глава 4

Глава 4: "Ты мой уют"

Ночь пришла, как обычно, без предупреждения. Как непрошеный гость, который явился без звонка и намерен остаться надолго. Телефон мигнул, выключился – заряд кончился. Как всегда, в самый неподходящий момент. Шторы я так и не закрыл. Лень было вставать. Луна светила прямо в глаза, как назойливая соседка с фонариком, которая решила, что мне срочно нужно полюбоваться ночным пейзажем.

Я лежал, как выброшенный тюлень на берегу океана. В одном носке, в футболке с пятном от шоколадного батончика, который я благополучно забыл постирать. Одеяло наполовину сползло на пол, подушка убежала в угол, обидевшись на то, что я на ней сплю.

И мне было нормально. В этом хаосе, в этом беспорядке я чувствовал себя… комфортно. Как в своей тарелке.

Сон подполз лениво, как кошка, которая не спешит на охоту. Тёплый, тяжёлый… с небольшим холодком.

Я даже подумал:

“Наверное, кондиционер снова протекает. Или это моя вина, потому что я опять забыл его выключить. Или это вселенная решила надо мной поиздеваться. Да какая разница.”

В какой-то момент…

Что-то прикоснулось ко мне.

Тонко. Осторожно. Как будто боялось разбудить.

Пальцы? Нет. Слишком длинные. Слишком… влажные. Слишком склизкие.

Обвили запястье.

Медленно. С уважением.

Почти нежно. Как будто это был самый драгоценный артефакт в мире.

Холод скользнул по коже, и я, не открывая глаз, зевнул.

— Я сказал, без лап. Сплю. И вообще, у меня выходной.

Ответа не последовало.

Только… мурчание.

Глухое, низкое. Как будто в комнате завёлся трактор с эмоциями. Или огромный кот, который пытается завести мотор.

Оно било ритмично, ровно, вибрацией проходя сквозь матрас и прямо в позвоночник. И почему-то успокаивало.

И мне стало тепло. Не физически, а как-то… душевно.

Кто-то был рядом.

Плотно. Слишком. Как будто пытался слиться со мной воедино.

Прижался боком.

Нога – тяжёлая и неестественно длинная – накинулась на меня, как у старых влюблённых, которым наплевать на пространство и личные границы.

Я чуть приоткрыл один глаз.

Силуэт в темноте.

Тонкий. Серый. Без глаз. Как будто кто-то выжег их калёным железом.

С вытянутым, почти обгоревшим лицом. Как у жертвы пожара.

И… огромными мышцами. Как у монстра, качающегося в аду. Или у бодибилдера-переростка, который решил сменить спортзал на подземные пещеры.

Он смотрел на меня.

Точнее, куда-то в мою душу, судя по углу наклона головы. Как будто пытался найти там ответы на все свои вопросы.

Я хмыкнул.

— Ну и как ты сюда залез, если дверь была заперта? У тебя что, проходной билет в мир снов?

Он не ответил.

Только подполз ближе, уткнувшись лицом в мою шею.

И снова – мурчание.

Сейчас оно было более… голодное? Или удовлетворённое? Как будто он нашёл то, что искал.

Что-то прошлось языком по моей коже.

Грубо. Шершаво. Почти как наждачка. Как будто меня лизнул шершавый язык огромного кота.

Я дёрнулся… но не сильно. Лень было сопротивляться.

— …ладно. Только не кусай. И не дыши на меня гнилью. Я сплю, понял? И вообще, у меня завтра важный день. Ну, как важный… нужно вынести мусор.

Ответом стало что-то вроде… вздоха слизи. Звук был отвратительный.

А потом – поцелуй.

Он оставил что-то на моей шее.

Как ожог.

Как метку.

Как обещание.

Как напоминание о том, что я теперь принадлежу кому-то другому.

И снова ушёл. Растворился в темноте, как будто его никогда и не было.

Я проснулся под утро.

Голова болела. Как будто я всю ночь пил самогон с чертями.

Во рту вкус соли и железа. Как будто я лизал ржавый гвоздь.

А на шее – отпечаток.

Не губ. Не рук.

Что-то тёмное. Мерцающее. Как будто кто-то прижался горячей кожей и оставил след. Как клеймо.

Я посмотрел на себя в зеркало.

Потрогал.

— Ну и романтик. Ни тебе кофе, ни записки… просто метка собственничества. Ты хоть знаешь, что такое прелюдия?

Снизу снова скрипнули половицы.

Кто-то был под полом.

Кроулинг.

Он ждал.

Я зевнул и потянулся.

— Надеюсь, ты хотя бы пылесосить умеешь, слизень ты мой ползучий… А то от тебя одни проблемы.