глава 16

В дверь звонили уже раз в сотый наверное, и Лиам всячески старался игнорировать этот факт. Выходной, пусть идут к черту люди, если решили, что Пейн подорвется и поскачет открывать. Звонок только утихал, как снова раздавалась новая трель. Минут десять спустя, когда нежданный гость вновь начал настойчиво трезвонить в дверь, всякое терпение закончилось.Похоже, все-таки придется оторвать себя с постели и открыть какому-то чересчур надоедливому посетителю. Двинувшись, шатен почувствовал лёгкую слабость и ломоту во всем теле. Оглядев взглядом обстановку он понял, что лежит на животе почти что на краю своей большущей кровати, а позади, за его спиной, мирно и расслаблено сопел тот, о ком ещё недавно он просто грезил во снах. Бывший. После произошедшего вряд ли что-то может измениться. Они так и будут никем, хотя внутри, где-то очень глубоко, теплилась мизерная надежда на общее будущее.

Эта ночь... Кажется, именно она была самой яркой в серой жизни тихого Лиама Пейна. Пошарив на полу он наащупал пижаму, точнее ее часть и, быстро облачившись в вещь, кое-как ковыляя вышел из комнаты, прикрыв за собой очень плотно дверь. Как только въехал, он намеренно сделал в спальне плотную шумоизоляцию. Посторонние шумы будили, не давая уснуть по ночам. И сегодня это как раз оказалось кстати. Кто знает, кого могло принести в это ранее утро и с какой вестью. Если это Роджер, то он скорее всего будет чересчур шумный, а будить Зейна после такой изнуряющей ночи никак не хотелось.

Расстояние до двери впервые в жизни показалось каким-то сложным квестом. Да уж, горячие ночи не проходят бесследно, а если ещё и рядом такой опытный партнёр, то тут не мудрено быть без сил на утро. Не спеша двигаясь тон шоркал ногами, насильно заставляя передвигаться тело. Чувство будто любовные игры парализовали часть его: ломит, болит, выкручивает, низ в особенности, с каждым шагом. И все это последствия страсти. Будучи все ещё глубоко в своих мыслях Лиам на автомате прокрутил замки и отворил широко дверь. Глаза взметнулись, и страх сковал все внутри.

Это смех судьбы что ли или плевок неудачника прям в лицо. Какого черта сегодня? Почему Томлинсон?Тем временем Луи воинственно залетел внутрь, не дожидаясь пока ему позволят это. Взгляд сощуренный, а губы тонкие и поджаты, выдавая все негодование их хозяина. Вслед за ним зашёл и младший. Мальчишка семенил позади и, лишь только оказавшись в гостиной, он выступил из-за спины отца, отбросил его руку и кинулся на встречу Пейну с объятиями.

— Привет, Лиам!

Тот на автомате приклонился, крепко обнимая маленькое тельце. Малыш сопел в ухо, и Пейн приподнял его, взяв на руки. Он уже чувствовал на себе взгляд друга, что прожигает полуобнажённый верх насквозь. Луи. Его любимый и бесценный друг сейчас обязательно начнет отповедь. Во всяком случае, его не совсем довольный вид показывал, что ждёт Пейна за то, что тот не хотел его впускать к себе.

В спешке Лиам натянул штаны от пижамы, совершенно позабыв о верхе. Надежда была лишь на то, что плотные шторы гостиной скрывают яркость дня, и, возможно, в полумраке Томлинсон не обратит внимание на россыпь темных меток на его теле.

— А я то думал, что с тобой что-то стряслось. Где он? – вкрадчиво спросил Луи, осматривая гостиную на наличие незнакомых людей.

— Вы так рано, я спал, не успел даже одеться, – попытался сгладить разговор Пейн, не взирая на не дружелюбность со стороны Томлинсона.

— Полдень, а ты все ещё в постели? Что за херня приключилась? - окинув его тело рукой, пробурчал недовольно Луи.

Этого разговора не избежать, но говорить при ребенке не хотелось. Тем более взрывной характер друга не предвещал спокойного разговора.

— Малыш, сбегай на кухню, там в холодильнике твой любимый коктейль, - улыбаясь направил мальчишку Пейн.

Как и ожидалось, он пробежал в соседнюю комнату, дав немного времени взрослым. Лиам все-таки повернулся к другу, чтобы придумать отговорку, дабы не выдать того факта, что Зейн все ещё в его квартире.

— Я жду, - снова взмахнул рукой старший, как бы подбивая друга сознаться во всех смертных грехах.

— Что, Лу? - наигранно улыбнулся Пейн.

— Не прикидывайся и не пизди мне, Лиам, - нахмурился пуще прежнего Томлинсон и, толкнув друга в грудь, он сразу же продолжил. — Ты не открывал чёртову дверь вечность, вышел весь всклокоченный и помятый. И то, что я сейчас вижу на твоем теле, это обман зрения, а не красно-синие следы после ночи секса, да? Что это за хуйня? - громко возмущался Луи, мечась туда сюда по комнате.

Лиам даже не заметил, как быстро Томлинсон обошёл его сзади и осмотрел более тщательно, лишая дара речи. У Пейна вся спина усеяна темными бутонами разнообразных отметин. Собственно, это было продолжение того же, что есть на части груди и животе. Оглядывая себя Пейн понял, какую глупость совершил, нужно было выключить звонок и не открывать дверь. В конце концов, он даже не посмотрел в глазок, какая нелепость. Впервые он водил за нос единственного близкого человека, чтобы скрыть того, кто в его спальне. Дело все в том, что Луи не потерпит Зейна, он обязательно учинит скандал или драку с Маликом, и тогда, нужно будет выбирать, кто для самого Лиама важнее. А этот выбор делать вообще никак не хотелось, ни сейчас, ни позже.

