Таблетки, молоко и волейбольный транс

Утро перед игрой началось с того, что я сидела в углу раздевалки, подозрительно озираясь, и запивала горсть обезболивающих остатками того самого виноградного сока. Руки ныли так, будто по ним проехался танк, но сидеть на скамейке? Ни за что!

— Аяме, ты чего там шаманишь? — подозрительно прищурился Кагеяма, поправляя наколенники.

— Витаминки для бодрости духа, Тобио-кун, — соврала я, пряча блистер в сумку. — Чтобы мои руки не отвалились, когда я буду принимать твои «королевские» подачи.

В этот момент в раздевалку ввалился Хината. Он выглядел... странно. Его глаза бегали, как у загнанного зверька, а над верхней губой отчетливо виднелись белые «усы». Он двигался боком, стараясь не привлекать внимания, и то и дело икал.

— Сё, ты в порядке? — спросила я, вставая. Голова от таблеток начала приятно кружиться, и мир стал казаться чуть более розовым и дружелюбным.

— Да-да! Ик! Абсолютно! Ик! — Хината судорожно вытер рот рукавом, но белое пятно только размазалось по щеке.

Кагеяма замер. Он медленно перевел взгляд на свою сумку, где в боковом кармане всегда лежала заветная коробочка элитного молока. Карман был пуст. Тишина в раздевалке стала такой густой, что её можно было резать ножом.

— Хината... Сё... — низким, загробным голосом произнес Кагеяма, и вокруг него начала сгущаться темная аура. — Ты... выпил... МОЁ... МОЛОКО?!

— Н-нет! — взвизгнул Сё, отпрыгивая за мою спину. — Это было ничейное молоко! Оно смотрело на меня грустными глазами! Оно само прыгнуло мне в рот! Ик!

Я не выдержала. Обезболивающие уже начали действовать, превращая любой стресс в повод для веселья.

— Кагеяма, — я зашлась в приступе смеха, опираясь на плечо трясущегося Хинаты, — посмотри на него! У него же на лице написан состав твоего напитка! Кальций, белки и... чистый страх смерти!

— Я ТЕБЯ ПРИШИБУ! — взревел Кагеяма и бросился за Хинатой.Они начали носиться по раздевалке «туда-сюда», перепрыгивая через сумки и лавки. Хината, подстегиваемый молочным адреналином, лавировал как ниндзя, а я просто сползла по стенке, вытирая слезы от смеха — Народ, выходим! — крикнул тренер Укай, заглядывая к нам. — Аяме, ты чего на полу?

— Я... я просто калибрую центр тяжести, тренер! — выдавила я, вставая и чувствуя, что мои руки теперь кажутся мне чужими, но совершенно безболезненными.Мы вышли на площадку. Против нас стояла «Некома». Куроо, завидев мои забинтованные руки и подозрительно счастливое лицо, ухмыльнулся.

— О, колючая ворона сегодня в хорошем настроении? Или ты решила сдаться заранее?

— Мечтай, кошачья морда! — крикнула я, чувствуя невероятный прилив сил. — Сегодня я буду принимать мячи даже зубами, если потребуется!

Игра началась. Первый же мяч от Льва Хайбы летел точно в меня. В обычном состоянии я бы сжалась от мысли о боли, но сейчас..

БАМ!

Я приняла мяч идеально. Глухой звук удара о бинты отозвался где-то в пятках, но боли не было.

— Видел?! — крикнула я Кагеяме. — Пасуй Хинате, он сейчас взлетит на молочной тяге!Кагеяма, всё еще кипя от злости, выдал такой резкий и точный пас, что Хината, кажется, действительно нарушил законы физики. Он взлетел так высоко, что едва не задел головой потолок, и вколотил мяч в зону Некомы с такой яростью, будто на месте мяча была голова Кагеямы.— ИК! — победно выдал Сё, приземляясь.

Весь матч превратился в какой-то безумный танец. Я смеялась после каждого удачного приема, подначивая Куроо и Кенму. Мои шутки становились всё более странными под действием таблеток:

— Эй, Кенма-кун! Твои кошачьи рефлексы сегодня на обновлении? Или ты забыл зарядить свои лапки?

Кенма лишь молча переглядывался с Куроо, явно опасаясь моей внезапной гиперактивности. К концу второго сета мы вели. Я чувствовала себя непобедимой, пока... действие лекарства не начало потихоньку ослабевать, и реальность не постучалась в мои забинтованные руки.

— Ребята, — прошептала я, когда мы собрались в круг перед последним очком, — если я сейчас упаду, просто используйте меня как препятствие для либеро.Хината, всё еще с молочными усами, серьезно кивнул:

— Аяме-чан, я подставлю тебе свою спину! Главное — не икай в мою сторону!

Мы выиграли этот сет на чистом безумии и молочном воровстве. Но как только игра закончилась, я почувствовала, как усталость накрывает меня бетонной плитой