127. Никто не спит

Улыбающийся стражник показался на пороге, как только дверь открылась.

Велар хмуро на него взглянул.

- Не советую, - сказал он.

- Приказ повелителя, - ничуть не смутился стражник и пожал плечами. – Ничего не могу сделать, даже для дорогих гостей из Эридейла. Мне придется пожертвовать своей жизнью, но не пустить Вас.

- То есть, мне всю ночь тут безвылазно торчать? – осведомился Велар довольно спокойно – спокойнее, чем должен был. Стражник снова растянул губы в кривоватой улыбке:

- Ну, можем в карты сыграть.

- Обойдусь. Тогда расскажи, что за мероприятие вы готовите завтра.

- Я не знаю, - добродушно усмехнулся стражник и снова пожал плечами. – Хотел бы помочь, но сам не в курсе. Кажется, какой-то праздник влюбленных или вроде того.

Вроде того? Разве Соломон не сказал, что это традиция? Велар с сомнением скосил глаза на дверь, за которой была выделенная для Ким-вей комната. Какова вероятность, что он будет скромненько сидеть на своём месте и не высовываться, пока огненный король плетёт свои интриги?..

...Нулевая.

- Праздник влюбленных, - покачал головой он. – Какая чушь, не было здесь раньше такого праздника, о каких таких традициях речь...

- Это, вроде как, старая, возрождённая традиция. Ну, знаете, - он усмехнулся, - как феникс восстаёт из пепла.

- Эй.

Велар повернул голову. Из комнаты рядом выглядывал Рубен. Он уже снял большую часть своей формы и распустил волосы, так что не было сомнений, что он послушно выполнял приказ отдыхать до завтрашнего утра. И чего выглянул?

- Хватит, - как-то слишком серьёзно сказал он стражнику. Хватит – что? Даже Велар не понял.

А вот тот, к кому обращались, кажется, всё очень даже понял, но сделал лишь свой характерный жест – пожал плечами:

- Просто выполняю свою работу, сэр.

Сэр. Велар внимательно оглядел Рубена, но тот на него почти и не смотрел, вместо этого сверля другого мага огня взглядом, будто тот в чем-то провинился. Либо Велар плохо знал некие порядки Фахары, либо от него ускользало что-то важное.

Он терпеть не мог чего-то не понимать.

Он молча захлопнул дверь. Десять раз мне не сдались их переглядки. У Рубена с этим типом какие-то личные тёрки или что? Велар подошёл к окну и распахнул его, впуская в комнату свежий ночной воздух.

В комнате Ким-вей нет окон... Он надеялся, что это правило ещё действовало. Когда-то он лично настоял на том, чтобы в комнате гостюющего принца не было ни одного окна, и выйти он мог лишь через хорошо просматриваемый проход. Зная Ким-вей, это был единственный способ как-то ограничить его неуёмное желание находить приключения на свою задницу. Но даже так Велар мог утверждать, что прямо сейчас Ким-вей находится в своей комнате, лишь на пятьдесят процентов. Но Фахара была хоть и достаточно непредсказуемой странной, но безопасной.

Велар запрыгнул на подоконник и, выскользнул в окно. Зацепившись руками за выступающие части внешней стены, взглянув вдоль неё. Окно неподалеку было открыто, так что Велар без каких-либо проблем пробрался к ней, запрыгивая уже на чужой подоконник и заглядывая внутрь комнаты. Хозяин комнаты взглянул на него ошарашенный взглядом. И это было необычным, потому что Рубен не смотрел на него ошарашенно даже тогда, когда он убивал людей.

Рубен почему-то сидел на полу, облокотившись спиной о дверь. Кажется, он пребывал в тяжёлых мыслях до тех пор, пока Велар не нарисовался в его окне.

- Чт... Ты как... - он и правда был удивлен.

- Думаешь, только у Ким-вей есть странный талант перемещаться по не предназначенным для этого поверхностям? – риторически отозвался он, спрыгивая в комнату и разгибаясь. – О чем вы говорили?

- Что? – удивился тот.

- Со стражником.

Велар ненавидел что-то не понимать, и Рубен это знал. На его лице отразилась крайне мучительная работа мысли – желание ничего не объяснять и одновременно с ним осознание, что сделать это он просто не может, если не хочет разругаться впрах.

