глава 17

Жизненные пути всегда не такие, какими мы их себе придумали. Витееватые взлёты или падения  случаются не всегда к месту. Иной раз думаешь, вот случилось и ладно, но ведь совершенно не знаешь, как правильно принять всё. А иногда, просто отпускаешь все по течению, и кажется это тем самым единственным верным решением.

Окрылённый любовью и дрейфующий в своем личном раю Лиам взял неделю за свой счёт. Все его сомнения о поступке Зейна не возъимели никакого подтверждения, бывший не просто не ушел. Он остался и вел себя так, будто бы, они не просто трахнулись, а вновь вернулись в то студенческое лёгкое и беззаботное время. В те дни, где их любовь была такой чистой и крепкой, как коллекционный дорогой коньяк. Единственное различие, что эти отношения, если их можно так назвать, переросли до близости. День ото дня двое влюбленных ласкались и занимались любовью, и брюнет был, мягко говоря, ненасытен со своим неуёмным желанием. Никогда ещё младший не чувствовал себя таким сексуально значимым, даже особенным. Его душа радостно пела: любимый рядом, и он нашел в нем все, что хочется, наверное это то самое упущенное счастье. Однако, сквозь призму общего розового флёра порывался и здравый смысл, нашёптывая, что это все временно. Тело не всегда будет желанным, красивым, и, однажды, старший присытится и найдет кого получше и будет таков. Хотя, даже эти, отчасти печальные, мысли Пейна не могли омрачить счастье, искрящееся в его глазах, подобно пузырькам в бокале с шампанским. Напряжение об отъезде старшего гнуло, прибивая к земле. Столько дней прошло, а они так и не решили, что между ними теперь? Кто они друг другу? Или все те же бывшие, которые просто занялись сексом. Как будет жизнь складываться дальше? Вообще, это одноразовые ночи или у них позже будет продолжение? Очевидно, что Зейн получает своего рода мини отпуск с приятностями, но как понять, есть ли надежда на общее будущее? Заговорить об этом самому и поставить брюнета в неловкое положение шатен не мог. А эти все вопросы скорее всего волновали только его самого. Бывший любимый не обещал ничего.

Жизнь определено изменилась, правда сложно сказать пока в какую точно сторону.К довершению ко всему, в эти дни стеснительность Пейна вышла на новый уровень. Жеманно прячась он все старался укрыть свое тело в постели или же надевал вещи сразу после пробуждения. Стыдясь собственной наготы при любимом он даже в душ бежал только, когда Зейн отключиться и засопит крепко. Новое утро ничем не отличалось от прошлого, однако Зейн проснулся первым. Лёгкий теплый душ, и около часа он брился, приводил в порядок тело и волосы. Сразу после чего он накинул вверенную ему накануне ужасно тесную, но чистенькую футболку и домашние штаны. В спальне у Лиама всегда полумрак, шторы прикрыты, а тёмно-серые тона стен успокаивали. Зейн немного осмотрелся, прошел по квартире, заглянул в небольшую комнату для гостей. Все так соответствовало минимализму Пейна. Простенько, не броско, у брюнета уже были мысли о том, как может поменяться все в будущем для них. Но сейчас не время говорить о таком, вначале необходимо разобраться с тем, что у него осталось в штатах. Квартира, работа, машины, личные коллекции. Намётки на то, как со всем этим поступить были, но Зейн решил вначале обговорить все с отцом. Прикрыв дверь в спальню покрепче он взял сигареты и прошел на кухню. Придаваясь удовольствию от наполненных табаком лёгких, он набрал отца и изложил свой план. Старший очень позитивно отреагировал и нашёл его слова очень рациональными. Ну раз самое важное решено, остальное время до отлета он посвятит Лиаму.

Нежные поцелуи в красивую родинку на щеке, молчку уха, бойкая влажная дорожка прошлась к виску, и Лиам сонно промычал что-то  нечленораздельное.

— Пора вставать, детка, - шепнул горячо в ушко любимому старший.

— Пожалуйста, я все ещё хочу спать, - хрипловато наконец отозвался младший.

