126. Пребудет пламя вечно

Замок Фахары отличался от остальных тем, что у него была четко разграниченная структура. Большую её часть занимала «официальная», рабочая часть дворца – там был тронный зал, там работали чиновники, решались государственные вопросы. Там были архивы, кабинеты министров, даже тюремные камеры (их было немного, насколько Ким-вей знал; оно были нужны больше для каких-то крайних ситуаций, для заточения преступников, внезапно обнаружившихся прямо в замке). А вот уже в «глубинах» дворца, если пройти в его заднюю часть, можно уже было попасть в домашнюю часть. Там жила королевская семья, и почти всем чиновникам было запрещено туда заходить. Ким-вей глубоко одобрял такой подход. Во времена, когда его отец ещё не разогнал всех чиновников Эридейла, разослав их по всему королевству, в их замке был полнейший хаос. Стражники, слуги и чиновники разгуливали по замку в таких количествах, что было просто невыносимо проскальзывать по коридорам – то и дело на пути рисовался кто-то из них с неотложной просьбой или вопросом. Как можно проворачивать тайные махинации при таких условиях?!

- Добро пожаловать в Фахару, - чиновница, что сказала это, немного подогнула колени и склонила голову в приветствии. Она держала руки на животе, чем очень напоминала леди Рохири, разве длинные рукава её многослойного одеяния спадали вниз, не делая этот жест слишком строгим. Её глаза были закрыты золотым украшением, крепившимся к голове. Длинные рубиновые волосы спускались вниз почти до колен – даже самый упертый человек в мире не усомнился бы, что она является вей, но они были в Фахаре, где длина волос давно не имела такого значения, как в других странах. – Пламя души этого королевства приветствует дорогих гостей: Его Высочество Ким-вей, его супруга и верных поданных. Также приветствуем и лорда Рубена. С возвращением домой, слуга Пламени.

- Да пребудет Пламя вечно, госпожа Вирсавия, - склонил голову Рубен.

- Да пребудет Пламя вечно, - вторила ему женщина. Она подняла голову и улыбнулась им так, будто что-то видела сквозь золотое украшение, прикрывавшее глаза.

Ким-вей улыбнулся, стараясь держать губы в идеально выверенном положении. Ох уж эти церемонии и этикет! Из-за них он не мог поприветствовать стоящую перед ним жрицу так же тепло, как делал это, когда был ребёнком.

Двух других он тоже чувствовал где-то в глубинах дворца, и не мог дождаться встречи. Как давно он не видел жриц Фахары! Кажется, прошло не несколько лет, а вечность. В этом королевстве рождающиеся жрецы быстро находились другими и тащились во дворец, чтобы вырастить из них чиновников высшего класса. Вирсавия была самой старшей, по возрасту и по праву, но ещё она была чиновником высшего класса. Такое дело, как приветствие коронованных представителей нового королевства, ей доверяли.

- Прошу, пройдемте, - изящно повела рукой она.

Для человека, чьи глаза были плотно закрыты, она пугающе точно вела их по коридорам дворца, не сделав ни одного неуверенного шага и не оступившись. Их вели по главной ветви, так что Ким-вей не без внутреннего недовольства понял, что принимать их будут как ни на есть официально. Можно же было это сделать милой дружеской встречей, принять нас в домашнем крыле, накрыть стол с едой...

Двери в зал открылись будто сами по себе – разумеется, стражники, стоящие по ту сторону, открыли их в идеально выверенный момент. Внутри было много народа, стоящих по краям и образовавших своеобразный живой коридор, ведущий к трону. По большему счету, присутствующих можно было разделить на две категории: чиновников и воинов. Первые были одеты в светлые многослойные одежды, вторые в броню. И у тех, и у других можно было заметить в узорах одежды стилизованное изображение феникса.

Этот узор был и на одеждах короля, так как являлся единым символом королевства Фахары – символом огня и перерождения.

- Добро пожаловать.

Ким-вей даже не сомневался – те, кто не видел Соломона прежде, не признал в нём короля сразу.

