Глава 38. ✟ Паллиатив ✟

Астрагаломантия — гадание с помощью

разногранных костей, на каждой из сторон

которых вырезана одна буква или цифра.

Кости принято выбрасывать по одной. Из

выкинутых символов складывают послание,

указывающее на решение заданного вопроса,

подобно тому как при спиритических сеансах

используется самопишущий карандаш.

Астрагаломантия считается лженаукой,

но без статуса «еретической», так что

любой гражданин Империи имеет право

баловаться ею, но не воспринимать ее

всерьез.

Отдельные адепты пантеона одиннадцати

богов удачи верят, что с помощью астрагалов

— многогранных костей — помимо будущего,

можно выявить богоизбранного человека,

определив уровень удачи, которым тот

обладает. Люди с высокой степенью фортуны,

по утверждению адептов, способны делиться

ею с нуждающимися.

Следует подчеркнуть, что как астрагаломантия,

так и все из нее вытекающие суеверия не

признаются имперскими церквями и могут

быть рассмотрены лишь через призму мифа,

шутки, детской невинной сказки.

Выписка из имперской энциклопедии

В попытке вернуть снаряжение и похоронные костюмы Арчи старался соблюдать предельную осторожность, но монахи Гуду все равно легко обнаружили его присутствие. Вивер не сомневался: его сдали противные черви! Как вообще можно помогать людям, которые способны в любой момент превратить тебя в ритуальный обед?! Жаль, Арчи не умел разговаривать с беспозвоночными. Вместо того чтобы договориться с червями, пришлось улепетывать через лабиринт красных коридоров, собирая затылком червивые проклятья разъярённых священнослужителей. Или правильней сказать «червячные»?

— ...Или червоточные? Или червиничные? Черничные? — раздражающе перечислял предположения Вивер, стоя к Адаму спиной и ожидая, когда его коллега сменит костюм. Роль кабинки для переодевания сегодня играл пустой закоулок, вонявший мочой сильнее, чем самый популярный общественный туалет. Арчи успел сменить костюм до того, как вернулся к раздраженному Крону. Они могли бы пойти в храм Гуду вместе, но решили разделиться, чтобы не терять времени зря (А еще чтобы Адам немного отдохнул от Арчи и потушил пожар в пятой точке): Крон потащил в Аранк яростно сопротивляющегося Каллисто, а Виверу выпала потрясающая возможность побывать в храме Гуду уже во второй раз за один день. Не каждый похоронщик мог похвастать такой удачей. Справедливости ради следовало заметить, что Арчи и Адам разыграли, кто чем займется, с помощью жеребьевки «Вилы, трупы, кенотаф». Арчи специально поддался, выбросив три раза подряд вилы. Он предположил, что Крону требуется выдохнуть, прежде чем они займутся делом. А где еще Адаму дышалось легче, чем в Аранке да без зудящего под ухом напарника?

Встретиться они условились на середине пути между Аранком и храмом Гуду. Точкой преткновения стал закоулок, своей вонью способный сбить с ног.

— При чем здесь черничные? — не понял Адам, судя по шелесту ткани, успевший сбросить с себя всю одежду. Арчи не рискнул поворачиваться к коллеге, да ему это было и незачем. У дороги красовалось проржавевшее покосившееся зеркало. Когда-то оно выступало в качестве помощника водителям при пересечении саморегулируемого перекрестка, но затем там разместили светофоры, а зеркало превратилось в жертву вандалов, потускнело и оказалось свернуто аккурат в тот закуток, где красовался Адам. Благодаря потускневшей зеркальной глади Арчи успел разглядеть и широкую спину, и уже знакомый шрам ниже затылка, и кучу иных рубцов, украшавших Адама не хуже чумной сыпи. Следы колотых ран ниже лопаток и у поясницы. Следы пулевых ранений в обоих плечах и левом боку. Резаные рубцы. Рубленные. Следы старых укусов и чьих-то острых когтей. Сразу видно, трудоголик.

— А почему нет? — Арчи старательно поддерживал разговор, делая вид, будто не пялится на коллегу через мутное зеркало.

— Черничный от слова черника. Это ягода. А не червь, — заворчал Адам.

— Да? — удивился Арчи. — Черника. Я запомню. А как она выглядит?

— Не знаю.

— Но ты уверен, что это ягода? — на всякий случай переспросил Вивер.

— Уверен, — тут же вышел Адам из равновесия и начал источать флюиды сильного раздражения. Он напоминал страшно чувствительный камертон, который вибрировал не то что от прикосновения, нет, от одного только дыхания Вивера. Хотелось бы надеяться, что чувствительность эта распространялась не только на гневливость.

Арчи немного помолчал, прежде чем вновь открыть рот. Пока он бегал от монахов Гуду, у него появилось свободное время поразмышлять над прошедшим днем и резкими реакциями со стороны напарника. Адам сам по себе стабильностью не отличался, и у него на то имелась туча причин, как, например, поврежденный спектр. Высокая раздражительность в данной ситуации являлась меньшим из зол. Арчи почему-то не сомневался, что, окажись он на месте Крона, то быстро бы спятил. Адам же просто бесился, пытаясь выплеснуть наружу постоянно его переполняющее внутреннее напряжение. Уж лучше все это дерьмо изрыгать в открытое пространство, чем держать в себе. И все же именно сегодня дело крылось далеко не только в характере Крона, верно? Следовало обратить на это внимание раньше, но Арчи был слишком поглощен происходящим вокруг.

— Почему ты не сказал Флетчеру, что на тебя все еще влияет спектр Ярдли? — все же задал Вивер вопрос, при этом вслушиваясь в каждый шорох со стороны Адама и готовясь к неожиданному нападению. Если его рассудок с одной стороны рвал собственный спектр, а с другой — гноилась рана после эмпатического удара, Крон должен был остаться в похоронном доме. Один только выход за пределы комнаты создавал угрозу потери контроля над собой, что, в свою очередь, могло привести к выгоранию, выписыванию лицензии на ликвидацию и к множеству других, не менее впечатляющих последствий. Пытаясь играть в самоотверженного героя, Крон рисковал не только собственной задницей, но и задницами всего Аранка. Адам не мог отвечать за рвущий его изнутри раздрай, но должен был нести ответственность за упрямое молчание.

Крон замер всего на мгновение, прежде чем продолжил застегивать пуговицы на рубашке.

— Я в полном порядке, — кинул он сухо.

— Прямо-таки в полном.

— Иди на хуй.

— О чем и говорю! Ты весь день готов перегрызть мне глотку.

— Я всегда готов.

— Но сегодня с особым аппетитом, — возразил Вивер.