- Просто... я знаю, кто из служащих дворца, - неохотно заговорил Рубен, так и не поднимаясь с пола, - ну, знаешь... широких взглядов.

- И?

- Даже не знаю, как сказать, чтобы тебя это не разозлило, - признался тот, резко выдыхая. – Ладно, ты взбесишься в любом случае.

- Да говори уже!

Велар и правда уже начинал беситься.

- Он с тобой флиртовал.

- ...Что он делал? – Велару показалось, что он услышал что-то не то, поэтому недоуменно изогнул бровь. – Флиртовал? Со мной? С чего ты взял?

- Он решил, что можно, из-за...

- Из-за чего?

Почему из Рубена всё нужно было вытаскивать клещами?

- Из-за длины волос, - выдавил Рубен. Тот удивился:

- Они не длинные, - чтобы ещё раз в этом убедиться, он провел рукой по волосам, подмечая их длину. Да, немного перебор по сравнению с тем, какие он носил обычно, но всё ещё допустимо – да они даже до плеч ещё не достают. – К тому же, сами жители Фахары носят длинные волосы.

- Да, но ты не житель Фахары, - справедливо заметил Рубен. – Поэтому окружающие невольно воспринимают это как сигнал, что, ну...

Велар понял.

- Не злись, - попросил Рубен.

Велар не злился. Должен был, но вместо злости почувствовал только бесконечную усталость. Слишком много шума из-за какой-то длины волос.

И как Рубен вообще понял, что тот флиртовал? Он же вел себя совершенно обычно. Сам Рубен, как хороший друг, разумеется, тут же поспешил обрубить потенциально оскорбляющую ситуацию на корню, но это не было необходимостью. И этот человек осуждает его за то, что он слишком опекает Ким-вей?

- Ладно, - покачал головой он. – Забыли. Что там по поводу завтрашнего?

- Ты для этого залез? – понял тот и наконец поднялся. – Нам, вообще-то, запрещено общаться друг с другом до завтрашнего мероприятия.

- Ничего подобного, нам запрещено покидать свои комнаты, а не общаться друг с другом, - возразил Велар и с удобством устроился на чужой кровати. – К тому же, прислушайся.

Рубен послушно прислушался и несколько секунд стоял неподвижно. После чего неуверенно спросил:

- Это они там через стенку общаются?

Голос Ивейна был достаточно приглушен, но сомнений, с кем именно он говорит, не было.

- Видимо, - он пожал плечами, - или с помощью магии звука, которой владеет Феанор. Это комната Ивейна, так что вряд ли он тоже полез в окно.

- А ты полез...

- У тебя с этим какие-то проблемы?

- Нет-нет! Я рад, что ты здесь, - это было похоже на правду, потому что лицо огневика даже посветлело. Он прошел к кровати и сел на другой её конец. – Только я на твои вопросы не отвечу. Я не знаю, что задумал король.

- Было бы странно, если бы ты знал, - признался Велар. – Ты же был с нами все это время.

Тот удивился:

- Тогда почему ты даже перелез через стену, чтобы спросить это?

- Не для этого. Просто так, - он размял шею. – Ещё рано для того, чтобы ложиться спать. У тебя тут нигде игральных карт не завалялось?

Рубен улыбнулся.

- Разумеется, - он поднялся, чтобы достать пачку карт откуда-то из недр комнаты. – До трёх проигрышей, как обычно?

***

- Vyt nfr fkm xnj Cthlwf ytcxfcnys, - жалобно пробормотал Ким-вей куда-то в свой кубок и опустился на своем месте. Соломон с интересом взглянул на него.

Он не помнил точно, но этой стадии алкогольного опьянения Ким-вей начал достигать лишь где-то после двадцати. Когда он доходил до определенной кондиции – действительно доходил, а не просто делал вид – его речь становилась именно такой, совершенно непонятной, невнятной и, как подозревал Соломон, крайне откровенной. Он очень жалел о том, что не способен её расшифровать, как ни пытался, хотя знал, что для Велара вся эта абракадабра не сложнее самой обычной речи. Соломон видел, как тот ведёт с таким Ким-вей совершенно равный диалог и, кажется, не прилагает никаких усилий для этого.

