4 глава

Феликс спал крепко, уткнувшись лицом в подушку. Ему снилось что-то тёплое и приятное — он танцевал на пляже, а вокруг летали бабочки...

— Господин Феликс! — раздался тихий, но настойчивый голос. — Господин Феликс, проснитесь!

Феликс застонал, пряча голову под одеяло.

— Уходите, — пробормотал он. — Я сплю.

— Господин Феликс, простите, но господин Хёнджин просил разбудить вас. У него важное дело.

Феликс медленно приоткрыл один глаз. Над ним стояла горничная — та самая, которую он вчера "чуть не уволил" за криво завязанный фартук. Сейчас она стояла смирно, с мольбой в глазах, держа в руках поднос с кофе.

— Который час? — спросил Феликс хриплым голосом.

— Восемь утра, господин. Господин Хёнджин ждёт вас внизу. Он сказал, что это срочно.

Феликс вздохнул, сел на кровати и потянулся. Горничная поставила поднос на тумбочку и отступила на шаг.

— Спасибо, — сказал Феликс, взяв чашку с кофе. Он сделал глоток и блаженно прикрыл глаза. — Ты хорошо готовишь кофе. Как тебя зовут?

Горничная удивлённо посмотрела на него.

— Хён Сук, господин.

— Хён Сук, — повторил Феликс. — Ты можешь идти. Скажи Хёнджину, что я спущусь через десять минут.

— Слушаюсь, господин.

Она вышла, а Феликс допил кофе, чувствуя, как просыпается окончательно. Он надел халат, сунул ноги в тапочки и спустился в холл.

В холле его ждал Хёнджин. Он выглядел, как всегда, безупречно: строгий тёмно-синий костюм, белая рубашка, галстук с серебряным узором. Волосы уложены идеально, на лице — лёгкая, но серьёзная улыбка.

— Доброе утро, любимый, — сказал он, подходя ближе.

— Что случилось? — спросил Феликс, зевая. — Почему так рано?

— У меня сегодня важная встреча, — ответил Хёнджин, беря его за руку. — Очень важная. И мне нужно, чтобы ты пошёл со мной.

Феликс удивлённо поднял брови.

— Я? Зачем? Ты же знаешь, я не хожу на деловые встречи.

— Это не просто встреча, — мягко сказал Хёнджин. — Это ужин с партнёрами. Все приходят с парами. Жёны, девушки... — он помолчал, — любовницы.

Феликс скривился.

— Любовницы? Фу. И ты хочешь взять меня, чтобы я выглядел как твоя... — он запнулся, — как твой парень?

— Как мой жених, — поправил Хёнджин. — Чтобы они знали — я серьёзен. Чтобы никто не смотрел на меня с надеждой, что я свободен.

Феликс почувствовал, как внутри разливается странное тепло. Жених. Он будет выступать в роли жениха Хёнджина перед всеми.

— И что я должен делать? — спросил он, стараясь, чтобы голос звучал беззаботно.

— Быть собой, — улыбнулся Хёнджин. — Капризным, требовательным, красивым. Чтобы все поняли — я выбрал лучшего.

Феликс покраснел, но постарался этого не показывать.

— Хорошо, — сказал он, скрещивая руки на груди. — Но я соглашаюсь только при условии, что я буду выбирать меню.

— Конечно, любимый.

— И если мне кто-то не понравится, я уйду.

— Как скажешь, милый.

— И я хочу быть в центре внимания.

Хёнджин усмехнулся:

— Ты всегда в центре внимания, любимый. Ты же Феликс.

Феликс фыркнул, но в груди разлилось довольство. Он любил, когда ему говорили такие вещи. Особенно когда это звучало искренне.

— Во сколько? — спросил он.

— В семь вечера. У тебя есть время подготовиться. Я уже распорядился — тебе привезут лучших стилистов.

Феликс приподнял бровь:

— Лучших?

— Ты же достоин только лучшего, любимый.