Адам набросил на плечи черное пальто с зеленой эмблемой Аранка на спине и зашагал по дорожной артерии напрямик к северо-восточному каналу некрополя. На выпад Арчи он предпочел не отвечать, тем самым лишь подтвердив подозрения коллеги. Вивер последовал за Кроном, сверля его спину взглядом, но тот так и не удосужился возобновить разговор и объясниться. Действительно, зачем? Своим халатным отношением к собственному ментальному здоровью он всего лишь подвергал опасности десяток-другой людей. Конечно, Адам, здесь и обсуждать нечего!

Город мертвых развивался неоднородно. В каждом квартале преобладали свои тонкости. Например, Мясники в основном проживали в западной части мертвого города из-за близости Поля забвения, где в критической ситуации имелась возможность спрятать пару свежих трупов. Исцелители промышляли по большей части на юге, так как рядом располагалась имперская покойницкая, при которой имелось и больничное крыло в том числе. Восток, на территории которого располагался Аранк, дрожал из-за постоянных междоусобиц между бюро сусального золота и серебра, потому там была самая дешевая земля. Только из-за этого Флетчер со своими подчиненными все еще держался на плаву. А вот север отличался засильем шарлатанов и безумцев. Это не означало, что там нельзя было отыскать хорошего специалиста, нет. Это означало, что отыскать его было сложно. А еще, что этот специалист, прекрасно выполняя свою работу, мог быть беспредельно свихнувшимся. Арчи от кого-то слышал, что безумие и талант часто идут рука об руку. Что ж, на севере такие пары гуляли по улицам чаще, чем где-либо еще.

Адам пересек изогнутый мост с коваными перилами и остановился у досок объявлений, относившихся к северной части города. Досок было две: белая и черная. На белой доске рекламировали услуги, которые следовало оплачивать исключительно корпскойнами. На черной доске услуги и товар предоставляли по бартеру, то есть обменивали на иные услуги и товар. Такой вид платы был распространен в некрополе не хуже денег, в основном из-за странных компенсаций многих бедолаг. Взять того же Жака Черри, державшего за собой Лабораторный дом и бравшего оплату ногтями. Если в компенсацию тебе требуется съесть килограмм ногтей, следует их где-то отыскать, верно? Когда перед тобой стоит вопрос собственной жизни и смерти, жадность отходит на второй план.

Адам сразу же подошел к черной доске, потому что только бартерный вариант Аранк себе на данный момент позволить и мог. Арчи, тяжело вздохнув, поплелся за напарником. Вивер старался избегать воровства, ведь ничто так не возбуждает в человеке жажду мести, как украденные деньги. Даже смерть близкого на многих влияла не так ярко, как покинутые корпскойны. То есть воровство могло привлечь к Арчи ненужное внимание. Но в последнее время нищенское существование бюро начало напрягать даже непритязательного Вивера. Быть может, следует рискнуть и прекратить страдания Аранка путем опорожнения чужих карманов?

О да, ведь ни у кого не возникнет вопросов относительно того, откуда ваше бюро раздобыло деньги.

Никто ничего не докажет.

С каких пор инквизорам нужны доказательства? Насколько я помню, им достаточно и подозрений.

М-да, воровством делу не поможешь. Вот бы Аранку выпал жирный заказ, который бы не только покрыл все долги бюро, но и обеспечил безбедную старость всем его работникам!

Эх, мечты-мечты.

— Пятьсот корпскойнов, и ваше объявление привлечет внимание сотен людей! — послышался голос под досками. Там на грязном тюфяке лежал мужчина. Весь он был покрыт грязью. Лишь руки его оставались безупречно чистыми. Писарь. К таким обращались люди, которые не умели писать вовсе или писали слишком неразборчиво, чтобы их почерк понял кто-то помимо них самих. Адам проигнорировал писаря, предпочтя направить силы на изучение объявлений. Арчи же не мог оторвать взгляда от мужчины. На нем красовалось пальто бюро, но эмблема со спины была сорвана. Говорить это могло лишь об одном: на его бюро выписали лицензию на убийство. Он каким-то чудом спасся, если нынешняя жизнь тянула на спасение. Теперь ему придется прятаться от инквизоров до самой смерти. При этом ни одно бюро не возьмет его под свою защиту. Все, что ему оставалось: доживать дни на улице, заливаясь седативаторами и вспоминая былые дни. Но Арчи больше всего возбудила иная мысль. В писари не брали дураков. Более того, им давали наилучшее из того, что было в некрополе, образование. И все же этот человек опустился на самое дно. Некрополь не щадил даже самых умных. Никогда не следовало об этом забывать.

Адам ткнул пальцем в одно из обшарпанных объявлений, даже не подозревая, на какие философские мысли Вивера натолкнул образ грязного интеллектуала.

— Как тебе? — спросил Крон с интонацией: «На самом деле мне плевать на твое мнение».

— Тебе правда интересно? — не смог сдержаться Вивер от смешка.

— Абсолютно нет. И все же...

Арчи подошел ближе и вчитался в текст объявления:

«Магазин «Паллиатив»!Магическая помощь для заблудших душ!Последние слова с языка мертвеца.Досмертные отпечатки глаз.Потаенное за саваном кончины.Цена: удача.Мадемуазель Кандуон.Печенье не возбраняется».

Арчи несколько раз перечитал объявление, не сразу поняв, дело в кривом почерке или объявление действительно настолько бредовое. Почему выбор Адама пал именно на него?

— Цена: удача? Что бы это могло значить? — спросил Вивер, не торопясь перечить Крону в лоб. Если Адама все еще кроет из-за Вэйсса, следовало действовать тактичнее. Бес знает, что бы произошло, если бы Арчи случайно всколыхнул один из ментальных триггеров, которые наверняка расставил Ярдли забавы ради. Хорошо бы еще знать, когда эффект прикосновения эмпата сойдет на нет и окажет ли это хоть какие-то видимые метаморфозы в поведении Крона. Арчи почти не сомневался, что напарник продолжит злиться на весь белый свет чисто из принципа.

— Вот и узнаем, — мрачно бросил Адам, после чего несколько раз проговорил вслух необходимый им адрес. Вивер не удержался и все же пробежался взглядом по доске в поисках варианта получше, но, к своему прискорбию, пришел к выводу, что помимо объявления, найденного Кроном, лишь еще одно, совсем свежее, приклеенное только сегодня, посвящалось досмертным отпечаткам. И все бы ничего, но там в качестве платы требовалась менструальная кровь. Адам проследил за взглядом Арчи и уставился на напарника, выразительно приподняв брови.

