16 глава

Последнее событие вызвало сильные сомнения в душе Бенза, заставляя сомневаться в правильности выбранного пути. Чем дольше продолжались поиски Гарфилда, тем больше парень задумывался, действительно ли стоило поддерживать его стремление победить древнее проклятие.

Шли дни, незаметно сливаясь в недели. Каждое утро Гарфилд отправлялся в библиотеку при храме, проводя часы за книгами, написанными разными авторами, относящимися к различным периодам истории Таиланда. Вся библиотека была исследована вдоль и поперек, страницы перелистывались сотни раз, рисунки рассматривались внимательнейшим образом. Каждая книга хранила крупицу знаний, способных привести к разгадке, но искомая информация никак не хотела проявляться.

Вечером, закончив дневные дела, Гарфилд проводил короткий ритуал очищения пространства, ограждая жилище от возможных негативных воздействий. Затем он готовил напиток для Бенз, используя лунную воду, собранную ими ранее, и теплое молоко. Теплый молочный напиток обладал целебными свойствами, укрепляющими защиту организма от негативного воздействия духов.

Рассвет ещё не наступил, и ночь окутывала окрестности плотным бархатным покровом, когда Гарфилд покидал спальню, направляясь на просторную открытую террасу своего дома. Там, устроившись на удобном коврике, он принимал традиционную позу лотоса, настраиваясь на глубокую медитацию.

Внешне Гарфилд выглядел спокойным и собранным, но внутри него бушевала настоящая буря эмоций. Он отчаянно пытался наладить связь с духом Кинга, полагая, что только таким способом удастся раскрыть секреты, необходимые для спасения любимого. Медитация проходила тяжело: чёткие образы, знаки и подсказки упорно отказывались появляться, оставляя лишь неясные вспышки интуиции и смутные ощущения присутствия посторонней энергии.

Одновременно в деревне начались разговоры о странностях поведения мастера. Местные жители активно обменивались мнениями, многие высказывали подозрения, считая, что постоянные занятия поиском информации привели к психическому расстройству. Некоторых беспокоило длительное отсутствие специалиста на приёмах пациентов, другие предпочитали ждать, надеясь, что он скоро восстановится и продолжит свою работу.

....

Топтен нетерпеливо постукивал ногами по деревянному полу гостиной, привлечённый необычным поведением подруги. После долгих минут наблюдения за замкнутостью и скрытностью Бенза он решил вмешаться, чтобы выяснить причину такого настроения.

— Он всё ещё сидит в библиотеке? — заинтересованно спросил он, поднимая глаза на парня. — Чувствую, что здесь есть нечто большее, чем простая занятость работой, — добавил он недовольным тоном, выпятив нижнюю губу.

Бенз неловко переминался с ноги на ногу, бросая быстрые взгляды в сторону храма, словно ища поддержки у окружающих зданий.

— Дело гораздо сложнее, чем кажется, — тихо произнес он, отводя взгляд в сторону.

Майкл, расположившийся за ноутбуком, лениво выглядывал из-под очков, прервав работу, чтобы сосредоточиться на разговоре.

— Выкладывай уж, что произошло? — спросил он, нетерпеливо нажимая кнопку паузы на компьютере.

Опустив голову, Бенз принялся рассказывать историю, бережно подобранными фразами передавая суть полученной информации.

— Нам удалось узнать интересную подробность, — начал он, осторожно поворачивая кружку в руках, словно извлекая из неё ответы на вопросы. — Оказывается, у Кинга был младший брат, ДжейДжей.

— ДжейДжей? — спросил Топтен, нахмурившись. — Тот самый, которого вы видели во время ритуала связи с Кингом?

— Да, — ответил Бенз. — Он предал Метаса и был казнён на рассвете 15 июня.

Комната погрузилась в тяжелую тишину, нарушаемую лишь монотонным звуком дождя за окном. Майклу потребовалось некоторое время, чтобы переварить услышанную фразу и сформулировать адекватный ответ.

— Думаю, здесь не всё так однозначно, — осторожно произнёс он, внимательно глядя на парня. — Очевидно, что не это тебя беспокоит на данный момент.

Бенз тяжело вздохнул, запрокинув голову на спинку кресла и закрыв глаза. Волнение, вызванное необходимостью делиться личными переживаниями, сопровождалось сильной душевной усталостью.

— Признаться честно, — произнес он тихим голосом, стараясь держать эмоции под контролем, — я попросил Гарфилда оставить поиски средства, позволяющего снять проклятие. Вместо этого предложил просто наслаждаться оставшимися месяцами, находясь рядом друг с другом.

