119. Пропасть

Глаза Ивейна горели огнем, волосы растрепались, а руки крепко сжимали меч, практически вдавливая его в магический клинок противника. Мечи заскрежетали, лезвия соскользнули друг с друга, и соединились вновь, выбивая сноп искр. Ни один из противников даже не думал бить вполсилы. Всего пара ударов, и движения стали такими быстрыми, что за ними было невозможно следить.

Феанор тяжело приподнялся и попытался встать, облокачиваясь о дрожащие руки. И в тот же момент почувствовал, как невидимая рука хватает его за горло и приподнимает, перекрывая доступ воздуха – отбиваясь от чужого меча одной рукой, Альвилас успел вскинуть вторую и выкинуть магию вперёд, как клинок, чтобы крепко схватить Феанора и поднять над землёй. Сразу стало не хватать воздуха, но лишь на этом советник не остановился – Феанора понесло за горло прямиком к сияющей печати бездны.

- Нет!!

Он видел сквозь помутненное сознание, как Ивейн дернулся в его сторону, но было слишком поздно. Церемониться Альвилас не стал. Как только ноги Феанора оказались над пропастью, он отпустил его.

Мгновения, во время которого Феанор повис в воздухе, хватило, чтобы понять, что он не успеет что-то сделать. Он камнем стал падать вниз, и уже увидел, как вокруг раскрывается темнота пропасти, когда его резко что-то дернуло за руку, останавливая падение.

Он ошарашенно вскинул голову.

- Дер...жись, - прохрипел Ивейн, крепко держа его за запястье. Его рука наполовину была пересечена магической печатью, и воздушные потоки, то и дело врезающиеся в нее, явно причиняли жуткий дискомфорт, если не боль. Ивейн кривился, но хватку не ослаблял. – Держись.

- Не имеет смысла.

Феанор испуганно выдохнул, глядя на то, что загородило свет. Над спиной Ивейна навис Альвилас. Сердце полоснуло ярость. Только попробуй что-нибудь ему сделать!

- Эта печать сделана для того, чтобы ее невозможно было пересечь изнутри, - вкрадчиво проговорил советник. – Ты никак его не вытащишь. Как... и свою руку. Единственный способ спастись для тебя сейчас – отрубить свою руку и позволить ей кануть в пропасти. Паладин может нести свою службу и с одной рукой, если приспособится, верно?

Ивейн оскалился, но все ещё не отводил от Феанора взгляда. В его глазах не было сомнений, хотя, наверное, лучше бы они появились. Альвилас здесь не лгал – поэтому Ивейн и не мог его вытащить, поэтому каждая отчаянная попытка вытянуть его из пропасти заканчивалась лишь вспышкой боли в руке. Это была безвыходная ситуация, даже если Ивейн думал иначе.

Почему... ты такой? Непоколебимая уверенность, так и не исчезнувшая из золотых глаз напротив, была подобно солнцу. Испепеляющему, горячему, долгожданному настолько, что плакать хотелось.

Возможно, Ивейн был таким сам по себе, но почему он так отчаянно боролся за чужую жизнь, не было понятно. Они толком и не знали друг друга, разве нет? Вернее, понять Ивейна было не сложно – он был открыт и честен, не скрывая ничего, будто ложь и укрывательство были для него чем-то совершенно чужеродным.

Он всегда был почти противоположностью Феанору, который скрывал почти все и молчал, опасаясь высказывать свои мысли или дать понять о своих неоднозначных намерениях. Ивейн был свободен в этом, в то время как Феанор – заточен. И, кажется, паладин не оставлял попыток показать эту свободу, потому что искренне верил, что это принесет Феанору счастье. Может, и принесло бы, если бы она была возможной. А может она и была?..

- Даже не... думай! – прохрипел Ивейн, все ещё пытаясь дёрнуть руку вверх, но встречая сопротивление магии. И как он смог по выражению лица понять, что тот думает сделать? – Держись! Мы справимся!

Рано или поздно рука Ивейна все равно устанет и отпустит его, но тогда он будет думать, что вина на нем. Или, если ждать слишком долго, Альвилас может что-то предпринять. Ждать уже было нельзя.

Феанор жалел. Он слишком ярко и живо представил себе, как все могло бы быть, если бы он не отказывался от предложений Ивейна раз за разом, не делал два шага назад на каждый шаг вперёд. Возможно, солнце светило бы каждый день, а мир вокруг не был таким непредсказуемым и опасным. По крайней мере, он стал бы в это верить. Как жаль. Так до безумия жаль. Мир мог бы быть другим...

- Спасибо, - шепнул он, но Ивейн его услышал. Его зрачки резко сузились.

- Не смей!

Феанор вывернул свою руку из захвата и полетел вниз. Возможно, так все и должно было закончиться... По крайней мере, ты будешь жить.

Он поднял взгляд в последний раз, и его сердце оцепенело. Ивейн прыгнул следом.

- Что ты..! – он даже не был уверен, что смог выдавить из себя какие-то нормальные слова в полете, пока другой человек стремительно приближался. Что ты делаешь! Теперь мы оба умрем!

