133. Дары

- Учитывая все обстоятельства, для Аскобола было бы лучшим решением - сойти сейчас с дистанции, - пробормотал Ким-вей. - Однако, он здесь.

Юноша был среди участников и, кажется, совсем не планировал уходить - в его взгляде читалась глухая решимость.

Ким-вей честно пытался смотреть на него, но взгляд то и дело скользил в бок, туда, где стоял Мрак. Да как туда взгляду не скользить вообще? Мрак, видимо, смирившись с тем, что его одежда не то чтобы приспособлена к местной жаре, где-то раздобыл одежду из местной ткани, хоть и тоже черной. Но, что было немаловажно, теперь на верхней части его одежды не было рукавов - и если даже раньше его рельефные руки было видно сквозь одежду, теперь то, насколько они совершенны, становилось очевидно. Ким-вей буквально чувствовал, как все на эти руки пялятся.

- Возможно, дело в награде, - произнёс Соломон, стоящий рядом, и Ким-вей пришлось приложить усилие, чтобы вернуться в стезю разговора и понять, о чем он. - Награде победителю испытаний. Мы сделали её достаточно привлекательной, чтобы в будущем было много желающих участвовать, но первопроходцам не сказали о том, что именно это будет. Но Аскобол - сын генерала. До него могли как-то дойти слухи.

- Так что за награда?

Соломон растянул губы в улыбке:

- На усмотрение победителя. У каждого может быть своя просьба: дорогое украшение для супруги, новый меч, даже выкуп дома. А может кто-то хочет попытать свое счастье в рядах чиновников или поступить в академию. Если просьба не нарушает законы и не проблематична, мы выполним желание победителя. Но имеем право и отказать. И тогда ему придется придумать что-то другое.

- Человека с улицы - в чиновники?

- Никто не говорил, что это будет пожизненное место. Не будет справляться - покинет пост, всё просто.

- Хм, - Ким-вей перевел взгляд обратно на собирающуюся толпу на площади. - Удивительно, что твои чиновники были на это согласны.

Полдень приближался, площадь уже почти полностью заполнилась, а народ всё пребывал. Видимо, к полудню проснулось гораздо больше народа, чем рано утром. Это было не очень хорошо - создавало дополнительное давление на участников. Зеваки так и норовили высунуть свою голову подальше, чтобы разглядеть участников и то, что они принесли с собой в качестве «даров», а потом ругались с организаторами, что если их ноги находятся в зоне для зрителей, то это не считается.

Ким-вей улыбнулся приблизившимся жрицам. Нафан бойко выскочила вперёд и направилась к площади, на которой должна была озвучивать вердикт. Ким-вей поискал глазами Аммета, но зря - как оказалось, тот давно был в зоне видимости, но сзади. Стоял рядом со жрицами и что-то тихо говорил госпоже Вирсавии. Одна жрица мать, другая - невеста, если они ещё и Нафан удочерят в качестве иждивенки, будет комплект.

- Внимание, внимание! Подводим итоги испытания!

Наблюдать за тем, как на площадь выходят смущающиеся женщины, которые слишком очевидно надели всё парадное, было умилительно. Участники, которых вызывали для принесения «дара», преподносили совершенно разное: кто-то довольно странные предметы, о которых давно мечтала половинка, другие озвучивали решение вроде переезда в другой город, как супруга и мечтала. Ещё один подарил любимой «возможность не видеть свою рожу в дни, когда приезжает её мама», за что тут же по этой роже и получил.

Ким-вей хихикнул и бросил в сторону мужика слабое исцеляющее заклинание. И тут же вздрогнул, когда услышал имя следующего участника.

Вернее, разумеется, это было не имя, потому что маги огня так же понятия не имели, как зовут тёмного короля, поэтому и называли его так лаконично, что сил нет - «темный король». Любопытно, что и историю Шархелма аналогично почти никто не знает, в то время как и мое имя, и его разные звучания, и родственников до седьмого колена, и историю моей страны - все это знают слишком хорошо...

