128. Всё уже началось

- ...

Мрак долго стоял, глядя перед собой. Темнота пещеры была почти непроглядной, но для жителя Шархелма, обитающего в темноте почти всю жизнь, это не было проблемой. Пещера была сухой и тихой, почти безопасной.

...Пещера.

- Да какого хрена, - с непроницаемым лицом осведомился Мрак.

***

Ивейну снилось что-то аквамариново-голубое, как Феанор, поэтому сон автоматически был перенесён в разряд приятных. Проснулся он от какого-то шума снаружи и понял, что стража, охраняющая их двери больше от них же самих, уходит со своих постов. Наконец-то!

Ивейн вскочил и, быстро приведя себя в порядок, вышел в коридор. Поборов в себе желание проверить комнату Феанора, он сразу направился к покоям Ким-вей, в которые сам же того и отвёл ночью. Всё-таки, принц был пьян, и нужно было глянуть, в каком он состоянии с утра. Если у них запланировано мероприятие, вряд ли Ким-вей будет рад провести его в похмелье...

- Ким-вей, ты просн... Ах ты ж! – отворив дверь и увидев внутри что-то страшное, он тут же схватился за меч.

«Страшное» взглянуло на него с ужасным осуждением:

- Это всего лишь зелёная маска для лица, Ивейн, я не стал ожившим мертвецом или вроде того. Убери меч.

Ивейн убрал меч и на всякий случай запер дверь изнутри.

- Что ты делаешь? – страшно изумился он. Ким-вей был занят... чем-то. На его лице было намазано зелёное нечто, одной рукой он расчесывал волосы, на которые уже явно нанес масло, а другой старательно выпрямлял последние складки на одежде.

- Я делаю то, за что скажу себе спасибо в старости, - огрызнулся Ким-вей. – Или ты думаешь, такой цвет лица у меня от природы?

- Э-э... - честно говоря, Ивейн мало думал о цвете лица Ким-вей, но разве оно правда не от природы? – Как... ты себя чувствуешь?

Помимо того, что принц был явно раздражен, он не выглядел, как тот, кто пил полночи.

- Ужасно, - признался Ким-вей. – Я проспал и ничего не успел сделать. О, ты можешь отпарить мою одежду? Через сколько мы начинаем, не знаешь?

- Могу. Не знаю. Могу выяснить, - отрапортовал Ивейн и огляделся. Во всех комнатах была индивидуальная ванная, так что ему даже не нужно было куда-то бегать, чтобы принести воду. – Какая задача приоритетнее?

- Одежда. Если останется время, уже уточняй сроки.

- Понял.

В целом, что тут может быть непонятного?

Через некоторое время, когда с одеждой было покончено, Ивейн спешно покинул покои, втайне надеясь, что когда он вернётся, этого зелёного на лице принца уже не будет. Одновременно с ним дверь в комнату открыл Феанор. Ивейн облегчённо перевел дух и улыбнулся.

- Как спал? – тут же спросил он.

- Плюшевый Ивейн неплохо справляется со своей задачей, - тихо усмехнулся он и, отведя взгляд, пробормотал, - но настоящий, вероятно, справился бы лучше.

- А? Ты тихо сказал, я не расслышал, - он подошёл ближе, и Феанор покачал головой.

- Да это я себе сказал, - он хотел было что-то сказать, но замер и густо покраснел, когда Ивейн взял его руку и поднес пальцы к своим губам. – Не в коридоре же... - пробормотал он, и на этот раз Ивейн услышал.

- Только в Хэссии могут за это осудить, - заметил Ивейн. – Но если тебя тревожит...

- Нет! – спешно сказал он.

- Отлично, - Ивейн огляделся. – Ким-вей попросил меня узнать, когда всё начнется, не хотелось бы затягивать с этим. И, надеюсь, когда я вернусь, этого зелёного уже не будет на его лице...

- О-о, - протянул Феанор с осознанием просвещенного, - ты ворвался к нему, когда он делал маску для лица? Я говорил ему, что зелёная выглядит устрашающе. Но когда он поменял её на розовую, выяснилось, что она выглядит просто отвратительно.

Ивейн представил себе это:

- Это выглядит так, будто кожа начала сползать с его лица?

Феанор кивнул:

- Я предполагал ему делать голубую, но...

- Это всё ещё выглядело устрашающе?

- Именно.

Они направились к дверям, к которым Ивейна вчера вела малышка Нафан, чтобы тот мог забрать Ким-вей, но, стоило им лишь подойти ближе, как перед ними выросла другая девушка. Она появилась так внезапно, что Ивейн почти вздрогнул.