— Все лучше, чем какая-то удача, — попробовал оправдаться Арчи. Он не любил условия работы, которых не понимал. Однозначно в упомянутой удаче крылся подвох размером с человеческую жизнь!

— Действительно. Осталось раздобыть менструальную кровь!

— Никаких проблем! Спросим у Триши и Роксаны! Вдруг нам повезет и у кого-то из них...

— Спасибо, я лучше сгину в пропасть, — фыркнул Адам, тем самым дав понять, что девушки Аранка недоговороспособны, когда дело касается менструаций.

— Но удача... — скривился Арчи. Крон на это лишь пожал плечами и пошел вглубь маячащего впереди квартала. Казалось, этот полный впечатлений день настолько вымотал парня, что он физически не мог и дальше ярко эмоционировать на напарника. Арчи его в этом ощущении прекрасно понимал. Он и сам бы сейчас с удовольствием прилег поспать на недельку-другую.

Отсутствие личного транспорта лишь увеличивало уровень их измотанности, ведь парням пришлось шагать через кварталы, тратя крупицы оставшейся энергии и вкупе с этим становясь невольными свидетелями самых разных городских происшествий. Какой-то мужчина со змеиными глазами отверг невзрачную девчушку и получил за это по яйцам. Работник сусального золота вымогал интеркомное имя у продавца булок. Мужчина из срединного города в ужасе озирался по сторонам, не стесняясь комментировать неопрятность улиц и полчища живущих в некрополе крыс. Глупец. Он, наверное, не знал, что крысы нередко спасали сирот от голодной смерти. Крысиное мясо жесткое, но все лучше гибели.

Но сегодня Арчи предпочел заострить внимание на сдобных булках. Аромат корицы преследовал Вивера вплоть до следующей улицы. А может, Оуэн был прав, и следовало сперва заработать на еду, а затем уже браться за досмертные отпечатки? Да нет, глупость. Время и так утекало сквозь пальцы. Шанс на то, что отпечаток вообще будет обнаружен, уменьшался с каждой улизнувшей минутой.

— Заметил? — подал голос Крон квартала через три. До того он сохранял настолько густую тишину, что ей было можно резать все вокруг.

— Заметил что? — встрепенулся Арчи. Увы, почти все его мысли были порабощены булками и самую малость глазом в кармане. Слишком знакомое чувство острого голода ненароком напоминало детство.

— Интеркомы ветров сегодня молчат, — бросил Крон тихо.

— А я говорил, что со мной их звон никак не связан! — ликующе заявил Арчи.

— Еще как связан, — парировал Адам. Вивер потребовал вразумительных объяснений, но напарник предпочел проигнорировать его просьбу. Все его внимание перекинулось на покосившуюся авангардную вывеску, на которой красные неоновые буквы собирались в название «Паллиатив».

— Паллиатив, то есть полумера? — нахмурил Арчи лоб. — Какой странный выбор названия для магазина.

— То есть ты знаешь, что такое паллиатив, но не осведомлен о чернике? — фыркнул Адам, толкая тяжелую дверь. Пыльное мрачное помещение наполнилось перезвоном колокольчиков, предназначенных для оповещения хозяина магазина о новых клиентах. Или, точнее, хозяйки. В объявлении же упоминалась некая мадемуазель Кандуон. Дверь сама по инерции захлопнулась за Кроном и Вивером, притянутая к косяку проржавевшей скрипучей пружиной. Лишь неоновый свет с улицы перестал попадать в помещение, и парней окутала почти кромешная тьма. Правда, лишь глаза взялись привыкать к полумраку, и Арчи различил множество камней и рисунков, светящихся в темноте. Свет их был тусклым, еле различимым, но давал возможность обозначить путь через магазинные стеллажи и полки. Правда, магия темноты разрушилась, как только в главный зал выскочила хозяйка магазина, движением спровоцировав лампы над кассой. Они вспыхнули, заставив Крона и Вивера прищуриться.

— Катитесь к бесам с этим, что бы вы там ни притащили! — воскликнула девушка, выглядевшая лет на двадцать пять, но при этом одетая, будто древняя старушка, знахарка или полоумная. Ее черная юбка до колен мягко позвякивала из-за нашитых поверх тяжелой ткани костяных брошек, сделанных из вороньих черепов. Белая сорочка с широкими рукавами казалась размера на три больше, чем требовалось хрупкой фигуре хозяйки магазина. Поверх сорочки девушка накинула тяжелую жилетку из костей животных. Явно самодельную. Косточки свисали с мочек ее ушей в виде серег и украшали шею, собираясь в ожерелье. Из костей же была сотворена корона (или даже скорее гнездо), которую девушка водрузила в колтун, красовавшийся у нее на голове вместо прически. В общем, даже по меркам некрополя Кандуон выглядела самую малость безумно.

— Мы не продавцы. Покупатели, — пояснил Адам спокойно. Девушка сперва будто бы ему не поверила, но затем ее лицо прояснилось, на щеках появился румянец ликования.

— И что же вы собрались у меня покупать? — поинтересовалась она. — Если вы только выбираете, то позвольте мне предложить вам фантастическую новинку: оздоравливающие юмбриумские баттплаги! — сообщила она гордо.

— Бат... что? — не понял Адам.

— Анальные дилдо, — поспешил объяснить Арчи. Уж кому-кому, а Крону бы следовало знать о таких любопытных вещицах!

— То есть ты знаешь, что такое баттплаг, но не осведомлен о чернике? — рыкнул тот в ответ.

— Это изумительное средство, которое пришло к нам из Юбриума — самого западного мегаполиса Империи! — взялась с энтузиазмом объяснять Кандуон. — Средство — настоящий прорыв в медицине!

— Да что вы говорите, — почему-то не поверил Крон. — Страшно спрашивать, от чего оно лечит.

— Почти от всего! — заявила девушка, хватая со стола скрученный в рулон пергамент, на который нанесли список симптомов, с которыми ловко справлялось анальное лекарство. — От запора...

— Ну, конечно.

— Бессонницы!

— Неужели?

— Неприятного запаха изо рта.

— Не хочу даже узнавать, каким образом.

— Прыщей, анемии, умственных расстройств, диареи...

— То есть и от запоров, и от диареи одним махом?

— Вот именно! А еще от мигрени, нервозности, дряблой кожи и раздражительности!

После озвучивания последнего симптома, Арчи не смог удержаться и уставился на Крона.

— Бери. Тебе точно пригодится, — заявил он, за что все же получил душевный подзатыльник. Это того стоило.

— Мы вам премного благодарны за предложение, тем не менее мы пришли за услугой, а не... — забормотал Крон, но его резко прервали.