Ивейн преодолел расставание между ними и протянул руки, подтягивая к себе Феанора и крепко сжимая в объятиях.

Даже на это мгновение, на секунды, пока они летят в пустоте навстречу смерти... почему-то стало спокойно. Феанор успел обнять его в ответ и издать облегченный вдох, будто что-то тяжелее упало с плеч, до того, как они достигли дна.

***

Король Балл проснулся в холодном поту.

Чёртовы кристаллы! Уже стали преследовать его во снах... Стоило лишь известию о хвори короля Траона достигнуть Хэссии, как навязчивые мысли стали его преследовать. Какая чушь! Это никак не может быть связано! Не может быть, что то, что они сделали, несло за собой такие последствия, ведь тогда Хагар бы знал об угрозе. Или он знал, но решил не говорить?..

Балл метался по своим покоям загнанным зверем, после чего накинул халат и решительным шагом отправился прочь из комнаты. По ночному замку он шел с мрачным выражением лица, настолько, что изредка попадающиеся слуги испуганно отшатывались и прижимались к стенам. О, да, он производит впечатление не менее яркое, чем темная нация. Он был даже этим доволен. Если бы только не навязчивые мысли...

Он спустился глубоко в подземелья, где под тысячей замков был упрятан человек, что жил столетия. Балл спускался к нему редко, но сейчас лишь он мог дать ответы на его терзания.

- Сердце, у меня есть вопросы!

Шэхен мирно дремал среди корней большого дерева, и на появление своего короля лишь немного приоткрыл глаз. Какое неуважение! Сердце существует лишь для того, чтобы служить своему королю!

- Для людей свойственно задаваться вопросами, - произнес Шэхен и протяжно, по-кошачьи, зевнул.- Это нормально – не быть в чем-то уверенным...

На виске короля заиграла жилка:

- Я хочу, чтобы ты мне на них ответил!

- Ох, ну, так и стоило сказать...

- На кристаллах из Клау Хейне есть проклятие? – сразу спросил Балл, не желая тратить на этого философа свое время. Он знал про связь Шэхена с Клау Хейне, поэтому, если бы тот вздумал юлить и делать вид, будто он не понимает, о чем речь, Балл бы не выдержал и применил силу.

Но, на счастье Шэхена, в его глазах мелькнуло понимание.

- Проклятье?.. Я не могу сказать с уверенностью, но, - он задумался, - в тот день, когда король Траона заставил свое Сердце применить магию, чтобы навредить людям и другому Сердцу, он совершил самое страшное преступление. И после гибели Сердца он вдруг заболел неизвестной хворью... Он скончался от нее очень скоро, в невыносимых муках и страданиях. Никто не может точно сказать, что это была за хворь.

Балл сжал руки в кулаки.

- Но ты знаешь! – рявкнул он. – Это было проклятье Сердца? Возмездие тому, кто виновен в его гибели?

Шэхен молчал некоторое время, после чего посмотрел ему в глаза:

- ...Да.

- Бездна!!

Он резко развернулся и пошел прочь из грота, одолеваемый яростью. Это правда так? Он обречён, потому что погубил Сердце? Но в его смерти виноват Хагар больше, чем он, и он уже пожинает плоды. Может, проклятье уже нашло своего носителя?..

Эти кристаллы, что преследовали его даже во снах, все ещё находились в замке. Даже его мелкий сын дрожал от страха от одних лишь мыслей о них – могут ли обычные кристаллы так влиять на людей? Они точно прокляты!

- Стража!

Балл принял решение за секунды. От кристаллов нужно было избавляться, но даже поцарапать их было невозможно. Но был у него припрятан один козырь, место, являющееся его личной Бездной.

- Немедленно скинуть кристаллы в Тюрьму Ветра!

***

Феанор подхватил их магией воздуха незадолго до того, как они встретились с дном пропасти. Мягкие потоки подхватили их, как когда-то давно Ивейна во время испытаний паладина, и опустили на ноги. Они так и продолжали держать друг друга в объятиях.

- Что ты наделал, - проговорил Феанор, глядя из-под полуприкрытых век куда-то Ивейну за плечо. – Теперь ты точно отсюда не выберешься...

Он нежился в окутывающем его тепле, понимая, что не заслужил этого, но ощущения были слишком приятные. Впервые за долгое-долгое время кто-то его обнимал, искренне, долго. Он не мог вспомнить, когда его обнимали последний раз. Кажется, это был Ким-вей? Но это было так быстро и мимолётно, что прочувствовать не было возможности. Оказывается, объятия – это приятно.

- Выберемся, - уверенно, как и всегда, заявил Ивейн и немного отстранился. Положив ладонь на шею Феанору, он мягко прижался лбом к его лбу. – Все будет хорошо.