И вовсе Ким-вей не нервничал и не оттягивал момент, и вовсе ноги не заплетались, если он шел слишком быстро. И горло не пересыхало. Он не нервничал!

Небо, как же давно я не чувствовал себя неуверенно перед толпой людей... Обычно быть перед толпой и с уверенной улыбкой затирать что-то даже совершенно странное было для него простым делом. Его никогда не волновала собственная репутация, из-за чего в народе о нем ходили самые разные слухи, из которых, впрочем, самыми безобидными были те, в которых он выставлен полным дураком. Так что за свою репутацию Ким-вей перестал бояться давным-давно. А вот что подумают о Мраке его, видимо, ещё волновало.

Потому что Мрак был добрым, благородным, сильным и справедливым. Он хотел, чтобы все видели именно это. Он хотел, чтобы все знали, что он хороший король. Но эти испытания изначально созданы с ровно противоположной целью...

И Ким-вей сам был в этом виноват.

- Прежде всего хочу сказать кое-что, - сказал он, привычно заложив руки за спину и улыбнувшись зрителям. Мрак заинтересованно склонил голову, ожидая, что тот выдаст на этот раз. - Раз уж мне предоставился шанс стоять сейчас перед детьми огня и сказать им пару слов, я им воспользуюсь. Ни для кого из вас не секрет, зачем мы двое здесь - подтвердить слухи об объединении королевств Шархелм и Эридейл. Наш брак был заключён уже давно, но лишь сейчас появилась возможность окончательно объединить наши народы. Отныне и навсегда и эри, и хелм - граждане одной страны, с одинаковыми правами и равными обязанностями, и я попрошу именно так к ним и относится. И в свою очередь мы оба гарантируем, что жители Шархелм-Эридейла, к какой бы магии не относились, будут вести себя достойно, покинув свою родину.

Он повернулся к Мраку и улыбнулся:

- Мы уже видели своими глазами, как уживаются друг с другом наши народы, но другим странам ещё лишь предстоит увидеть. Думаю, будет лучше, если они услышат от нас, что никакой проблемы нет.

Мрак кивнул и вдруг произнес:

- Я не хочу, чтобы у кого-то возникло ошибочное мнение о том, что я принял решение об окончательном объединении королевств лишь из-за своих чувств, - Ким-вей замер, но тот продолжил. - Как король, я не имел права даже думать о них, пока в моей стране была война, пока мой народ был несчастлив. И в первую очередь это решение было не мое. А тех людей, что бились в агонии и боли, уставших от бесконечных сражений и темноты неба. Обычных людей, которые хотели того же, что и люди других наций. Жить. И желательно жить в спокойствии.

Ким-вей печально улыбнулся. Так и есть. Мрак очень добрый... Представить сложно, как тяжело ему было смотреть на происходящее. Сколько ещё таких же детей, как Шамос, он повидал?

- Поэтому я не стану скрывать - причиной объединения земель стали вовсе не чувства, - это звучало как что-то, что Мрак не должен был говорить, потому что они выбрали в начале пути совершенно другую стратегию, но... - Но они - причина того, что я сейчас здесь. Я не очень хорош в проявлении чувств, как и любой из хелм...

Он протянул что-то в бархатной черной ткани, и Ким-вей даже периферией видел, как вытянулись шеи зрителей, чтобы было лучше видно, что там.

- Но есть кое-что, что я приготовил уже давно.

Давно? Ким-вей заинтересованно взял в руки ткань, сразу почувствовав лёгкую тяжесть от того, что было внутри. Размотав ткань, он замер.

На солнце поблескивала заколка с золотыми и бронзовыми осенними листьями. Ким-вей вспомнил её - это же было так давно...

- Я подумал, что в этом долгом путешествии ты захочешь иметь при себе что-то, что напоминало бы о доме. Эту вещь я приобрел в городе...

- Лесная чаща.

Ему ведь тогда и правда... понравилась эта заколка. Мрак это заметил? И купил тогда?

