Глава 22

Умоляю вас, включите перед прочтением: Mindless Self Indulgence — Seven Minutes in Heaven Сразу поймёте все эмоции, а если не включите — вы всё упустите

__________________________________

Как только я оказываюсь в Картографической, я наконец выдыхаю. Моё тело всё ещё дрожит от всего сказанного и сделанного. Если сейчас Алби не явится сюда и не выкинет меня за шкирку в Лабиринт, значит, мне дико повезло. Схватив лист бумаги, падаю на скамейку и пытаюсь чертить сегодняшний Лабиринт.

Веду карандаш не туда — перед глазами только то, как Минхо меня кошмарил обучением. Переворачиваю лист, пишу дату, имя и место. Черчу заново. Я снова вспоминаю слова Галли.

«Поёбывает», — сказал он мне в лицо перед всеми. А если Алби в это поверит?

Я прикрываю глаза, теперь в голову лезет Минхо. Я и Минхо. Его прикосновения ко мне. Сколько времени прошло? Месяц? Почему я всё ещё это помню? Почему другие вообще могут так подумать?

Я Бегаю в Лабиринте не через постель, это уж точно. Кто вообще пытался бы таким образом этого добиться? Что за глупости?

Он сказал, что меня достаточно не наказывали. Я и так считаю, что то, что я зарядила Люку по лицу, — недостаточная причина, чтобы кинуть меня на ночь в Кутузку. Я вообще не видела никаких привилегий по отношению к себе.

Рыкнув, я сминаю лист с недоделанной кривой картой, поднимаюсь со скамьи снова иду к запасам. Вынимаю новый листок, как вдруг проворачивается замок на двери в Картографическую.

Я резко поворачиваюсь, думая, что всё — поведут меня на плаху. В помещение заходит Минхо, его грудь тяжело вздымается, словно он бежал сюда от Зала Собраний. Он поднимает на меня взгляд, но ничего не говорит. Я нервно переступаю с ноги на ногу, кладу лист с карандашом на стол и подхожу к Минхо.

— Что, опять пришёл меня в Кутузку запихнуть? — срывается с моих губ быстрее, чем я успеваю подумать.

Минхо делает шаг ко мне, но не отвечает, лишь вглядывается в моё лицо, словно пытаясь что-то в нём разглядеть. Я смотрю ему в глаза, едва заметно выдыхая через рот. Минхо оказывается ещё ближе, нависая надо мной, не отрывая взгляда.

Неожиданно внутри желудка затягивается узел, и меня пробирает дрожь. Как будто я боюсь того, что он сейчас скажет. Но нет. Это что-то совсем другое. Я уже собираюсь снова задать вопрос, но Минхо меня обрывает:

— Блять, какая же ты стебанутая, — произносит едва слышно он.

А затем его ладонь ложится мне на шею и резко притягивает меня к себе. Наши губы  сталкиваются мгновенно. Я тут же неосознанно хватаюсь за его плечи, а правой рукой тянусь к его шее, обхватывая её в ответ.

Я раскрываю губы мгновенно, углубляя поцелуй. Наши языки сталкиваются, а одна ладонь Минхо опускается мне на талию, вжимая в себя.

Я ощущаю, как пусто в голове; как под ногами словно пропадает пол; как внизу живота тот самый узел перекручивается десять раз. Я отвечаю ему с той же яростью, с какой он целует меня. Минхо теснит меня назад, мы делаем пару шагов, и я упираюсь ягодицами в стол.

Я даже не успеваю среагировать — он подхватывает меня за талию и усаживает на стол. Минхо оказывается между моими разведёнными ногами, прижимая меня к себе так сильно, словно мы пытаемся стать одним человеком.

Мне этого мало, — проносится у меня в голове. Я кусаю его за нижнюю губу, оттягивая, а затем ладонь скользит ниже, цепляя край его майки. Тут же провожу ногтями по его прессу, слышу, как он буквально рычит мне в губы, дёргая ещё ближе к себе.

И в этот момент я чувствую, как бугор в его штанах прижимается ко мне. Я негромко стону в его рот, подаваясь вперёд, — и вдруг всё это пропадает.

