Часть 2

Родители уехали в командировку три дня назад. Мачеха бросила на прощание: «Минхо присмотрит». Отец даже не обернулся.

Сейчас половина четвёртого. Паническая атака отпустила, но осталась липкая дрожь в руках и чувство, что внутри живота кто-то ворочает ледяную кочергу. Джисон закрыл глаза - и память накрыла грязной волной.

Год назад. Август. Ему только что исполнилось шестнадцать. Отец привёл в дом женщину с сыном.

Минхо стоял в дверях, скрестив руки, и смотрел так, будто Джисон был говном на его новом кроссовке.

- Это что, мой новый братик? Выглядит как мокрица.

Джисон протянул руку. Минхо не посмотрел. Прошёл мимо, толкнув плечом.

- Пошли ты, приёбыш.

С того дня началось. Сначала мелочи - пролитый сок на домашку, спрятанная форма. Потом в раздевалке Минхо объяснял правила: кто тут главный, а кто будет ждать, пока старший брат поест.

Через месяц после свадьбы случилась первая паническая атака. Джисон упал со стула на кафель, а Минхо склонился и прошептал:

- Слабая порода.

Сейчас, лёжа в темноте, Джисон подумал: «А что, если просто не проснуться?» Он не хотел умирать по-настоящему. Не лезть в петлю, не резать вены - просто чтобы всё перестало существовать. Чтобы Минхо однажды утром открыл дверь, а там пустота.

Но он держался. Пока держался.

В горле пересохло. Он встал, нашарил босыми ступнями пол и пошёл на кухню. В гостиной всё ещё орал телевизор - Минхо, видимо, уснул на диване, вытянув ноги на столик.

Джисон налил ледяной воды из крана, выпил залпом. Поставил стакан и задел чашку - старую, отцовскую, с отколотым краем. Чашка упала. Звон показался выстрелом. Белые осколки разлетелись по линолеуму.

Джисон замер. Сердце пропустило удар, но паника не пришла. Внутри была пустота. Хуже, чем страх.

Он опустился на пол посреди кухни. Сел, обхватил колени, заплакал. Тихо. Беззвучно. Слёзы текли сами собой. Он не вытирал их. Зачем? Минхо всё равно не услышит. А услышит - скажет, какой он жалкий.

Просидел так минут пять. Потом вытер лицо грязным рукавом и начал собирать осколки. Крупные сложил в ладонь, мелкие подбирал, царапая пальцы. На подушечке выступила кровь - он даже не почувствовал. Смахнул о штаны и продолжил.

Когда всё оказалось в мусорном ведре, он протёр пол тряпкой, выключил свет и вернулся в комнату. Лёг на мокрую простыню, свернулся калачиком.

За стеной тихо гудел телевизор. Минхо спал. А Джисон смотрел на трещину на потолке и ждал утра. Потому что утром нужно встать, пойти в школу, сесть за одну парту с этим ублюдком и делать вид, что всё нормально.

Он умел. Пока умел.