— Ты что, совсем рехнулся? — громко воскликнул Топтен, качая головой в знак неодобрения. — Сколько усилий потрачено, столько ресурсов вложено, и теперь, когда конец близко, ты предлагаешь остановиться?!

— Топтен прав, — ответил Майкл. — Я думаю, что решение близко, нам просто нужно хорошенько всё обдумать.

Бенз, поджав губы, закрыл лицо руками. Он едва заметно кивнул, соглашаясь с Майклом.

— Не стоит волноваться. Недопонимания в отношениях — это обычное дело, — сказал Майкл с невозмутимым спокойствием, вновь погружаясь в работу на ноутбуке.

- Хорошо, мы обсудим это позже, — сказал Топтен серьёзно. — Скажи мне лучше, когда ты вернёшься домой? Прошло уже почти два месяца с тех пор, как ты живёшь при храме...

....

Весь день прошёл для Бенза незаметно. Встреча с друзьями, обсуждение планов и проблем помогли временно забыть о тягостных мыслях, но вечером, вернувшись в комнату, он понял, что вопрос, заданный Топтеном, задел его гораздо глубже, чем он предполагал сначала.

Два месяца прошли незаметно, словно минуты, а он даже не осознавал, как изменилось его окружение и привычки. Жизнь в храме стала обыденностью, и мысль о возвращении домой воспринималась как переход в неизвестность.

Заходящее солнце отбрасывало теплые оранжевые лучи на деревянный пол, создавая иллюзию комфорта и покоя. Парень прислонился к стене, чувствуя физическую усталость и эмоциональное истощение. Близость конца пугала его, он считал, что научился справляться с этим знанием, но каждая новая мысль о грядущем дне рождала волну паники и страха.

Гарфилд вошёл в комнату с толстой книгой в руках, сразу заметив, что парень погружен в собственные мысли. Присев рядом, он обратил внимание на печать, оставленную временем на страницах, понимая, что Бенз пытается разобраться в собственных чувствах.

Их взгляды пересеклись, и в глазах парня он прочитал целый спектр эмоций: любовь, благодарность, тревогу и отчаяние. Невольное сжатие челюсти выдавало его собственную внутреннюю борьбу, порождая сильное желание обнять его и сказать, что всё будет хорошо, хотя сам не был уверен в будущем.

Книга глухо упала на стол, рассыпав золотые буквы заголовка по пыльной поверхности. Одним быстрым шагом Гарфилд пересек расстояние, отделявшее его от парня, опустившись на корточки перед ним, взволнованный состоянием Бенза.

Протянув руку, он нежно провёл пальцем по его щеке, стараясь утешить и привлечь внимание.

— Эй, что с тобой? — участливо спросил он, пытаясь заглянуть в его полные боли глаза.

Парень плотно сжал губы, явно колеблясь, говорить ли о том, что тревожило его сердце.

— Ничего особенного, — уклончиво ответил он, отвернувшись, чтобы скрыть слезы, выступившие на глазах.

Гарфилд почувствовал неладное и решил подойти к вопросу более серьезно.

— Меня это беспокоит, — твёрдо произнёс он, осторожно коснувшись его плеча. — Скажи, что случилось?

При этих словах парень расплакался, прижавшись к его груди и обнимая его руками.

— Я просто устал от всего этого, — прошептал он, освобождая душу от скопившихся эмоций. — Почему именно наша семья должна нести такую ответственность? Почему именно я должен терпеть страдания из-за поступков другого человека?

Прикрыв глаза, Гарфилд осторожно притянул его ближе, позволяя свободно выплеснуть горе и разочарование. Боль, звучащая в его голосе, отзывалась в его собственном сердце, усиливая чувство бессилия и неспособности исправить прошлое.

Так они просидели несколько минут, отдаваясь моменту взаимного доверия и тепла, дарующего силы пережить сложные времена...

....

Время текло медленно, и тишина вечера омывала их, подобно тёплой волне океана. Бенз удобно устроился на груди Гарфилда, легко водя пальцами по его коже, создавая воображаемые узоры. Мужская рука нежно массировала спину парня, успокаивая его и приводя в состояние гармонии.

— Хочу попробовать встретиться с ДжейДжеем, — тихо произнес Бенз, продолжая рисовать линии на груди мужчины, не отрывая взгляда от ритмичных движений пальца.