Феликс улыбнулся.

К пяти вечера в особняк приехала целая команда стилистов. Феликс сидел в гардеробной — огромной комнате, заставленной шкафами с одеждой, обувью и аксессуарами. Это был его рай.

Он перемерил пять костюмов, пока не остановился на том, который идеально сидел. Тёмно-бордовый пиджак, чёрные брюки, белая рубашка с чёрным шёлковым галстуком. Волосы уложили, сделав их мягкими волнами, а веснушки подчеркнули лёгким тональным средством, чтобы они казались ещё ярче.

Когда он вышел в холл, Хёнджин замер.

Он стоял у камина, держа в руках бокал с водой. И когда Феликс появился на лестнице, Хёнджин просто... перестал дышать.

— Ты... — начал он и замолчал, не в силах подобрать слова.

— Что? — спросил Феликс, спускаясь. — Не нравится?

— Нет, — выдохнул Хёнджин, подходя к нему. — Ты невероятен. Ты похож на ангела. Нет. Ты лучше.

Феликс покраснел, но старался держаться невозмутимо.

— Я знаю, — сказал он, поправляя галстук. — Ты готов?

— Я готов, — ответил Хёнджин, протягивая ему руку. — Идём, любимый.

Они сели в лимузин. Феликс чувствовал, как внутри нарастает волнение. Он никогда не был на таких мероприятиях в роли чьей-то пары.

— Что за люди? — спросил он, глядя в окно.

— Партнёры, — ответил Хёнджин. — Владельцы крупных корпораций. Директора. Мы будем обсуждать слияние компаний.

— И у всех есть пары?

— Да. Некоторые привели жён. Некоторые — любовниц.

— Любовниц? — Феликс скривился. — Это как-то... неуважительно.

— К сожалению, в нашем мире это норма, — пожал плечами Хёнджин. — Но я хочу показать, что я не такой. Я приведу своего жениха. Человека, которого я уважаю. Который для меня важен.

Феликс посмотрел на Хёнджина. На его профиль, на то, как он смотрел в окно. И понял — этот мужчина действительно относился к нему серьёзно.

Ресторан был дорогим. Хрусталь, золото, белые скатерти, идеальная сервировка. Феликс вошёл под руку с Хёнджином, чувствуя, как все взгляды обращаются к ним.

И он понял — его заметили.

За столом сидели человек десять. Мужчины в строгих костюмах, женщины в вечерних платьях. Некоторые смотрели на Феликса с любопытством, некоторые — с едва скрытой завистью.

— Это мой жених, — сказал Хёнджин, когда они подошли. — Его зовут Феликс.

Феликс улыбнулся — той своей королевской улыбкой, которая одновременно была и приветливой, и холодной.

— Приятно познакомиться, — сказал он, садясь на место, которое ему предложил Хёнджин.

Вечер начался. Феликс сразу понял, что это за мир. Здесь говорили о деньгах, о сделках, о контрактах. Женщины сидели молча, улыбались, кивали. Некоторые любовницы выглядели откровенно скучающими, как будто их привели просто для красоты.

Феликс решил, что будет другим. Он будет говорить. Он будет вмешиваться.

— Хёнджин, — сказал он, когда разговор перешёл на слияние компаний, — а что ты думаешь о том, чтобы включить в контракт пункт о социальной ответственности?

За столом повисла тишина.

— О чём? — переспросил один из мужчин, лет пятидесяти, с двойным подбородком и тяжёлым взглядом.

— О социальной ответственности, — повторил Феликс, поправляя галстук. — Я считаю, что крупные компании должны заботиться о своих сотрудниках. О пенсионных программах, о медицинской страховке, о создании комфортных условий труда. Это ведь не просто деньги, это... репутация.

Мужчина усмехнулся:

— Вы, кажется, не в теме. В нашем мире репутация — это деньги. А забота о сотрудниках — это расходы.