— Добро пожАААловать в дом полумЕЕЕрности! — завизжал электронный голос с узнаваемым эффектом неожиданности. Адам и Арчи вздрогнули и оба резко повернулись к прикрытому прозрачной черной тканью автомату, который мгновение назад пробудился и засверкал яркими лампочками. Силиконовая гадалка внутри него пришла в движение. Такой же автомат украшал «Лавку уникальных вещиц» Гипсена. Только если гадалка Луиса была жгучей брюнеткой, то гадалка мадемуазель Кандуон сквозь черную ткань красовалась рыжими локонами.

— Неожиданно, — заявила хозяйка магазина, поправляя сползшие к кончику ее носа квадратные очки в костяной оправе. Правую линзу пересекала тонкая трещина. Вместо левого стекла девушка натянула на рамку оправы кусок черного кружева. Когда очки сползли к кончику носа Кандуон, Арчи заметил, что на месте левого глазного яблока девушки за веками красовался белоснежный ряд зубов таких же ровных, какие имелись у нее во рту.

— Я три года как не могла вывести ее из хандры, а ваш приход так ее приободрил! — воскликнула она радостно. — Не иначе, боги удачи привели вас к моему порогу!

Насчет последнего утверждения Арчи сильно сомневался.

— Точно удача, — тем не менее поддакнул он. — Выходит, мы уже с вами расплатились!

— Хитро, — усмехнулась девушка, покосившись на Вивера, — но недостаточно, — сообщила она, сворачивая пергамент обратно в трубочку и возвращая его на свой рабочий стол. — Под удачей я подразумевала конкретную, а не какую угодно! — с этими словами девушка поманила парней вглубь своего магазинчика. Лишь пройдя к небольшому, круглому столику и невольно оглянувшись, Арчи заметил, что в магазине присутствовали другие покупатели. Ну или кто-то отдаленно их напоминающий. Темные фигуры в странных одеждах, таких же, в какие была облачена и Кандуон, рассматривали различные предметы на полках. В какой-то момент одна из фигур повернулась к хозяйке и подняла над головой красный кристалл.

— Великолепный выбор, милочка! — тут же закивала Кандуон. — Этот кристалл отлично уничтожает зубной камень! Главное не забывать прикладывать его к лицу перед сном на пять-десять минут!

Что, правда?

Костяные бусины в виде позвонков (а может, ими и являвшиеся) на ее держателе для очков защелкали будто маленькие деревянные бубенчики. Почему-то Арчи различил в них что-то вроде осуждения. Будто бы кости порицали Вивера за его скептичность.

— Так что именно вам нужно? — вопросила Кандуон, усевшись на стул и закинув одну ногу на другую. Осуждающее костяное щелканье усилилось.

— Нам необходимо снять досмертный отпечаток, — ответил Адам. — Какая удача требуется для получения этой услуги?

— Я не снимаю досмертные отпечатки, — покачала девушка головой.

— Как это не снимаете? — тут же потерял ментальное равновесие Крон.

— Вот так, — пожала плечами Кандуон.

— Но в вашем объявлении указано, что снимаете, — Адам взялся цедить каждое слово сквозь зубы, как воду через фильтр.

— Не может такого быть, — уверенно тряхнула девушка головой, не отводя взгляда от Адама. Костяная корона от ее жеста слегка съехала вправо, но мадемуазель не обратила на это никакого внимания.

— Да что ж, блядь, такое! — вспыхнул Крон будто спичка. Он подскочил со стула и устремился было к выходу, но Вивер не позволил ему уйти. Арчи слишком хорошо знал, какое большое значение порой имели точные формулировки. Ухватив Адама за запястье, Вивер с силой дернул парня на себя. Поймав его взбешенный взгляд, Арчи заставил напарника наклониться к себе.

— Сядь, — попросил он тихо, но четко, после чего разжал пальцы и кивнул на стул. — Сейчас же, — добавил Арчи настойчиво в ответ на сверлящий взгляд Крона. — Мой коллега имел в виду, что видел на вашем объявлении упоминание досмертного отпечатка, но что именно вы с ним делаете, мы будем рады узнать у вас, — переключил Арчи внимание на Кандуон. Догадка странная, но иных предположений у него в голове не появилось.

Девушка воззрилась на Вивера.

— Большинство мастеров моего профиля действительно снимают отпечатки — то есть видят глазами мертвеца события до его кончины и автоматически зарисовывают их. Но я так не умею. Это мой комплекс. Я от него страшно страдаю! — заявила девушка. Крон в ответ издал еле различимый болезненный стон. «А можно ближе к делу?!» — читалось в нервозных движениях напарника.

— Искренне вам сочувствую, — выговорил Арчи, хотя искренне ему было исключительно насрать. Адам предпочел отвернуться, чтобы не выдать выражением лица истинные чувства.

— Спасибо! — обрадовалась девушка неожиданной чуткости со стороны покупателя. — Зато я могу показать увиденное мертвецом. Вас устроит просмотр? Правда, сразу предупреждаю, такое я проделать могу лишь раз, если у вас с собой один глаз — и два раза — если вы принесли оба глазных яблока. Вы посмотрите видения, но никакого визуального подтверждения в виде картин у вас не будет. Вам придется запомнить все, что вы увидите, самостоятельно. И да, мои видения не принимают похоронные нотариусы, и их нельзя использовать при оспаривании наследства, — предупредила она.

Адам и Арчи переглянулись. Зарисовки казались надежнее, но деньги на них все еще отсутствовали. А если бы парни продолжили тянуть время, глаз бы окончательно испортился.

— Мы согласны на ваше условие, — кивнул Крон нехотя.

— Отлично! Тогда приступим к оплате!

— Сперва отпечаток, а затем уже плата, — возразил Адам.

— Сперва плата, а затем уже отпечаток, — не согласилась Кандуон.

— Мы даже не уверены, что вы действительно способны на...

— А я не уверена, что в вас имеется хотя бы крупица удачи! — топнула девушка ногой по полу, вскакивая со своего стула. — Терпеть не могу жертв эмпатов. Вы все такие омерзительно чувствительные! — заявила она, поправляя корону. Крон распахнул было рот, чтобы заполнить магазин таким визгом, какой человечество еще не слыхивало, но хозяйка магазина развернулась к Адаму спиной и зашагала в соседнее помещение, из которого тянулись ароматы трав и чего-то сладкого. Арчи предположил, что помещение играло роль кухни. Через мгновение Кандуон подтвердила его предположение, вернувшись к круглому столику с заварным чайником, полным благоухающей янтарной жидкости.

