5 глава

Феликс проснулся оттого, что за окном пели птицы. Солнце уже поднялось высоко, заливая комнату тёплым золотым светом. Он потянулся, чувствуя, как мышцы приятно ноют после вчерашней тренировки, и улыбнулся.

Сегодня был особенный день. Нет, не сегодня. Сегодня была подготовка к особенному дню.

Через три дня ему исполнялось восемнадцать. И Хёнджин решил, что это будет не просто праздник. Это будет событие. Четыре дня празднования. Четыре дня, посвящённых только ему.

— Четыре дня, — прошептал Феликс, глядя в потолок. — Это даже лучше, чем я думал.

Он встал, надел халат и вышел из спальни. В коридоре было непривычно тихо. Обычно прислуга сновала туда-сюда, но сегодня словно все затаились.

Феликс спустился в холл и замер.

Хёнджин стоял посреди комнаты, держа в руках планшет, и что-то сосредоточенно изучал. Рядом с ним стояла целая делегация — главный дворецкий, шеф-повар, менеджер по мероприятиям, флористы, декораторы. Все напряжённо ждали его вердикта.

— Нет, — сказал Хёнджин, указывая на что-то на планшете. — Эти цветы не подходят. Они слишком яркие. Феликс любит нежные оттенки. Белые пионы. Или кремовые розы. Никакого красного. Поняли?

— Да, господин Хёнджин, — поклонился флорист и быстро записал что-то в блокнот.

— И скатерти, — продолжил Хёнджин, переключаясь на следующий пункт. — Только шёлк. Без вышивки. Чтобы было гладко. Феликс не любит фактуру.

— Слушаюсь, господин.

— И музыка. — Хёнджин поднял взгляд на менеджера. — Я прислал плейлист. Проверьте, чтобы всё было именно в этом порядке. Первый час — джаз. Потом лёгкий поп. Потом танцевальная музыка. Феликс любит танцевать. Но не утомляйте его.

— Будет сделано, господин Хёнджин.

Феликс стоял на лестнице и не мог отвести взгляда. Хёнджин был полностью сосредоточен. Он проверял каждую деталь. Каждую мелочь. Каждый узелок.

— А что насчёт еды? — спросил он, поворачиваясь к повару. — Я утвердил меню. Проверьте ещё раз. Особенно десерт. Феликс любит шоколад, но не слишком сладкий. И чтобы фрукты были свежими. Я лично проверю, когда привезут.

— Да, господин, — повар поклонился.

Феликс тихо спустился на несколько ступенек, чтобы его не заметили. Он хотел посмотреть, что ещё будет делать Хёнджин. Это было... трогательно. Честно говоря, он никогда не видел, чтобы кто-то так старался ради него.

— Где будут стоять стулья? — спросил Хёнджин, поворачиваясь к декоратору. — Феликс должен видеть всех гостей, но не быть слишком близко к ним. Ему нужно пространство. Он не любит, когда его окружают слишком плотно.

— Мы поставим главный стол в центре, — ответил декоратор. — С лёгким возвышением, чтобы господин Феликс был выше всех.

— Хорошо. — Хёнджин кивнул. — И проследите, чтобы освещение было мягким. Феликс не любит яркий свет. Он говорит, что от него у него болят глаза.

Феликс улыбнулся. Он действительно говорил это. Однажды, когда Хёнджин включил яркую лампу в кабинете, Феликс скривился и сказал: "Убери этот свет, у меня голова болит". И Хёнджин запомнил.

— Я хочу, чтобы всё было идеально, — сказал Хёнджин, обводя взглядом присутствующих. — Это первый день его праздника. Четыре дня. Я хочу, чтобы он запомнил этот день навсегда. Чтобы он чувствовал себя особенным. Потому что он особенный.

Феликс почувствовал, как внутри разливается странное тепло. Он смотрел на Хёнджина, который стоял посреди холла в своём идеальном костюме, с серьёзным выражением лица, и отдавал приказы, как генерал перед битвой. Но битва была за его, Феликса, счастье.

Феликс кашлянул, привлекая внимание. Все головы повернулись к нему. Хёнджин посмотрел на него и улыбнулся — тепло, искренне.

— Доброе утро, любимый, — сказал он, подходя к лестнице. — Ты уже встал? Я хотел, чтобы ты поспал подольше.

— Я проснулся от шума, — сказал Феликс, стараясь, чтобы голос звучал капризно. — Ты что, собираешься устроить тут штаб?

— Я готовлюсь к твоему празднику, — ответил Хёнджин, поднимаясь к нему. — Хочу, чтобы всё было идеально. — Он взял Феликса за руку. — Пойдём, я покажу тебе, что уже сделано.

Они пошли по коридорам. Хёнджин вёл Феликса за руку, показывая каждую деталь.

— Здесь будут стоять цветы, — сказал он, указывая на холл. — Белые пионы и кремовые розы. Я знаю, ты любишь их.

— Да, — кивнул Феликс, чувствуя, как его сердце бьётся быстрее.