- В покои повелителя входить запрещено, - строго сказала она.

Ивейн моргнул. Почему чиновницы короля Фахары были так похожи? Эта девушка хоть и была помладше той первой, Вирсавии, всё равно очень её напоминала. То же украшение, закрывающее глаза, сложные одежды, в рукавах которых можно было спрятать руки. Волосы прямые, как и у других, но в отличие от Нафан, её оттенок был больше красным, чем цвета апельсина.

- А Вы кто? – на всякий случай уточнил Ивейн, чтобы отрапортовать Ким-вей чуть более подробно.

- Я – Басемат, чиновница Его Величества, - ровно произнесла она. – Повелитель готовится к празднику.

- Мы лишь хотели узнать, когда всё начнется, - вежливо заложил руки за спину Феанор. – Его Высочеству Ким-вей нужно быть готовым.

- Всё уже началось, - сказала очень странную вещь девушка, склонив голову. – Его Высочеству Кимдеону можно прибыть к началу официальной части – то есть, через четверть часа. Повелитель будет ждать его.

Ивейн кивнул. Немного странно, но ладно. Мне нужно просто передать это Ким-вей, он лучше знает местные порядки. С момента, как я вышел из его комнаты, прошло... - он прикинул. Да, думаю, он уже смыл маску.

- Спасибо за помощь.

Когда они вернулись к Ким-вей, он всё ещё был недоволен. Но уже в своём полном обмундировании, что не могло не радовать.

- У него похмелье, - шепнул Феанор. – Он всегда раздраженный на утро после гуляний.

- Зато со слухом у меня всё в порядке, - заявил Ким-вей, разворачиваясь и складывая руки на груди. – Ну?

- Через четверть часа, - сказал Ивейн. – Но она сказала очень странную вещь...

- Она?

- Чиновница, она не дала нам зайти к королю.

- Чего стоило ожидать, - подал голос Феанор.

- Наверное, Басемат, - решил Ким-вей, задумчиво отводя взгляд. – Она всегда стояла горой за моральный облик Соли.

- Какой Соли? – абсолютно серьёзно спросил Ивейн.

- И что она сказала?

- Что всё уже началось, - Ивейн поморщился и склонил голову, будто так странные слова девушки лучше уложились бы в голове. – Но при этом она уточнила, что официальная часть пока не начнется. Я не понял, что она имела в виду.

- Ох, что-то, что наверняка меня взбесит, - Ким-вей потёр висок, и Феанор сочувствующие протянул:

- Может, тебе какая-нибудь настоечка Велара поможет?

- Нет. Я сейчас зол, и эта злость может мне помочь, - решительно произнес Ким-вей, распахивая глаза. – Я знаю, что Соль не желает мне зла. Я знаю, что Фахара – нам не враг. Но я чувствую огромную-преогромную подставу.

- Есть основание?

- Есть. Основание в том, что Эридейл для Фахары и Соли лично – союзник. Но Шархелм – другое дело. Темная нация много лет была врагом для других народов. У меня очень большие опасения на этот счёт. И если стражи больше нет, а нам можно общаться... - он замолк на мгновение, после чего натужно заговорил. – Мрак бы пришел, как только стража ушла со своих постов. Если я сейчас загляну в его комнату... я же его не увижу, да?

Ивейн замер:

- Что это значит? Они же не могли что-то сделать с ним?

- Нет... Он сильнее их всех, так что на любой акт агрессии ответил бы десятикратно, - напряжённо проговорил Ким-вей. – Да и местные не так глупы, чтобы не знать, как сильна магия тьмы...

- Ким-вей, ты же не знаешь наверняка, что его там нет, - проговорил Феанор. – Может, он просто ещё спит.

- Мгм, - не очень утвердительно выдал тот, - этот человек просыпается в пять утра.

- Но...

- Встаёт не всегда, Ивейн, но просыпается в пять. Ладно, - он выпрямился. – Идём.

Напряжение и тревогу Ким-вей можно было почувствовать почти кожей, когда он открыл дверь и ожидаемо никого там не увидел.

- Ну... - проговорил Феанор, - может...

- Спасибо за нездоровый оптимизм, - оценил Ким-вей. – Но я сейчас очень зол и настроен получить ответы.

- И всё-таки лучше зайти к Велару за настойкой, - кашлянул тот.

Но и в комнате Велара их ждала неожиданность.

- Не понял, - Ким-вей проморгал и, тщательно осмотрев комнату, даже заглянул за дверь, будто Велар мог висеть там на стене, как гигантский паук. – А он где? Руби-ин!

Он бросился к другой двери, наверняка готовый не увидеть и следующего своего друга, и выбил ту с ноги, ворвавшись внутрь.