— На часах почти десять, если ты сейчас встанешь, примешь душ, я даже успею приготовить для нас вкусный завтрак, - уговаривал любимый голос, итёмно-шоколадные глаза распахнулись.

Реснички вздрогнули, а взгляд из туманного потихоньку ощупывал действительность. Смерив мужчину напротив взглядом, живот Пейна поджался, а внутри что-то заскулило. Как же невероятно хорош собой этот дьявол во плоти. Пакистанский бог, а не просто человек: роскошные темные волосы забраны в аккуратный хвост, но одна из непослушных прядок свисала и делала Зейна ещё более корононосной особой. Крепкое тело отливало бронзой и увитое твердыми переплетениями мышц заставляло гореть все внутренности. Вот чистой воды наследный принц. Таким, как он, только сниматься в сказках Диснея. Приоткрыв губы Лиам чуть было не ляпнул это вслух, но во время осекся, уводя взгляд.

— Снова прячешься от меня, Лиам? - весело продолжил Зейн.

— Я... Просто взгляни на себя в зеркало и поймёшь отчего смущение, - буркнул тот лицом в подушку.

Признавать не хотелось, но это же очевидно, Малик красавец коих поискать, а он.. Пейну отчаянно не хотелось признавать, что он просто невзраяная особь.

— Тогда я скажу так, красивее тебя никого нет, - чмокая темную макушку парировал брюнет. — Ты не забыл, вечерним рейсом я улетаю, нужно успеть заскочить к родителям забрать вещи и документы и добраться в аэропорт.

Забудешь тут.Слова такие простые вроде бы, и Пейн не впервые это слышит, но в груди все стянуло, а в глазах защипало. Почему так скоро? В самые лучшие моменты жизни время отчего-то утекает сквозь пальцы, подобно сыпучему песку на пляже.

— Конечно помню, я в душ, - вытащив себя из постели промолвил Лиам, больше не глядя на любимого.

Он знал, что все скоро закончится, но морально не был к этому готов. Захотелось разреветься как в детстве, истерично затопать ногами, заставить Зейна остаться несмотря ни на что. Реальность иная, и Лиам давно вырос, понимая, что получить все в этой жизни не получится. Ноги еле двигались в сторону ванной комнаты, а сердце осталось подле Зейна Малика, теперь уже точно навсегда.

***

— Ты поедешь в аэропорт, - кинул Зейн то ли вопрос, то ли утверждение, быстро надевая вещи.

Ещё вчера Лиам выстирал и подготовил ему то, в чем брюнет пришел несколько дней назад к нему. Терпкий, но приятный аромат кондиционера ударил в нос брюнета. Так у Пейна пахнет многое, тонко кисловатый аромат лайма и чуточку цветочного шлейфа.

— Едва это будет удобно, приедут твои родители, а у меня не очень приятные воспоминания об этом месте, - грустно ответил Лиам.

В то время, как руками он перекладывал вещи в шкафу, глаза сами нашли мужчину и его возмущенный жест вскинутых бровей.

— Ты едешь со мной и точка, - нажал Малик, тыкая в него пальцем, будто бы в комнате есть кто-то ещё.

Зейна раздражал настрой парня.Хватит с него этих нелепостей, да они расставались в аэропорту много лет, но чёрт! Это гадкое прошлое, вот пусть там и остаётся. Держаться за какие-то призрачные воспоминания ни к чему. В будущем он хотел бы создать новые воспоминания, новые отношения, семью наконец с тем, кого любит. Пейн отличная кандидатура, и начнут они отстраивать свое личное как раз с того самого места, где закончили в первый раз.

— Что сказать твоим родителям? - вновь попытался Лиам несколько минут спустя, хлопая дверцей шкафа и подбирая для себя вещи.

— Скажешь, что любишь меня и будешь скучать и писать каждый день мне о том, как тебе здесь одиноко. А твоя жизнь без меня больше не будет столь яркой и радужной ю, - вывалил все практически на голову ему Малик.