Человек, стоящий перед троном, имел тонкие черты лица и волосы настолько длинные, что почти доставали пола. В своё время Соломон был первым человеком, бросившим вызов стереотипам о вей, так что Фахара стала единственной страной, где длина волос не была строго регламентированной. Хочешь, придерживался традициям, хочешь – нет. Сам король, не являясь вей, носит длинные волосы, так что и ты можешь выбирать! Казалось бы, речь всего лишь о такой тривиальной вещи, как длина волос, а уже это казалось ужасно прогрессивным.

В конце концов, даже у Рубина волосы были длинные, не «на грани», как у Феанора, а действительно длинные. Свобода жителей Фахары иногда заставляла перехватывать дыхание.

Но, увы, где свобода в одних вещах, традиции и консерватизм – в других. Церемонии и этикет всё ещё имели место быть в этой стране, так что они были обязаны обменяться классическими приветствиями. Любой король знает – чиновникам и аристократам почему-то очень нравятся церемонии и скучный этикет, так что проще отвесить пару занудных фраз, чем потом слушать их бубнеж.

- Его Величество король Соломон, - Ким-вей сделал шаг вперёд и склонил голову. – Благодарим Вас за приглашение и оказанное гостеприимство. От лица королевства Шархелм-Эридейл мы прибыли, чтобы подтвердить факт союза двух королевств и оказать Вам своё уважение.

- Рад видеть, что королевская чета прибыла в полном составе, - улыбнулся Соломон и склонил голову к плечу, рассматривая Мрака. – Шархелм в прошлом никогда не прибегал к дипломатии. Прошу понять наше любопытство и не воспринимать его превратно.

Мрак приподнял голову, чтобы взглянуть на короля внимательнее. Тот стоял около трона, значит, на некотором возвышении, и им приходилось задирать головы, чтобы взглянуть на него. Ким-вей было откровенно плевать – смотреть снизу, сверху, сбоку, исподтишка, для него всё это не имело значения. Но при этом он знал о такой вещи, как «гордость темных», и что Мраку очень непривычно играть по чужим правилам. И все эти люди вокруг, что собрались лишь для того, чтобы своими глазами посмотреть на диковинку – темного, пришедшего к ним не для того, чтобы обнажить оружие, прибывшего не с угрозами и магией тьмы наизготовке.

Все знали, что темному королю будет трудно в изменившихся обстоятельствах, и, как самые настоящие сплетники, явились засвидетельствовать то, как он себя поведет.

Идиоты. Ждёте, что он заскрипит зубами, покажет своё раздражение или будет требовать особого отношения к себе? Мрак был другим, так что шоу они могли не ждать.

Мрак вел себя достойно даже с теми, кто этого не заслуживал.

- На правах будущего короля Шархелм-Эридейла, - низким голосом произнес Мрак, - заверю, что наше королевство не будет следовать старым традициям Шархелма переходить к бойне всякий раз, когда возникает конфликт интересов. Наш визит также является и поводом налаживания дипломатических отношений. Шархелм показывал себя не с лучших сторон, когда дело касалось взаимоотношений с прочими королевствами, однако, это в прошлом. Шархелма больше нет, нет больше и Эридейла. Есть одна страна, один народ – и от лица их всех, я выражаю свое почтение древнему королевству Фахара и его королю.

- ...

То, насколько обескуражен был Соломон, можно было буквально прочесть на его лице.

Почему он так удивился? Ким-вей настолько привык к сдержанности и мудрости Мрака, что совершенно забыл, что его нехарактерное для темных поведение всё ещё может озадачить окружающих. Для них он оставался злостным агрессивными темным, который почему-то вдруг решил прикинуться добреньким, но потом обязательно покажет свою истинную сущность.

Неудобно-то как. Хоть Фахара, как страна, и Соломон лично были для Эридейла настоящими союзниками, кажется, Ким-вей совершенно позабыл сообщить, что союз Шархелм-Эридейла – это не какая-то шутка или многоступенчатый план, который подразумевает дальнейшее ослабление темных.

- Приятно слышать о столь благородных намерениях, - вспомнил о занудном этикете Соломон. – Однако, у Фахары есть свои традиции.

Почему-то эта фраза Ким-вей очень не понравилась. Какие традиции? О чем он?