И остановился так резко, что следовавшие за ним едва не врезались в него. Пришлось поднапрячься, чтобы сбалансировать, не дать упасть Феанору и одновременно вытянуть шею достаточно, чтобы разглядеть, что так сильно удивило принца.

А удивила его вполне мирная картина – два спящих человека. Да, на одной кровати, но в этой комнате просто не было другой кровати. Да и, судя по обстановке, эти двое просто играли полночи в карты, как часто делали и раньше... Стоп, а как они это сделали, если выходить нельзя было?

Пока Ивейн раздумывал над этим вполне сложным вопросом, Ким-вей громко откашлялся. Велар вздрогнул и проснулся.

Секунды две ему понадобилось на оценивание обстановки, после чего он резво вскочил и слишком взмыленным взглядом уставился на непрошеных гостей. То, что Феанор вежливо отвернулся и давил улыбку, явно не делало его ситуацию как-то легче.

- Я... Я не... - Велара нечасто можно было увидеть настолько растерянным, это было прямо таки редким зрелищем. По какой-то причине он с долей даже какой-то агрессии уставился на Ивейна. – Только не смей говорить, что всё понял!

Ивейн удивился:

- Я не понял, - признался он. – Ты как в эту комнату зашёл? Патруль не отходил, я видел.

Феанор прыснул и отвернулся окончательно, и, наверное, это должно было о чём-то Ивейну сказать, но Велар, несколько секунд просверлив его взглядом, всё-таки немного успокоился. И наконец посмотрел на Ким-вей.

У того было сложное лицо.

- Нет, ситуация в целом меня не удивляет, - протянул он с подрагивающими губами, - а вот твоя паника – да.

Велар скривился. Рубен наконец стал просыпаться, но делал это медленно – поморгал, зевнул, потянулся. Ощупал пустое место рядом с собой. Ким-вей скосил туда любопытный взгляд.

- Заткнись, - почему-то сказал ему Велар, хотя Ким-вей даже рта не раскрыл. Ким-вей стоически держался целых несколько секунд, после чего всё же открыл рот:

- Да, хорошо, брат, я ничего не скажу, я никому ничего не скажу!

Вероятно, не только настойки Велара, но и сам Велар были отличным противопохмельным средством, потому что то, как Ким-вей выскочил из комнаты, когда Велар чем-то в него запульнул, было слишком резво для человека после пьянки.

***

Ким-вей, вообще-то, доверял Соломону. Это была причина его относительного спокойствия и одновременно – причина его тревог. Он не солгал, когда сказал, что не верит, что с Мраком может случиться что-то плохое в Фахаре. Но лишь потому, что бесконечно верил в силы Мрака. Он не тот человек, с которым могут сделать что-то плохое, он скорее сам – тот, кто может сделать что-то плохое, если его спровоцировать. А спровоцировать Фахара могла.

Рассуждая об этом... Ким-вей был виноват сам, он знал. Он ничего не пояснял Соломону – начиная с того самого момента, как Мрак с подчинёнными заявился в Эридейл, чтобы «взять своё» от их фиктивного брака. И позже – когда ситуация начинала стремительно меняться и изменилась окончательно во время визита в Глорицию. Ни одного слова конкретики от Ким-вей получено не было, кроме самого официального заявления о том, что два королевства объединились, и их представители приедут с дипломатическим визитом в качестве подтверждения. Соломона и винить нельзя было за то, что он что-то там додумал.

Другие народы всегда опасались тьмы, ненавидели её и всегда были готовы дать ей отпор. Но я ни словом не обмолвился о том, что что-то не так. Неужели они пойдут против Шархелма, даже зная, что теперь мы объединились? От этих мыслей вскипела бы голова, если бы Ким-вей и правда не глотнул одной очень хорошей (и очень невкусной) настойки Велара. Голова прочистилась, злость почти ушла, а вот тревога осталась. И не уйдет, пока я не увижу Мрака.

- Соль...

Король стоял перед выходом на большую веранду, выходящую на площадь, и смотрел вдаль. Услышав голос, он обернулся и ласково улыбнулся:

- Доброе утро.

- Доброе? – снаружи были слышны вполне однозначные звуки – на площади перед дворцом явно собралась толпа в ожидании какого-то объявления. – Соль, я был готов участвовать в твоих авантюрах, даже не зная о них ничего, - он подошёл ближе и заглянул тому в лицо, - но это...

- Что? – тот моргнул. – Ты про то, что испытания начались ночью? Не волнуйся, они начались для всех, не только для темного короля.

- Что ты сделал?