- Z yt jxe xnjs ds skb ytcxfcnys.

Ким-вей устроил голову на своих руках и тихо засопел.

Соломон тепло улыбнулся:

- Я рад, что у тебя всё хорошо, - тихо проговорил он. – Как Сердце, я не могу не радоваться тому, что один из жрецов в добром здравии и счастлив... Надеюсь, ты будешь счастлив и впредь.

Он встал и подошёл к большому окну, сквозь которое был виден город.

- Несмотря на то, что я устроил... - пробормотал он и обернулся. – Нафан, ты здесь?

Сердце могло чувствовать приближение своих жрецов, так что для него это не составило труда. Его третья прекрасная жрица выглянула из-за портьеры и улыбнулась:

- Хе-е, братик Свет уже заснул, - посетовала она. – Я хотела с ним поиграть.

- Завтра будет возможность.

- Не-ет, это не одно и то же! С ним же будешь играть ты, а не я, это не одно и то же!

Он тихо хмыкнул и отвернулся:

- Позови... - он на мгновение замолк, после чего решил, - паладина Ким-вей. Раз уж он завел паладина, несмотря на то, что так этого не хотел, то теперь тащить его, пьяненького, обратно в комнату – его забота, ведь так?

- Так! – обрадовалась Нафан и исчезла так быстро, будто была магом воздуха, а не огня.

Соломон тихо усмехнулся и вновь обернулся к окну. Город мирно спал в ожидании завтрашнего праздника.

...И где-то там, среди них, вспыхнул смертельный огонь.

Ивейн сидел на кровати спиной к стене, когда услышал стук в дверь. До этого момента он внимательно слушал рассказы Феанора о традиционных праздниках Хэссии и помирал от нежности, распирающей изнутри. А ведь Феанор просто рассказывал разные вещи с помощью своей магии звука – которой воспользовался сразу же, испугавшись, что что-то пошло не так в их визите в Фахару – и эти вещи даже не были чем-то особенным, но из-за того, что это говорил Феанор, всё становилось страшно интересным.

- Это к тебе постучали? – понизив голос, уточнил он. – Что-то происходит?

- Вряд ли. Но сейчас выясню, - пообещал Ивейн, поднимаясь и подходя к двери. Прислушавшись, но так ничего и не услышав, он отворил дверь и взглянул вперёд.

Никого не было.

- Призраки, - решил он и почти сразу услышал тихий смех снизу.

- Призраков не существует, дурачок, - сказала ему маленькая рыжеволосая девочка. Её глаза были закрыты золотым украшением, как у чиновницы, что встречала их во дворце, когда они лишь прибыли.

- Ха? – удивился Ивейн. – Ты кто?

- Я – Нафан, чиновница короля Соломона, - растянула губы в улыбке девочка. – Мой повелитель зовёт паладина Ивейна для помощи.

- Какой помощи? – заподозрил неладное тот. Не может же быть такого, что король Фахары что-то задумал и теперь пытается найти предателя среди сторонников Эридейла? Но тогда выбор паладина – крайне странный ход...

- Для транспортировки, - улыбнулась эта маленькая чиновница, очень пристально сверля его наверняка совершенно невидящим взглядом. Что вообще можно увидеть, когда твои глаза чем-то закрыты?

- Транспортировки чего? – всё же счёл уточнить он.

- Ns yt gjghjcbk e vtyz herb Atfyjhf. Z ytljdjkty, - пробубнил Ким-вей куда-то ему в плечо, и Ивейн почти мог почувствовать, как тот пускает сонную слюну.

- Да-да, Ваше Высочество, - вздохнул он. – Мне очень жаль, что это произошло, моя ошибка. Я обязательно исправлю этот недочёт, когда Вы протрезвеете.

Резво скачущая впереди девчушка с интересом обернулась:

- Ты понимаешь, что он говорит? Мне казалось, только братец Земля понимает этот диалект.

- Братец Земля? – удивился он, задумавшись. - ...Лорд Велар?

- Ты догадливый, - захлопали в ладоши Нафан. – Братец Земля всегда понимал эти его бормотания, прямо как ты.

- Моя сестра, когда плачет, говорит примерно с таким же, э-э... диалектом, - пояснил Ивейн. – Чтобы вести с ней равный диалог в таких ситуациях и сразу понимать, кто ее обидел, пришлось научиться расшифровывать.

