116. Проблема восприятия

- Ты можешь спросить меня о том, что тебя действительно волнует, а ты говоришь о таких несущественных вещах, - вздохнул Шэхен, отворачиваясь. - Разве ты не хочешь спросить об Айше?

- Разумеется, хочу! - Ким-вей сжал руки. - Разумеется, хочу, и всегда хотел! Но я здесь не за этим. Я здесь потому, что жрец Хэссии попросил меня о помощи, а я никогда не откажу в помощи Сердцу или другому жрецу, так же, как они не откажут в помощи мне. Я здесь, чтобы помочь тебе.

- Если твоя помощь - попытаться заставить меня выйти, то не стоит, - Шэхен потер затылок. - Король уже предлагал мне начать хотя бы с выхода на улицу... Ты же видел, что все открыто и охраны почти нет?

- ...Не знаю, что и сказать на этот счёт, - признался Ким-вей, глядя на него. - То есть, ты не в плену?

- Много лет назад я сдался в плен, и меня действительно не планировали выпускать, - отвел глаза он. - Все изменилось лишь с приходом к власти нынешнего короля. Но я уже привык к жизни здесь, и у меня нет уверенности, что все станет лучше, если выйду. Так почему бы не оставить все так?

- Но ты не знал свободной жизни после Клау Хейне. Мир изменился, и... ты можешь видеть отголоски этого в мире снов, но это никогда не сравнится с реальностью. Почему бы не выйти и не увидеть все своими глазами?

Шэхен прикрыл глаза.

- Братья и сестры много рассказывали мне о мире снаружи. Я пережил не одно Сердце, но с каждым из них хотя бы однажды встречался во снах. И знаешь, - он открыл глаза и взглянул на Ким-вей, - среди них не было ни одного по-настоящему счастливого. Даже Айше таил в глубине души невообразимую боль - это в свое время и стало причиной нашей встречи. Но ты уже знаешь об этом, не так ли?

- Думаешь, что сможешь спрятаться здесь от большей боли? Неужели нет ничего, чего бы ты хотел там, снаружи?

Шэхен пожал плечами:

- А если бы и было? Это не то, что я способен сделать сам.

- Тогда скажи, что это, и я помогу! - решительно заявил Ким-вей. - Ты не понимаешь, теперь это традиция! Посещая новое королевство, я должен помочь Сердцу с его проблемами. А традиции надо уважать!

Кажется, он начинал говорить словами Ивейна.

***

- Никогда не устану от приключений! - признался Рубен. - Я уже столько лет посол, и с тех пор мне ни разу не было скучно. Если бы знал, что будет так, напросился бы на эту должность раньше.

- Дело не в должности посла, а в Ким-вей, - довольно мрачно отозвался Велар. - И не пойму, чему ты радуешься. Нас же посадили в темницу!

В камере было темно, сухо и холодно. По подземелью гулял сквозняк. Рубен просвистел короткую мелодию, и она эхом отразилась в стенах.

В камеру их посадил не Феанор, хотя и от него бы они этого ждали. Принять такое категоричное решение он попросту не успел - на место потасовки прибыл человек, который и являлся их изначальной целью. Итак, Альвилас Лютинг покинул дворец, остальное за Ким-вей и Мраком.

На самом деле, Рубен понятия не имел, что у них там за план. Но он уже столько раз имел дело с планами Ким-вей, что привык не задавать лишних вопросов - все равно в лучшие времена он понимал хорошо если половину из них. Ким-вей мыслил слишком сложно, и его планы были не просто многоходовыми - как правило, они имели под собой ещё двойное, тройное дно, несколько путей отступления, и многомерную причинность. Рубену нравилось, что тот знал, что делал - этим он напоминал его короля. Рубен доверял таким правителям.

- Все будет хорошо, - отмахнулся он, видя, что Велар совсем помрачнел. - Что тебя так тревожит?

- Я впервые увидел Альвиласа Лютинга.

- Серьезно? - Рубен взглянул на него с удивлением. - Мне казалось, ты всегда рядом с Ким-вей, в том числе в путешествиях.