- Узнаешь, - рассеянно улыбнулся он и шагнул на веранду. Толпа взревела. Ким-вей поспешил следом.

Площадь перед дворцом была большой, даже больше, чем Эридейле, ведь явно предназначалась именно для того, чтобы делать подобного рода объявления. На выложенной камнями площади, в рыже-красных отражениях витражей собралось, кажется, несколько сотен людей. Народа, казалось, набилось бы больше, если бы позволял размер площади.

На веранде, почти у самых стен, уже стояли три неизменные жрицы: Вирсавия, Басемат и Нафан. Малышка радостно помахала Ким-вей рукой.

- Дети огня! – вскинул руки Соломон, и его голос почему-то раздался над площадью очень громко. Каким бы сильным ни был у него голос, без артефактов, усиливающих звук, явно не обошлось. – Сегодняшний день – день любви и признаний, воскрешенный из пепла праздник Бирши!

- Бирши... - проговорил Ким-вей и нахмурился. Он впервые слышал о таком названии. Соломон его придумал?

- Однако, как пламя прогоняет тьму ночи, так и испытания наших героев, что решили рискнуть во имя любви, начались с самой первой секунды этого дня, - продолжил Соломон. Ким-вей напрягся. По толпе тоже прошлись изумлённые возгласы – кажется, это стало неожиданностью не только для принца. – Те, кто борется за главный приз и свою любовь, спустились в самые глубины тьмы для того, чтобы показать себя достойными людьми перед своими половинками...

Ким-вей показалось, что Соломон издевается.

Он обернулся к жрицам:

- Что это значит?

- Я же говорила, - проговорила Басемат, - всё уже началось...

***

Мрак был раздражен. Действительно, по-настоящему раздражен. Не зол, не в ярости, не полон жажды убийства, даже не полон досады. Он был именно раздражен, и это раздражение вибрировало где-то в груди, заставляло дёргаться бровь, а руки сжиматься в кулаки. Темнота подземелий начинала бесить.

Почему он вообще был здесь?

Почему сражался с пещерными монстрами совершенно тупым мечом уже добрую половину пути?

И, что, вероятно, самое важное – почему с десяток магов огня шли за ним счастливой вереницей, даже не пытаясь приносить пользу, пока он шел, уничтожая всё на своём пути?

- О, великолепный удар, - они даже захлопали в ладоши, когда Мрак очередным единственным ударом разрубил магическую тварь, сиганувшую из темноты.

- Такой четкий!

- Одним ударом, ну надо же!

Если их задача была бесить Мрака, то они справлялись.

Он обернулся, и они неловко спрятали руки за спиной.

Это напоминало Мраку его первое сражение с Рубеном. Его философия тогда темного чрезвычайно удивила – даже не победив, закончив позорной ничьей, он не выглядел расстроенным или пристыженным. Позже он сказал, что не расстроился бы, даже проиграв. «Мы, дети огня, уважаем силу и ищем в ней не соперника, а наставника и учителя. Найдя новый горизонт, мы пытаемся его достичь. Проиграть мастерству – не стыдно. Стыдно после этого не попытаться достичь того же уровня. Стыдно – не пытаться снова и снова.» Такова была философия Рубена и, видимо, это была национальная идея всего народа огня.

Нация огня – совершенно бесстыжие, способные приспосабливаться, громко смеющиеся и клыкасто улыбающиеся, совершенно не стесняющиеся своей временной слабости. Поняв, что ни черта не могут сделать в этих пещерах, они смиренно скучковались за спиной Мрака и позволяли ему идти впереди и просто зачищать всю территорию. Мрак бы даже не думал как-то им помогать, если бы у него был выбор, но ему и самому нужно было двигаться дальше.

- Темный король действительно невероятен! Такое высокое мастерство меча!

- Магия тьмы действительно невероятна! Сразу видно, что она сильнее других стихий – магические твари огня не могут ничего противопоставить.

- Я могу взять пару уроков у темного короля, когда всё закончится?

Заткнитесь! Перестаньте мной восхищаться!

Из всех этих совершенно расслабленных и приспособившиеся магов огня был один-единственный, кто его не раздражал. Он, пожалуй, оставался последним, кто всё ещё пытался что-то сделать самостоятельно – шел навстречу выскакивающим со всех сторон магическим тварям и... всё время проигрывал.

На самом деле, Мрак мог понять, почему остальные не считают проигрыш здесь чем-то зазорным – маги мало что могли противопоставить магическим тварям со своей стихией. Поэтому и тот активный юноша раз за разом пытался разрубить магическую тварь, используя свою магию – самое сильное оружие, что у него было – и это всегда заканчивалось неудачей. Это просто был не тот случай. Если маг мог победить другого мага своей стихии лишь тем, что его магия сильнее, то с тварями это не работало. Как бы сильна ни была твоя магия, для них она не страшнее лёгкого ветерка.

