Глава 5: Скользящие по краю

Прошло тридцать долгих лет. Время стерло с лица земли старые сакли, на месте которых выросли современные кирпичные дома, а на смену каретам и лошадям пришли мощные автомобили. Но каменистые, суровые горы остались прежними — они все так же хранили тайны тех, кто когда-то искал среди них спасения или обретал свое вечное проклятие.

Амина сидела за рулем своей старой малолитражки, изо всех сил вцепившись в потертую кожаную оплетку руля. Ей было двадцать три года. Независимая, гордая и невероятно упрямая, она унаследовала от своей матери Дарины не только тонкие, аристократические черты лица, но и те самые темные, бездонные глаза, в которых сейчас разгорался огонь нешуточной борьбы со стихией.

Весь этот день Амина провела в городе, где с трудом отыскала уникальные инструменты и редкие реактивы для своей небольшой мастерской. Девушка занималась реставрацией старинных кавказских украшений — делом, которое в этих краях считалось исключительно мужским. Но Амина никого не слушала. Она любила вдыхать жизнь в потускневшее от времени серебро, словно через него могла прикоснуться к ускользающему прошлому своей семьи.

Дорога домой, в родовой аул Бархоевых, пролегала через крутой и коварный горный перевал. Прогноз погоды обещал лишь легкую облачность, но горы не подчинялись синоптикам. Буря налетела внезапно, словно хищная птица. Буквально за полчаса небо затянуло тяжелыми, свинцовыми тучами, и на ущелье обрушился ледяной, шквалистый ливень.Потоки грязной воды с бешеной скоростью неслись со склонов, превращая узкую гравийную дорогу в сплошное скользкое месиво из жидкой глины и мелких камней. Видимость упала почти до нуля. Дворники машины едва справлялись с потоками, хлеставшими по лобовому стеклу. Нависающие над дорогой скалы казались в темноте огромными, угрожающими великанами. Внезапно под капотом что-то громко хрустнуло. Машину сильно затрясло, из-под радиаторной решетки повалил густой, едкий белый пар, и двигатель намертво заглох. Автомобиль по инерции прокатился еще несколько метров и замер. Худшего места для поломки нельзя было и придумать — Амина застряла на самом опасном, неосвещенном участке перевала, прямо на краю размытой обочины, под которой зияла глубокая, пугающая пропасть каньона.

— Нет, нет, только не сейчас! Пожалуйста, ну же, заводись! — Амина в отчаянии раз за разом крутила ключ в замке зажигания, но стартер лишь беспомощно и глухо щелкал в ответ.

В этот момент сверху, со стороны крутого склона, раздался страшный, нарастающий гул, от которого заложило уши. Земля под колесами ощутимо вздрогнула. Небольшой сель — мощный поток камней и жидкой грязи — сорвался с высоты и со всей силы ударил в заднюю часть ее машины. Автомобиль качнулся, шины потеряли сцепление с размытым грунтом, и легковушка со страшным, леденящим душу скрежетом начала медленно сползать задом в пропасть. У Амины перехватило дыхание. Паника ледяной волной накрыла ее с головой. Она рванула ручку водительской двери, пытаясь выскочить наружу, но из-за сильного перекоса кузова металл заклинило. Дверь не поддавалась ни на сантиметр. Колеса машины уже повисли в воздухе над обрывом, и под весом автомобиля земля под ними начала с тихим шорохом осыпаться вниз. Девушка зажмурилась, прижав руки к груди, и мысленно приготовилась к самому худшему. Внезапно сквозь плотную пелену дождя и темноты прорезались две мощные, ослепительные полосы света. Тяжелый, грозный внедорожник летел по перевалу, разрезая бурю. Заметив зависшую над пропастью машину, водитель резко нажал на тормоза. Тяжелый джип со свистом занесло, но он замер всего в нескольких метрах от края. Дверь внедорожника распахнулась, и под проливной дождь выскочил высокий, широкоплечий мужчина в темной штормовке с накинутым на голову капюшоном.

Это был Мурат. Ему исполнилось двадцать восемь лет. Сдержанный, волевой, с жестким взглядом человека, который привык рассчитывать в этой жизни только на собственные силы и холодный расчет. Сын Заура совсем недавно вернулся на родину из столицы, чтобы разобраться с делами своего отца и вернуть их семье то, что когда-то было отнято силой. Мурат мгновенно оценил критичность ситуации. Маленькая машина держалась буквально на честном слове, готовая в любую секунду рухнуть на дно ущелья под тяжестью очередного потока грязи.