— С ума сошел? - округлил глаза Пейн, рубашка что ещё недавно была в его руках чуть было не переместилась на пол. Руки дрожали, а уровень нервозности зашкаливал.

— Шучу я, они не поедут в аэропорт. А то, что ты будешь скучать и любить меня томясь день за днём, вспоминая наши дни и ночи, я надеюсь услышать, - пророкотал на распев Малик и расстояние между ними вмиг исчезло.

Странность, но ощущение будто бы он переместился, облетев спальню. Глупости конечно, это просто Лиам завис от таких слов. А вот жаркое тело любимого уже приткнулось и зажимало любимого в дверцы шкафа. Тихий вздох сорвался с пухлых губ, а низ живота завибрировал.

— Поцелуй меня, так же, как тогда, в кабинете отца, - хрипловато проговорил прямо в его губы брюнет.

Горячий взгляд мазнул по лицу и спустился к пухлым губам, хотелось запротестовать и сказать, что не время и не место, но Лиам был слаб перед чарами бывшего? Нынешнего? Черт, не важно, в общем, слишком красивого мужчины. Он припал к более тонким, но очень упругим губам и дал волю собственным чувствам.Сплетение их губ и языков будоражило. Руки паренька вспотели, и он оплел мощную шею активничая так, как только умел. От чувственных чмоков и громких вылизываний пекло губы, но Пейн так распалился, что хотел большего. Ладони сползли, притягивая старшего сильнее, тот сразу же отреагировал сделал характерный жест. В голове все перемешалось, пока язык Зейна нагло чуть ли не имел его рот, снизу он чувствовал, что сейчас разорвётся. Один толчок бедрами, и он чуть было не кончил в домашние штаны, позорно изливаясь. Напористость и грубость в действиях старшего кипятила кровь, заводила до чёртиков. Толстый член стоял, и Лиам чувствовал его животом, куда тот нагло прижимался. От такого Пейна повело на раз, и он понимал, что не успеют. Времени всего-то может полчаса и то на то, чтобы одеться. Распаляясь останавливаться не хотелось. Лиаму отчаянно захотелось доставить удовольствие любимому во чтобы то не стало. Даже если на секс совершенно нет времени, есть другие способы. Только бы чуть набраться смелости, и он думая уже лез под кромку брюк бывшего. Тот будто бы все понял без слов, не разрывая поцелуй он наскоро расстегнул свою ширинку и приспустил штаны и трусы вместе, давая простор руке младшего. Ткань брюк дорогая и несколько минут в заломе ей не повредит. Хотя об этом ни один сейчас не думал. Один горел желанием подчиняться, а другой хотел получить все, что только удастся.

Атака на готовый орган началась мгновенно, Пейн обхватил и принялся дрочить, хватая воздух. Толстый ствол удивительно приятно чувствовался в руке, и ему захотелось сползти и взять его в рот. Отсосать так, чтобы кислорода не хватало, до черных точек перед глазами. И ему бы удалось, но, Зейн, кажется, разгадал сей план и прервал все поползновения. Втиснувшись в тело напротив сильнее Зейн одной рукой вцепился в задницу любимого, а другой обхватил ладонь Лиама на собственном члене и быстренько довел все до сладостной точки. Хриплый стон и подрогивающее тело, горячая сперма опросила их ладони, а они так и стояли, тяжело дыша. Лиам прижимал любимого к себе, боясь, что иначе не выдержит и падёт ниц. Удовольствие вроде было для старшего, а он распалился и запыхался куда крепче.

Музыка входящего звонка через несколько минут отрезвила обоих, и Зейн среагировал первым: понял, что звонит его телефон и взял. Девушка, оператор такси, оповестила его о том, что машина в течении десяти минут будет в назначеном месте. Одеваясь в попыхах, оба принялись собираться.

Пожилой мужчина в неплохой тачке встретил их кивком головы, а после того, как услышал маршрут следования завел автомобиль и резво заколесил по дороге. Гнетущая тишина повисла, а путники сели друг от друга с небольшим расстоянием. Не зачем всему миру знать, кто они друг другу. Выставлять личную жизнь на показ не стоит, и оба это понимали. К тому же, они давно не подростки, чтобы жаться друг к другу на каждом шагу.