— Для чего тебе это нужно? — мягко спросил Гарфилд, не прекращая поглаживающих движений, создающих ощущение защиты и заботы.

Бенз глубоко вздохнул, собираясь с мыслями.

— Может быть, он обладает важной информацией о Кинге, способной помочь нам нейтрализовать проклятие, — ответил он, стараясь объяснить причины своего желания. — Или, возможно, он поможет выйти на связь с Най, матерью Метаса, которая что-нибудь расскажет о Тони.

Ответ вызвал у Гарфилда некоторые колебания.

— Я не могу подвергать тебя риску снова, — осторожно произнёс он, слегка усиливая хватку на талии парня. — За последнее время мы провели немало ритуалов, и это могло негативно сказаться на нашем состоянии. Духи редко прощают вторжение в их владения, особенно если это происходит регулярно.

Почувствовав напряжение, вызванное решением Гарфилда, Бенз прижался теснее к его груди, пытаясь поймать запах знакомых ароматов, ассоциировавшихся с безопасностью и комфортом. Тонкие пальцы любовно играли с ниточками его рубашки, восстанавливая внутреннее равновесие.

— Понятно, — тихо произнес он, ворочаясь, чтобы удобнее устроить голову на широком плече мужчины. — Тогда расскажи, что за книгу ты принёс с собой?

Гарфилд слегка подтянулся, стараясь рассмотреть обложку издания, созданного столетиями ранее.

— Эта книга является частью коллекции библиотеки храма, — объяснил он, указывая на изящные орнаменты, покрывающие верхний край страниц. — Она содержит подробную информацию о каждом жителе древнего города, ныне заброшенного.

Любопытство вспыхнуло в глазах парня, заставляя его приподняться, чтобы посмотреть на старинную книгу, почерпнувшую мудрость поколений.

— Интересно, почему город оказался заброшенным? — заинтересованно спросил он, опираясь локтем на кровать и слегка отодвигаясь, чтобы дать возможность Гарфилду занять удобное положение.

Гарфилд осторожно открыл первую страницу, отмечая красивую каллиграфию, использованную для написания текста.

— Этого я пока не знаю, — признался он, внимательно изучая содержимое книги. — Надо прочитать, чтобы понять, какие факторы привели к такому развитию событий.

— Прочитай вслух, пожалуйста, — попросил Бенз, склоняясь ближе, чтобы лучше видеть текст. — Мне тоже хочется узнать, что происходило в те времена.

— Здесь краткое содержание, — объяснил Гарфилд. — 1 глава: «Чау-фуа» (จ้าวฟู่а), 2 глава: «Таланг-хом» (ทรงครอง), 3 глава: «Чао» (เจ้า), 4 глава: «Чао Муанг» (เจ้าเมือง).

— Начнем сразу с четвёртой главы? — поспешно спросил Бенз, не скрывая интереса к содержанию книги.

Гарфилд, услышав его предложение, не смог сдержать легкой улыбки, но решительно покачал головой, намереваясь следовать порядку изложения материала.

Аккуратно перевернув очередную страницу, он столкнулся с текстом, который мгновенно привлек его внимание. Быстро пробегая глазами строки, мужчина почувствовал, как холодный озноб проходит по позвоночнику, заставляя нахмуриться и задержать дыхание.

Изменение настроения не укрылось от внимания Бенза, которая мгновенно уловил перемены в поведении партнёра.

— Что там написано? — заинтересованно спросила она, наблюдая за реакцией Гарфилда, пытающегося справиться с нахлынувшими эмоциями.

Голос Гарфилда звучал ровно и размеренно, но внутри него нарастало напряжение, пока он читал древние записи, содержащиеся в книге. Записи, принадлежащие миру давно ушедшему, теперь оживали на страницах, повествуя о драматичных событиях прошлого.

— Семейство Пипач-Каглам относится к классу Чау-Фуа, — озвучил он, медленно двигая глазами по строкам. — Оно служит правителю города уже несколько поколений подряд.

Следующая запись гласила:

— Глава семьи — Атин Пипач-Каглам, умерший в возрасте сорока одного года, причина смерти — обезглавливание.

Бенз, сидя рядом, почувствовал, как Гарфилд слегка напрягся, услышав подробности трагической судьбы.

Продолжая чтение, мужчина сообщил следующее:

— Супруга Атина — Дау Пипач-Каглам, скончалась в сорок пять лет вследствие остановки сердца.

Тут он немного ускорил темп чтения, стремясь быстрее добраться до основной части:

— Старший сын — Кинг Пипач-Каглам, скончался в двадцать четыре года от заражения крови.