- Король настоял, чтобы я не сопровождал Ким-вей в другие королевства, обычно он сам с ним ездил или Айш... В общем, в Хэссии я раньше был, но ни с монархами, ни аристократией знаком не был.

- А в Фахаре ты спокойно его сопровождал, - вспомнил Рубен.

Вспоминая это, Рубен не мог не отметить, что так тоже было не всегда. Когда Ким-вей был ребенком, Рубен просто не мог видеть его во дворце, потому что сам ещё не служил там. Они виделись всего несколько раз перед тем, как тот приехал с Веларом - и эту встречу Рубен бы не забыл, даже если бы хотел.

Он тогда просто хотел поздороваться со светлым принцем и, возможно, был слишком поспешен в своих движениях - в любом случае, уже в следующий миг он оказался повален на пол, а к его горлу был приставлен кинжал. Все произошло настолько быстро, что удивился он лишь тогда, когда оказался обездвижен. Обездвижен! Один из сильнейших бойцов Фахары - человеком, который был гораздо меньше и явно слабее его. Он едва не выдохнул «вау» тогда. Это впечатляло.

Тогда Рубен подумал, что это новый телохранитель принца или вроде того - мало ли, какие причины могли заставить Ким-вей нанять бойца вроде этого - но это оказалось не так. На то, чтобы выяснить, кто такой Велар, у него ушел не один год.

- Потому что альтернативы не было, - напомнил Велар. - Король тогда отошёл от политики, а одного я бы Ким-вей не отпустил. Он умеет находить неприятности на свою голову.

- Ну, это правда, - он перевел взгляд на решетки. - Хотя, как правило, он эти неприятности и создаёт...

Велар усмехнулся. Наконец-то хоть подобие улыбки.

- Так что не так с Альвиласом Лютингом? - уточнил он.

- Ким-вей и не мог этого заметить, потому что сам не боец, - сказал Велар. - Он всегда видел в нем лишь немощного старика и советника короля, наверняка думал, что вся его власть сосредоточена на политике. К тому же - трость, хромота. Заметить сложно.

- Хочешь сказать, он способен применить силу?

Для Велара не так сложно было заметить это, поскольку он сам являлся человеком, по которому невозможно оценить его истинную боевую мощь. Рубен, все же, был не настолько внимательным.

- Определенно. И мне это не нравится, - Велар вздохнул. - План Ким-вей подробен до тех пор, пока в нем не появляются неизвестные, вроде старшего Лютинга. Боюсь, эта темная лошадка может доставить нам неприятности.

- А тебе не кажется, что ты всегда... м-м, слишком сильно беспокоишься?

Велар был, пожалуй, даже чересчур мнительным, но это не раздражало - просто Рубену хотелось, чтобы тот волновался обо всем поменьше. Позитивный настрой иногда способен быть хорошим подспорьем в битве, и в обычной жизни - он был уверен - не меньше.

Велар взглянул на него долгим взглядом и ответил серьезно - серьезнее, чем тот рассчитывал:

- Если с Ким-вей что-то случится, у меня больше никого не останется.

В груди Рубена что-то неприятно упало, а в горле пересохло.

Сглотнув, он уточнил:

- А мы?

- А что - вы? В конце концов вы вернётесь в свои королевства и покинете Эридейл. У меня нет иллюзий на этот счёт.

Зато, кажется, у Рубена они были...

Он открыл рот, чтобы сказать ещё кое-что, но в этот момент послышался скрежет. Им бы не помешало смазать петли в темницах. Или этот скрежет был сделан специально для антуража?

Рубен вздохнул. Не любил он притворяться, но нужно было продолжать играть роль, пока им не позволят выйти отсюда. Возможно, когда этот театр завершится, стоит сходить куда-нибудь выпить. Велар вполне себе спокойно выпивал с ним, пока Ким-вей с Мраком не приехали, так что возможность, что он согласится, все ещё была.

Пока он над этим раздумывал, перед решеткой послышались медленные, выверенные шаги. Почему-то они казались зловещими.

Если подумать... Почему нас с Веларом посадили в одну камеру, если по нашей легенде один из нас - преступник, а второй - поборник справедливости?

- Что-то не так, - понял Велар за секунду до того, как перед ними, по ту сторону решетки, оказался человек.

_______

3/3