В то время Ким-вей был уверен - свято убежден - что у Мрака нет совершенно никаких чувств к нему, что всё это путешествие лишь политический фарс, подкрепленный с подачи Ким-вей долей абсурда. Представить, как Мрак тайком покупает эту заколку, потому что подумал, что Ким-вей она понравилась, потому что хотел, чтобы у того была частичка родного дома с собой, потому что просто хотел его порадовать, хотя даже не был уверен, что он обрадуется, и, видимо, именно поэтому скрывал покупку до самого конца...

Ким-вей всегда было тяжело находиться в Лесной чаще из-за воспоминаний о том, что там происходило, но теперь, кажется, всеми его ассоциациями с этим местом будут лишь золотисто-бронзовые листья и осознание того, что уже тогда Мрак любил его.

Это был лучший подарок в его жизни.

- О, кажется, у нас есть претендент на победу! - подпрыгнула Нафан. С каждым принесенным «даром» она отпускала какие-то комментарии, но так откровенно намекала на чью-то победу впервые.

Ким-вей считал, что это почти нечестно - определять победителя по уровню переполнявших чувств. Он был слишком сильно влюблен.

Он сделал буквально два шага вперёд и, обхватив руками шею Мрака, впился в него поцелуем. Толпа взревела.

- Понял, да? В следующий раз меньше, чем украшение из Эридейла, не смей даже показывать! - судя по этому крику, женщина с подарком «минус рожа» всё ещё была расстроена, так что ещё раз треснула мужа. Зрители засмеялись.

Ким-вей оторвался от Мрака и тихо выдохнул, прижавшись к его лбу. Тот мягко придерживал его за талию, и от этого прикосновения волнами расходилось тепло. Мы будто вечность не прикасались друг к другу...

Нафан захлопала в ладоши:

- Чудесно, чудесно! Следующий участник!

Тц. Вот нельзя было ещё немного времени нам дать, всё здесь против нас, эта страна хочет разлучить нас, точно говорю...

- Ким-вей, о чем бы ты ни думал, прекращай, - усмехнулся Мрак и потянул того в сторону. Это какое же лицо у меня было? Мрак сильнее сжал его пальцы. - У нас еще будет время.

Ким-вей вскинулся. Будет время? А когда? А это сегодня? А во сколько? А точно не потревожат? А успею лия заскочить к Велару за масл...

- Следующий участник!

Вперед вышел приосанившийся любимчик публики - мужик со сковородкой. Приблизившись к своей явно настроенной скептически супруге он опустился на одно колено и с придыханием начал:

- Дорогая!

Женщина закатила глаза. Они явно отлично ладят!

- Дорогая, я... Я не только вымыл полы во всем доме! Я еще постирал одежду, помыл посуду и разобрал кладовую!

- О-о! - одобрительно протянула толпа, и даже на лице его дражайшей супруги появилось выражение крайнего удивления и довольства.

Ким-вей обернулся на Нафан. Та потерла пальцами маленькую переносицу и проговорила:

- Еще не все участники прошли, так что рано об этом говорить... Но, кажется, он выиграл!

Воистину, если долго ничего не делать, а потом сделать, это впечатляет! Ким-вей знал это не понаслышке, потому что и сам страшно удивлялся, когда его отец приступал к королевским делам. Положа руку на сердце, последние пять лет этому удивлялся весь дворец.

- Следующий участник!.. Не знаю, остался ли в этом смысл, - проворчала Нафан.

Ким-вей обернулся на площадь, куда медленно, но достаточно решительно шел Аскобол. Разумеется, после проведенного минуту назад спектакля у него было мало шансов, но не похоже, что он планировал выйти из этого испытания победителем. То, что он вообще решился открыть свои чувства перед лицом такой толпы было верхом мужества.

- Ты говорил с ним? - спросил Ким-вей прежде, чем успел подумать. Мрак кивнул.

- Кажется, он единственный из участников, о чьем выборе зрители не имеют представления, - сказал он, спокойно глядя на то, как зрители чуть ли на головы друг другу не лезут, пытаясь лучше разглядеть то, что происходит на площади. Зря, потому что пока что там ничего интересного не происходило - долгожданная половинка парня, разумеется, так и не вышла. - Поэтому им так интересно.