Завершив прочтение сведений о первом ребёнке, Гарфилд сделал небольшую паузу, чувствуя, как тревога растёт внутри него.

— Младший сын — ДжейДжей Пипач-Каглам, умер в двадцать один год, причиной смерти указано обезглавливание, — закончил он, едва слышно произнося последние слова, ощущая тяжесть прочитанного и тревогу за дальнейшие открытия.

После долгого молчания, прерываемого лишь легким поскрипыванием книжных листов, Бенз решил задать вопрос, который волновал его.

— Люди того времени жили недолго, — рассуждала он, анализируя полученную информацию. — Получается, они достигли зрелого возраста, имея шанс создать собственные семьи?

Гарфилд кивнул, подтверждая предположение парня, но его внимание уже было занято новыми данными.

— Книга сообщает, что у младшего брата нет упоминаний о детях или супруге, — пояснил он, передвигая палец по тексту, уточняя мельчайшие детали. — Зато старший, Кинг, женился примерно за 5 лет до своей смерти, но его жена ушла из жизни за шесть месяцев до несчастного случая, вызванного осложнениями во время родов. Малыш тоже не выжил.

Эти известия вызвали у Бенза глубокий вздох, выражающий сочетание изумления и сочувствия.

— Охренеть, — пробормотал он, подумав о трагичности судьбы отпрыска. — Неужели в этой книге описаны именно члены семьи Ченов?

Вооружившись карандашом, Гарфилд начал листать страницы, проверяя наличие нужных данных. Лист за листом плавно перемещался, словно танцующий танец с ветром, пока количество оставшихся страниц не сократилось до минимума.

Как вдруг его глаза поймали знакомую фамилию, заставив сердце учащённо забиться.

— Название говорит само за себя, — начал он, слегка нахмурившись, — речь идет о семье Чен, входящей в класс Чао-Муанг, последнем поколении, управляющем данным поселением.

Он внимательно проследил взглядом за буквами, выстраивая взаимосвязи между именами и событиями прошлого.

— Главный представитель семьи — Тони Чен, о нем известно крайне мало, включая точную дату и обстоятельства ухода из жизни, — уточнил он, переведя взгляд на вторую строку. — Следующим значится Оаб Чен, его первенец. Информация о нём ограничена минимумом фактов. Дальше идёт Воррадет Чен, второй ребёнок, судьба которого также остаётся загадкой, — продолжил Гарфилд, всматриваясь в мелкие детали текста. — Завершает список Метас Чен, третий ребёнок, тоже многое неизвестно.

Невольные мурашки побежали по спине Бенза, почувствовавшей, как напряжение возрастает в атмосфере комнаты.

Гарфилд резко бросил книгу на кровать, очевидно расстроенный открытием, продолжая изучать текст.

— Судьба троих братьев покрыта мраком, — задумчиво произнес он, почесывая затылок. — Спустя шесть месяцев после их исчезновения пропадает и сам Тони, причина этого остается неизвестной.

Эти слова вызвали озабоченность у Бенза, вынудив его покинуть комфортные объятия мужчины и поднять брошенную книгу, тщательно перечитывая выдержки из записей.

Бенз в спешке перелистывал пожелтевшие страницы книги, охотясь за малейшими полезными деталями, которые могли бы направить их расследование в нужное русло. Секунды превратились в минуты, но результат оставался нулевым. Разочарованно выдохнув, парень швырнул тяжелый том на ближайший столик, отчаявшись обнаружить нужную информацию.

Вдруг его взгляд привлекла маленькая трещинка на потрепанном кожаном переплёте. Через отверстие выскользнул грязно-коричневый конверт, согнутый пополам и выглядевший очень старым. Любопытство вспыхнуло в глазах Бенза, и он обратился к Гарфилду, чтобы привлечь его внимание.

Мужчина, заметив находку, тоже заинтересовался и подошел ближе, пытаясь определить происхождение документа. Конверт выглядел настолько старым, что края бумаги потеряли форму, а складки приобрели темно-серый оттенок.

Бенз осторожно вытащил послание из конверта, раскрыв тонкий лист бумаги, исписанный крупными неровными буквами. Буквы местами размазались, а бумага покрылась тёмными пятнами, вероятно, оставленными высохшими слезами, пролитыми автором письма много десятилетий назад.

