бизнеса оказалась очаровательная женщина средних лет с выразительными карими глазами, решительно очерченными губами и огромной копной каштановых кудрей, забранных наверх. Ее звали Дженни Милн. За ужином в доме Мидлтонов она вела себя совершенно свободно, общаясь со всеми, смеясь над шутками Лиз, соглашаясь с матерью семейства в вопросах роста цен на электричество, обсуждая с Розэ последние события на Ближнем Востоке и покоряя Джейн своими познаниями в области истории древнего мира. Мистер Мидлтон взирал на нее с некоторой осторожностью, будто боялся поверить своему счастью. Женщины же были сражены ее обаянием и открытостью.

Разговор зашел об августейшем семействе, и Лиз не удержалась от хвастовства.

- Несколько дней назад у нас в гостях была сама Лалиса де Манобан, - значительно произнесла она и выжидающе посмотрела на Дженни, ожидая ее реакции, должной, по мнению Лиз, быть определенно восторженной.

Но Дженни вдруг стала серьезной. Улыбка исчезла с ее миловидного лица, заостряя и так тонкие черты. Она выпрямилась, опустила вилку на тарелку и сказала:

- Это очень опасный человек, Лиз! Я бы никому не посоветовала с ней связываться.

- Вы знакомы? - спросила Розэ, чувствуя, что вопрос «опасности» Лалисы де Манобан волнует ее больше, чем следует.

- Ближе, чем мне бы хотелось, - ответила Дженни, остановив на Розэ свой взгляд, в котором смешалась теплота и горечь.