Феликс улыбнулся той самой ледяной улыбкой, от которой у Джисона иногда мурашки бежали по коже.

— Вы ошибаетесь, — сказал он мягко. — Забота о сотрудниках — это не расходы. Это инвестиции. Когда люди чувствуют себя ценными, они работают лучше. А когда они работают лучше, компания зарабатывает больше. Это элементарная логика.

Мужчина прищурился:

— Вы, кажется, умный мальчик. Чем занимаетесь?

— Я трачу деньги Хёнджина, — честно ответил Феликс. — И делаю это с удовольствием. Но я так же хорошо умею их считать.

Хёнджин смотрел на Феликса с гордостью. Он не ожидал, что тот начнёт говорить о бизнесе. Но Феликс говорил уверенно, спокойно, даже высокомерно.

Остаток вечера Феликс провёл в центре внимания. Он задавал вопросы, комментировал предложения, спорил. И его слушали. Впервые за столом мужчины смотрели не на жен и любовниц, а на парня, который сидел рядом с Хёнджином.

Когда ужин закончился, Хёнджин подошёл к нему и прошептал на ухо:

— Ты был невероятен, любимый. Они в шоке.

— Я знаю, — ответил Феликс, улыбаясь. — Это был мой план.

— Твой план?

— Да. Показать всем, что я не просто красивая игрушка. Я — твой жених. И я серьёзен.

Хёнджин взял его руку и поцеловал пальцы.

— Ты серьёзен, — повторил он. — И это делает меня самым счастливым человеком на свете.

Феликс покраснел, но не отвёл руки.

— Ты слишком сентиментален, — пробормотал он.

— Я знаю, — улыбнулся Хёнджин.

Они вышли из ресторана, и Хёнджин придержал дверцу лимузина. Когда они оказались внутри, он обнял Феликса за плечи.

— Сегодня ты покорил всех, — сказал он. — Особенно меня.

— Я знаю, — повторил Феликс, чувствуя, как внутри разливается тепло.

— Ты уже начинаешь повторяться, — усмехнулся Хёнджин.

— Я могу повторяться, — ответил Феликс, улыбаясь. — Я же Феликс.

Они ехали в тишине. Феликс смотрел в окно на огни ночного Сеула, и вдруг понял — он не хочет, чтобы этот вечер заканчивался.

— Хёнджин, — сказал он тихо.

— Да, любимый?

— Спасибо. За то, что взял меня.

Хёнджин улыбнулся:

— Спасибо тебе. За то, что согласился.

Феликс посмотрел на него и улыбнулся в ответ.

— Я бы мог и не соглашаться, — сказал он. — Но мне было интересно.

— Интересно?

— Да. Интересно посмотреть на твоих коллег. И убедиться, что ты действительно отличаешься от них.

— И что, убедился?

— Не знаю, — ответил Феликс, отворачиваясь. — Пока нет.

Но внутри он знал. Знал, что Хёнджин был другим. Что он смотрел на него не как на игрушку. Что он видел в нём человека.

И это было важнее любых контрактов.

Они вернулись в особняк. В холле горели приглушённые светы, прислуга уже разошлась. Хёнджин снял пиджак и повесил его на вешалку.

— Хочешь что-то ещё, любимый? — спросил он.

— Нет, — ответил Феликс. — Я хочу спать. Но... — он запнулся, — спокойной ночи.

Хёнджин подошёл, поцеловал его в лоб:

— Спокойной ночи, любимый. Сладких снов.

Феликс пошёл в свою комнату. Лёг в кровать, укрылся одеялом и посмотрел в потолок.

Он думал о том, как Хёнджин смотрел на него сегодня. Как говорил о нём. Как защищал его, даже когда он спорил с теми мужчинами.

«Может быть... — подумал он. — Может быть, это не просто контракт. Может быть, я ему действительно нравлюсь...»

Он закрыл глаза и заснул с улыбкой на лице.

---

Конец четвёртой главы.