— Не двигайся внутри! Слышишь меня? Сиди смирно и не дергайся! — крикнул он во весь голос, пытаясь перекрыть яростный шум бури и грохот падающей воды.

Он стремительно бросился к багажнику своего внедорожника, вытащил тяжелый, толстый буксировочный трос и, утопая по колено в грязной жиже, подбежал к сползающему автомобилю. Каждое движение Мурата было точным и уверенным. Он опустился на колени прямо в грязь, ловко зацепил массивный стальной крюк за переднюю буксировочную петлю машины Амины, а второй конец намертво зафиксировал на фаркопе своего джипа.Мурат пулей вернулся за руль своего автомобиля. Он включил полный привод, пониженную передачу и плавно, но уверенно нажал на педаль газа. Мощный дизельный мотор внедорожника оглушительно взревел, выпуская клубы черного дыма. Трос натянулся между машинами подобно стальной струне, из-под колес джипа во все стороны полетели комья земли и щебня. Тяжелый внедорожник буквально вышвырнул, вытащил легковушку Амины из смертельной ловушки, оттащив ее на безопасный, твердый участок асфальта.

Мурат заглушил двигатель, снова вышел под ливень и решительным шагом подошел к водительской двери легковушки. Он дернул ручку на себя с такой силой, что заклинивший замок наконец со скрежетом поддался. Девушка сидела на сиденье, бледная как смерть, ее сердце бешено колотилось, а дыхание было прерывистым. Но стоило Мурату заглянуть в ее глаза, как он обомлел. В них не было привычных девичьих слез, мольбы о помощи или страха — в глубине ее темных зрачков уже разгорался тот самый породистый, упрямый огонь гордости, который не позволял ей казаться слабой перед незнакомцем.

— Вылезай, — коротко, сухим и властным тоном бросил Мурат, протягивая ей свою широкую, мозолистую ладонь. — Твоя колымага больше никуда сама не поедет, у нее вырвало радиатор. Садись ко мне в машину, я довезу тебя до ближайшего населенного пункта. Здесь оставаться опасно, перевал может завалить окончательно.

Амина медленно перевела взгляд с его протянутой руки на его суровое, мокрое от дождя лицо, частично скрытое капюшоном. Окажись на ее месте любая другая девушка, она бы уже рассыпалась в благодарностях и послушно пошла за своим спасителем. Но Амина была дочерью Дарины Бархоевой. Она демонстративно проигнорировала его руку, самостоятельно выбралась из салона на скользкую дорогу и, едва удерживая равновесие на ветру, поправила намокшие волосы.

— Я вполне могла бы справиться и сама, — гордо и немного резко ответила она, вздернув подбородок. — Но за буксировку спасибо. Сколько я вам должна за спасение машины? Назовите сумму, я переведу вам деньги.

Мурат откровенно изумился такой невиданной дерзости. На его губах появилась холодная, едва заметная, ироничная усмешка. Он медленно убрал руку в карман куртки и смерил девушку оценивающим взглядом.

— Справилась бы сама? — его голос прозвучал спокойно, но в нем отчетливо слышался опасный вызов. — Еще бы пара минут, гордая незнакомка, и твоя машина вместе с тобой летела бы на дно этого каньона. Денег мне твоих не нужно, я не занимаюсь платным спасением капризных девиц. Садись в салон, пока нас обоих здесь не похоронило под каменным обвалом. Или твое великое эго предпочитает замерзнуть прямо на этой дороге в угоду твоим принципам?

Амина смерила его уничтожающим, леденящим взглядом, от которого у любого другого парня пропало бы всякое желание продолжать разговор. Но Мурат даже не моргнул. Здравый смысл и ледяные капли дождя, которые уже полностью пропитали ее куртку, заставили Амину отступить.

— Хорошо, — процедила она сквозь зубы, чувствуя, как от злости и холода у нее дрожит голос. — Я поеду с вами. Но только до первого перекрестка у подножия горы. Мою машину мы закроем здесь.

Они сели в просторный, теплый салон внедорожника. Мурат плавно тронул машину вперед, уверенно ведя тяжелый автомобиль по разбитому и опасному серпантину. В салоне воцарилась тяжелая, звенящая тишина, наполненная взаимным раздражением и искрящимся напряжением.