— В большой гостиной мы поставим сцену для музыкантов. — Хёнджин открыл дверь. — Я пригласил струнный квартет. Ты любишь классику, когда хочешь расслабиться.

— Я люблю, — тихо сказал Феликс.

— В танцевальной студии будет диджей. Я нанял лучшего в Сеуле. Ты сможешь танцевать сколько захочешь.

Феликс моргнул. Он даже не думал о том, чтобы устроить вечеринку в танцевальной студии. Но Хёнджин подумал.

— А в саду мы поставим фейерверки. На первом дне. — Хёнджин улыбнулся. — Я хочу, чтобы ты увидел, как небо загорается в твою честь.

Феликс смотрел на него и не мог произнести ни слова. Хёнджин был серьёзен. Он действительно думал о каждой мелочи.

— Хёнджин, — сказал он наконец. — Это слишком много.

— Это недостаточно, — ответил Хёнджин, качая головой. — Ты заслуживаешь большего. Ты заслуживаешь всего.

Феликс почувствовал, как глаза начинают щипать. Он быстро отвернулся.

— Ты слишком сентиментален, — пробормотал он.

— Я знаю, — улыбнулся Хёнджин. — Но это только с тобой.

Они продолжили обход. Хёнджин показывал, где будут стоять столы, как будет украшен сад, какие гости приглашены на каждый из четырёх дней.

— Первый день — семейный ужин, — говорил он. — Твоя семья, моя семья, самые близкие друзья. Второй день — вечеринка для твоих друзей. Третий день — я хочу устроить что-то особенное. Не скажу, что. Это сюрприз. Четвёртый день — только мы с тобой.

Феликс остановился.

— Только мы?

— Только мы, — подтвердил Хёнджин, глядя ему в глаза. — Я хочу, чтобы последний день праздника был посвящён нам. Только нам. Я хочу, чтобы ты чувствовал себя самым важным человеком в мире. Потому что для меня ты самый важный.

Феликс молчал. Он не знал, что сказать. Внутри всё переворачивалось — от тепла, от нежности, от того, как Хёнджин смотрел на него.

— Ты заставляешь меня чувствовать себя странно, — сказал он наконец.

— Странно?

— Да. Как будто я... — он запнулся, — как будто я что-то значу.

Хёнджин взял его лицо в ладони и мягко поцеловал в лоб.

— Ты значишь всё, любимый. Ты — моя жизнь. Моя причина улыбаться по утрам. Я хочу, чтобы ты знал это. Всегда.

Феликс прикрыл глаза, чувствуя, как его сердце бьётся где-то в горле.

— Ладно, — сказал он, отстраняясь. — Продолжай. Покажи мне, что ещё ты придумал.

Хёнджин улыбнулся.

— Идём, любимый. Я покажу тебе главный сюрприз.

Он повёл Феликса в сад. Там, в центре, стояла огромная стеклянная конструкция — прозрачный купол, внутри которого был устроен настоящий тропический сад. Пальмы, цветы, маленький водопад, мягкие диваны.

— Это на третий день, — сказал Хёнджин. — Мы будем сидеть здесь, слушать музыку и смотреть на звёзды. Я заказал телескоп.

Феликс смотрел на купол, на пальмы, на воду, и чувствовал, что у него перехватывает дыхание.

— Ты сделал это... ради меня?

— Всё это — ради тебя, — ответил Хёнджин. — Ты — моя вселенная, Феликс. И я хочу, чтобы ты знал: я буду делать всё, чтобы ты был счастлив.

Феликс повернулся к нему, чувствуя, как слёзы подступают к глазам.

— Хёнджин, я... — он запнулся. — Я не знаю, что сказать.

— Ничего не говори, — прошептал Хёнджин. — Просто будь рядом. Это всё, что мне нужно.

Феликс кивнул.

Они стояли в саду, глядя на стеклянный купол, который сиял в лучах солнца. И Феликс понял — он никогда не чувствовал себя таким... важным. Таким любимым.

— Спасибо, — прошептал он.

— Не за что, любимый.

Они вернулись в дом. Хёнджин снова взялся за планшет, проверяя каждый пункт списка.

— А где будет стоять торт? — спросил он у кондитера. — Я хочу, чтобы он был в центре зала. Чтобы Феликс мог видеть его сразу, как войдёт.

Феликс стоял в стороне и смотрел на него. На то, как он хмурится, проверяя детали. На то, как он поправляет флориста. На то, как он спорит с дворецким о том, какие свечи лучше поставить на стол.

Он был идеальным. Этот мужчина, с его холодным взглядом и жёстким характером, был идеальным.

Феликс улыбнулся и тихо пошёл к себе, оставляя Хёнджина руководить подготовкой к празднику.

Через три дня ему исполнялось восемнадцать.

И он знал — этот день будет самым лучшим в его жизни.

Потому что рядом с ним был тот, кто делал всё, чтобы он был счастлив.

---

Конец пятой главы.

---ну я решила легенький такой романчик сделать.. знаете ли на 4 день прикольно будет сделать 18+..