глава 6

На следующий день в кофейне было шумно. Пахло кофе, выпечкой и уютом. За столиком у окна сидели Джисон и Феликс. Джисон нетерпеливо постукивал пальцами по столу, поглядывая на часы. Феликс сидел напряжённо, сжав в руках чашку с латте, которую так и не пригубил. Он несколько раз порывался встать и уйти, но Джисон каждый раз хватал его за руку и усаживал обратно.

- Он придёт, - уверял Джисон, хотя в голосе уже звучали нотки сомнения. - Просто опоздает.

Прошёл час. Феликс посмотрел на дверь, потом на Джисона.

- Может, я пойду? - тихо спросил он. - Ему, видимо, неудобно... или он не хочет. Я пойму, правда.

- Нет, сиди, - отрезал Джисон, сжимая челюсти. - Я его убью, если он не придёт.

Прошёл ещё час. Два часа. Целых сто двадцать минут они просидели в этой кофейне, глядя на дверь. Феликс уже успел выпить три чашки кофе, дважды сходить в туалет и мысленно собраться уходить раз десять. Джисон же сидел с каменным лицом, и его терпение лопнуло окончательно.

- Всё, - рявкнул он, хватая телефон. - Я звоню этому придурку.

Он набрал номер Хёнджина. Трубку взяли почти сразу.

- Хёнджин, ТЫ ГДЕ БЛЯТЬЬЬ? - заорал Джисон так, что пара посетителей обернулась. - МЫ ТЕБЯ УЖЕ ДВА ЧАСА ЖДЁМ, СУКА! ДВА ЧАСА, БЛЯДЬ!

На том конце повисла секундная тишина, а затем раздался тихий, виноватый и какой-то покорный голос:

- Я у твоего деда.

Джисон замер. Его лицо вытянулось, а затем он снова взорвался:

- ГДЕ!?

- В подвале твоего деда, - спокойно, даже с какой-то обречённостью ответил Хёнджин. - Ты сам сказал, что закроешь меня там. Ну... я решил не ждать, пока ты меня заматывать будешь. Я сам сюда пришёл. Сижу тут, на полу. Пауки, кстати, реально есть. И сквозняк.

Джисон открыл рот и закрыл его, не в силах вымолвить ни слова. Его мозг отказывался переваривать абсурдность происходящего.

Феликс, сидевший напротив и напряжённо вслушивавшийся в разговор, услышал слова Хёнджина. У него расширились глаза. Сначала он подумал, что ослышался. Потом переварил. А потом...

Потом Феликс впервые за два месяца громко рассмеялся.

Это был не тихий смешок, не нервный хихиканье. Это был громкий, заливистый, истеричный смех, от которого у него заболел живот. Он смеялся так, что слёзы потекли по щекам, а чашка с недопитым кофе чуть не упала на пол. Он смеялся, потому что в голове не укладывалось: этот высокий тёмноволосый парень, который преследовал его два месяца, заставлял бояться выходить из дома, сейчас сидит в подвале у дедушки его друга. Добровольно. Потому что испугался встречи.

Джисон посмотрел на Феликса, и в его глазах сначала мелькнуло удивление, а потом он не выдержал. Он тоже начал ржать. Громко, от души, так, что весь зал обернулся на их столик. Он уронил голову на руки и трясся от смеха, представив эту картину: Хёнджин, в темноте, среди пауков, сидит на холодном полу и ждёт, когда его спасут.

- Ты... - выдавил Джисон сквозь смех, пытаясь говорить в трубку. - Ты реально... сам пришёл в подвал?!

- Ну да, - обиженно ответил Хёнджин. - Ты сказал, что закроешь. Я не хотел, чтобы ты меня заматывал скотчем. У меня выбор был: сидеть тут или прийти в кафе. Я выбрал подвал. Тут безопаснее.

Феликс, услышав это, заржал ещё громче. Он уже не боялся. Вся паранойя, все страхи, вся тяжесть двух месяцев - она просто растворилась в этом абсурдном, диком смехе. Он представил, как этот серьёзный, замкнутый парень, который казался ему опасным маньяком, сейчас сидит в подвале, дрожит от страха перед встречей и считает это лучшим выходом.

- Джисон, - прошептал Феликс, вытирая слёзы. - Твой друг... он что, совсем долбанутый?

- Ага, - кивнул Джисон, всё ещё давясь от смеха. - Я же говорил. Он очень... глупый человек.

Он снова поднёс трубку к уху и прорычал, но уже без злости, а с нотками веселья:

- Хёнджин. Выходи из подвала и иди сюда. Живо. Если ты не появишься через полчаса, я приеду к деду, привяжу тебя к капоту своей машины и привезу в таком виде. Выбирай: подвал в позоре или кафе с нами.

В трубке послышалось тяжёлое сопение, а затем тихий голос:

- А он... не ушёл? Феликс?

Джисон посмотрел на Феликса, который всё ещё улыбался, вытирая влажные глаза.- Нет, он здесь. И он, блять, смеётся над тобой, идиот. Приходи.

Хёнджин замолчал. А затем сказал:

- Ладно. Я иду.

И в трубке раздались гудки.