— Я, эм.. - мялся, пытаясь подобрать слова, Пейн, но, как назло, ничего не шло на ум.

— Давай, смелее, - понизил тон старший.

— Лу, я действительно не один, - на одном дыхании выдал Пейн. —  Вот только прошу, я объясню позже и не при Томми.

— Тебя трахнули? - не верящий в действительность и будто не слушающий его, спросил Томлинсон.

На что Пейн всего лишь согласно кивнул. А что было сказать?Все и так очевиднее некуда. Этот вопрос казался совершенно лишним. Однако, по какой-то причине, Томлинсон надеялся, что ошибся и обманчиво ждал, что его друг скажет, что, например, упал или его избили. Но черта с два! Он уже собирался отчитать глупого, но тут неожиданно для обоих вернулся Томми, встав между ними со стаканом молочного коктейля и белыми смешными усами от пенки .

Появление сына заставило Луи  чуточку поостыть с обвинениями. А наговорить хотелось, ох, как много, хотя умом он уже понял, кто был этой ночью в квартире друга. Тут не нужно быть супер умным и обладать большим интеллектом, единственный, кому отдастся Пейн, это чёртов недоносок второй Малик. Кусок заносчивого дерьма, от которого хотелось бы избавиться раз и навсегда. По этой самой причине глаза Пейна сегодня сияют, как звёзды на небосводе.И это его сейчас никак не радовало, даже раздражало. Ничего, чуть позже он взгреет непутёвого друга и объяснит, какую великую глупость тот совершил.

— Мог бы предложишь мне кофе. Или так и будем стоять, как истуканы? - заговорил Томлинсон, круто меняя траекторию разговора.

Лиам как-то опасливо взглянул на него, но ничего не ответил.Напряжение сквозило в каждом звуке, но действительно из головы вылетело даже отдать дань гостеприимства и принять друга как раньше.

— Распологайтесь, я сейчас, - тихо проговорил Пейн.

Дойти до кухни оказалось тяжелее чем думалось. Нужно в первую очередь было идти ровно и не показать того, что тело буквально стонет от каждого движения, отдающего перенапряжением в мышцах. Электрический чайник мигнул подсветкой, издавая моментально шипящий звук закипания. Пейн же наскоро подготовил две кружки и всыпал в них все необходимое. Действовал на автомате потому, что в голове крутилось, вдруг Луи решит пойти в спальню, или же Зейн, упаси господь, выйдет сам. Стыда с ними необерешься. Мысли бились в голове, как волны о скалы, вода закипела и наскоро заполнив кружки, Лиам вернулся в гостиную. Томлинсоны сидели вдвоём на диване, и Луи громко объяснял сыну, что на прогулку сегодня они идут без Лиама. Хотелось влезть в разговор, но он действительно не может. В первую очередь нужно понять и принять то, что они с Зейном сотворили, и уговорить себя отпустить любимого на этот раз уже навсегда. Поникший он еле как поставил на низенький столик кофе, а сам уселся в кресло. Теплая мягкость обняла, убаюкивая тело.

Задница саднила, как и внутренняя часть бедра. Интересно, так должно быть всякий раз? Хотя, о чем он только думает. Этот раз был первым и  единственным, Малик возможно даже сегодня укатит в Штаты, позабыв эту проходящую ночь. Тоска сковала сердце, но пришлось не показывать это гостям.

— Точно не хочешь ничего сказать? - вновь попытался Луи.

— Нет. Так вы собрались на прогулку? - попытался вновь увести разговор Лиам.

Отключиться необходимо, вот только строгий взгляд друга немного пугал.

— Мы шли позвать тебя на пикник, но папа говорит, ты не сможешь сегодня, - горестно ответил Томми. — Ты правда не хочешь с нами, Лиам?

Глаза мальчика выглядели слезливо, и казалось, что он может расплакаться в любую минуту. В любой другой день Пейн бы бросил все и присоединился к ним.

— Простите, но сегодня я никак не смогу, - ответил Пейн ребенку. — Но мы сможем сходить в любой другой день, хорошо?

— Разберись сначала с "этим", а уже после давай обещания ребенку, - отчеканил Луи: кажется, он все ещё зол.

Младший сразу уловил, что, а точнее кого, тот имеет ввиду под словом "этот"

— Разберусь, - кивнул Лиам.

— Давай, сынок, ускоряемся, допиваем скорее и вперёд, нас ждёт парк, прогулка, уточки. Помнишь, я обещал, что сегодня разрешу покормить их хлебом? - уже более дружелюбно уговаривал сына Томлинсон.

Оба действительно поднажали.Несколько минут они сидели не разговаривая, нарушая тишину лишь шумными глотками. Кажется, Луи назло другу хлебал кипяток, лишь бы поскорее убраться. И Пейн впервые чувствовал вину перед этими двумя. Правда жизни такова, да, возможно он совершил ошибку, но куда деть чувства к Малику, и как можно было отказаться, когда сама судьба дала им шанс пересечься снова. Гонимый собственными мыслями, он заметил, что друг ушел, только когда Луи щёлкнул замком двери, паралельно кому-то говоря по телефону, что они ждут его в парке. Обида взяла Пейна, раньше Томлинсон никого кроме него не брал на пикники. Они всегда были как семья, но теперь, кажется, их лодка дружбы и доверия дала трещину, и на то была веская причина в лице Зейна Малика.