- Он тебе не рассказал? - Ким-вей всё ещё волновался на этот счёт, потому что видел, как стоящий рядом с Соломоном Аммет напрягся, то и дело кидая на невесту напряжённые взгляды. Может, он и не верил в то, что у его брата могут оказаться чувства к ней, но начинал заметно нервничать.

- Не рассказал, - подтвердил Мрак. - Сказал лишь, что не планировал открывать свои чувства, ведь единственной своей задачей видел лишь обеспечить этого человека защитой. Для того и просил потренировать его.

- А что у него в руках?

Ким-вей прищурился, силясь разглядеть то, что держал юноша. С первого взгляда это напоминало те злополучные кристаллы, что участники приволокли из пещер - светилось не менее ярко и огненно. Но при внимательном рассмотрении оказалось, что это цветок. Переливающийся, как раскалённый металл, но, судя по тому, как спокойно держал его юноша, совершенно не обжигающий.

- Что у тебя за дар? - даже Нафан не выдержала и, вытянув шею, вовсю рассматривала необычное растение. - Похоже на цветок с гор Брэн, но они очень редкие... так что, скорее всего, это не он!

Она даже не скрывала, как сильно хочет, чтобы это он и был.

- Это он, - поднял взгляд Аскобол. - Такие цветы растут на вершинах гор Брэн и годами питаются магией огня, чтобы в конце-концов стать мощными артефактами. Напитавшись магией за десятилетия, они способны сами становиться источниками магии, даже вдали от Фахары. Такие артефакты идеально подходят для путешествий на длительные сроки и расстояния.

- Дорогая штучка, - оценила Нафан с горящими от интереса глазами. - Они же почти как... кхм. Что ж, это отличный дар. Посмотрим, обрадуется ли тот, кому ты его вручишь.

Даже с расстояния было заметно, как Аскобол сглотнул, хоть и старался ничем не выдать своего волнения. Признаться в любви таким образом - это даже походило на издевательство. Быть отвергнутым перед толпой народа...

Толпа народа с интересом вытянулась вперёд.

Аскобол, не поднимая взгляда, направился куда-то, пересекая площадь. Это плохо! Он же идёт именно в ту сторону!

Лицо Аммета, заметившего, что его младший брат направляется именно в их с Басемат сторону, изрядно вытянулось, и он кинул на невесту панический взгляд. Басемат, само воплощение спокойствия и изящества, стояла ровно.

Ким-вей как-то понял, что Аскобол абсолютно точно не подойдёт к ней, буквально за пару секунд до того, как тот остановился и опустился на одно колено.

- Не претендуя ни на что и выражая бесконечное уважение, прошу принять этот дар, - низко опустив голову и вытянув руки с редким артефактом вперёд, заявил Аскобол.

На площади повисла ошарашенная тишина. Хорошо, что... генерал Аскобол этого не видит. Зрелище того, как его приёмный сын творит что-то подобное, точно бы вывело его из колеи.

Кто бы вообще осмелился на подобном мероприятии и в подобном контексте опуститься на колено перед королём?

Аскобол ждал. Соломон был настолько ошарашен, что даже он, человек, которого с детства учили сдержанности, не мог скрыть этих эмоций на лице.

Ким-вей стал спешно соображать. Аскобол мог сделать это и намеренно, если не хотел раскрывать личность того, ради кого вообще всё это затеял, и в таком случае выбрать короля было бы логичным решением, но...

Но Соломон бросил на малышку Нафан всего один взгляд, и она, поведя плечами, будто говоря «а я тут при чём?», просто кивнула. Подтверждение от человека, способного видеть человеческие эмоции, много значит.

И... что делать? Соломон явно тоже не представлял себе это, потому что даже не шевелился.

Не может же он и дальше молчать! Когда король долго не может принять решение, у поданных появляются вопросы.

И в тот момент, когда Ким-вей уже хотел вмешаться в эту немую и неподвижную сцену, шевеление всё-таки произошло.

Земля задрожала.