- Шархелм-Эридейл в своём официальном послании заверил меня, что династический брак, заключённый когда-то, отныне самый настоящий. А, согласно давней традиции народа огня, любой брак, основанный на любви, должен сопровождаться испытаниями.

Ким-вей замер. Испытаниями?

Что-то это всё ему страшно напоминало.

- Иными словами, мужчина должен доказать свою любовь к вей перед всеми честным народом, - лучезарно улыбнулся Соломон. – И пройти испытания на пути к своей любви. Готовы ли Вы пойти на такое, Ваше Величество?

Ким-вей ошарашенно уставился на Соломона, но тот на него не смотрел. Тогда он оглядел чиновников и воинов, чтобы увидеть на их лицах то же удивление, что чувствовал сам, но озадачился лишь сильнее – на их лицах было написаны лишь ухмылки и предвкушение. Предвкушения того, что они очень ждали – гребанного шоу! Для них совершенно не было неожиданностью то, что говорил Соломон.

Это подстава! Это какая-то мощная подстава!

Мрак нахмурился и раздумывал целых несколько секунд – видимо, силился понять, не шутка ли это. Справедливо, ведь даже Ким-вей не мог этого понять.

- Я готов, - в конце концов, сказал Мрак. – Даже если это не традиции Шархелма или Эридейла, для меня не будет трудностью доказать чистоту своих помыслов.

Ким-вей крутил головой, как сова, но не видел ни одного доказательство того, что это всё не всерьёз. Он озадаченно замер. Может ли быть такое...

Что Фахара, их такой надёжный союзник, на самом деле плёл заговор?

***

Ким-вей отворил дверь, и за ней показался улыбчивый стражник. Они замерли напротив друг друга на некоторое время.

Ким-вей прищурил глаза:

- Да ладно? – уточнил он. – Мне нельзя выходить?

- Его Величество опасается, что в таком случае вы решите повлиять на исход испытаний.

Этот Соломон!

Ким-вей вообще не понимал, что происходит. После объявления о каких-то странных испытаниях их с милой улыбкой проводили по комнатам, чтобы они «отдохнули с дороги», причем каждого – в отдельную комнату. Если бы Ким-вей чуть хуже знал Соломона, он бы заподозрил что-то очень плохое и уже поднял бы тревогу. Во-первых, я не хочу ночевать без Мрака, эй! Во-вторых, он терпеть не мог чего-то не понимать. А сейчас он не понимал слишком многое, хотя червь в его голове шептал о том, что он должен понимать.

- И никому нельзя выходить? – уточнил он.

Стражник развел руками:

- Традиции.

Да нет у вас таких традиций! Ким-вей очень хотелось показать своё раздражение, но он сдержался. Очаровательно вместо этого улыбнувшись, он сказал:

- Понимаю, понимаю... но с Его Величеством Соль... Соломоном я побеседовать могу? Я – его дорогой гость.

- Конечно, - тут же кивнул стражник, - Его Величество просил тут же проводить Вас, если Вы захотите поговорить с ним лично. Велено лишь не давать Вам общаться с другими дорогими гостями до момента начала испытаний.

Ещё больше озадаченный этим Ким-вей вышел из комнаты вслед за стражником. Что за испытания такие подготовил Соломон? А главное – зачем? Неужели он так сильно ненавидел темных всё это время, но тщательно скрывал?

Это могло стать проблемой, и уже стоило начинать об этом думать. Всё же, он недооценил, насколько сильна ненависть других народов к тёмным – Глориция и Хэссия, где на ипостась Мрака почти не обращали внимания, его слишком расслабили. Надо убедить Соломона немного остыть, иначе это обернется чем-то ужасным...

Когда перед Ким-вей отворилась дверь, он тут же шагнул внутрь, выискивая короля глазами.

- Соль? Соль! Это не смешно! Что за испытания ты устроил?

Слава свету, с церемонии и этикет остались в том тронном зале.

- Заходи, Ким-вей! Я знал, что ты придёшь.