— Этот чай временно ослабит вредоносное давление. Чтобы смыть след эмпата с души полностью, я бы посоветовала вам банные омовения. Они хорошо приводят в порядок мысли и спектр, — посоветовала Кандуон, наливая чай в маленькую белую чашку в виде черепа и протягивая ее Крону. Арчи ждал, что Адам разъярится и возьмется упираться, и очень удивился, когда Крон молча взял чашку из рук мадемуазель и буркнул тихое «спасибо».

Напомни мне при следующей встрече сломать Ярдли руки.

Не проще ли убить?

Проще. Но тогда он не сможет наблюдать расцвет нашей с Кроном страсти!

Не уверен, что этот расцвет пронаблюдаем даже мы сами.

— В том, кого недавно коснулся эмпат, удачу искать бессмысленно. Источник везения иссяк. Варварски иссушен. Не люблю этих ворошителей эмоций. После них фонтан фортуны восстанавливается слишком долго! — поморщила девушка нос. — Значит, вся надежда на вас, — заявила Кандуон, при этом в упор смотря на Арчи. Вивер в ответ неопределённо пожал плечами.

— Думаю, я достаточно удачлив, — заявил он.

— Правда? — обрадовалась Кандуон.

— Правда, — кивнул Вивер.

— Покажите! — девушка протянула Арчи кулак, разжала пальцы, и в подставленную им ладонь высыпала горсть астрагалов — гадальных костей с различным количеством граней. — Выбросьте «предостережение», — потребовала она.

— Это какая-то шутка? — встрял в происходящее Крон. Девушка и бровью не повела в ответ на его скептическую реплику.

— Бросайте, — потребовала она от Вивера.

— Такое просто невозможно! — продолжал напирать Крон, но уже с меньшим рвением, чем раньше. Чай давал свои плоды.

— В этом мире возможно все, — заметила девушка. — Кстати, а где мое печенье?

— Какое печенье?

— Которое не возбраняется!

— В объявлении не было указано, что...

Кандуон и Адам начали спорить теперь уже из-за печенья. Арчи этому даже обрадовался. Заминка дала ему возможность изучить горсть костяных кубиков в руке. Каждый был размером с ноготь мизинца. В руке Вивера уместилось тридцать три таких косточки. Из них только у двадцати восьми на гранях присутствовали буквы. В слове «предостережение» насчитывалось пятнадцать букв. Только на двух кубах имелась буква «Ж». И только на четырех кубиках разом можно было найти букву «Е», тогда как в слове их имелось аж пять. Это будет бесовски непросто.

Арчи несильно сжал горсть кубиков и несколько раз встряхнул запястьем, чувствуя, как кости перемещаются в его ладони. Пришлось сосредотачиваться на всех астрагалах разом. На каждой форме. На каждой грани. На каждом символе.

Это тебе не от пули уклоняться. Тут действительно требуется пошевелить мозгами.

Осязание — на семьдесят процентов. Скорость — на сорок.

Если бы только я мог рассказать другим спектрам о том, на какую чушь растрачивается моя энергия...

Не ворчи.

Кандуон вернула Арчи свое внимание за мгновение до того, как парень бросил кости на бархатную поверхность круглого стола. Разногранные гадальные астрагалы рассыпались по бордовой шершавой поверхности, словно выбитые зубы. Некоторые из них двигались быстрее, другие почти тут же затормозили, третьи отпружинили от бархатной поверхности, но ни одна кость не выпала за пределы стола. Взгляд девушки побежал по граням. Она выискивала одну букву за другой, прежде чем поднять на Арчи восторженный взгляд.

— Идеально! — воскликнула она, всплеснув руками. — Обычно удачей я считаю совпадение хотя бы пяти букв. Но чтобы четырнадцать из пятнадцати!

Арчи не стал упоминать про отсутствующую «Е». Если Кандуон нужна удача, ее она и получит. Сухие расчеты — это ведь не так интересно, верно?

— Говорил же, я удачливый, — улыбнулся Вивер, невольно растирая ладонь, в которой мгновение назад лежали кости. Острая боль начала разливаться от центра ладони по пальцам.

Кажется, я немного переборщил.

Кажется?

— Что ж, сто предметов — и я ваша! — заявила Кандуон без тени смущения.

— Простите? — не сразу понял Вивер, что именно от него требуется.

— Тебе следует зарядить сто предметов своей удачей, — кивнула Кандуон на ящик, полный различного барахла. Так вот оно что.

— Предметы на удачу? — переспросил Адам. В тоне его скользнуло неверие.

— Вот именно!

— И кто-то покупает это де... это, — остановил он себя от броского эпитета. Бес, а этот чай хорош! Может, следует раздобыть адрес его поставщика и при первых же свободных деньгах приобрести тонну-другую?

— Конечно! Самый ходовой товар! Я ведь в отличие от моих конкурентов, не какая-то там шарлатанка!

Сказала девица, продающая дилдо от запаха во рту.

— Я работаю напрямую с удачей! — продолжала вещать Кандуон.

— Ну да — ну да, — вздохнул Крон, но больше ничего предпочел не говорить. И на том спасибо.

Девушка подтолкнула коробку к столику и начала раскладывать ее содержимое по круглой поверхности. Там нашлись и вазы, и книги, и посуда, и украшения, и...

— А это что? — кивнул Арчи, поднимая со стола предмет, похожий на кусок коры.

— Это высушенные молоки рыбы, — с радостью объяснила Кандуон.

— Молоки — это... — протянул Крон с вопросительной интонацией.

— Рыбьи семенные железы, в которых формируется сперма, — объяснил Арчи. Адам резко скривился.

— То есть ты знаешь, что такое молоки, но не знаешь, что такое черника? — все никак не желал он успокоиться. — Зачем вам высушенные рыбьи яйца? — спросил он с искренним изумлением, хотя в магазинах некрополя товар зачастую продавался и позабористее.

— Вообще-то, это деликатес, — сообщила Кандуон невозмутимо.

— Я боялся это услышать.

— А еще с толикой удачи молоки отлично помогают при мужских проблемах. Думаю, вы понимаете, о чем я, — поиграла она бровями, взирая на Адама.

— Нет. Не особо, — огрызнулся он в ответ.

— Нет-нет, прикосновения рук недостаточно, — спешно предупредила Кандуон Вивера, который хотел уже было вернуть молоки на круглый столик. — Я бы попросила вас потереться о них... другим местом, — с придыханием ответила Кандуон.

— Хорошо, что я ни к чему не прикасался в этом магазине... Тереться яйцами о рыбные семенные железы... Предел мечтаний, — скривился Крон.

— Ты бы предпочел, чтобы я терся яйцами об... — Арчи всего лишь хотел пошутить! Но проявившая в руках Крона бита дала понять, что сейчас не лучшее время для очередной юморески. Какая жалость. Острота была что надо!