Его губы, его тело, всё это исчезает. Я поднимаю глаза. Минхо стоит практически в метре от меня, тяжело дыша, и резко отводит взгляд, будто не может заставить себя снова посмотреть мне в глаза.

— Нет, — произносит он сбивчиво. — Надо остановиться. Так нельзя.

Я тоже тяжело дышу, облизываю губы. Всё моё тело — натянутое как струна — требует, чтобы он прямо сейчас вернулся ко мне.

— Я разве просила тебя остановиться? — хрипло произношу я.

Моя голова буквально кружится — от недостатка или переизбытка кислорода. Мне кажется, что я сейчас рухну прямо здесь.

— Нет, — снова качает он головой, собираясь развернуться и выйти из Картографической. Ну уж нет. — Ева, нет.

Он впервые зовёт меня по имени — и в голове словно переключается тумблер. Я расстёгиваю стропы рюкзака и он с шумом падает назад на стол. Минхо наконец переводит взгляд на меня, привлечённый шумом. Я хватаю подол своей майки и резко снимаю её с себя, откидывая в сторону.

На мне не привычный спортивный топ — а более тонкий и открытый. Я наклоняю голову вбок, опираясь назад на руки и смотрю на Минхо. А затем улыбаюсь ему, ничего не говоря.

Этого хватает. Он подлетает обратно ко мне, стискивая мою талию — касаясь обнажённой кожи, а я снова стону от переизбытка эмоций. Он целует теперь мою шею, проходится языком, и я прикрываю глаза, шумно выдыхая.

— Скажи остановиться, — как в бреду шепчет он мне на ухо. — Пожалуйста. Блять.

Я слегка поворачиваю голову, кусая его чуть выше подбородка, и смотрю на него полуприкрытыми глазами. Он останавливается в миллиметрах от моего лица, ожидая ответа. Облизываю губы, ловлю его взгляд и вновь улыбаюсь, сжимая его бугор на штанах ладонью.

Он громко стоне и вновь наваливается на меня, целуя так жадно, что мы стукаемся зубами. Его левая рука поднимается выше, сжимая мою грудь через ткань, а затем скользит пальцами под неё. Я пытаюсь одной рукой расстегнуть его ширинку и пуговицу, чтобы добраться быстрее, как вдруг мы слышим, как кто-то пытается открыть дверь Картографической.

Минхо отлетает от меня за долю секунды. Я хватаю майку и, не успев толком разобраться, быстро натягиваю её на себя, спрыгиваю со стола и оказываюсь около шкафа с канцелярией. Приглаживаю растрёпанные волосы и быстро дотрагиваюсь до губ.

Сердце колотится как бешеное. Я медленно поворачиваюсь к внезапному гостю. Ньют оказывается на пороге, оглядывает нас пару секунд и внезапно говорит:

— Чё, трахались?

Я резко поворачиваюсь к нему. Минхо делает тоже самое — и мы хором произносим:

— Нет, конечно.

— Чё за плюк?

Ньют закрывает дверь и громко смеётся, переводя взгляд то на меня, то на Минхо.

— Ширинку застегни, шанк, — кидает он, проходя вглубь помещения. Я прикрываю глаза, пытаясь вновь заставить себя исчезнуть. — Галли, получается, был прав?

— Закройся, — шипит ему Минхо, но ширинку в итоге застёгивает. — Что? Чего пришёл?

Я стараюсь не смотреть в их сторону, разглядывая свой бедный смятый лист на столе. Боже, если бы Ньют не зашёл, Минхо меня бы разложил прямо тут. Червяк в голове тут же замечает, — а ты что, была бы против?

В этом и дело. Майку я сняла сама. И если бы мне дали вернуться на пару минут в прошлое, я бы сделала всё так же — чтобы прожить это снова и снова.

— Не надо на меня злиться, шанк, — издевательски хмыкает Ньют. — Извините, что прервал. Но Алби ищет Эву. И, вероятно, он бы скоро пришёл сюда. Так что радуйтесь, что я сделал это первый.

Я тут же поднимаю голову и встречаюсь взглядом с Ньютом. На его лице — поистине дебильная усмешка.

— Что? — спрашиваю я. — Меня накажут?

