Часть 13: Цена правды

Дрожащими руками я перевернула Пэйтона на спину. Его лицо было мертвенно-бледным, а на виске красовалась глубокая ссадина. Но самое страшное было ниже - его куртка пропиталась кровью в области ребра. Пятно на полу, которое я приняла за масло, оказалось его кровью.

- Пэйтон, умоляю, открой глаза! - прошептала я, прижимая пальцы к его шее.

Пульс был. Слабый, прерывистый, но он был.

Я заметалась по ангару. Мозг работал в режиме выживания: нельзя звонить в скорую - Пэйтон ясно дал понять, что его мир живет по другим правилам, и полиция здесь не помощник. Я вспомнила, что в шкафчике за верстаком он хранил армейскую аптечку.

Схватив коробку, я сорвала с него куртку. Рана выглядела плохо, но пуля, похоже, прошла по касательной. Пэйтон глухо застонал и поморщился, когда я прижала к его боку стерильный бинт.

- Т/И?.. - его голос был едва слышным хрипом. - Уходи... они... они могут вернуться.

- Никуда я не уйду! - отрезала я, чувствуя, как по щекам текут слезы, но руки при этом действовали уверенно. - Кто это сделал, Пэйт? Это Ник?

Он попытался приподняться, но тут же упал обратно, стиснув зубы от боли.- Нет... Ник - ребенок. Это люди отца. Предупреждение... за то, что я хотел... притормозить.

В этот момент снаружи послышался хруст гравия. Свет фар скользнул по пыльным окнам ангара.

Сердце ушло в пятки. Я схватила тот самый нож, который принесла с собой, и встала перед Пэйтоном, хотя понимала, насколько это жалко выглядит. Дверь ангара медленно поползла в сторону.

В проеме показался высокий силуэт в дорогом пальто. Это был не наемник и не уличный боец. Мужчина лет сорока пяти, с идеально уложенными волосами и холодным, как лед, взглядом. Пэйтон был его точной копией, только старше и... мертвее внутри.

- Значит, это и есть та самая «журналистка», - произнес мужчина, не повышая голоса. - Мой сын из-за тебя теряет хватку.

- Вы его отец? - я едва не задохнулась от возмущения. - Он истекает кровью на полу, а вы говорите о «хватке»?!

- Это был урок, - спокойно ответил он, делая шаг внутрь. - В нашем бизнесе нельзя отвлекаться на сантименты. Если он не может защитить себя от простого предупреждения, как он защитит империю?

- Ему не нужна ваша империя! - крикнула я, сжимая нож.

- Опусти игрушку, девочка, - он едва заметно усмехнулся. - Я приехал не за ним. Я приехал за тобой. Пэйтон считает, что может скрыть тебя от этого мира. Но ты уже в нем. И теперь у тебя есть выбор.

Он бросил на верстак плотный конверт.- Там документы. Билет в один конец, новая биография и средства на обучение в любом университете Европы. Уезжаешь сегодня. И Пэйтон остается жив. Если останешься - следующая пуля будет не по касательной. И не для него.

Пэйтон на полу попытался что-то сказать, его рука потянулась к моей лодыжке, но силы покинули его, и он снова впал в забытье.

Я посмотрела на конверт, затем на бледное лицо парня, который стал для меня всем. Мой инстинкт журналиста всегда говорил мне: «Ищи правду, какой бы горькой она ни была». Но сейчас правда была в том, что моя любовь к нему стала для него смертным приговором.

- У вас есть десять минут, чтобы собрать его вещи и уйти, - добавил «серый кардинал». - Машина ждет за углом.

Он развернулся и вышел, оставив нас в гнетущей тишине, нарушаемой лишь тяжелым дыханием Пэйтона.

Я опустилась на колени рядом с ним, гладя его по волосам. В моей голове созрел план. Безумный, опасный, достойный самой смелой статьи.

- Я не оставлю тебя, Пэйт, - прошептала я ему на ухо. - Но и им я проиграть не позволю.

Я схватила конверт, но вместо того, чтобы спрятать его, я достала телефон и начала снимать всё: рану Пэйтона, документы из конверта с фамилией его отца и записи с камер наблюдения ангара, которые Пэйтон скрывал даже от семьи.

Игра только начиналась. И теперь я была не просто «девушкой короля». Я была свидетелем.