— Видимо, и чай — не панацея, — пробормотал Арчи себе под нос, откладывая молоки в сторону. На самом деле ему не очень-то хотелось пихать их себе в штаны.

— Ничто не панацея, когда ты открываешь свой рот, — рыкнул в ответ Крон.

— Нет-нет, никаких любовных размолвок рядом с предметами удачи! — встрепенулась Кандуон, закрывая руками предметы на круглом столике от отрицательной энергии Вивера и Крона. Адам из-за реплики хозяйки магазина пролил часть чая себе на грудь. Они взялись вновь спорить кто прав, а кто виноват. Арчи тем временем молча трогал предметы разного толка, надеясь, что Кандуон не вспомнит о необходимости потереть рыбьи молоки о чресла Вивера. Он был уверен, что, чтобы обмануть наивного покупателя, достаточно и прикосновения пальцев.

— Мы выполнили ваше условие, почему бы теперь вам не сделать то, за чем мы сюда пришли? — прервал Арчи спор, грозивший перейти в скандал. Девушка встрепенулась, обозрела гору предметов на круглом столике и с довольной улыбкой кивнула. Да, они с Адамом умудрились проскандалить все то время, пока Арчи занимался действительно важным делом — трогал все без разбору.

— С вами приятно иметь дело! — разулыбалась Кандуон, будто бы ее голос хрипел вовсе не из-за скандала с Кроном. — Давайте глаз.

Арчи вложил помутневшее глазное яблоко в руку девушки. Та в ответ протянула Виверу и Крону небольшое зеркало в черной матовой раме.

— Не сводите с него глаз, — посоветовала она Адаму и Арчи, которые вдвоем удерживали зеркало перед собой. — Я не всегда могу проконтролировать, когда начнется трансляция.

Девушка стащила с себя очки. Маленькая пасть, заменившая ее левый глаз, разомкнулась. Кандуон вложила глаз Аурики между зубов, и через мгновение те сжались на глазном яблоке, прогрызая его насквозь.

— Ансэт меня подери! — процедил Крон оторопело. — Неужели нельзя было предупредить?!

Зрелище действительно оказалось не самым приятным. Глазница Кандуон пережевывала чужой глаз. Каждое движение глазной челюсти временно деформировало лицо хозяйки магазина, делая его неописуемо жутким. Остатки глаза потекли по щеке девушки белесыми слезами, но та не обратила на них никакого внимания. Она лишь коснулась зеркала и потребовала:

— Сосредоточьтесь.

По отражающей глади пробежала рябь. Арчи невольно покосился на Адама и по реакции напарника понял, что и тот заметил движение. Еще через мгновение зеркало превратилось в подобие плохо настроенного тивисета. Некто взирал в глаза Аурики, стоя настолько близко, что его радужка закрывала весь обзор. Картинка при этом была нечеткая и тусклая. Она то пропадала за рябью, то вновь проявлялась сквозь зеркальные помехи.

— Пож... ста! — раздался тихий знакомый голос. Он принадлежал Аурике Эк Гельфанд.

— Я не... умирать!

— Никто не хочет, — заговорил владелец радужки. И его голос оказался тоже знакомым.

— Но от неизбежности не убежать, — заметил он, отходя от девушки. Теперь можно было разглядеть не только его глаз, но и лицо.

— Что ж, Фокусник, — выговорил он, смотря из зеркала на Арчи в упор. Вивер почувствовал, как по спине его пробежал холодок. Он прекрасно знал, что последует дальше.

— Если ты видишь это сообщение, значит, ты еще более предсказуемый, чем я предполагал, — усмехнулся он. — И я страшно разочарован в тебе. Такой потенциал растрачивается зазря.

— Это Физик, — пояснил Вивер тихо.

— Тот, что засунул тебя в собственное подпространство?

— Именно.

— Бьюсь об заклад, все это время ты считал себя страшно умным! — продолжал вещать Физик. — Ловко мы тебя обдурили, да?

Мы?

— Ты, наверное, задаешься вопросом, кто это «мы»? — продолжал тип из зеркала предугадывать каждую мысль Арчи. — Пришлось обратиться к помощи Историка. Он великолепно просчитывает вероятности! Создает истории и альтернативные ветви за считаные секунды. Мы точно знали, как привлечь внимание твоего регента. Мы точно знали, что он возьмет это задание и направит на него тебя.

— Вообще-то... — в зеркале появилась еще одна фигура. Невысокий парень с каштановой копной густых волос вошел в поле зрения Аурики.

— Пожалуйста... я ничего не знаю... пожалуйста, — продолжала она умолять сквозь разговор. Интересно, она в тот момент уже понимала, что ее используют как своего рода почтового ворона? Что смерть ее предрешена? Что, что бы она ни сказала и ни сделала, это не изменит ее дальнейшей судьбы? Или она до последнего цеплялась за хлипкую надежду?

«Я ничего не знаю» — эта фраза могла сказать о многом. Либо Аурика ничего не рассказала о работе с Аранком, и, выходит, была фантастически волевой личностью. Либо ее расспрашивали о том, чего она действительно не знала. О чем?

— Вероятность такого исхода — девяносто семь целых и три десятых процента, — заявил Историк с серьезным видом. — А значит, остается две целых и семь десятых процента вероятности того, что записываем мы это сообщение зря.

— Я предпочитаю мыслить позитивно, — отмахнулся от коллеги Физик. — Итак, давай-ка пробежимся по всем нотам, под которые ты, Фокусник, так нелепо танцевал весь этот день! Ваш регент выбрал заказ и отдал его тебе и этому твоему напарнику, который страшно заинтересовал Скульптора. И что только она в нем нашла? Потерять жизнь из-за какого-то мужчины? Ох уж эти хрупкие девичьи сердца! — Физик резко хлопнул в ладоши, заставив Историка вздрогнуть, и расхохотался собственной шутке. Коллега рядом даже не улыбнулся.

— И, конечно же, ты, будучи любознательной занозой в моей заднице...

— К счастью, в твоей заднице я не был и не стремлюсь... — пробормотал Арчи себе под нос, за что Адам наградил его хмурым взглядом.

— Что? Он не в моем вкусе. Очень уж довольный жизнью, скажи? — бросил Вивер. На что Крон лишь выразительно закатил глаза.

— ...обязательно заглянул бы за красные нити. Не мог не заглянуть. Нас всех они связывают. Эти вот красные нити судьбы, — прошептал Физик, заставив Арчи задержать дыхание. Какой болтливый малый.

— Мои родители... — лепетала Аурика. — Они заплатят выкуп, если вам... — она не сдавалась, все еще борясь за свою жизнь.