Было слишком темно, и разглядеть даже черты лица было сложно, поэтому Феанор полностью погрузился в ощущения. Лёгкое теплое дыхание было совсем близко и пускало по шее табун мурашек. Прикосновение кожи к коже. И даже если теперь они проведут тут остатки дней до своей неизбежной смерти, в это мгновение хотелось верить в успокаивающие слова о том, что все и правда будет хорошо.

Приятно. Так тепло.

Он приподнял голову, проведя кончиком носа по чужому, и медленно выдохнул. Рука, поддерживающая его за талию, прижала чуть крепче. Феанор закрыл глаза и потянулся вперёд.

Их губы соединились так мягко и естественно, будто делали это всегда. Ивейн поднял руки, аккуратно обхватив ладонями лицо Феанора, и крепче прижался к его губам – но все ещё так мягко, что даже без слов можно было ощутить эти спокойствие и обещание защиты. Душу распирало от странного чувства счастья, одурманивающего и теплого, как тлеющий костер. Приятно. Так приятно. Он не знал, но догадывался, что так будет – потому что это был Ивейн.

Когда губы неохотно разъединились, они не торопились отстраняться, снова прижавшись лбами и медленно дыша. Чужие руки снова переместились на шею Феанора, и он никогда не думал, что этот жест может быть не пугающим, а вполне уютным.

- Это нечестно, - шепнул он, зажмурившись. – Почему именно сейчас... когда у нас нет и шанса?

- Шанс есть всегда.

И снова – эта непоколебимая уверенность.

Феанор открыл глаза, когда Ивейн опустил руки. Одной из них он тут же переплел пальцы с Феанором, а вторую поднял вверх. Она стала немного светиться, заставив на мгновение зажмуриться, после чего с его пальцев стали слетать небольшие светлячки.

- Мы найдем выход, - серьезно произнёс Ивейн, наблюдая, как все больше светлячков срывается с его пальцев, освещая пространство, - а если выхода нет – пробьем его силой.

Свет от магии отражался в его глазах. Феанору показалось, что в этот момент, окажись на месте Ивейна хоть кто-то другой – даже Ким-вей – он бы не поверил ему. Но сейчас почему-то верил. Каждому слову.

В расщелине постепенно становилось светло, и было совершенно очевидно, что было спрятано на ее дне.

- Хм... ничего.

Феанор огляделся. Здесь не было даже трупов, которыми так пугал его Альвилас, лишь пустырь из сухой притоптанной земли. Странно. Неужели советник мог соврать, и если да – зачем? Или он вовсе не знал, что находится на дне Тюрьмы Ветра?

- Кажется, я вижу проход, - прищурил глаза Ивейн, всматриваясь в каменный свод вдалеке.

- Проход? – недоуменно нахмурился Феанор.

- Ну, это похоже на проход. Взгляни.

Феанор проследил взглядом за направлением, куда указывал ему Ивейн, и правда увидел странное темное пятно, похоже на вырытый проход размером с дверь.

- ...Ну, в тюрьмах есть подземные подкопы, может, этот стенной? – даже если Ивейн шутил, неправ он не был. То, что они наблюдали, и правда выглядело странно.

Они направились к этому самодельному туннелю, не расцепляя рук, и уставились в черноту внутри со смесью напряжения и недоумения.

- Выход и впрямь есть, но он какой-то... - попытался подобрать слова Феанор. – Будто нам в лоб говорят: идите сюда.

- Не то чтобы у нас был выбор.

- Это правда.

Они подождали ещё несколько секунд, после чего Феанор вздохнул и потянул паладина внутрь. Если Альвилас не знает о том, что на самом деле находится внутри Тюрьмы Ветра, об этом проходе он тоже не знает. Это может быть и правда древний подкоп, а не ловушка. Но, что важнее – выбора у них и правда не было.

Несколько светлячков Ивейна последовали за ними, освещая путь, поэтому то, чем заканчивался туннель, они увидели издалека. Это... дверь? Было сложно придумать что-то более подозрительное, чем дверь в древнем подкопе, тем более такую – не сгнившую или покореженную, а обычную деревянную дверь. Хорошую даже.

- Можно я... - Ивейн с неловкой улыбкой протиснулся вперед в узкой проходе, чтобы оказаться впереди и ненавязчиво завести Феанора за свою спину. – Извините за вторжение! – крикнул он, прежде чем одним движением открыть дверь.

Внутри было светло. Это была полноценная комната, с парой диванов, столиками и даже шкафом. Внутри сидел старик и мирно попивал чай.

- ...

- О, мирного дня, - произнес старик, подняв на них взгляд. – Давно не виделись, паладин.

Феанор с удивлением посмотрел на Ивейна, но тот был шокирован не меньше.

- Погодите, Вы... бывший советник короля, Крах? – округлил глаза он. – Что Вы... тут делаете?

Вместо ответа тот шумно втянул в себя чай и причмокнул.

- С лимоном, - оповестил он, приподняв чашку. 

_________________________________________________

[Мне начинает казаться, что этот прекрасный художник уже не нуждается в представлении, поэтому просто дружно упадем в ноги за прекрасных Ивейна и Феанора *падает на колени*]