- И что он говорит?

- А ты не понимаешь? – уточнил Ивейн, заподозрив, что раскрывать кому-то слова Ким-вей не стоит, даже если они кажутся безобидными. – К слову о птичках, почему у короля Соломона в чиновниках ребенок? Или ты просто выглядишь так?

- Мне девять, - успокоила его душу Нафан. – Но, хоть мои глаза и закрыты, я вижу больше, чем кто-либо, я приношу королевству пользу!

- О... И что же ты видишь?

Она остановилась и взглянула на него. И впервые, совершенно не видя глаза собеседника, Ивейн почувствовал, что его буквально видят насквозь. Ему это очень не понравилось.

- Я вижу, что ты полон недоверия и готов к битве. Тебя страшит состояние братика Света, тебе кажется, что мы нарочно его напоили и носим в сердце злой умысел. Ты истинный паладин – твоя душа полна верности, решимости и готовности сражаться, - она улыбнулась. – Но всё не так, паладин. Никто из нас не желает братику Свету зла, особенно мой король. Думаю, завтра он сам это подтвердит – они с повелителем просто выпили вместе. За старую дружбу.

Она вдруг захихикала и запрыгала дальше по коридору:

- Ещё я вижу любовь, ты влюблен! В братика Ветра, что за той комнатой, верно? С которым вы общались с помощью магии. Влюблен, влюблен!

- Эй! – Ивейна резко обдало жаром. Он вспыхнул и точно бы бросился следом за девчушкой, так некстати забыв о почти невесомом принце на своей спине, но осознал кое-что. И замер. Она сказала...

Откуда она знала, что мы общаемся с помощью магии? Откуда вообще знала, что мы общаемся? Феанор сделал всё, чтобы их разговор невозможно было услышать извне, так как...

- Паладин снова подозрительный, снова подозрительный! – запела девчушка. – Паладин принес своего господина до его комнаты и уложит спать! А потом будет всю ночь думать о том, как же я узнала, как узнала!

Она была такой счастливой, что Ивейн даже не попытался скрыть подозрение во взгляде. Девятилетняя чиновница, что «приносит пользу королевству»...

- Паладин чувствует опасность, он готов к битве, ух, как страшно!

- Yt pfvjhfxbdfqcz, - вдруг пробормотал Ким-вей. – Jyf dblbn ndjb vjwbb.

Ивейн взглянул на него через плечо, но Ким-вей совершенно не подавал признаки бодрствующего человека. Он все ещё спал? Слюна, стекающая на плечо Ивейна, была совершенно непритворной.

- Паладин успокоился, услышав слова своего господина, он больше не чувствует опасность, так что же сказал братик Свет?

- Если Ким-вей вам верит, - проговорил Ивейн, - то и я буду верить, - он взглянул на неё. – Какими бы странными вы ни были.

Она остановилась, резко прекратив дурачиться, и подняла на него взгляд – неожиданно взрослый и вдумчивый:

- Бесконечные вера и верность, - резюмировала она. – Ты мне нравишься, паладин. Не теряй в себе их, эти качества.

Лёгкими шажками она унеслась прочь чрезвычайно быстро. Ивейн проследил за ней взглядом.

- Ким-вей, ты правда им веришь? – пробормотал он скорее самому себе, но неожиданно услышал позади ответ.

- Они... не плохие... друг другу... семья и родня...

- Понял.

Ивейн вошёл в комнату принца и, аккуратно опустив его на кровать, накрыл сверху пледом. Пусть в одежде – не настолько Ивейн самоубийца, чтобы прикасаться к чужому вей без дозволения.

Сделав это нехитрое действие, Ивейн вышел из комнаты, и не без удивления заметил, что рядом с ней уже нарисовался стражник. А куда они все подевались, когда мы с Нафан шли? Сейчас около каждой двери стояло по стражнику, но Ивейн точно никого не видел ни когда выходил, ни когда возвращался с Ким-вей. Пока он подозрительно их оглядывал, один из них перехватил взгляд и пожал плечами.

Тут все странные, - решил Ивейн и вернулся в свою комнату.

Усевшись снова на прежнее место, он уточнил:

- На чём мы остановились?