— Да ты тут и так уже наказалась, — снова хохочет Ньют, а я отвожу глаза, стараясь не встречаться взглядом с Минхо. — Хотя, как посмотреть. Нет. Алби хочет с тобой поговорить. Без Кутузки.

Я цепляюсь за возможность быстро уйти из Картографической и буквально проношусь мимо Ньюта и Минхо, вылетая из помещения. Я кручу головой в поисках Алби и наконец замечаю вожака возле вышки. Спешу к нему, он выглядит недовольным, но уже не таким злым, как когда я кричала на собрании.

— Ты звал? — спрашиваю я, подходя к нему. Алби кивает, а затем указывает на вышку.

— Поговорим там.

Я лезу первой. Высота приятно ощущается — голова снова пустеет, но мысли о Минхо лезут одна за другой. Я буквально заставляю себя сконцентрироваться на том, что сейчас скажет Алби.

— Ладно, — наконец говорит он. — Как ты поняла, в Кутузку я тебя не закину. В Лабиринт будешь бегать.

— Хорошо? — я собираю мысли в кучу, хмурясь. — Тогда, что...

— Но ты должна хорошо уяснить одну вещь: прекрати подрывать авторитет, — спокойно произносит он. — Мой, Минхо, — я едва заметно прикрываю глаза. — Даже Галли. У нас есть строгая иерархия, и без неё здесь ничего не выйдет. Есть старшие ребята — я, Джордж и остальные Кураторы. А есть другие глейдеры — вы.

Я киваю, уже понимая, к чему он ведёт.

— Нельзя врываться на собрание, нельзя постоянно спорить о правилах, а также нельзя раздавать пощёчины направо и налево, — я хмыкаю, вспоминая яростный взгляд Галли. — Реально сложилось впечатление, что ты пользуешься своим положением.

— Каким положением? — резко вставляю я. — Единственная моя привилегия — это то, что ты запретил шанкам меня насиловать, — выпаливаю я, не смущаясь. — Но что-то это нихрена не привилегия. Это база.

Алби прикрывает глаза, явно начиная злиться из-за того, что я снова его перебила.

— Прости, — сбивчиво произношу я.

— За такое Галли должен был тебя отмудохать нахрен, — продолжает Алби. — Но ты девушка. Мы же не будем тебя бить.

— Чё это? — ухмыляюсь я. В этот раз я даже его не перебиваю — он специально уже дал мне вставить свои пять копеек. — Боитесь, что продуете?

Алби в итоге выдавливает лёгкую улыбку, качает головой и смотрит вдаль — на закрытые ворота. Через секунду он снова становится серьёзным.

— Но ты права, — произносит он. — Насчёт правил. Сказали, что никому, кроме Бегунов, нельзя быть в Лабиринте, а потом оказывается, что иногда можно. Мы всегда старались забрать тела шанков оттуда, если знали, что они погибли неподалёку.

Я молчу, тоже переводя взгляд на ворота. Где-то там за ними Уилл, возможно, уже мёртвый. Я его даже не знала, но лёгкая грусть все равно накрывает меня.

— Возможно, ты немного криво выражаешь свои мысли, — продолжает Алби. — Криками, нарушением правил. Но в твоих словах, конечно, есть смысл.

— Э-э-э... — тяну я неуверенно. — Спасибо, что ли.

Алби переводит на меня внимательный взгляд, разглядывая так, словно видит в первый раз.

— Я хочу, чтобы ты была в Совете, — в итоге произносит он.

А мои глаза расширяются так, словно сейчас превратятся в два огромных яблока. Я быстро моргаю, смотря на нашего вожака.

— Что? — лишь произношу я. — Совет? Что?

— Да соображай, Ева, — закатывая глаза, произносит Алби. — Не сейчас. Пусть шанки поутихнут. У тебя то ли какая-то чуйка, то ли всё это из-за твоей стебанутой башки, но я чувствую — ты нам ещё крепко можешь помочь. Если не сдохнешь из-за своих действий раньше времени.

Я, наконец, выдыхаю. Алби отходит к спуску с вышки, а затем останавливается и оборачивается:

— То, что сказал Галли, — спрашивает внезапно он, — про тебя и Минхо, это...?