Пейна съедало внутри, тревога и какое-то странное липкое чувство, что разрывало приятные эмоции на части. Страх за что-то, чего ещё не случилось? Видимо.Кажется, Зейн не замечал этого напряжения, сидел, смотря в свое окно. Его взгляд коснулся Пейна лишь долгие минуты спустя, но даже так, он понял, а его крепкая рука в миг скрепила более тонкую, негласно давая понять, что все хорошо, не стоит паниковать. Как и обещал, брюнет заскочил в дом родителей, забрал чемодан и попрощался с матерью и даже с Роджером, что было для него крайне удивительно, в любой другой раз он не удостоил бы близкого человека даже взглядом.Брат тоже шел на контакт и даже обнял его, хлопнув по плечу и пожелав хорошего перелета. Перемены между ними в лучшую сторону, кажется, начались с перемирия с Лиамом. Быть может в будущем они ещё станут с братом друзьями, кто знает, время покажет.

Хлопнув дверцей Малик сел в такси и только тогда заметил, что Лиам откинув голову на стекло задремал. Такое приятное тепло разлилось в груди, и он бережно приклонил любимого к себе, обнимая хрупкие плечи. В голове сразу мелькнуло то, как чертовски трудно будет решать дела в другой стране без вот этого чуда рядом. Пейн умел одним своим присутствием делать жизнь проще и лучезарнее. В нем тот самый свет, которого так не хватало Зейну все эти одинокие годы, которые он проводил не с теми. Конечно, если бы он был до конца честен с отцом, можно было бы выторговать для него мини отпуск и увезти с собой, но Зейн пока не решался рассказать окружающим о том, что они снова вместе. Честно говоря, назвать отношениями их несколько ночей нельзя, но Малик был серьезно настроен и твердо верил, что больше не упустит шанс на то, чтобы стать единственным и, желательно, законным в жизни Лиама Пейна. Быть может, имело место суеверие, или страх, но лучше пусть пока все остаётся в тайне. Позже, если все получится, он вернётся назад и уже тогда можно будет всем объявить.

* * *

Шумный гул голосов и громкоговоритель оповещающий о вылете очередного рейса наводняли огромный аэропорт. Как и в тот день долгих пять лет назад люди торопятся, бегут, кажется, каждый из них прощается с близкими, или же наоборот встречают, радостно обнимаясь. Остановка обречённой грусти и слезливой радости. Пара, что ещё недавно не могли и смотреть в глаза друг другу, теперь стояли в обнимку. Заботливо Малик держал любимого в своих руках и тихо говорил приятности, обещая, что совсем скоро они встретятся вновь. И вроде бы Пейн все понимал, но сердцу не прикажешь, и оно трепыхалось в груди, спутывая мысли, как старый клубок вязальных ниток. После того злополучного дня Лиам не был в аэропорту ни разу. Само собой теперь все по другому, они прощаются да, но лишь на время. Тяжёлый вздох сорвался с губ, и Лиам спрятался на широкой груди.

— Не делай так, иначе я пошлю все к черту и никуда не поеду, - предупредительно заявил Зейн.

— Прости, это само собой. Я возьму себя в руки, обещаю, - ответил Лиам, подбираясь и улыбаясь своей самой искренней улыбкой.

Правда только для вида. Объявление о вылете рейса грянуло, как гром среди ясного неба, и Зейн чмокнув в темную макушку любимого ещё раз прошептал, что любит, и двинулся к стойке регистрации. Все время пока брюнет не скрылся в коридор, ведущий на посадку Лиам держался. Он стоял, будто стойкий оловянный солдатик и, лишь увидев взмывающую махину в небо, пустил слезу. Правда без истерики, рука тут же стёрла влагу, а он не спеша начал пробираться на выход с мыслями о том, что все теперь будет иначе. А когда любимый вернётся, они просто обязаны попробовать все сначала.