Когда Гарфилд взял письмо в руки, его сердце защемило от волнения. Древняя бумага скрипнула, напоминая о прошлом, которое, казалось, давно забыто. Мужчина расправил лист, внимательно изучая неровные буквы, созданные давно ушедшей рукой.

— Это письмо написал Воррадет, — тихо произнес Бенз, чувствуя, как волнение передается ему от мужчины. — Он обращается к отцу, сообщая ему важные новости.

Сухой треск ломающихся волокон листа нарушил тишину, когда Гарфилд начал читать вслух, тщательно вчитываясь в каждое слово:

— Дорогой отец, — начал он, — я пишу тебе это письмо, возможно, последнее в своей жизни. Недавно узнал, что ты создал новый город, назвав его в честь младшего сына, а сам ушёл в храм, скрыв настоящее имя и прошлое.

Голос Гарфилда дрогнул, когда он дочитал следующую строку:

— Наш общий слуга Вилли рассказал мне о твоей тяжелой болезни. Успокойся, отец, я и мой брат Оаб живы и здоровы. Нас приютил гостеприимный город, где мы нашли счастье и свободу. Больше нет нужды прятать настоящие чувства, потому я делюсь с тобой хорошей новостью: Оаб вышел замуж за своего личного слугу - Плавана, а я недавно сыграл свадьбу с Косолом. Наши верные помощники Тхуп и Сингха тоже обрели личное счастье.

Сделав паузу, Гарфилд глубоко вздохнул, осознавая важность полученного послания:

— Надеюсь, дорогой отец, что, покидая этот мир, ты найдешь в себе мужество исповедоваться в совершенных грехах и будешь справедлив судом богов.

Заключительная фраза письма заставила обоих задуматься о судьбе человека, написавшего эти строки. Тщательно свернув письмо, Гарфилд передал его обратно Бензу, понимая, что оно станет ключевым элементом их расследования.

Бенз медленно поднес конверт к свету лампы, пытаясь разобрать надпись на обратной стороне. Почерк был красивым и ровным, но устаревшим шрифтом, которым пользовались десятки лет назад.

— Отправлено из Чиангмая, — сообщил он, поднимая взгляд на Гарфилда, чувствуя возбуждение от свежей нити расследования.

Мужчина воспринял новость с энтузиазмом, но вскоре возникли вопросы, вызванные содержанием письма.

— Согласно письму, братья заявляют, что у них нет детей, — отметил он, задумчиво потирая подбородок. — Как же ваш род смог выжить и размножиться, если у них не было потомства? Кроме того, Воррадет не упомянул явно о смерти Метаса, — добавил он, делая акцент на возможной проблеме.

Бенз, осознавая сложность ситуации, внимательно посмотрел на письмо, вспоминая его содержание.

— Предположим, Метас нашёл женщину и создал семью, — осторожно предложил он, пытаясь логически выстроить возможные сценарии развития событий.

Гарфилд задумчиво потер лоб, его мозг работал на полной скорости, обрабатывая получаемую информацию.

— Скорее всего, дело не в Метасе, — тихо произнес он, сосредотачиваясь на ключевой идее. — Вероятно, у вашего предка, Тони, были другие дети, рожденные вне брака, о существовании которых публично не сообщалось.

Замолчав, Гарфилд ждал подтверждения или возражения от Бенз, который задумчиво кивнул, принимая предложенную версию. Новая гипотеза дала импульс для дальнейшего продвижения расследования, расширяя горизонты возможного объяснения происхождения его рода.

Помещение комнату погрузилось в приятную тишину, нарушаемую лишь лёгким шумом дыхания пары. Расслабленность, принесённая отдыхом после напряжённого дня, помогла расслабиться мышцам, снижая уровень стресса.

— Сегодня Топтен спросил меня, когда я вернусь домой, — тихо произнес Бенз, не поднимая головы, чувствуя поддержку мужского плеча, обеспечивающего чувство безопасности и защищенности.

Гарфилд, почувствовав напряжение в голосе парня, поднял брови, удивляясь вопросу.

— Тебе хочется вернуться туда? — спросил он, слегка напрягаясь, не зная, как воспринимать слова Бенза.

Тот немного сдвинул подбородок, стыдливо избегая прямого контакта взглядов.

— Нет, — твердо ответил он, морща нос.

Мужчина понял его замешательство и, пользуясь моментом, нежно притянул парня к себе, заставляя лечь поверх его тела, что вызвало тихий вскрик удивления.

Несмотря на неожиданность маневра, Бенз не сопротивлялся, наоборот, нашел комфорт в сильных мужских руках, позволяя им удержать его.