— Прекрати, — отмахнулся от нее Физик. — Очевидно же, ты умрешь. По сути, ты уже мертва.

— Я из знатной семьи! Думаете, это сойдет вам с рук?!

— Знать, — Физик произнес это слово с такой интонацией, будто оно было созвучно грязи. — Какое дело Светопреставлению до знати?

Светопреставление? Он на полном серьезе грезит концом света?

Мне кажется, он нас дурит, за напыщенными речами пряча истинные цели.

— Извини, нас прервали, — зашуршал Физик, вновь обращаясь к Арчи. — В храме Гуду мы оставили человека, который проконтролировал, чтобы вы не прихватили ничего лишнего. Глаза вам будет достаточно, — продолжил Физик распинаться. — После вы, естественно, побежали снимать досмертный отпечаток. И заглянули к некой мадемуазель Кандуон. Все просто. Мы сорвали лишние объявления. Понимаешь, мне хотелось, чтобы ты смотрел на меня, а не на схематические рисунки с текстом в облачке! Простишь ли ты мне мой эгоизм?

— Что за мерзкий тип? — фыркнул Адам тихо.

— И вот ты сидишь и жадно ловишь каждое произнесенное мной слово.

Так уж жадно?

— Спросишь, для чего все это? Я оставил тебе подарок! — радостно сообщил Физик.

Крон повернулся к Арчи и настолько выразительно поднял левую бровь, что Вивер еле подавил смех. Стоит пошутить про ревность, или потеха про трущиеся яйца стала последней в этот прекрасный вечер?

— Накануне моя коллега любезно оставила у мадемуазель Кандуон некий предмет. Забери его, если не побоишься, — подмигнул Физик с зеркала. — А, еще кое-что. Скорее всего, пока ты смотришь это сообщение...

— ...с вероятностью в девяносто четыре и девять десятых процента, — вновь встрял в разговор Историк.

— ...двое твоих коллег в смертельной опасности или уже мертвы. Скорее всего, второе...

Двое коллег. Он говорит о Сиверсе и Маккее. Историк не смог просчитать вероятность того, что Адам и Арчи за секунду пересекут половину города. Также в расчет он не взял зависимость Слейда. Или взял, но не смог просчитать потенциала его способности. То есть Историк — не предсказатель. Он опирается на факты, истории из прошлого, чтобы строить историю будущего. Потенциал его спектра велик, но работа небрежная.

— Это мой тебе второй подарок. Слышал, ваше бюро бедствует. Меньше людей — меньше ртов! — эта шутка также пришлась Физику по вкусу, и он смеялся добрую минуту. Какое безалаберное использование времени досмертного отпечатка. — Скоро мы вновь увидимся, ведь у тебя есть кое-что, что мне очень нужно. Я бы забрал сам, но ваш регент имеет хорошие связи! В общем, до встречи! — улыбнулся Физик, наставляя пистолет будто бы на Арчи, но на самом деле на Аурику.

— Нет! Прошу вас, не...

Картинка оборвалась вместе с грохотом выстрела. Зеркальная гладь почернела и покрылась трещинами. Кандуон открыла единственный целый глаз и цокнула языком.

— Меня, выходит, использовали, — разочарованно выдохнула она.

— Вам еще повезло, — заверил девушку Адам. — Большинство из тех, к кому наведываются эти типы, умирают, — сообщил он сухо. — Покажете нам то, о чем упоминал этот тип? Эй, Вивер... Ты заснул?

Арчи не спал, он пытался свыкнуться с мыслью о том, что его действия легко просчитываются другим человеком. А единственная неизвестная переменная в этих расчетах — не таинственный Арчи Вивер, а некто, открывший портал.

Это плата за стабильную жизнь в стенах Аранка. Мы в полной заднице.

Я так люблю, когда ты озвучиваешь очевидные вещи! Это страшно бодрит.

Арчи пошел за Адамом и Кандуон, мыслями все еще не вернувшись в магазин «Паллиатив». Сознание его будто бы застряло между реальностью и очередной вероятностью, которую Историк мог просчитывать прямо сейчас.

Справедливости ради следует заметить, что они тоже весьма самоуверенны. Сперва они ошиблись насчет гибели Слейда, теперь по поводу смерти опять же Слейда и Оуэна. Они не привыкли совершать оплошности.

В первый раз они недооценили Слейда, но во второй...

Во второй раз, если подумать, тоже. Впрочем, дело даже не в Слейде, а в дряни, которую они где-то берут или создают.

Странно не брать в расчет такое... оружие.

Говорю же... самоуверенность.

Или непонимание, чем именно они обладают.

Думаешь, это возможно?

— Между прочим, мне это не отдали, а продали, — вывела Арчи из размышлений хозяйка магазина. — Так что бесплатно я вам его не отдам, даже если это вопрос жизни и смерти! — заявила девушка, вытаскивая с одной из верхних полок высокого стеллажа матово-черный ящик. Размером он был чуть больше коробки для обуви. Верхнюю его часть украшал череп и лепестки цветов, сделанные то ли из глины, то ли из какого-то иного пластичного материала.

— Что это? — вопросил Адам у Кандуон. Раз она это купила, значит, знала, в чем секрет данной вещицы, верно?

— Это иллюзионный короб. Такие используют фокусники в своих представлениях, — с радостью объяснила девушка. — Вы, будучи фокусником, знаете это не хуже меня, верно? — повернулась она к Арчи, ошибочно предположив, что он относится к данной профессии.

— А... да... — выговорил Вивер сбивчиво. — А вы уже смотрели, что внутри?

— Конечно же, там ничего нет, — заверила его мадемуазель, хватаясь за металлическую ручку коробки и пытаясь вытянуть ее внутреннюю часть из внешнего корпуса. Послышался тихий щелчок. Коробка не поддалась.

— Странно, — пробормотала девушка растерянно. — Вчера прекрасно открывалась, а сегодня...

— Какова ваша цена за ящик? — спросил Арчи тихо. Почему-то этот предмет вызывал в нем необъяснимое, жуткое чувство. Один только взгляд заставлял покрываться мурашками.

«ВидишЬ? БылО. И БольшЕ НеТ!»

Это что-то из забытого?

Возможно.

— Я не возьму за короб меньше, чем за свои услуги! — заявила хозяйка магазина, уперев руки в бока. Пришлось Арчи потратить еще какое-то время на то, чтобы потереться о всевозможные предметы и наложить на них слой чистейшей удачи. Адам тем временем пытался открыть короб. Сперва он старался быть аккуратным, но затем в ход пошли ножи из трансцендентной материи. Но ни джентльменский подход, ни откровенно варварский не заставили коробку приоткрыться даже на сантиметр.