- Раньше их здесь столько не было, - рассуждал кто-то. – Видимо, участившиеся испытания на храбрость так повлияли.

- Да-да, ведь чем больше магии в округе, тем больше магических тварей.

- В столице всегда было много магии.

Заткнитесь! Почему... вы так много разговариваете? Я как будто в Эридейле!

Мрак развернулся:

- Вы слишком бесполезны.

Лишь один пристыженно опустил взгляд, остальные же лишь развели руками:

- Но мы действительно бесполезны здесь. Мы ничего не можем противопоставить огненным тварям. А господин темный король для них – всё равно, что страшный яд.

- Да, рассчитываем на вас, темный король!

Эти ублюдки!

Если бы Мраку не нужно было продвигаться вперёд, чтобы наконец покончить с этим испытанием, он бы точно бросил их!

- Настолько привыкли рассчитывать на свою магию? – холодно осведомился он, отворачиваясь. – Слабаки. Тварей можно победить и без магии, лишь мастерством меча.

- Если бы это правда было так...

- Это так. Шархелм наводнён тёмными тварями, с которыми приходилось разбираться, чтобы они не нападали на города и деревни, и никакая магия тьмы бы их не одолела, потому что они лишь поглощали её. Поэтому все маги тьмы в обязательном порядке должны быть мастерами меча. Даже в Эридейле один-единственный авантюрист смог одолеть переполненного магией света дракона, не прибегая к собственному элементу света. Такие, как вы, лишь ищут себе оправдания. Почему вы так слабы?

На сей раз ему удалось немного пристыдить не только самого совестливого из них, но и всех остальных. Тот, первый, сделал шаг вперёд:

- Прошу прощения! Для детей огня позор прятаться за чужими спинами!

...Да как-то не похоже.

- Отныне я буду идти первым!

Он бросился на магическую тварь, и Мрак даже успел закатить глаза, прежде чем схватить его за шкирку и оттянуть назад:

- Куда тебе первым? Видел я твои замахи – лучше, чем у остальных, но всё ещё слабы. Ты не разрубишь магическую тварь этим тупым мечом.

- Но у Вас же получается!

Захотелось снова закатить глаза, и Мрак сдержался лишь чудом. Этот парень правда сравнивает его, державшего меч почти с рождения, с собой?

- Для сражений с магическими тварями нужны другие приемы, нежели с людьми. Если попытаетесь драться с ними, как с обычными противниками, просто умрёте.

- Поэтому мы и пустили вперёд Вас! – счастливо заверили его бесстыжие мужики. – Условие же – добраться живыми, а не сразить как можно больше, да?

У Мрака дёрнулась жилка на лбу. Куда же против такой логики попрёшь... В их защиту – те, кто участвовал в первом испытании, совсем не были воинами. Судя по их движениям и тому, как они держали в своих руках мечи, для них это не являлось чем-то привычным. Единственным, кто хоть что-то делал правильно, был тот совестливый паренёк. Подумав, Мрак обернулся к нему:

- Эй. Как твоё имя?

Тот, стоявший в настороженной стойке, будто был готов в любой момент отразить внезапную атаку, медленно опустил меч.

- Аскобол.

- Ты мечник?

- Не то чтобы... Мой отец запрещал мне идти в военный корпус, так что я тренировался тайком.

Неплохо для самоучки. Мрак перекинул в своих руках меч и дёрнул головой, подзывая того в сторону:

- Слушай внимательно и делай, как я скажу. Я не собираюсь разгребать здесь всё сам.

Он не планировал кого-то чему-то учить, но ещё меньше он планировал быть живым щитом для толпы людей.

«Вы же любите Ким-вей, верно?» - заломив брови почти издевательски, заявил тогда король Соломон. «И нет лучше способа доказать свою любовь, чем праздник Бирши! Темный король сможет пройти все испытания, верно?»

Что именно задумал Соломон, Мрак не имел понятия, но был уверен в одном.

Какие бы ни были его игры, Ким-вей его переиграет. А до тех пор – Мрак разберётся со всем быстро и чётко, чтобы тот не волновался о мелочах.

- Мы тоже поможем, - радостно воскликнул один из рыжих мужчин, судя по виду – явно какой-то обычный торговец или вроде того. Он стал размахивать выданным ему мечом и чуть не задел стоящих рядом. У Мрака дёрнулась бровь.

Да, волноваться о мелочах сегодня, видимо, буду я...