Ком слов резко застревает у меня в горле, я аж давлюсь от этого внезапного вопроса, но затем прыскаю и говорю:

— Влажные фантазии капитана Галли, — ухмыляюсь я. — А что, выгнал бы нас нахрен, что ли?

Я криво ухмыляюсь, а Алби закатывает глаза, качая головой.

— Куратора Бегунов и девку, что почти пришибла гривера, — напоминает Алби. — Конечно, нет. Но вы бы точно больше не виделись.

Напустив на себя беспечный вид, я снова прыскаю. Алби скрывается из виду, а я резко выдыхаю. Затем лезу вниз следом за ним.

— Джордж знает, — внезапно говорит мне Алби. Я чувствую, как начинают гореть щёки. Откуда он знает, что мы с Минхо... Когда успел? Ещё и доложил. — Что я хочу тебя назначить в Совет.

Ругательство едва не соскакивает с моих губ. Минхо, уходи из моей головы, я так скоро сойду с ума.

— Но сделайте так, чтобы это не просочилось дальше вашего кружка, — Алби кивает в сторону, где стоят Ньют и Минхо.

Минхо тут же замирает, заметив жест вожака, а я прыскаю. Да, со стороны это сейчас выглядело максимально двусмысленно.

— Конечно, — произношу я. — Заставь Галли сделать больше бутлей против гриверов. Я сама к нему уже не пристану. Может, только через пару месяцев. И то он меня всё равно сожрёт.

Алби кивает, кладёт ладонь мне на плечо и слегка похлопывает.

— Галли хороший шанк, — говорит вожак. — Лучше бы тебе с ним дружить. Вы даже чем-то похожи, — хмыкает напоследок он и уходит в сторону Хомстеда.

Да уж, сейчас побегу к Галли, будем мириться на мизинчиках и заплетать друг другу косички. Я двигаюсь в сторону Ньюта с Минхо, внезапно понимая, что пропустила ужин.

— Ну и чё? — спрашивает тут же Ньют, как только я подошла к ним.

Смотреть на Минхо мне одновременно и хотелось, и нет. Поэтому я упрямо глядела себе под ноги, а затем попыталась выискать где-то на поляне Джорджа.

— Жрать хочу, вот чё, — цокаю я. — Ужин пропустила.

— А чем это ты таким занималась, а? — тут же подтрунивает Ньют. Минхо тычет его в рёбра. — Ай. Можете сгонять вдвоём, может, Котелок чё вам и оставил.

Ньют опять прыскает, переводя взгляд с меня на Минхо.

— Хотя вдвоём вас оставлять опасно, — он быстро закидывает руку мне на плечо. — Побуду с вами. Глейд не переживёт больше такого.

— Боже, заткнись, — произносит сзади Минхо и бьёт его куда-то между лопаток. Ньют чуть дёргается, но на ногах стоит, хохоча ещё сильнее.

Мы идём до Хомстеда. На Кухне действительно остались наши холодные порции, поэтому мы втроём садимся за свой стол. Атмосфера настолько не располагающая, что я ем в два, а то и в три раза быстрее, чтобы смыться отсюда.

— Так что там Алби? — внезапно спрашивает Минхо, первым нарушая нашу тишину. — Зачем звал?

Я ухмыляюсь, на секунду переставая запихивать еду в рот.

— Он сказал, чтобы это не вышло за пределы нашего маленького кружка друзей, — Минхо резко поднимает на меня глаза, сжимая губы. Я издевательски молчу, и даже Ньют перестать хмыкать и смеяться над нами. — Что он хочет назначить меня в Совет.

Я буквально слышу, как Минхо выдыхает, а Ньют снова разражается хохотом.

— Боже, это мой лучший день, — вытирая выступившие слёзы, произносит Ньют. — Я давно так не смеялся. А ещё столько дней впереди.

— В Совет? — переспрашивает Минхо. — После того, как ты влетела туда, нахерачила Галли по щекам и сказала, что тебе вообще срать, что с тобой будет?

Я хмыкаю и пожимаю плечами.

— Я же сказала, что вы меня понимаете, только когда я начинаю орать.

_______________

Я задумала этот фанфик только из-за этой сцены, всем спасибо, подписывайтесь на тгк: mazeaver название: образина