— Могу ли я угостить вас кофе с печеньем, которого вы не принесли? — предложила хозяйка спустя время.

— Весьма любезно с вашей стороны, — кивнул Арчи, беря в руки очередной предмет для зарядки удачей — резную ложку, держало которой исполнили в виде крыла.

Симпатичная.

— Даже не думай, — раздался голос Крона позади. Напарник продолжал пытать оставленную Физиком коробку. Он будто бы даже не смотрел в сторону Арчи, но при этом безупречно прочитал его намеренье.

— Почему?

— Тебе было недостаточно скандала с Луисом? Хватит позорить Аранк!

— Не переживай, сегодня я его опозорил уже дважды! — радостно сообщил Вивер, показывая Крону не одну, а целых три новые ложки. Помимо той, что пока еще принадлежала Кандуон, нашлась ложка с выгравированным на ее поверхности червем (она перекочевала к Арчи из храма Гуду), и еще одна — с невзрачными цветочками (заказная посуда для похоронного праздника, повидавшая несколько тысяч ртов).

Крон уставился на ложки, открыл рот, чтобы выругать, но захлопнул его, не издав ни звука. Кажется, Адам наконец-то понял, что в некоторых ситуациях лучше плыть по течению, нежели выбиваться из сил, пытаясь плыть против него. Третья ложка за один день опустилась в карман Арчи. Тревога, вызванная сообщением Физика и иллюзионным коробом, утихла на фоне повысившегося настроения. Спасибо Ансэту (или кто там поработал над этим) за создание спектроотвода!

— Отличная работа! — похвалила Вивера мадемуазель, вернувшись в главный зал с двумя бумажными стаканчиками горячего кофе. Пропажу ложки она не заметила.

— Я прямо чувствую, сколько удачи вложено во все эти предметы!

Хорошо бы и самому Арчи ощутить ее также ярко.

Вивер забрал кофе из рук девушки и плюхнулся прямо на пол неподалеку от Крона.

— День выдался... — пробормотал он устало, лишь хозяйка магазина вернулась к кассе.

— Дерьмовым? — закончил за Вивера Крон.

— Интересным, — выдал свою версию Арчи.

— Очень у нас с тобой отличное представление об интересном, — буркнул Адам.

— И о дерьмовом тоже, — заметил Вивер. — Мы дважды избежали смерти и спасли коллег. У меня три новые ложки в коллекции. И мы нашли какую-никакую зацепку относительно происходящего в некрополе. Слишком много плюсов для дерьмового дня, разве не так? — улыбнулся Арчи, отпивая кофе. Напиток оказался на удивление неплох.

— Мы вновь ничего не заработали. Психи из консорциума дают нам понять, что играются с нами, как с марионетками. И они с удовольствием уберут с дороги наших коллег забавы ради. Слишком много минусов для того, чтобы назвать день интересным, — парировал Адам сухо.

— Ну... если смотреть на ситуацию с этой позиции... — пробормотал Арчи. Адам в ответ лишь тяжело вздохнул и продолжил пытаться взломать короб. Сгустившуюся между парнями тишину разрывал лишь периодически повторявшийся вопль силиконовой гадалки:

— Добро пожАААловать в дом полумЕЕЕрности! УзнАААй свою судьбу!

— Хочешь узнать свою судьбу? — поинтересовался Вивер у Адама.

— Обойдусь.

— Но ведь хочешь?

— У нас нет денег.

Арчи в ответ вытащил из кармана монетницу и показал ее Адаму. На один корпскоин купить было можно примерно ничего. Ничего, кроме прорицания от искусственной гадалки.

— Глупо тратить последнюю монету... так, — заметил Крон мрачно.

— Разве мы живем не для того, чтобы совершать глупости? — подмигнул ему Арчи, вставая с пола.

— Определенно не для этого, — фыркнул Адам. Вивер подошел к напарнику ближе и протянул ему все свое богатство в размере одной-единственной монеты. Адам же любил такие автоматы, верно? Иначе он бы не воспользовался услугами гадалки в магазине Гипсена.

Положив монету в ладонь Крона, Арчи подошел к автомату и стянул с него полупрозрачную черную ткань. Гадалка в очередной раз предложила Виверу узнать свою судьбу, но Арчи отдал эту возможность Крону. Адам, чуть помявшись, все же кинул монету в предназначенную для этого прорезь и уставился на гадалку. Та закрыла глаза. Послышалась знакомая гнетущая музыка. Из узкой щели автомата выскользнула перламутровая карточка. Арчи без зазрения совести заглянул Адаму за плечо, чтобы разглядеть, какая же судьба ожидает парня.

На внешней части карточки красовалась блестящая надпись: «Что ждет тебя прямо сейчас?».

— Сейчас? — прошептал Адам встревоженно. — Мне это не нравится.

Он взглянул на оборотную сторону карточки, где нашлось всего одно слово: «Трансляция».

— Трансляция? Речь о Кандуон? Она упоминала про... — взялся было рассуждать Арчи, но Адам в ответ отрицательно мотнул головой. Ему не потребовалось на понимание даже секунды. Он метнулся к кассе, рядом с которой обнаружился пульт от старенького тивисета, висевшего в магазине у потолка. Крон включил его одним нажатием кнопки. Сквозь рябь на экране появился ВсеИмператор:

— ...потому с прискорбием я должен сообщить жителям империи, что сарварский некрополь постигла страшная эпидемия. Наши исцелители сделали что смогли, но остановить распространение заразы не получилось. Потому мною было принято единственно верное решение. Сего дня некрополь Сарвара исчез в очищающем пламени. Помянем сотни тысяч некропольцев, отдавших жизнь за...

Адам пошатнулся. Его и без того бледное лицо будто бы превратилось в восковую маску. Даже Арчи почувствовал себя не в своей тарелке от этой новости. Сарварский некрополь уничтожен. Щелчок пальцев, и столько душ погублено в одночасье. Сироты. Священники. Похоронщики. Дотла.

Ненароком возникал вопрос, как скоро судьбу сарварского некрополя разделит полендрумский.

Спорим, если акропольцы узнают о тебе, наш некрополь будет сожжён в тот же миг?

Ты не помогаешь.

Я напоминаю.

То, о чем я никогда и не забывал.

Физик близок к твоему разоблачению.

Раз так, значит, он умрет до того, как откроет рот.

...как и каждый, кто был до него.

Котятки, у меня появился Бусти :) Там главы выходят на пару недель раньше :) Заглядывайте! (ссылка в моем профиле)❤️✨P.S. Котятки, заранее вас предупреждаю, что в конце марта - начале апреля я возьму двухнедельный отпуск!