Наклонившись ниже, Гарфилд приподнял его подбородок, устанавливая зрительный контакт, и, коротко улыбнувшись, поцеловал его губы, вкладывая в поцелуй всю свою страсть и заботу.

— Поверь мне, — торжественно пообещал он, убедительно смотря ему в глаза, — мы найдём способ остановить проклятие Кинга, и ты сможешь жить нормальной жизнью.

Парень нежно улыбнулся, утвердительно кивнув в ответ.

— Верю, — прошептал он, доверяя мужчине, доказавшему свою надежность и умение заботиться о нем...

....

Полутьма комнаты, наполненной ароматом свечей и травяных благовоний, обволакивала сознание приятной релаксацией. Сон Бенз, как правило, был глубоким и спокойным, но внезапно его пробудили необычные ощущения. Тело начало нагреваться, несмотря на прохладный климат, царивший в помещении. Открыв глаза, парень с удивлением отметил, что источник дискомфорта не связан с внешними факторами.

Встав с кровати, Бенз тихо обошел спящего Гарфилда, надеясь не разбудить его, и направился к маленькому окошку, пытаясь понять природу неприятных ощущений. Тьма снаружи была кромешной, лишая возможности различить даже ближайшие объекты. Лес казался огромным, жутким существом, прячущимся в тени ночи, внушая тревогу и беспокойство.

Напряжённо наблюдая за окружающим пространством, парень собрался двинуться к двери, но тут же почувствовал резкую хватку на своём левом запястье. Незнакомая рука крепко сжала её, не позволяя двигаться дальше. Испуганно обернувшись, Бенз увидел перед собой высокую худощавую женщину с удивительно мягкими чертами лица, смотревшую на него с выражением жалости и глубокого сочувствия.

Незнакомка, появившаяся перед Бенза, была высокой женщиной, облачённой в длинное платье классического стиля, украшенное вышивкой ручной работы. Её кожа сияла чистотой и здоровьем, подчёркивая красоту тонких черт лица и миндалевидных глаз, излучавших тепло и заботу. Волосы были уложены элегантной короной, закреплённой серебряными шпильками, создавая впечатление богатства и достоинства.

Второе существо, стоящее позади женщины, имело внешность респектабельного джентльмена, одетого в строгий костюм с золотыми пуговицами и белоснежную рубашку. Очковые линзы поблескивали в лунном свете, отражая мягкий блеск оконных стекол. Он внимательно изучал спящего Гарфилда, наклонившись ближе к нему, словно стараясь разгадать его сны.

Держась за руку парня, женщина заговорила тихим, но отчётливым голосом, вызывая трепет и испуг.

— Ваше время заканчивается, — произнесла она, пристально глядя в глаза Бенза. — Он непреклонен.

В этот момент Гарфилд пошевелился, просыпаясь от звуков чужих голосов. Резко открыв глаза, он увидел фигуру незнакомца, склонившегося над ним, и мгновенно напрягся, готовясь к обороне.

Быстро осмотревшись, мужчина заметил Бенза, крепко схваченного женской рукой, и тут же понял опасность сложившейся ситуации. Страх и тревога захлестнули его, заставляя действовать решительно и быстро.

Гарфилд резко вскочил, мгновенно реагируя на появление незнакомцев. Его руки автоматически потянулись к серебряной подвеске, висящей на шее, источая защитный символ веры.

— Кто вы такие? — резко потребовал он, сузив глаза, чувствуя неприятный холодок тревоги, пробегающий по позвоночнику.

Мужчина в костюме внимательно посмотрел на Гарфилда, задумчиво поправляя очки на носу.

— Времени осталось немного, — заговорил он, подчёркнуто медленно, словно рассчитывая эффект своих слов. — Силы растут с каждым днем, закрывая видение будущего и настоящего.

Женщина, крепко державшая руку Бенза, тихо улыбнулась, её взгляд стал серьезным и проникновенным.

— Я ближе к вам, чем можете представить, — мягко произнес он, наклонившись ближе к парню, вызывая ощущение близости и безопасности.

Внезапно яркий свет осветил комнату, ослепив всех присутствующих на долю секунды. Когда зрение восстановилось, фигуры гостей исчезли, оставив лишь слабый след ароматного запаха жасмина, напомнившего Бенз о детских воспоминаниях.

Через мгновение парень понял, что происходящее было лишь кошмаром, пришедшим ночью. Спохватившись, он осмотрелся, удостоверяясь, что Гарфилд тоже проснулся...