Разумеется, я потребовал бы объяснений! Он перевел взгляд в сторону, откуда шел голос, и увидел короля Соломона, с удобством устроившегося в углу за круглым столиком. Сам он уже скинул большую часть своих вычурных королевских одеяний, оставшись в нижних простых одеждах. В руке он держал кубок, который был явно полон содержимым бутылки, что стояла на столе.

Примерно четверть всего раздражения Ким-вей утихла от этого зрелища – выпивка Фахары ему слишком нравилась...

- Ты знал, что я приду, и взял только одну бутылку? – искренне воскликнул Ким-вей, и Соломон с улыбкой указал под стол, где было ещё пять. – О! Хорошо. Я уже было подумал, что что-то не так стало с нашей дружбой.

- Что же заставило тебя так думать?

Ким-вей дождался, когда тот наполнит вином уже его кубок, и лишь после этого ответил:

- Ещё спрашиваешь. Что за испытания ты выдумал?

- Я выдумал? – тот искренне засмеялся. – Ким-вей! Разве я похож на человека, что любит устраивать подобное? Разумеется, всё это придумал не я.

- И кто же?

- Ты.

Ким-вей даже остановился и не стал допивать свой третий кубок. В голове его была пустота.

- Я? – всё же задал он очевидный вопрос. – Когда я... я разве...

Я мог.

Если подумать, то, что чаще всего они делали с Соломоном в этой комнате все те разы, когда Ким-вей приезжал в Фахару, это пили... кхем, дегустировали выпивку. Так что вполне вероятно, что захмелевший Ким-вей мог выдать что-то подобное на больную голову вскоре после того, как этот «брак на расстоянии» был заключён.

- Тебе было шестнадцать, - подтвердил опасения Соломон, неспешно потягивая вино. – Ты только заключил брачный союз с Шархелмом и сначала битый час расписывал экономическую выгоду этого решения, а потом проливал крокодильи слёзы из-за того, что тебя теперь никто не полюбит из-за того, что ты замужем.

- ...

- А потом хохотал, как маньяк, и придумал план, по которому твой темный супруг обязан будет пройти «испытания любви», если вдруг каким-то чудом вы оба окажетесь в Фахаре. Чтобы компенсировать тебе то, что ты будешь вынужден жить без любви.

- ...я совершенно не умел пить.

- Тебе было шестнадцать, но ты уже мог потягаться со многими.

- Погоди, - Ким-вей даже отставил кубок, напряжённо хмурясь. – Возможно, люди частенько слишком серьезно относятся ко всему, что я говорю... но я же был пьян! Ты не обязан был исполнять мою прихоть спустя аж десять лет.

- Во-первых, обязан. Ты заставил меня поклясться, - рассмеялся тот.

- Я этого даже не помнил! Мог один раз и поступиться справедливостью народа огня и обмануть меня.

Соль подпёр щеку рукой:

- Не-ет... Видишь ли, я годами продумывал это мероприятие, гадая, как провернуть его с максимальной выгодой для Фахары. В твоём лучшем стиле: чтобы это было не просто шоу, а ещё и крайне полезное шоу. Чиновникам мой план пришелся по душе, и мы начали готовить всё несколько месяцев назад – как только получили твоё послание о походе по королевствам.

Ким-вей замер. Выходит, Соломон воспринял это как спусковой крючок? «Я везу этого тёмного к тебе, готовь ловушки» – так, что ли?

Он этого не хотел!

- Соль, я... я передумал, - сказал он так серьезно, насколько мог, уже чувствуя лёгкое опьянение. – Я не хочу вредить Мраку. Даже косвенно. Даже если это не будет считаться за вред. Отмени всё.

- Красноречиво, доходчиво, - заметил тот и усмехнулся, - но поздно. Моим аристократам слишком понравилась идея. Их улыбки сверкали ярче солнца, а руки они протирали так активно, что если бы можно было положить меж их ладонями злаки, получилась бы мука.

- Соль!

- Сначала послушай, что за испытания, - покачал головой он. – Ничего страшного в них нет, тебе даже понравится. Ты же хочешь, чтобы весь мир поверил в ваш брак, так? Это отличный способ продемонстрировать это.

Ким-вей подумал несколько секунд, после чего достал из-под стола вторую бутылку и одним движением откупорил её.

- Какие испытания? – сдался он.